Сороки

      Кастиэль развернулся к Дину; его глаза, похожие на два неоновых огня сапфирово-синего цвета, метали яростные молнии, приковывая демона к месту, словно бабочку булавкой.       Обычный человек не смог бы увидеть огромные черные крылья за спиной Кастиэля, но Дин видел. Крылья простирались вверх, задевая деревянный потолок, длинные маховые перья ощетинились и трепетали, создавая неестественный ветер, сметавший все стопки книг на пол.       Кастиэль шагнул к Дину, раскинув руки, словно ангел на вершине замка в Ватикане.       Дин отвернулся от него и уже было направился к двери, но его остановил странный мужчина, неожиданно возникший в комнате. Он быстрым движением потянулся рукой ко лбу Дина, от его пальцев исходил такой же необычный свет, как и от Кастиэля. Незнакомец хлопнул Дина по лбу ладонью. Адский жар передался через это прикосновение, опаляя и обжигая демона.       Дин мучительно закричал, пальцами вцепившись в запястье мужчины, безуспешно пытаясь оторвать его руку от себя.       — Бальтазар, остановись!       После этих слов свет исчез и боль прекратилась.       Дин рухнул на колени, хватая ртом воздух. Он прижал руки к животу в слабой попытке заглушить боль, из его носа текли ярко-алые струйки крови.       Кастиэль оттолкнул Бальтазара, который в недоумении нахмурил свои светлые брови.       Стремительно опустившись на колено, Кастиэль осторожно поднял руку, опасаясь вновь испугать Дина.       — Ты в порядке?       Дин резко отпрянул от протянутой руки Кастиэля и, спотыкаясь, вскочил на ноги, прижимая одну руку к животу.       — Кто вы, черт возьми, такие?       Кастиэль поднялся, все еще сжимая золотую цепочку в руке.       — Дин, пожалуйста…       Подойдя к столу Бобби, Бальтазар фыркнул и провел пальцами по поверхности демонического клинка, оставленного Кастиэлем. За его спиной тоже виднелись крылья, однако они были цвета карамели, а их размер был гораздо меньше.       — Ты точно уверен, что не позволишь мне прибить этого мелкого паразита, Касси?       Кастиэль сердито взглянул на него.       — Да, Бальтазар, я уверен.       Дин переминался с ноги на ногу, на его лице читалось раздражение.       — Эй! Парень-птица, я вообще-то тебе вопрос задал.       Кастиэль повернулся к Дину, сцепив руки в замок.       — Это ведь вполне очевидно, Дин, разве нет? Мы — ангелы.       Дин искривил губы в животном оскале.       — Ангелов не существует, — буркнул он.       Бальтазар пожал плечами, задевая мягкими перьями свой пиджак.       — Откровенно говоря, неважно, веришь ли ты Касси или нет… как там тебя, говоришь, зовут?       — Дин, — подсказал демон, сложив руки на груди.       Бальтазар глубокомысленно кивнул, а на его губах заиграла дьявольская улыбка, будто бы он наслаждался шуткой, понятной только ему.       Дин стиснул зубы, и на его челюсти дрогнул мускул. В течение последних трех минут этот парень пытался убить его, а теперь открыто насмехался над ним. В сознании Дина пронеслись все прекрасные, креативные идеи о том, как заставить человека кричать до тех пор, пока горло не разорвется на кусочки.       Пожав плечами, Бальтазар вновь окинул Кастиэля ледяным взглядом голубых глаз.       — Как бы там ни было, Касси, как ты сейчас себя чувствуешь, будучи ангелом только наполовину? Не говоря о том, что теперь ты официально занесен в черный список Ада.       Кастиэль вздрогнул, неуклюже шевельнув крыльями.       — Наполовину?       — Да, в кулоне содержится только половина твоей благодати.В ней заключались твои истинная форма и воспоминания, но вторая часть гораздо важнее, ведь в ней сокрыты твои силы.       — Итак, — сказал Дин, утирая рукой дорожки крови под носом, — где же находится вторая половина?       Бальтазар бессмысленно зажестикулировал руками.       — Я знаю ее точное местоположение. Она у Потерянного озера на девятнадцатом шоссе. Это в нескольких днях езды отсюда.       Дин просиял, оскалив зубы в волчьей улыбке.       — Прекрасно! Тогда ты можешь перенести нас туда? Или, может быть, Кас? Он ведь вернул свои крылья. Совсем скоро демоны начнут преследовать нас.       — Серьезно, Дин? Как будто в жизни все так просто. Если Кас полетит, прихватив тебя с собой, вы оба можете в конечном итоге оказаться на дне Атлантического океана. Без сил, направляющих его, это было бы крайне опасно. А что касается меня… — голос Бальтазара затих, когда он зашел на кухню.       Поведя плечами, чтобы размять мышцы и снять напряжение от непривычной тяжести крыльев, Кастиэль последовал за ним вместе с Дином, идущим позади.       — Ага, — пробормотал Бальтазар, доставая бутылку виски из старого покосившегося шкафа.       Он схватил стакан с сушилки для посуды, не обращая внимания на пятна копоти на стекле. Наполнив стакан, он продолжил:       — Видишь ли, когда Бог даровал свое благословение именно Касси, это вызвало ярость и зависть среди многих других ангелов, а если быть точнее — архангелов. Они ничего не сделали, чтобы остановить демонов, разорвавших Касси на части. Демоны разделили его благодать на две части, одну из которых запрятали в Потерянном озере, и Кастиэль переродился человеком. Демонам удалось отыскать его, когда он переродился, но, к счастью, Бобби обнаружил его первым во время охоты… по-видимому, он держал все в секрете, чтобы защитить тебя. Хотя даже старому доброму мне непонятно, как ему удалось найти первую часть благодати.       Кастиэль сглотнул застрявший в горле комок, переваривая новую информацию.       — Я этого совсем не помню… и что ты имеешь в виду под «Бог даровал благословение»?       Бальтазар сделал большой глоток и удовлетворенно вздохнул.       — Я не имею не малейшего представления, что это значит. Только архангелы знают, что он сделал для тебя. Я и не ожидал, что ты сразу все вспомнишь, поэтому держи кулон при себе, и со временем она поможет тебе пробудить оставшиеся воспоминания.       Дин стоял, прислонившись к кухонному столу, и лениво отстукивал ногой ритм песни Led Zeppelin — Ramble On.       — Помимо зависти, почему они так поступили?       Бальтазар неодобрительно посмотрел на Дина, глубоко, страдальчески вздохнул и драматично пожал плечами.       — Потому что без Ада необходимость в Рае отпадет.       Кастиэль вежливо вернулся к разговору:       — Так почему ты помогаешь нам?       — Ну, дорогой, четно говоря, мне очень даже нравится идея побыть бесполезным. Не придется проводить раздражающий экзорцизм или вступать в сражения. Я смогу делать все, что захочу. Заведу шведскую семью, опробую лучшие сорта коньяка — все, что душе угодно.       Дин фыркнул.       — Короче говоря, все следующее тысячелетие ты хочешь быть лениво трахающимся ублюдком.       Бальтазар возмущенно поднял светлые брови.       — Дин, в моих занятиях любовью нет ничего ленивого. Я достаточно быстро двигаюсь во время секса, но во все остальное время, когда не могу предаться этому восхитительному действу, я и правда довольно ленив. Пожалуйста, мой маленький черноглазый демон, пойми меня правильно в следующий раз.       Отставив опустевший стакан, Бальтазар причмокнул губами.       — Что ж, мальчики, это все, чем я мог вам помочь. А теперь мне пора, пока я не вывел Михаила из себя и не попал на «перевоспитание».       С этими заключительными словами Бальтазар исчез с шелестом крыльев.       Дин заметно расслабился. Его плечи опустились в привычное положение, а хватка, с которой он держался за край стола побелевшими пальцами, ослабла.       Кастиэля все еще одолевали сомнения, но он продолжал стоять рядом с Дином. Неожиданно к нему пришло понимание, что из его спины все еще торчат неуклюжие крылья, прораставшие из него, словно инопланетный паразит.       — Дин, тебе уже лучше?       Дин улыбнулся, по-дружески толкнув Кастиэля плечом.       — Да, но думаю, мне потребуется еще несколько минут, чтобы привыкнуть к твоим новым причудливым отросткам.       Кастиэль посмотрел через плечо, разглядывая крепкие мышцы, закрепляющие крылья на спине, и застенчиво сложил оба крыла вместе, прижимая их к себе.       — Все могут видеть крылья?       Дин покачал головой.       — Нет, для обычных людей это невозможно.       — Разве я не должен сейчас видеть твою истинную форму? Как и в тот раз, в церкви?       Кастиэль почувствовал, как вздрогнули его крылья. Несмотря на все его доверие к Дину, а также другие безымянные и запутанные чувства, которые он испытывал к демону, эта часть Дина все еще пугала его.       Дин прикусил клыком губу, заметив слабое движение крыльев Кастиэля.       — Нет, демоны научились кое-каким хитростям. Наша истинная форма раскрывается, когда мы хотим этого… а еще когда мы разгневаны или погибаем.       Проведя губами над ухом Дина, Кастиэль вдохнул аромат другого мужчины. Пепел, кожа и кофе. Это была странная, пьянящая смесь.       В ответ Дин крепко ухватил его за задницу, пальцами изучая изгиб упругих ягодиц.       — Я очень сильно хочу продолжить, — со сбивающимся дыханием проговорил Дин, — но нам пора выдвигаться.

