"Хватит течь!" или "Я ищу себе царицу сердца".

POV Яна. Сегодня наконец-то продолжились съёмки Владькиного клипа: мы поехали в воинскую часть, снимать его армейские будни. Если честно, я была в довольно приподнятом настроении: в съёмочной группе не было ни Травки (слава богу, никто не будет оттягивать внимание Влада), ни Коли (который обычно уезжает вместе с ним на машине). Мы сможем спокойно пообщаться с Владом, обсудить волнующие меня темы. Выглядела я просто восхитительно: после знакомства с этим кареглазым демоном я стала чаще наведываться к косметологу и парикмахеру, чтобы быть молодой шикарной женщиной не раз от раза, а всегда. И ещё я везла в пакете свой медицинский халат. Ну, как халат? Белое приталенное мини-платьице на пуговках с коротким рукавом, эротично облегающее мою фигуру. И к нему в комплекте — белые шапочка, ажурные чулки и туфельки на каблучке. Конечно, куплено это всё было в интим-салоне, режиссёр же намекнул, что медичка из санчасти должна быть соблазнительной. Уже через пять минут после начала съёмок я растеклась, словно карамель: видеть этого демона Рамма в армейской форме было мучительной пыткой. Он был так шикарен, его осанку и походку так дисциплинировало это камуфляжное одеяние, что я просто не сводила с него восхищённых глаз. Алые губы, лёгкий румянец и блядские глазищи просто завораживали, когда он шёл или бежал с автоматом в компании парней-солдат. А уж кадры, где он сидит на подоконнике и играет на гитаре, мечтательно глядя на луну, вообще бомбезны! Как и те, где он типа спит перед подъёмом, спустив одеяло и обнажив свой подкаченный торс, чуть приоткрыв губки. Когда дошла очередь до моих съёмок, и я переоделась, мужская часть съёмочной группы просто захлебнулась слюнками. А Влад… Он просто одарил меня своим бесстыдным взглядом и одобрительно кивнул. Он заценил мой образ! По задумке, я лёгкой походочкой плыву по плацу и вижу, что командир отчитывает удравшего в самоволку Влада. И, подойдя к ним, так укоризненно говорю Владу: — Сержант Рамм, кто Вам позволил самовольно покинуть санчасть? Вернитесь в лазарет немедленно. — Так он в лазарете был? — удивляется командир. — Конечно. Не видите? На бойце лица нет, — отвечаю я и подхватываю Влада под руку. И мы сваливаем в туман. Типа, наебали всех. Когда съёмки закончились, я не стала переодеваться, а просто накинула плащ на своё блядское одеяние и подошла к Владу: — Владюш, мне поговорить с тобой очень надо. Давай не здесь? Садись в машину и езжай следом за мной. А, подъехав к дому, где я купила Коле новую квартиру и сейчас занималась её дизайном, я подождала Влада, и мы поднялись в эти апартаменты. Влад расслабленно приземлился на мягкое кресло, а я сбросила плащ и аккуратно присела на край стола перед ним. — Владюш, — начала я, — тема деликатная. Я прекрасно осведомлена о том, что Колясик развлекается с этой Травкой за мои деньги. И вроде как не препятствовала этому. Но последнее время с его карты исчезает дохрена бабла. Можешь ему тактично намекнуть, что эта лафа продолжается ещё максимум неделю? А потом я просто блокирую его счета и выдаю ему по сто рублей в день, на пирожок и сок, как всем нормальным школьникам. — Я сам не в восторге от этого, Ян, — зло рыкнул он. — И сейчас активно пытаюсь переключить внимание нашего малыша с Травки на другую девушку. — Умничка мой, — потрепала я ласково его чёлку. И продолжила: — А теперь другой вопрос. Как тебе Травка? — Ян, давай напрямую, — чуть напрягся он и вскинул на меня свои распутные глазищи. — Я бы хотела, чтобы ты закрутил с ней пиар-роман, — рубанула я. — Нет, Ян, — уверенно замотал он головой. — Это исключено. Проси что хочешь, но не это. — Что хочу? — я облизнула свои пересохшие от волнительного возбуждения губы. -Ты уверен? — Да, — кратко ответил он и просто расстрелял меня в упор своим взглядом. Я грациозно спрыгнула со стола и пошла к нему. Он вскинул свою красивую бровь и выжидающе смотрел, как сокращается расстояние между нами. А я плавно опустилась к нему на колени, разведя ноги, очертила ноготком его скулу и прошептала: — Я тебя