Охохо

Глава 4

      Ммм да, до Озерова* Бэгмену, как до Китая раком, да еще и лесами! — думал я, слушая полные эмоций комментарии Людо, сопровождавшие каждое действие Седрика, уже более десятка минут безуспешно пытавшегося завладеть драконьим яйцом. — Но как старается-то, прямо из штанов выпрыгивает!        За это время Диггори уже успел совершить множество попыток извлечь яйцо из кладки, но каждый раз его постигала неудача, о чем всех присутствующих тут же оповещал неунывающий Бэгмен. Впрочем, неудачи хаффлпаффца чем-то неожиданным лично для меня не были, потому что всё это время он пробовал приманить яйцо только с помощью различных чар, не совершая при этом никаких телодвижений в сторону кладки. Яичко же, по словам все того же Бэгмена, было от подобных воздействий надежно защищено, так что Седрик зря старается, демонстрируя зрителям свое владение большим количеством чар.       Спустя еще пару неудачных попыток подобная мысль пришла в голову и самому Диггори, потому как он сменил тактику, решив воспользоваться канонным способом с трансфигурированной собакой. Идея, в общем-то, неплохая, да и внесенное им в последний момент дополнение в виде Дезиллюминационного заклинания её лишь улучшило, вот только против дракона, обладающего тепловым зрением, она все равно была бесполезной.       — Кто-нибудь, помогите ему! — завопил Бэгмен, перекрыв крики ужаса множества зрителей, ставших свидетелями кошмарного окончания выступления чемпиона Хогвартса. — Потушите его, быстрее!       После этой его фразы догадаться о том, что же произошло на арене, не составляло никакого труда: дракониха притворилась, что повелась на обманку Кабачка и, дождавшись пока он приблизится, просто и незатейливо его поджарила. Помнится что-то подобное было и в книге, но там его опалило только слегка, а здесь… В общем, будет чудо если Диггори выживет — драконье пламя это не простой огонек в камине, а очень даже магический, по разрушительному действию уступающий только «Адскому пламени».       Крам и Делакур на известие о тяжелых травмах Диггори отреагировали вполне себе предсказуемо — Флер побелела настолько, что цветом кожи сравнялась с мелом, а Крам насупился еще больше. Я же внешне никак не продемонстрировал испытываемых эмоций, хотя на самом деле колбасило меня не по-детски. Шутка ли, через некоторое время ведь и мне предстоит встретиться лицом к лицу с огромной огнедышащей тварью размером с двухэтажку, и что самое скверное — избежать этого уже никак нельзя, не пойду сам, так «добрые» люди помогут. Одно хоть радует: дракон мне достался пусть и самый большой и злобный, но в то же время, из всех задействованных на Турнире он не самый хитрожопый. Впрочем, почему достался — другие участники его специально мне слили, ибо не желали встречаться с хвосторогой сами. Как там Бэккет говорил? «Ничего личного, Джек, это деловой подход». Также поступили и они: «Ничего личного, Гарри, но подыхать нам совсем не хочется». В этом я их понимаю — сам бы так поступил, представься мне такая возможность, так как своя шкура всегда ближе к телу, чем чья-то чужая.       Спустя приблизительно сорок минут прозвучал громкий свисток, вслед за которым раздался голос Бэгмена:       — Мисс Делакур, прошу!       Все еще сохранившая мертвенную бледность француженка дрожащей походкой покинула палатку оставив меня наедине с Крамом, который тут же принялся расхаживать взад-вперед, видимо, пытаясь таким способом обрести хоть какое-нибудь душевное равновесие. Что же до меня — я к этому моменту уже просто-напросто устал бояться и постиг дзен, ну или что-то подобное. Проще говоря — мне стало на все пофиг. Из-за этого я даже не сразу заметил, что на палатку кто-то навесил заглушающие чары. Впрочем, никакого нападения, о котором я подумал в первую очередь, не произошло, и спустя некоторое время стало ясно, что заглушка это дело рук кого-то из организаторов Турнира, по всей видимости, озаботившегося эмоциональным состоянием еще не выступивших участников.       