Мой дорогой друг

       Когда Гоголь просыпается, на часах уже 10:40. Николай с трудом открывает глаза и садиться на кровать. Он пытается, но не может вспомнить, как вчера уснул или когда же ушла мама, но вся вчерашняя ночь вырисовывается отчетливо.        Николай идет в душ, но потом все же решается заглянуть в комнату следователя. В комнате стоит полумрак из-за плотных штор. Кровать завалена разными одеялами, подушками и одеждой. Сам Гуро лежит с краю, в своем уже привычном красном пиджаке. "Ему не жарко?", - первым делом думает Гоголь.        Николай уже хочет закрыть дверь, но замечает папку с бумагами на столе. Он был готов поклясться, что вчера ее не было. - Николай Васильевич, это вы?.. - неожиданно раздается голос следователя. - Да, извините, что разбудил, - Гоголь уже хочет закрыть дверь, но Гуро его останавливает. - Вы как раз мне нужны, - следователь быстро встает с кровати.        Вид у мужчины непривычно помятый. Едва заметным движением он расправляет на себе одежду. Его волосы растрепаны и, наверное, представляют собой какой-то отдельно взятый вид искусства. Но взгляд у Якова Петровича бодрый, будто он и не спал вовсе.        У Николая не получается отвести глаз. - Что, плохо выгляжу? - с задором спрашивает мужчина. - Нет, - быстро возражает Гоголь, - прекрасно.        Гуро ухмыляется, а Николай бледнеет даже больше, чем обычно. - Ну ладно, - произносит Яков Петрович, - я вас сюда не для этого позвал. Вчера, как вы знаете, было совершенно новое убийство.        Гуро подошел к столу и взял папку. - Вот, будьте добры, прочтите, - с этими словами он передал Гоголю дело, - встретимся в столовой через 15 минут.

***

      Через минут 10 они уже сидели за столом. Умытый, полностью одетый и бодрый Яков Петрович, и еще более напуганный и смущенный Николай. Родители уже давно на работе и Николая встретила на кухне записка с пожеланием хорошего дня от мамы. После своего вчерашнего признания Гоголю многим стало свободнее, но при всем этом прежний страх продолжал грызть его, не позволяя вздохнуть полной грудью. - Ваша мать самая прекрасная из тех многих женщин, кого мне удалось повидать, - задумчиво произнес Гуро, перебирая в руках листок бумаги с запиской. Затем следователь неожиданно резко поднялся, подошел к кухонному гарнитуру и спустя полминуты поставил перед Николаем кружку с приятно пахнущим чаем. - Я обычно пью кофе, - на автомате возразил молодой человек. - Чай полезен, - сказал, как отрезал следователь, - а теперь, думаю, нужно обсудить вчерашнее убийство.        Следующие десять минут Яков Петрович посвятил рассказу о деле. Убитая девушка была студенткой третьего курса, не сказать, что особо прилежной, но дочерью довольно не бедного бизнесмена. Мать Ирины умерла много лет назад, а отец сошелся с другой женщиной. Сама Ира жила с парнем, которого вчера же и опросили, у того оказалось железное алиби. Убийство произошло в районе шести часов вечера, в том же месте, где труп и нашли - в маленьком сквере, в старой части города. Место пустынное, ни камер, ни свидетелей. - Это наш маньяк? - оторопело спросил Гоголь, дослушав речь следователя. - Вы, Николай Васильевич, мне тем и нравитесь - знаете какие надо задавать вопросы, - Яков Петрович даже улыбнулся, - Я думаю, что это нет. С виду все одинаково, тот же подчерк, но работа уже более грязная. К тому же, много нестыковок - убийце потребовалось четыре удара молотка, разрез в другом месте. Я считаю, что все это по крайней мере подозрительно, - задумчиво произносит следователь, - может еще тост?        Гоголь сдержанно отказался. Как показалось Николаю, что-то начало проясняться для Якова Петровича. Он умело составил распорядок дня и с радостью согласился взять Гоголя с собой.