***

      В придорожной забегаловке они уселись на скамью из дешевой желтой пластмассы, неприлично заскрипевшей под их весом.       Оба молча разглядывали меню.       «Это бесполезная трата времени и денег, » — думал Кастиэль, оперевшись локтями о липкую поверхность стола; уголки его губ опустились.       Дин решил проигнорировать поведение Кастиэля, искривив губы в улыбке, такой же фальшивой, как и накладные ногти официантки.       Официантка доковыляла до их столика. Одевая утром новые черные туфли на каблуках, она знала, что позже пожалеет об этом. Даже двое привлекательных мужчин, сидящих в ее забегаловке за столиком напротив друг друга, не смогли бы заставить ее выдавить из себя улыбку сквозь мучения от боли, причиняемой мозолями на ее пятках.       — Что вам принести, парни? — спросила она, шевеля ярко-алыми губами.       Кастиэль угрюмо взглянул на нее из-под тяжелых черных ресниц, но ничего не ответил.       Дин улыбнулся, желая разрядить обстановку.       — Мы возьмем два чизбургера и тарелку с картошкой фри пополам.       Официанта зацарапала ручкой по блокноту, принимая заказ. Она безразлично посмотрела на Дина, словно корова, жующая жвачку, всем своим видом показывая, что она могла бы находиться в гораздо лучшем месте, чем это. Так оно и было. На экране телевизора, за розовой, цвета лосося стойкой, выступал Джерри Спрингер.       — А что вы будете пить?       Дин взглянул на Кастиэля и покорно вздохнул, увидев, как ангело-человеческий гибрид устремил взгляд голубых глаз на серое небо, разглядывая его сквозь грязные окна.       — Два кофе, и в один добавьте ложку сахара.       Кивнув, девушка поспешно, словно таракан, отправилась на замусоренную кухню, чтобы передать заказ.       Стиснув зубы, Дин опустил руки на стол. Кастиэль молчал с тех пор, как они сели в машину. Мужчина погрузился в размышления на три долгие часа. Дин несколько раз открывал рот, чтобы выяснить причину его поведения, но в итоге решил промолчать.       Черная минутная стрелка сдвинулась на семь делений, и только после этого их заказ принесли. Единственные звуки, доносившиеся до них за время ожидания — шум, с которым картошку фри бросали во фритюрницу, а также голоса и шипение, издаваемые дешевым телевизором. Несмотря на удручающую атмосферу и отсутствие других посетителей, принесенная еда выглядела аппетитно. Щедро добавленный сыр расплавился в их бургерах, застыв на краях булочек, а от дымящихся кружек с кофе поднимался сладко-горьковатый аромат.       Дин поспешно схватил свой бургер, вонзая зубы в расплавленный сыр и обжигающую язык говяжью котлету. Он практически не ощущал жжение во рту, а привкус, обволакивающий язык, показался ему восхитительным.       Кастиэль не шелохнулся. Он выглядел до невозможности маленьким и обычным в бежевом плаще, который он взял с собой из дома. Но даже сейчас Дин мог видеть его чудовищно длинные крылья. Они были плотно прижаты к его спине, но часть их все равно проникала сквозь сиденье, словно призрак.       Оторвавшись от чизбургера, Дин звучно проглотил кусок во рту.       — Ты не собираешься есть?       Кастиэль наконец перевел взгляд на дымящуюся кучу еды.       — А какой в этом смысл? Мне не нужна еда. И я ничего не чувствую, когда смотрю на нее.       Указательным пальцем Кастиэль надавил на кунжутную булочку, удерживая палец на месте, пока на гладкой коричневой поверхности не показался белый мякиш.       — Для меня эта тарелка с едой все равно что набор фактов. Животные съели бы эту пищу. Витамины, белки, жиры — им необходимы эти вещества, чтобы выжить. Но я в этом больше не нуждаюсь.       Кастиэль поднес руки к лицу, рассматривая их, словно изучая необычное насекомое или интересный артефакт.       — Если я чувствую себя так по отношению к еде, то что еще изменилось? Важен ли для меня теперь Бобби, важен ли ты для меня?.. Я боюсь потерять свою человечность… Я не хочу искать вторую половину своей благодати.       Кастиэль произнес последние слова, ощущая их горький привкус во рту. Он предпочел бы стать мерзким исчадием ада, только бы не лишиться всего того, что делало его Кастиэлем Сингером.       