И зачем это было делать сейчас? — недоумевая, подумал я. — Хотя, что еще можно ожидать от волшебников, у которых логическое мышление отсутствует как класс?       Выступление Делакур завершилось довольно быстро, так как заглушка спала где-то минут через двадцать, после того как была установлена. Снова послышался шум многочисленных болельщиков и редкие комментарии Бэгмена, из которых стало ясно, что француженка со своим заданием справилась. А потом опять потянулось напряженное ожидание, которое через полчаса было прервано раздавшимся свистком.       — Мистер Крам, ваш выход! — объявил Бэгмен, и ссутулившийся болгарин поплелся к выходу из палатки.       Оставшись в полном одиночестве, я чтобы хоть как-то скоротать время принялся делать разминку — хрен его знает, что меня там ждет, так что разогретые мышцы лишними точно не будут. Этот мой порыв, надо сказать, был очень в тему, потому как выступление Крама завершилось в рекордно короткий срок: меньше пяти минут продолжалось противостояние представителя Дурмстранга и Китайского Огненного Шара. Правда, результат я узнать не смог по причине молчания комментатора, очевидно занятого какими-то своими делами, но столь быстрое окончание выступления мировой знаменитости заставляет подозревать худшее.       Своего приглашения я ожидал около часа, и в какой-то момент у меня даже промелькнула мыслишка о том, что про четвертого участника Турнира могли просто забыть. Было бы хорошо, будь это так, но нет, не забыли.       — А теперь на арену выходит наш четвертый чемпион — мистер Гарри Поттер! — проорал Бэгмен после прозвучавшего-таки свистка. — Мистер Поттер, прошу вас!       Встать, сделать глубокий вдох, а следом за ним такой же выдох, достать палочку. Все, я готов. Хотел было еще и перекреститься, но в последний момент передумал: во-первых, я теперь маг, а христианство и магия это вещи несовместимые; во-вторых, я некрещеный и до последнего времени вообще неверующим был. Правда, перемещение в Поттериану это несколько изменило — я приобрел веру, но не в аморфного бога, который существует хрен знает где и занимается хрен знает чем, а во вполне себе конкретных сущностей.       Выйдя из палатки, я медленно побрел к находящемуся метрах в пятистах от нее загону, окруженному с трех сторон заполненными под завязку зрительскими трибунами. Пока добирался до услужливо распахнутого драконологами входа в загон, ради интереса подсчитывал в уме, сколько зрителей погибнет в том случае, если животинка каким-либо образом вдруг окажется на свободе. Выходило что-то около ста — ста пятидесяти человечков, почти половина численности студентов Хогвартса. А что, много ли времени понадобится такой туше, чтобы обрушить или поджечь пару-тройку переполненных студентами трех школ и многочисленными гостями трибун? Ответ: пару десятков секунд, пока ее не заавадят, хотя и в этом у меня есть сомнения — никто не захочет оказаться в Азкабане, куда наш «Светлейший» директор запихнет убившего дракона мага. Как же, убийство душу раскалывает! А то, что вырвавшийся дракон сожрет пару-тройку десятков человек, а еще больше подавит или поджарит его совсем не волнует. Урод он, моральный, одним словом!       На подходе ко входу в загон мне пришлось прервать свои размышления и подсчеты, а также загнать мысли о Дамбигадстве подальше — сейчас для этого явно было неподходящее время. Впрочем, кое-какая польза от них была, так как я слегка разозлился, а в подобной ситуации гнев куда лучший помощник, чем страх. В таком вот состоянии я и прошел мимо стоявшей у входа пятерки волшебников, которые, судя по наличию среди них Чарли Уизли, являлись драконологами. А потом мне резко стало не до людей, ибо я встретился взглядом со своим противником.       