Он мой, теперь и навсегда/He's mine, now and forever

P o v Николетта

По наступлению вечера, гарем прямо-таки ожил. Девушки, которых отобрали для танца, буквально светились от счастья, но самой заметной среди них была Лукреция. Улыбка весь день не сходила с её лица. Их одели в такие роскошные платья… Ну, по крайней мере, роскошных для меня. На Лукреции было шикарное красно-алое платье, которое сильно подчеркивало её женские достоинства. Кстати говоря, на всех девушках были обтягивающие платье. Очевидно, это для того, чтобы Султан мог хорошенько на них поглазеть. Лукреция всё никак не могла насмотреться на себя в зеркало; поглаживая свои волосы, она аккуратно притронулась к губам. — Как я выгляжу? — тихо спросила она, смотря на меня через зеркало. Я глядела на неё не отрывая глаз. Она и вправду была слишком красива, до безобразия красива. Возможно, это и есть та самая красота? Особенная красота, которая сводит мужчин с ума… Женская красота, притягательность…та самая с торта вишенка. — Ты прелестна, — я встала и подошла к ней. — Боюсь, этот Султан обречён. Блистай так, как не блистала даже на балах. — Можешь даже не сомневаться. Это ночь будет просто волшебной… — Лукреция с воодушевлением вздохнула и в последний раз посмотрела на себя в зеркало, как вдруг зашла Лалезар. — Эй, хатун, ты с ума сошла?! Уже все давно вышли! Налюбоваться она тут на себя не может! Быстро давай! — командным тоном протороторила Калфа, после чего Лукреция быстро опустила голову, и вышла из покоев. Чтож, удачи тебе, Лукреция…

P o v Автор

Султан Мурад сидел на диване и неторопливо поедал сладости, что совсем недавно подали слуги. За его спиной стоял Силахтар Ага. Двери тихонько открылись, и восемь прекрасных девушек вошли одна за другой. С опущенными головами они встали в позу, готовясь танцевать. Заиграла музыка… Лукреция резко подняла голову и вцепилась в Султана своим пронзительным взглядом. Да, он был красив… Куда красивее, чем его описывали. Девушка сделала резкий толчок бёдрами и начала танцевать. Раз движение, два движение. Лукреция танцевала ничуть не хуже, чем девушки, которых обучали этому дольше, ибо во дворец они прибыли раньше. Извиваясь, словно змея, она всё также не отводила взгляда от Султана. Сам же Мурад, буквально пожирал девушек глазами. Он смотрел то на одну, то на другую. Лукреция поняла, что такими темпами она ничем не выделится среди них. Девушка перестала танцевать так, как должна была, словно отделившись ото всех остальных, она начала двигаться в такт своего сердца. Мурад остановил на ней свой взгляд, все девушки танцевали одинаково, но она… Почему она двигается по-другому? Когда музыка прекратилась, рабыни пали на колени перед Повелителем, а Мурад продолжал смотреть на Лукрецию. После этого он перевёл взгляд на Силахтара и подозвал его. — Удалитесь все. Пускай останется лишь та хатун, — Мурад дёрнул головой в сторону Лукреции. — Как прикажете, Повелитель. Силахтар подал знак Хаджи Аге, который сразу же начал выпроваживать девушек из покоев Повелителя. Лукреция так и сидела на коленях, словно если она поднимется, пол рухнет у неё из-под ног. Мурад неторопливо подошёл к девушке и, взяв ее двумя пальцами за подбородок, приподнял. — Как твоё имя, хатун? — бархатным голосом спросил Мурад. Девушка решительно посмотрела ему в глаза. Такие голубые, такие бездонные. Черты лица были такими мужественными, но при этом такими аккуратными… Как много девушек пали перед его обаянием? Страшно даже представить. Сколько красивых мужчин Лукреция не повидала, в скольких влюблялась, но она могла поклясться, что красивее, чем он, мужчин, она ещё не встречала. — Лукреция, — прощебетала девушка и вплотную подошла к мужчине. — Лукреция… Необычное имя. Чтож, ладно. А теперь, можешь идти, — Султан улыбнулся девушке и сел за стол. Лукреция стояла в полном шоке. Как же так? Она расчитывала, нет, была уверена в том, что он оставил её для того, чтобы провести с ней ночь, а может даже и не одну. А в место этого её ждёт позорное возвращение в ташлык? Глаза Лукреции метались из стороны в сторону, а затем она, не медля и секунды, быстро вышла из покоев Султана. Тяжело дыша, она облокотилась об стену и смотрела в одну точку, словно зачарованная. Послышался звонкий стук каблуков по белому мрамору. Лукреция подняла глаза и увидела перед собой девушку с русыми волосами и большими карими глазами. Это была Фарья Султан. Фарья Султан заинтересованно посмотрела на почти что заплаканную наложницу. Остановившись, она оглядела её с ног до головы. — Ещё одна значит, — с усмешкой сказала Султанша. — И когда Кёсем Султан поймёт, что отправлять всяких однодневок бесполезно? — договорив, Фарья бросила высокомерный взгляд на Лукрецию, и вошла в покои Повелителя. Всё случилось настолько внезапно, что злоба так и переполняла девушку, однако, она быстро взяла себя в руки. — Успокойся, Лукреция, — сказала она самой себе. — Вспомни, как ты поступала с соперницами? Ты их уничтожала… даже места от них не оставляла… — девушка замолчала, а затем отошла от стены. — Она меня ещё не знает.