Сороки

      Они ехали всю ночь. Быстрая черная Импала мчалась, рассекая полуночные тени и приближаясь к Потерянному озеру. Горы и долины возвышались на горизонте, словно огромные зубы, стремящиеся поглотить небо. Кастиэль наблюдал, как бледное солнце поднимается вдали над горами, освещая ветровое стекло Импалы болезненно-желтым и пыльно-розовым светом.       Дин прищурился от света, ощущая тяжесть, осевшую в груди. Но когда он повернулся и встретился глазами с нежным взглядом своего любовника, надежда вернулась к нему, а его сердце радостно забилось.       — Мы уже близко. Пути обратно не будет.       Улыбка, которой одарил его Кастиэль, могла бы соперничать с восходом солнца.       — Что бы ни случилось, Дин…       Машина рванулась вперед, а оранжевая игла одометра* подскочила вверх. Дин улыбался как сумасшедший.       — Не думаю, что тебе нужно говорить это, Кас.       Они сидели на кожаных сидениях, прижавшись друг к другу, тепло между ними обжигало, словно жар звезды, превращающейся в сверхновую звезду*. Умирающую звезду.       Машина пронеслась мимо желтого знака.       19 шоссе.       Краски восходящего солнца смешались, превращаясь в сеть серых оттенков, напоминая западню для приближающейся жертвы. Поднялся ветер — совсем легкий на первый взгляд. Сосны, стоящие вдоль дороги, едва покачивались, но через некоторое время начали сильно качаться и сгибаться, подобно великому Атланту*.       Дин сильнее вдавил ногой педаль газа, заставляя Импалу ускориться. Машина гудела и рычала, но даже эти блаженные звуки потонули в шуме и завываниях ветра. Кастиэль наклонился вперед, положив руки на приборную панель.       — Это то, о чем я думаю?       Нефритовые глаза Дина были прикованы к урагану, который стремительно надвигался на них. Это был бешеный, неистовый вихрь, разрушающий пейзаж, поглощающий покрытые мхом валуны и оставляющий трещины в плодородной почве долины.       — Мы не можем ехать дальше, Дин! Это самоубийство! — закричал Кастиэль.       В его кобальтовых глазах горел страх. Словно бы не услышав слов Кастиэля, Дин нажал кнопку «Play» на стереосистеме автомобиля. Из скрипящих динамиков полилась песня AC/DC- T.N.T.       Сверкнув белоснежными зубами, Дин увеличил громкость.       — Кас, ты мне доверяешь?       Вопреки своему здравому смыслу, Кастиэль откинулся на спинку сиденья. Попади он в такую ситуацию раньше, будучи священником, он начал бы молиться, но теперь это дело казалось ему бесполезным и бессмысленным. Он знал где-то в глубине своей души, наполовину благодати, да и чем бы его душа ни была, — внутри нее зажигалась искра, когда Дин смотрел на него, и все расцветало, когда он думал о возвращении домой вместе с Дином, — он знал, что Бог его больше не слушает. А его братья и сестры на Небесах просто «конченые ублюдки», как выразился бы Дин.       — Да, Дин. Я доверяю тебе.       Дин похлопал рукой по теплому бедру Кастиэля.       — Вот и хорошо, — произнес он со взглядом, наполненным, как Кастиэль с сомнением предполагал (но как же он хотел, чтобы это оказалось правдой) невысказанной любовью.       Ураган кружился, проносясь зигзагами по трассе и приближаясь все ближе и ближе, будто играя с ними. Тем не менее, серый вихрь, притягивающийся к шоссе, словно магнит, вселял только страх и ужас. Вскоре через ветровое стекло ничего нельзя было разглядеть, кроме предметов и обломков, кружащихся в воздухе.       В следующее мгновение автомобиль столкнулся с ураганом. Кастиэль вздрогнул, ожидая дождь из осколков стекла и бешеный ветер, но автомобиль лишь легко тряхнуло, и он двинулся дальше. В каждое из окон машины бились смертельные порывы ветра. Дин и Кастиэль были словно две птицы, запертые в хрупкой клетке.       Дин с резким шипением выдохнул воздух, боль пульсировала в его висках. Его кровь кипела от силы, которую он использовал. Машину окружал небольшой пузырь энергии, и при столкновении с ней чего-то большого по поверхности пузыря пробегали оранжевые вспышки молний.       Взгляд Кастиэля мгновенно метнулся к Дину, и полуангел нахмурился в замешательстве.       — Дин, это ты делаешь?       Из трещины на губе Дина начала сочиться кровь, стекая каплями на подбородок. Они почти выбрались из урагана. Еще немного — и они выберутся отсюда и уж точно не поднимутся в воздух, как Дороти*, мысленно поклялся себе Дин.       