хочу. Сам напросился. Держи своё мужское слово. Он похотливо ухмыльнулся и огладил ладонями мои бёдра. Он смотрел прямо в мою душу и читал все мои распутные мысли. Этот сучонок прекрасно видел, как я напряжена. Он чувствовал, что я, такая-растакая красавишна, под завязку наколотая ботоксом и гиалуронкой, всё же комплексую перед ним, этим молодым смазливым распиздяем, по поводу своего возраста. А поэтому, потянулся к своей барсетке и извлёк оттуда два чека и пластиковую карту. А потом огляделся и взял с тумбочки зеркальце. После нескольких манипуляций он протянул мне это зеркальце с двумя дорожками кокса и пропел: — У нас две дороги, Вдыхай — летим… - Я с тобой, — шёпотом продолжила я. — И я неуязвим, — закончил он и вдохнул свою долю. А потом это сделала и я. Чёрт, сегодня просто день моего триумфа! Все мои тайные желания осуществляются самым волшебным образом. Вот этот юный соблазнитель Владичек выдыхает и бросается в бой: бесстыдно лезет мне под халатик, рвёт на нём пуговицы и просто срывает с меня лифчик. Боже, эти алые пухлые губы на моей груди, жадно втягивают и покусывают мои набухшие соски и уносят меня в страну неземного наслаждения. Он резко поднимается со мной на руках и сажает меня на стол, оставляя засосы на моей шее и страстно шепчет: — Янка, сучка, я что, не видел чтоль, что твоё тело просит, громко просит меня уже давно?! — Ждала удачного момента, Владюш, — жарко шептала я в ответ. — Как сегодня. Чтоб и тебя попробовать, и кайф от дорожки кокса вспомнить… Ну да, балуюсь тоже изредка. Поэтому и к этому Владькиному «увлечению» спокойно отношусь: ему это даже полезно. Ведь под кайфом он мастерски укладывает в своей голове все те строчки, эпитеты и словесные обороты, которые в нереальных количествах громоздятся в ней. Он пишет сумасшедшие вещи: стихи, музыку, и тут же, словно из космоса, ему посылаются изумительные задумки для аранжировок. Его песни отрывают с руками именитые певцы, Димка вон взял парочку, Юлька… Коле он написал песен на два альбома уже, подростковых, романтичных. Да и себе развратной пошлятины тоже накропал. У него нет жестоких отходосов даже после ахуенных доз, приправленных литрами вискаря. На него не действуют недосыпы, нереальное количество крепкого кофе и караваны похотливых блядушек, терзающих ночами напролёт его божественное тело своими смелыми ласками. Всё это отражается на его внешности самым благоприятным образом: его и без того восхитительные скулы ещё более заостряются, глаза выражают совсем не усталость, а пресыщение удовольствиями. Краснота в них убирается «Чистой слезой», а бледность лица — вожделенным румянцем от пошлых желаний при виде очередной проходящей сучки. Он неотразим. Всегда и всюду. И то, что, однажды, смертельно устав и обесточившись, он без предупреждения исчезает на пару дней, не отвечая на звонки и срывая интервью, я тоже ему прощаю. Я знаю, что он в тот момент подзаряжается тишиной и одиночеством в своей квартире, или вдохновляется красивыми пейзажами и удачной рыбалкой в какой-нибудь тихой гавани. И когда он надумывает обьявиться, то снова поражает нас своими новыми творенями и работоспособностью. Потому, что он — первый. Он — звезда. Во всём. В том числе и в сексе. Это было ахуительно! Мы оба раскрепостились до такой степени, что поменялись ролями. Он, раздевшись, и в нетерпении порвав мои эротичные шмотки, вколачивался в меня просто с безумным азартом, называл меня крошкой, Янкой, мокрощёлочкой, моей сучкой, и с каждым своим ударом погружал меня всё глубже в бездну сумасшедшего наслаждения. А я позволяла ему делать с собой всё, на что была способна его извращённая фантазия. Сходила с ума от близости этого дьявола, от его манящего тела, татуированной гладкой кожи, невъебенно-сексуального аромата. Я, не задумываясь, в какой-то момент опустилась перед ним на колени и заглянула в его глаза: — Владюш, ты божественен. На тебя молиться надо. И с удовольствием погрузила в свой ротик его «волшебный сладкий леденец». — А ты помолись Как-то за меня, — пропел он, похоже, какую-то свою новую песню. А потом отстранился от