Венгерская Хвосторога. Огромная черная тварь семи метров высотой в полусидячем положении, на длинной шее находится обладающая почти метровыми рогами и зубастой пастью голова, длинный, раза в три длиннее шеи хвост, конец которого покрыт острыми шипами полутораметровой длины и чудовищные кожистые крылья, размах коих сопоставим с таковым у некоторых пассажирских самолетов. А да, я еще чуть не забыл про переполненный злобой и ненавистью взгляд большущих желтых глаз, вертикальные зрачки которых реагировали на каждое мое движение. И вот у этого монстра ничего еще толком не умеющий четверокурсник должен украсть яйцо из гнезда? Волшебники точно ебанутые, причем на всю голову!       Рассмотрев как следует своего противника, я начал медленно сближаться с сидящей на гнезде драконихой и продолжал до тех пор, пока расстояние между нами не сократилось метров до тридцати, а животина не поприветствовала меня струей огня. Естественно, не достала — я же не дурак, чтобы подходить на дистанцию поражения, которая у этого вида драконов равняется пятнадцати метрам.       — Обломайся, тварюга! — сообщил я хвостороге о ее неудаче.       Ответ от драконихи** последовал незамедлительно, но совершенно не такой как можно было бы ожидать — она просто-напросто села на гнездо и уставилась на меня своими буркалами. В воздухе после этого действия животного повис так и невысказанный никем вопрос: Ну, и что теперь ты будешь делать? Я же на это только мысленно выматерился и принялся лихорадочно размышлять на тему: как мне выковыривать яйцо из-под дракона. По всему выходило, что зверушку придется убивать, а этого хотелось бы избежать, дабы не удостоиться потом сеанса шмелетерапии. Эх! Ну почему всегда все идет через жопу?       Между тем зрители, поначалу сохранявшие полное молчание, нарушенное только в момент, когда хвосторога дыхнула в мою сторону огнем, начали недовольно роптать, пытаясь тем самым сподвигнуть меня на какие-либо действия. На пару секунд прервав игру в гляделки с драконом, я пробежался взглядом по зрительским трибунам, выискивая бывших «друзей» Поттера, что сделать было совсем нетрудно, ибо внешность у них была очень приметная. А вот что стало для меня неожиданностью так это присутствие рядом с Уизелом и Грэйнджер знакомого мне по доставшейся от Гарри памяти бомжеватого болезненного мужика с устроившимся у него в ногах здоровенным черным псом. Блэк и Люпин, явились-таки, не запылились, или это вас Дамби позвал с какими-то своими целями?       — Что Потти, без Предателя Крови и грязнокровки ты уже не такой храбрый?! — прервал мои мысли выкрик с одной из трибун, следом за которым раздался глумливый смех.       Мне даже не потребовалось переводить в ту сторону взгляд, чтобы опознать решившего блеснуть своим «остроумием» перед множеством волшебников, в том числе иностранных, Драко Малфоя, так как его противный голос спутать с чьим-то еще просто невозможно.       Хм-м, и как такой идиот мог уродиться у хитрожопого Люциуса? — подумал я, прикидывая, какую бы гадость сказать ему в ответ. Я ведь не оригинальный Поттер, который в лучшем случае мог выдать что-то вроде «Заткнись, Малфой!», я Поттер версии 2.0 — дополненной и улучшенной, а потому отвечу ему той же монетой. Четыре секунды размышлений, завершившихся малюсеньким кивком, а затем:       — Сонорус! По крайней мере, — разнесся по окружающему пространству мой усиленный заклинанием голос. — Я прихожу на назначенные мной или мне дуэли, а не прячусь под мантией у Филча, как ты. Квиетус!       Ну как, дракончик, отведал своего блюда? Обычно это ты провоцировал Поттера, насмехаясь над ним и оскорбляя его, а теперь испытай это на собственной шкуре. О-о, как покраснел-то, даже отсюда это хорошо заметно. Эх, жаль, что его другие слизеринцы заткнули, а то можно было бы Хорька выставить еще большим идиотом. Не судьба. Ладно, позже повторим попытку, а пока надо разобраться с хвосторогой.       