Импала загрохотала, будто ураган выражал разочарование, что не смог противостоять им. Внимание Кастиэля то и дело переключалось с его демона-любовника на бушующий ветер снаружи и обратно.       Голова и сердце пульсировали в странном дуэте. Дин приоткрыл глаза, отстраненно наблюдая за тем, как Импала приближается к безопасному месту. Боль усилилась, перед глазами заплясали черные точки, и демон провалился в темноту.       — Дин! — закричал Кастиэль, тут же придвигаясь ближе к Дину и обхватывая своими ладонями его шероховатые щеки.       Он видел, как демон завалился набок, и его ослабевшие руки соскользнули с руля.       Пузырь энергии, обволакивающий Импалу, замерцал с металлическим скрежетом и погас, как гаснет искрящийся бенгальский огонь.       Кастиэля не покидало то ужасное чувство, когда при падении лифта желудок поднимается к горлу. Нависнув над Дином, Кастиэль покровительственно укрыл крыльями себя и демона. Казалось, что Импала висела в воздухе в течение нескольких минут. Уткнувшись головой в плечо Дина, Кастиэль напрягся, предчувствуя неизбежное столкновение.       Хотя Кастиэль ожидал мучительную боль, к такому он оказался не готов.       С оглушительным грохотом машина врезалась в склон холма. Кастиэль ощущал себя так, словно все его кости были придавлены каменными блоками. Его сознание помутилось от невыносимой боли, и мозг заблокировал худшую ее часть, позволяя сохранить здравомыслие. В воцарившейся тишине раздался щелчок системы охлаждения. С трудом повернув затекшую шею, Кастиэль поднял тяжелую голову, застонав от боли. Кастиэль чувствовал запах ржавчины, заполнявший его легкие, его левый глаз был закрыт из-за пореза, кровоточившего над бровью.       — Дин, — прохрипел Кастиэль, — очнись.       Демон зашевелился под ним, а на его щеке уже образовался синяк — темно-фиолетовый цветок, у которого раскрывались лепестки. Пошатываясь, Кастиэль попытался сесть, неуклюже расправляя крылья.       Дин слегка приоткрыл опустевшие глаза, и с полубезумным выражением лица оглядел сидение и руль над собой.       — Черт! — скрипучим, похожим шуршание гравия голосом пробормотал демон, с усилием принимая сидячее положение.       Дин закашлялся кровью, оставившей пятна на его пухлых губах.       — Кас, ты в порядке?       Священник-который-оказался-ангелом молча кивнул и уставился куда-то за плечо Дина. Приподняв уголок губ, Дин резко развернулся, проследив за взглядом Кастиэля. Он увидел деревянную табличку, выцветшие буквы на которой гласили: «Потерянное озеро».       Неожиданно ноги в черных джинсах закрыли им обзор. Через мгновение дверь машины со скрежетом была оторвана, и так же резко чья-то рука просунулась в машину, пальцами впиваясь в больное плечо Дина. Дина выдернули из машины, и он часто заморгал, щурясь от солнца, высоко поднявшимся в сером, как сталь, небе.       — Привет, мальчики, — весело протянул Бальтазар, вставая коленями на траву, чтобы помочь Кастиэлю выбраться из Импалы.       Ангел возмущенно вскрикнул, когда Бальтазар вытащил его из машины, схватившись рукой за перья ониксового цвета.       Кастиэль сердито дернул крыльями, когда Бальтазар, вытаскивая его, случайно выдернул несколько перьев, изо всех сил потянув за крыло. Отпустив перья, Бальтазар поднялся и окинул повреждения машины оценивающим взглядом.       — О, бедный маленький зверек. Я всегда любил Шевроле.       — Да, мы тоже в порядке, спасибо, что спросил, Бальтазар. Нас просто слегка потрепало ураганом. Ничего особенного, — хмыкнув, сказал Дин.       Бальтазар цокнул языком, махнув рукой в их сторону. За считанные секунды раны и порезы на Дине и Кастиэле затянулись, пятна крови исчезли, а кости срослись.       Сделав несколько глубоких вдохов, Кастиэль облегченно вздохнул, осознав, что дыхание не вызывает новые приступы боли.       — Спасибо, Бальтазар, но, по-моему, ты сказал, что не собираешься нам помогать.       Прикусив губу, Бальтазар стоял, устремив в небо холодный взгляд голубых глаз.       — Как вы, вероятно, уже догадались, в этом урагане ничего естественного не было. Небеса грязно играют. Теперь они собираются отправить кого-нибудь, чтобы завершить свою работу. Но так уж вышло, что я добрался сюда раньше их.       Кастиэль шагнул вперед и заключил Бальтазара в крепкие объятия.       — Спасибо тебе, Бальтазар. Ты — единственный брат, который у меня остался.       