меня и кончил прямо мне на лицо. — По щекам твоим Разливаюсь я… Этот трэш продолжался несколько часов. А потом — недолгий сон, холодный душ, благодарный поцелуй, обмен распутными взглядами и — по домам. Цель достигнута, это лакомство под названием «Влад Рамм» мною испобован. Но какого хера так тошно? Я не насытилась, а только разожгла свой неуёмный сексуальный аппетит. Дьявол, блять! POV Влад. Вау, а продюсерша-то у меня та ещё кошечка. Похотливая ненасытная маньячка. Но мне понравилось, эта опытная леди показала мне несколько приятных фишек, которых не знают мои юные давалочки. Следующую ночь я провёл в компании давней подружки Инги, которой я уготовил роль замены Травке для Колясика. А перед этим проверил, не утратила ли она навыки сумасшедшего глубокого минета. Оказалось, что они не только не утрачены, а даже приобретены новые умения, и это просто круто! Но, несмотря на весь этот бордельерчик в моей жизни, я периодически возвращался мыслями на тот ночной сочинский обрыв. У меня даже появлялась мысль сорваться туда, не говоря никому ни слова. Посидеть, песенок построчить, помечтать… О Мирке. А вдруг повезёт — и она там объявится? И я снова буду наслаждаться её сладенькими губками. Но нельзя — «горячая» пора будет ближайшие пару недель: эфиры, фотосессии, концерты… С Колясиком я никогда больше не заговаривал о Ми. Но вот её странички в соцсетях прочесал все. В тысячный раз пересматривая её фоточки, восхищался, как менялась эта девочка с каждым годом в лучшую сторону. Наслаждался её фотками на пляже в купальнике, ревновал, видя руки левых парней на её талии. А теми пейзажами, которые она фоткала, я бы хотел любоваться вместе с ней, ведь именно так выглядят мои любимые места, где я нахожу умиротворение. Часто я видел, что она онлайн. И просто руки чесались написать ей «Привет!» с тысячей радостных смайликов. Но… Горит снова Статус в сети, Но мы молчим И я, и ты. Я был в шоке от себя, такого «трепетного юноши». Я думал, что пресыщение и снобизм напрочь выхолостили во мне нежность души, тонкость чувств и восхищение кем-то, кроме себя, любимого. Но эта юная феечка разбудила во мне тот необъяснимый щенячий восторг от мыслей о ней, растревожила сонных бабочек в моём животе от своих поцелуев, и включила на полную мой сердечный ритм от одного своего ласкового «Владик»… На одном из сборных концертов я стоял за кулисами и ждал своего выхода. И вдруг услышал песню Димы Маликова: «Зовут тебя красивым именем. Глаза — миндаль и небо синее. Улыбка — солнце негасимое. Ты навсегда, моя любимая. А волос распущенная прядь, Искушая, нежных плеч касалась. Как же я хочу тебя обнять. Чтобы ты в любви ко мне призналась. Вновь стоишь прекрасна, как мечта, Тех несбыточных моих желаний. И твоя святая красота Мне дурманит сердце в оправдание…» Я просто стоял и тупо лыбился, вспоминая Ми, её чистые бирюзовые глаза с хитрым прищуром, нежные губки, приятный голос и такие развратные ласки. Пока Коляс не вернул меня в реальность: — Владос, наш выход, очнись! Я написал кучу чистых и трогательных песен о первой любви в альбом Колясику. При этом я мечтал о том, как пройдёт наша следующая встреча с Ми. Наверно, мы при встрече крепко обнимемся и простоим вот так целую вечность. А потом поцелуемся, так, как тогда на обрыве. А потом… Я даже не знаю, что у нас будет потом. А хотя, если мы встретимся после её развода, то мы, наверно, отметим с ней этот чертов развод. Возьмём шампусика и поедем в какую-нибудь тихую бухту, до утра. Вспомнился диалог из фильма «Москва слезам не верит»: — Увидеть тебя хотел. — Зачем? — Тянет. Вот и меня тянуло с неудержимой силой к этой девчонке. Не скрою, секса с ней я хотел не меньше, чем поцелуев. Только не такого, как мой ежедневный бесчувственный трах для снятия напряжения. С ней я хотел по-другому, как в кино, медленно и сладенько заниматься не сексом, а любовью. Любовью… И вдохновляться. И Высшие силы услышали меня и подарили мне встречу с Ми. Неожиданную для обоих. И такую желанную. Только произошла она за шесть уик-эндов до её развода! И оставила горько-сладкий осадочек.