***

       Им снова пришлось ехать в автобусе, и в этот раз Яков Петрович первый поздоровался с кондуктором и очаровательно улыбнулся. - За двоих, - он протянул ей купюру. - У меня не будет сдачи, - совсем без злобы, даже как-то смущенно произнесла женщина.        Казалось, за эти годы Яков Петрович научился пользоваться своим обаянием безотказно. - А, вот, - Гоголь протянул мелочь, - возьмите. - Да, - как-то растерянно взяла она монеты.        Следователь не прекращал улыбаться. Гоголь начинал чувствовать себя даже лишним, и облегченно вздохнул только когда кондуктор отдал Якову Петровичу два билета. - У нее есть муж, - зачем-то сообщил Николай. - Да что же вы подумали обо мне, - даже возмутился Гуро. - Просто каждому нужного иногда немного внимания.        Гоголь не выдержал и поднял на мужчину взгляд, но затем смутился и стремительно отвел глаза.

***

       В участке их встретили еще менее радостно, чем вчера. Мужчина, которого Гуро представил как Бинха Андреевича провел их в морг. - Удачи, - сквозь зубы сказал он и закрыл дверь.        До этого Гоголю приходилось бывать в морге от силы пару раз. Он не любил вспоминать о таких моментах, но именно этот запах, тухлый и въевшийся, будет преследовать его до конца жизни, молодой человек был уверен. - Николай Васильевич, надеюсь, вам не станет плохо. - Да, я тоже.        Следователь уже уверенно надевал перчатки. Он подошел к одной из каталок и поднял лежавшую на теле простыню.        На каталке лежало тело молодой девушки. Она была красива и выглядела до того живой, что Гоголю стало не по себе. Он не хотел рассматривать ее, поэтому продолжал смотреть на ее лицо, спокойное и даже, как показалось молодому человеку, радостное. - Не могли бы вы и снова запротоколировать мои выводы? - обратился Гуро.        Николай покорно отошел и достал блокнот из внутреннего кармана. "внутренние органы здоровы... следов сексуального насилия нет...удар пришелся в левый висок... диаметр оружия около 7-ми сантиметров... глубокий порез на груди... около 20-ти сантиметров... пирсинг в пупке... девушка выпивала до убийства... был плотный завтрак... "        Николая было уже отвратительно плохо. Молодой человек пытался отвлечься, просто следя за приятным голосом следователя и выводя витиеватые узоры на бумаге, но получалось из рук вон плохо. Звук работающих инструментов или разрезающейся плоти постоянно возвращал его к моргу и трупу девушки в пяти метрах от него.        Гуро же выполнял свою работу слаженно, с абсолютно отсутствующим выражением лица и лишь изредка бросал на Гоголя обеспокоенные взгляды. Николай же в свою очередь успел сменить цвет лица от бледно-желтого до фиолетового. - Николай, а вы сегодня молодцом, - заметил Яков Петрович уже снимая с рук перчатки. - Вы закончили? - с надеждой спросил Гоголь. - А вы записали? - улыбнулся Гуро.        Николай без слов протянул исписанный блокнот. - Молодцы мы. Вы не желаете выпить? - Я не пью. - А посидеть со мной в кафе?