Дин мрачно ухмыльнулся, наблюдая за смущением на лице Бальтазара.       — Да-да, я задержу их, а вы идите и оторвитесь там по полной. Кастиэль подошел к Дину, и они начали подниматься по травянистому холму.       — Кас! — крикнул им вслед Бальтазар, глаза которого сверкали в слабом солнечном свете.       Кастиэль остановился и повернулся к брату.       — Знаешь, я ведь делаю это не для того, чтобы облегчить собственное существование. Я делаю это, потому что ты единственный брат, которого я когда-либо любил.       Перья на крыльях Кастиэля затрепетали от удовольствия, а губы изогнулись в мягкой улыбке.       — Я знаю, Бальтазар. Когда все закончится, я найду тебя.       Бальтазар ласково улыбнулся полуангелу.       — Дин, — протянул он, — присматривай за Касси. Убедись, что с ним ничего не случится.       Дин закатил нефритовые глаза.       — Я уже однажды пытался.       С этими словами они скрылись за холмом, оставляя Бальтазара наедине с разбитой Импалой. Золотисто–коричневые крылья ангела подрагивали от нетерпения. Бальтазар ожидал появления характерных признаков: изменения колебания воздуха или запах озона. И он дождался. На пустой дороге из ниоткуда возникла красноволосая девушка, под ее каблуками хрустели оранжевые и красные осколки задних фар Импалы. Секундой позже появился второй ангел с непроницаемым широким лицом и с крыльями тускло-рыжего цвета — его Бальтазар не знал.       Дернувшись, рука девушки с зажатым в ней серебряным клинком опустилась. Две пары голубых глаз встретились взглядом.       — Анна, — печально прошептал Бальтазар, морщинки у уголков его глаз углубились. — Почему ты это делаешь, Анна? Ты была одной из тех немногих ангелов, кто оплакивал смерть Кастиэля …       Анна склонила голову набок.       — Я получила приказ. Мне дорого обошлось неповиновение, когда я попыталась спасти Кастиэля последний раз. Ты тоже должен был усвоить этот урок.       В мгновение ока она исчезла в воздухе с порывом ветра, и в ту же секунду багровые крылья телепортировали ее за спину Бальтазара. Уворачиваясь, Бальтазар едва не пропустил удар по затылку. В руке Бальтазара вовремя появился его собственный меч, и он парировал яростный удар в живот от второго ангела.       — Никогда бы не подумал, что стану героем.

***

      Металлический лязг мечей донесся до Дина и Кастиэля, стоявших у края озера.       Это было прекрасное озеро со спокойной темно-синей поверхностью. Оно получило свое название из-за высоких гор и долин, которые прятали его от любопытных глаз всего мира. Озеро лежало в темной чаше, словно голубые чернила в тайной чернильнице.       Воздух здесь был неподвижным, от чего озеро было похоже на зеркало: оно отражало ленивые воздушные облака, застилающие небо.       Направляясь к воде, Кастиэль шагал стоптанными ботинками по гальке, покрывающей берег. Засунув руку в карман, Кастиэль достал золотой кулон, кристалл на цепочке слабо вспыхнул один раз, а затем погас. Дин молча наблюдал за его действиями, демонический инстинкт невольно притягивал его взгляд к вспыхнувшей половине благодати.       Нахмурившись, полуангел опустился на колени, стараясь не обращать внимания на лязг мечей, разрушавший мирную атмосферу. С благоговением Кастиэль положил свою руку на воду, глубоко вдыхая чистый и свежий озерный воздух. Прохладная вода холодила его кожу.       Закрыв глаза, Кастиэль ожидал ответа. Приятное ощущение воздуха во рту через несколько секунд сменилось тошнотворным привкусом желчи.       Ощущая боль в коленях из-за твердых камней, полуангел поднял голову, его глаза были влажными.       — Дин, ее здесь нет.       Демон опустился на корточки, чтобы погрузить руку в ледяную воду. Пустота. Если бы благодать была в воде, он ощутил бы обжигающий жар, у нее сработала бы самозащита от демонического присутствия.       Ноздри Кастиэля раздувались, он чувствовал жжение в глазах и пытался сдержать подступившие слезы.       — Вот дерьмо! — закричал он, запуская пальцы в свои мягкие черные волосы. — Ее здесь нет! Она не в озере!       Едкая и отчаянная паника сжала его сердце, накрыв его сознание белой пеленой. Его ногти впились в кожу головы, и он почувствовал, как легкие сжимаются от недостатка кислорода. Поднявшись на ноги, Дин увернулся от одного из панически хлопавших крыльев Кастиэля. Быстрым движением Дин взял лицо Кастиэля в свои руки, одна из которых была холодной и влажной от озерной воды.       — Бальтазар не говорил, что она в озере! Он сказал, что она где-то здесь, но ни слова не сказал про само озеро! Помнишь?       Медленно Кастиэль встретился взглядом с наполненными эмоциями зелеными глазами Дина, которые просили его успокоиться, а на самой их глубине таилась спрятанная надежда. Прерывисто задышав, Кастиэль облизал губы и, оторвав взгляд от глаз Дина, заметил небольшую россыпь светлых веснушек на его лице.       Дин наклонился, оставляя легкий поцелуй на пересохших губах Кастиэля.       — Мы найдем ее. Бальтазар задержит ангелов. У нас все получится.       — О, мой дорогой Дин. Та красноволосая сучка — меньшее из твоих проблем.       Дин убрал руки с лица Кастиэля и развернулся к владельцу голоса. Он узнал бы этот голос где угодно. Его звучание было протяжным, но в то же время хитрым, словно шипение змеи в высокой траве.       — Аластар, — процедил Дин сквозь зубы. Энергия потрескивала под пальцами Дина, красный свет хлестал, словно кнут, а глаза Дина почернели.       Улыбка сползла с лица Аластара, и оскалился, обнажив блестящие десны и желтые зубы. Рядом с ним стояли шесть демонов, они дрожали от статического тока, исходящего от пальцев Дина. Глаза Кастиэля широко раскрылись от осознания того, что это был тот самый демон, которого так боялся Дин: именно он разорвал на части его тело и сознание. В попытке защититься и испугать демонов Кастиэль расправил крылья, их длинные темные перья зашелестели. Нога одного из демонов шумно соскользнула с гальки, выдавая его страх. Мертвые глаза Аластара с безразличием метнулись к нему. — Этот ангел кастрирован. Он потерял свои силы. Тебе нечего бояться.       Кастиэль ухмыльнулся, гордо задрав подбородок, от чего по телу Дина пробежала горячая дрожь.       — Да, похоже, адская гончая думала точно также перед тем, как я разрезал ее голову пополам.       С этими словами Кастиэль достал из-под плаща клинок для убийства демонов.       Дин подошел поближе к Кастиэлю и прошептал ему на ухо:       — Мы не одолеем семерых демонов, Кас. Может быть, с Аластаром я и справлюсь, но один лишенный сил ангел с охотничьим ножом против шести свежеиспеченных слуг, вытащенных из Ада самим Аластаром… у нас почти не осталось шансов против них.       Кастиэль крепко сжал клинок в руке и начал качать головой, но его горло пересохло, а язык был словно наждачная бумага, и Дин продолжил говорить прежде, чем ангел сумел вставить слово.       — У Бальтазара была отличная идея… Если я смогу отвлечь демонов, пока он сдерживает ангелов, то выиграю для тебя немного времени, и ты успеешь найти благодать.       Дин сделал паузу, его дыхание защекотало ухо Кастиэля.       — А затем ты вернешься и побьешь всех этих демонов своими невероятными силами, которыми одарил тебя Бог.       Кастиэль смиренно вдохнул и кивнул в знак согласия. Дин вдохнул аромат Кастиэля: древесные благовония и лавандовое мыло:       — Я л…       Аластар мрачно засмеялся, его тонкие губы растянулись, словно старая кожа.       — Вы закончили?       Расправив хрустнувшие плечи, Дин встал между демонами и Кастиэлем.       — Мы просто решали, как лучше убить таких жалких личинок, как вы.       С этими словами Дин поднял руку вверх, высвобождая накопленную демоническую энергию. Ее ярко–рубиновые лучи сворачивались, соединялись и мерцали, образуя копье, которым он проткнул грудь одного из демонов. Фиолетовый дым валил из зияющей кровавой раны в груди до тех пор, пока энергия не рассеялась. Хлынувшая кровь забрызгала походные ботинки раненого демона. Он не издал ни единого звука, и его тело упало на гравий мертвым грузом.       Остальные демоны бросились на него, будто хорошо слаженная стая волков. Дин поспешно собрал побольше энергии и выпустил ее дугой, отбросившей демонов на шаг назад.       — Беги, Кас! Давай!       Развернувшись на пятках, Кастиэль побежал, крылья захлопали в воздухе, помогая ему ускориться.       За его спиной раздавался шум сражений, в которых Дин и Бальтазар боролись за собственные жизни.       Ему необходимо было как можно скорее отыскать недостающую половину благодати, иначе его единственный настоящий брат и мужчина, которого он любит, погибнут на берегу озера.       Единственной проблемой было то, что он понятия не имел, где ее искать.