С глухим звуком бургер Дина упал обратно на тарелку. Дин медленно вытер руки бумажной салфеткой. Кастиэль все так же смотрел на свои руки, не замечая действий демона.       С рычанием Дин набросился на Кастиэля. Он обхватил руку мужчины железной хваткой. Сияющие глаза Кастиэля расширились от удивления. Он попытался вырваться, но Дин зарычал и лишь сильнее сжал его руку.       Давление увеличивалось. Дин сдавливал его руку, словно тисками. Все сильнее, сильнее и сильнее.       Свободной рукой Кастиэль толкнул Дина, но глаза демона почернели, и прямой эфир с Джерри Спрингером со слабым шипением прервался.       — Дин, отпусти!       Кости начали смещаться. Послышался треск.       Кастиэль вздрогнул и зашипел от боли, почувствовав, как сломалась первая кость.       Рука Дина задрожала от напряжения, но, тем не менее, он продолжал сжимать, увеличивая давление.       — Слушай сюда, ты, жалкий кусок дерьма, — заговорил Дин с яростным выражением лица, злобно глядя на Кастиэля глазами цвета оникса.       Кастиэль сжал челюсти, его крылья взметнулись вверх от боли.       Дин вновь зарычал, с новой силой сдавливая руку мужчины.       Треск. И снова треск. На этот раз две кости.       Кастиэль ничего не мог поделать с болью, обжигающей его нервы. Рваный крик сорвался с его губ, когда он почувствовал смещение костей в захваченной демоном руке.       Крик привлек внимание официантки, которая стучала по телевизору в безуспешной попытке его починить.       — Эй, что у вас двоих там происходит?       Дин стрельнул глазами в сторону девушки, и лишь одним кивком подбородка заставил ее удариться головой о поверхность стойки. Официантка упала, потеряв сознание.       — Дин!       Глаза Кастиэля сверкнули, и темные тени сгустились вокруг него.       Дин ослабил хватку, позволив Кастиэлю прижать руку к груди, баюкая сломанную конечность. Тени исчезли, а крылья опустились по обе стороны от Кастиэля.       — Хорошо. Раз уж ты наконец-то обратил на меня внимание… Смотри, Кас. Я не человек, ты мне сам так вчера сказал. А также ты сказал, что то, что я демон, не определяет, кем я являюсь на самом деле. Если я захочу, я могу быть хорошим или плохим, как и любой другой человек.       Дин наклонился над столом, аккуратно опустивсвою ладонь на руку Каса, от чего тот испуганно вздрогнул.       — Ты должен последовать собственному совету, Кас. Когда ты станешь полноценным ангелом…       Кастиэль открыл рот, чтобы возразить, но передумал, когда зеленые глаза Дина вновь стали угольно-черными.       — А ты станешь полноценным ангелом, иначе демоны вновь и вновь будут пытаться убить тебя. Так вот, даже когда ты превратишься в священного воина, ты по-прежнему сможешь есть чизбургеры и любить Бобби так же сильно, как когда ты был мистером Никто — обычным городским священником.       Кастиэль кивнул, надув губы.       — А сейчас съешь что-нибудь и выпей уже свой кофе. Посмотри на меня, мне ведь тоже не нужно пить или есть.       Кастиэль поднял голову.       — Хочешь сказать, я все это время напрасно тратил свои деньги?       Дин усмехнулся, подняв чашку и скрывая губы за ее краями.       — Неловко вышло.       Кастиэль возмущенно потянулся к картошке фри, опустив пульсирующую руку на прохладный стол.       — Тебе обязательно было ломать мне руку, чтобы доказать свою точку зрения? Уже не говоря о бедной девушке без сознания.       Пожав плечами, Дин вернулся к бургеру, пачкая томатным соусом уголки губ.       — Не волнуйся, если ангелы хоть в чем-то похожи на демонов, то твоя рука заживет завтра утром даже без использования твоих сил.       Кастиэль благодарно промычал, хрустя соленой картофелиной во рту.       — В этом их преимущество, которое получаешь, став сверхъестественным монстром, — прокомментировал Дин, вытирая рот тыльной стороной ладони.       Они спокойно поели, не обращая внимания на белый шум телевизора и неподвижное тело официантки, лежащей на полу.       