Вариант победы над драконом, который я собирался воплотить в реальности, был придуман мной совершенно случайно, когда я наткнулся на одно интересное заклинание из области трансфигурации, а именно заклятие материализации. Правда, план этот почти сразу был отброшен в сторону, так как для его успешного выполнения требовалась неподвижность цели, а дракон на тот момент мне таковой не казался. Но сейчас, когда выжидающая дракониха замерла на гнезде, все условия для его претворения в жизнь просто идеальны.       Выполнение этого плана я начал с накладывания на себя заклятий недосягаемости и головного пузыря, долженствующих защитить меня в случае чего, а затем, хорошенько сконцентрировавшись, для чего пришлось затратить целую минуту, вскинул палочку и, целясь точно посередине головы драконихи, в максимально быстром темпе скастовал заклинания:       — Инаниматус Коньюрус ! Глациус!       Отток сил, вызванный материализацией большого количества вещества, был настолько велик, что у меня на пару секунд потемнело в глазах, а когда зрение вернулось в норму, я отметил полную успешность своих действий — голова венгерской хвостороги была заключена в прозрачную сферу, снаружи покрытую толстой коркой льда, от которой исходил густой белый туман. Секунда, другая… и сфера лопается, выплескивая наружу свое содержимое, от соприкосновения с которым воздух начинает превращаться в голубоватую жидкость. Увидев это, я принял единственно верное в данной ситуации решение — развернулся и со всей возможной скоростью побежал в сторону ворот. И надо сказать, что сделал я это совсем не зря, так как спустя несколько секунд то место, на котором я находился до этого, поглотил бело-голубой туман, распространение которого остановилось метрах в семи от стенок загона.       Ненадолго на арене установилась полная тишина, которая была нарушена звуком падения многотонной туши венгерской хвостороги, так и не понявшей, что же ее убило. Хотя, как она могла что-либо понять, когда у нее мозги замерзли почти мгновенно — жидкий гелий все-таки очень холодная штука***. А если учесть, что я его дополнительно магией подморозил, то там вообще как бы не абсолютный ноль был.       Выждав для верности еще пару минут, я наложил на себя согревающие чары и скастовал заклинание, создающее мощную струю горячего воздуха, после чего разгоняя оным зависший над землей очень холодный туман, медленно двинулся в сторону драконьего гнезда. Еще несколько томительных минут, и в так и не потерявшем густоту тумане показались смутные очертания поверженного дракона, по мере моего приближения становившиеся более четкими. Наконец, приблизившись к туше практически в упор, я смог констатировать факт того, что мне охрененно повезло — дракониха, сдохнув, завалилась на бок, тем самым открыв гнездо, до самого конца охраняемое ей с фанатичным упорством и по сути своей бывшее единственным фактором, что сдерживал зверя от нападения на меня или зрителей. Цепь, на которую животина была прикована, доверия мне не внушала от слова совсем.       Золотое яйцо, захват которого являлся целью этого испытания, прежде чем взять в руки пришлось некоторое время отогревать — обморожение мне получать совершенно не хотелось. Закончив с этим, я взял его в руки и спокойным шагом отправился в направлении выхода из загона. Стоило мне только выйти из начинающего постепенно рассеиваться тумана, как заметившие яйцо в моих руках зрители ликующе взревели. Правда, столь бурную радость выражали далеко не все — от трибуны со слизеринцами донеслись ясно слышимые полные разочарования возгласы. Наверное, они думали, что меня дракон поджарит и сожрет или же что я облажаюсь, а тут такой облом, хе-хе.       