***

       В городе было не так много разных заведений разной паршивости, но Гоголь никогда до этого не бывал в этом месте. Официантка протянула меню и указала на свободный столик.        Яков Петрович что-то у нее заказал, Николай не особо вникал что именно. - А вы знаете, что ходить в кафе, в то время как четыре убийства еще не раскрыты - это верх непрофессионализма? - неожиданно спросил Гуро.        Гоголь решил промолчать. - Ну, мы же с вами профессионалы, Николай Васильевич, верно? - загадочно произнес следователь. - Это вы к чему? -Это кафе принадлежало убитой.        Николай огляделся по сторонам. - Милое место, не находите?        Вокруг них было около десятка пустых столиков. Само же заведение было окрашено в привычные для этих мест светлые тона. Несколько столиков находились на скромненькой веранде перед кафе, но и они пустовали. - Да, пожалуй. Но, Яков Петрович, что мы тут ищем? - Хороший обед, - пожал плечами Гуро.        Николай усмехнулся. Подошедшая официантка поставила перед ними стаканы, в стакане Николая был какой-то сок, а стакан следователя был наполнен яркого зеленого цвета жидкостью. - А как давно вы здесь работаете, - спросил Гуро у собиравшейся было уходить официантки. - Ну, года два, наверное, - нехотя отозвалась девушка. - И как вам? Нравится? - заинтересовано продолжал спрашивать следователь.        Молодая девушка даже растерялась. Яков Петрович же бесстыдно и легко улыбнулся ей, как и кондуктору сегодня, но официантка лишь уже больше смутилась. - Ну да, наверное. Извините, мне надо идти. Зовите, если понадоблюсь. - Хорошо.       Девушка поспешно удалилась. - Старею я, Николай Васильевич, - печально сообщил Гуро, - раньше одного взгляда было бы достаточно.        Гоголь лишь отпил из своего стакана. Неприятные ощущения после морга еще не оставили его. - Может, в следующий раз вы' попробуете? Умение обращать к себе людей никогда не помешает. - Соблазнять девушек не по моей части, - вдруг сказал Гоголь.        Наверное, Николай бы и сам не объяснил с какой целью это сказал. Через секунд три ему явно захотелось провалиться сквозь землю, и оставалось надеяться лишь на то, что Гуро не обратил на это особенного внимания. - Что? - переспросил Яков Петрович.        Гоголь же набрал в легкие побольше воздуха, пытаясь найти силы повторить сказанное. Он бы, наверное, даже смог это сделать, но его прервал звучный голос за самым дальним столиком. - Милейшая, подойдите-ка ко мне.        Все внимание Гуро сразу перешло на обратившегося. Это был невысокий человек лет сорока пяти, со смешными круглыми очками и, по виду, требующий уже не первую стопку. - У меня есть предположение... - сказал Яков Петрович и встал из-за стола.

***

      Добрый день, милейший, - поздоровался он с обладателем смешных очков. - Добрый день, - радостно отозвался посетитель кафе, явно уже давно скучающий по общению. - Меня зовут Яков Петрович. - А я Леопольд Леопольдович. Приятно познакомиться, - протянул он руку. - Взаимно. Разрешите присесть? - О, да, конечно, - Леопольд попытался отодвинуть свободный стул для нового знакомого, но тот лишь упал, громко ударившись об плитку. - Господи, как неловко, извините, - начал было пьяница.        Гоголь сидел все это время в нерешительности, не зная, стоит ли ему подсаживаться, но в итоге решил, что все же не стоит.        Яков Петрович же минут пятнадцать о чем-то расспрашивал нового знакомого и лишь затем встал, крепко обнялся с ним, и вернулся к Николаю. - Прекрасный человек. Пьяница, но персона отменная, - Гуро снова сел за стол.        За время разговора следователь узнал очень многое, даже историю жизни Леопольда со всеми подробностями, но, к тому же, узнал информацию, напрямую касающуюся дела.        Открыл это кафе отец убитой, который уже достаточно давно скончался и заведением начала управлять мачеха убитой, молодая и довольно властная женщина. Убитая же в шестнадцать уехала жить к парню в столицу. Вернулась она лишь для того, чтобы распродать имущество отца, после совершеннолетия всецело принадлежащее ей. - О, мой дорогой друг, мои подозрения подтвердились. История, стара как сам мир. Мотив "Золушки" все никак не хочет отпускать наш народ. - Думаете, убийца - мачеха? - Уверен. Умная и прагматичная, но не совсем как оказалось. Вероятнее всего, просто думала, что все свалят на маньяка. - Вы уверены? - Более чем. Думаю, стоит прогуляться.