Это была странная картина. Демон и полуангел в дружеском молчании обедали в дерьмовой забегаловке на краю шоссе.       Но вскоре воцарившийся мир оказался разрушен.       Рядом с закусочной раздались дикий лай и завывание.       Дин выронил картофелину фри, которую собирался съесть, невольно стряхивая кристаллики соли с ног, обтянутых джинсами.       Кастиэль с любопытством огляделся.       — Что случилось, Дин?       Дин накинул кожаную куртку, нервно проведя языком по губам.       — Тот нож для убийства демонов у тебя с собой?       — Да, — ответил Кастиэль, выскользнув из-за стола и вытаскивая клинок из кармана.       Дин кивнул.        — Хорошо, потому что, похоже, нас решили навестить адские гончие. Нам нужно добраться до Импалы как можно скорее.       Стеклянная дверь закусочной затряслась под натиском чудовищного черного пса, врезавшегося в нее. Стекло с треком покрылось паутиной трещин, но не разбилось.       Кастиэль замер, не в силах пошевелиться, будто его ноги приросли к земле. Он никогда не видел никого похожего на адскую гончую. Массивные мышцы пса выступали из-под толстого слоя ощетинившейся шерсти. Гончая зарычала, обнажив желтые гнилые зубы и оставляя на стекле густую красноватую слизь. Кровь сочилась из ее пустых глазниц и бесформенных ноздрей.       Хлопнув рукой по плечу Кастиэля, Дин развернул его и толкнул в сторону кухни.       Стеклянная дверь разлетелась на кусочки, а пес когтями раздирал линолеум в погоне за своими жертвами.       Дин и Кастиэль бросились бегом через кухню, скользя по жирным пятнам и проносясь мимо долговязого повара.       Человек закричал на них, но через несколько мгновений его крик исказился, став булькающим, когда гончая набросилась на горло мужчины. Она перегрызла зубами трахею, и кровь залила кафельный пол.       Дин схватил Кастиэля за здоровую руку. Их ладони вспотели, когда они бежали сквозь пар. Наконец перед ними появилась деревянная дверь. Дин выбил ее плечом, дверь слетела с ржавых петель, шумно ударившись об стену. Полы плаща Кастиэля хлестали его по икрам, пока они бежали по узкому переулку.       Импала стояла в конце переулка. Еще никогда Кастиэль не был настолько счастлив видеть ее. Но она стояла недостаточно близко. Гончая промчалась сквозь дверной проем и одним огромным прыжком настигла Кастиэля, щелкнув челюстью со звуком, похожим на раскат грома. С диким нечеловеческим криком мужчина вонзил клинок в затылок гончей. Клинок чуть было не выпал из руки Кастиэля, когда он разрезал череп адского пса пополам. Вязкое серое мозговое вещество забрызгало его запястье.       Крепко схватив Кастиэля за руку, Дин потянул его к себе, и нож с тихим хлюпаньем вышел из головы гончей.       Адский пес корчился в агонии, мозг просочился в его пустые глазницы, заполняя отверстия вязким веществом.       Дверцы Импалы распахнулись, и Дин с Кастиэлем бросились в машину. Дин вставил ключ в замок зажигания и резко повернул его, заводя мотор. Летучая мышь из ада под названием Импала с визгом вернулась на трассу, оставляя после себя запах жженой резины.       Оба мужчины тяжело дышали, жадно глотая воздух из-за сбившегося от бега и паники дыхания.       Дин откинул голову назад, дико рассмеявшись.       — Дружище, да ты насквозь пронзил башку этой сучки.       Кастиэль улыбнулся, хотя его сердце продолжало бешено стучать.       Дин улыбнулся Кастиэлю в ответ, но его глаза коварно засверкали.       — Ну, если даже сейчас ты не чувствовал себя человеком, то я не знаю, что еще может тебе помочь.       Кастиэль фыркнул в ответ.       — На самом деле есть у меня одна идея.       Все еще опьяненный адреналином, Кастиэль прижался губами к губам Дина, проталкивая свой язык между его податливых губ. Их не беспокоило, что Дин не мог видеть дорогу, и они не оторвались друг от друга, даже когда машина вильнула. Сладкое прикосновение горячих языков, поглаживающих и исследующих друг друга — единственное, что имело для них значение.       В это мгновение они забыли, что Ад следует за ними по пятам, а Небеса молятся об их поражении.