Отличный от канонного способ победы над драконом повлек за собой и другие изменения — в этот раз Поттера, сиречь меня, встречал один только лже-Грюм, который как только я приблизился к нему, прохрипел:       — Необычно, но эффективно, Поттер.       А потом он за каким-то хреном отправил меня в расположенную неподалеку палатку первой помощи, где я попал в цепкие руки мадам Помфри. Впрочем, мое пребывание в ее временной обители вышло недолгим — бросив на меня несколько диагностических заклинаний и не найдя ничего, что требовало бы вмешательства колдомедика, Помфри отпустила меня на все четыре стороны и вернулась к лежащей на кушетке мумии, носящей имя Седрика Диггори. Понятное дело, что задерживаться я здесь не стал и сразу же покинул это место, взяв курс на ту палатку, в которой чемпионы узнали о своих противниках.       В палатке, когда я зашел в нее, уже присутствовали оставшиеся целыми и невредимыми Делакур и Крам, а также члены жюри в полном составе. Что интересно — у Крама, в отличие от Флер, золотого яйца с собой не было.       — А вот и наш юный драконоборец! — жизнерадостно воскликнул Бэгмен. — Проходи, Гарри.       — Гарри, мальчик мой, я очень разочарован твоим поступком! — сразу же загудел Дамблдор. — Тебе не следовало использовать столь жестокий способ для того, чтобы выполнить это испытание.       Ага, по-твоему, было бы лучше, если б дракон меня сожрал! — подумал я, однако вслух произнес совершенно другое:       — Профессор Дамблдор, в озвученных мистером Бэгменом условиях выполнения этого задания не было пункта о сохранении дракону жизни и здоровья. Единственным обязательным условием было завладеть золотым яйцом, а способ оставлялся на усмотрение чемпиона. Мистер Бэгмен, я ведь прав?       — Да, — подтвердил Людо. — Ты совершенно прав.       — И все равно я считаю, что тебе, Гарри, нужно было воспользоваться чем-то менее жестоким — призвать метлу, например, — не пожелал сдаваться Шмель. — Ты ведь так хорошо летаешь, мой мальчик.       На это я мысленно закатил глаза и попытался как можно достовернее изобразить искреннее раскаяние — так ДДД быстрее отстанет, что собственно и произошло: «Добрый Дедушка» наградил меня долгим, полным невысказанного порицания взглядом, после чего кивнул Бэгмену, разрешая тому начать инструктаж.       — Прежде всего, давайте подведем итоги первого испытания, — заговорил Бэгмен. — Итак: мисс Делакур, набрав тридцать семь баллов, занимает первое место, второе и третье места делят между собой мистер Диггори и мистер Крам с двадцатью пятью очками у каждого, и наконец, на четвертом месте, с двадцатью двумя баллами находится мистер Поттер. Теперь о наших дальнейших планах. Второе испытание состоится через три месяца, двадцать четвертого февраля в девять тридцать утра. Однако за это время у справившихся с первым заданием будет, о чем подумать. Взгляните на золотые яйца, которые у вас в руках, видите, они открываются. Внутри яйца находится ключ ко второму заданию, который поможет вам подготовиться. Тем, кому раздобыть яйцо не удалось, этот ключ будет выдан за сутки перед началом испытания. На этом все. Удачи!       Как только из уст Бэгмена прозвучало последнее слово, я поспешил покинуть палатку и побыстрее добраться до замка с целью привести себя в порядок, успокоить расшатанные нервы и хорошенько пожрать. Но, по всей видимости, лимит везения на этот день я полностью исчерпал, так как снаружи меня уже поджидала мини-делегация, состоящая из Шестого, Грэйнджер, Люпина и находящегося в своем собачьем обличье Сириуса Блэка.       — Гарри, — произнес оборотень, сканируя меня с ног до головы взглядом своих желтых глаз. — Нам нужно о многом поговорить! _______________       Прим. автора:       *– известный советский спортивный комментатор.       **– модель поведения венгерской хвостороги взята из книги «Гарри Поттер и Кубок Огня».       ***– температура кипения жидкого гелия составляет -269 градусов по Цельсию.