Something New Under the Sun/Нечто Новое Под Солнцем

10:37 Адриан: Кое-что помешало нашему кофе-свиданию. Мне ОЧЕНЬ жаль: ( Она прочитала сообщение еще раз. Свидание. Свидание. Свидание. Он сказал «свидание». ОН СКАЗАЛ — ЭТО СВИДАНИЕ!!! Он действительно думал что это свидание, или он просто высмеивает ее за то, что она случайно сказала это вчера? Аргх. Не то, чтобы это имело значение сейчас, когда он отменил его, что бы «это» ни было. Пока одна ее половина испытывала облегчение, от которого ей хотелось плакать, вторая была разочарована. Не в Адриане — в себе. Да, конечно, она нервничала всю ночь и все утро думала о кофе, но ЕЙ НУЖНО СДЕЛАТЬ ЭТО. Если бы она теперь отступила… Как она смогла бы смотреть Коту в глаза? Она не могла вернуться к нему со слезами снова. Она просто не могла. Ей нужно было срочно найти какое-то решение. 10:38 Маринетт: Тебе повезло — я свободна сегодня ночью. Хочешь поменять кофе на бокал вина? Она не знала, пил ли он вино, не говоря уже об алкоголе. И она была абсолютно уверена, что, если он снова отступит, она умрет на месте. Опять же, вероятно, она умрет, если он скажет «да». Но ПОЧЕМУ у него ушло ТАК МНОГО времени для ответа? Две минуты уже прошли. Либо он игнорировал ее, либо… 10:40 Адриан: Я в деле.

***

Неважно сколько раз она мыла руки, казалось, она никогда не избавиться от пота на ладонях. Почему это происходило, она понятия не имела. Она не могла вспомнить, когда она в последний раз страдала от этого несчастья. Если когда-либо это и было, вероятно, это было в средней школе, когда она находилась в компании Мистера Агреста. Хоть она и не говорила о дизайнере моды, он тоже был ее идолом. Она согласилась встретиться с Адрианом в баре, который был всего в нескольких кварталах от ее квартиры. Это была просто дружеская встреча со старым одноклассником из средней школы. Она совершенно не представляла в конце их двоих, голых в постели. И она определенно не купила презервативы на этот случай. Она просто поняла, что всегда нужно быть готовым, верно? К тому же, она не относилась к тому типу девушек, которые игнорируют возможности. Если — и это было гигантское ЕСЛИ — она обнаружит, что Адриан интересуется в чем-то большем, она не испортит этот момент. Независимо от того, насколько напуганной она будет, она может быть храброй и плыть по течению. Конечно, легче подумать, чем сделать. Поэтому, когда она вышла из бара и увидела светлую голову через одно из окон, она попыталась спрятаться. К счастью, он увидел ее, прежде чем ей удалось это сделать. Когда он бросил взгляд через плечо, наверняка пытаясь найти ее, его взгляд пересекся с ее, и уголок его рта приподнялся, расплываясь в кривой улыбке. — Боже, черт возьми, — пробормотала Маринет, когда она, открыв дверь, вошла в бар. — Я готова к хорошему старту. К ХОРОШЕМУ. Она не была уверена, что нужно сделать: пожать ему руку или обнять, но он позаботился об этом, мгновенно обняв ее. Это было легкое, дружеское объятие, но оно все равно заставляло ее сердце скакать галопом. Когда он отстранился, ее глаза были размером с блюдца. — Хэй, эм, привет, А-адриан! — воскликнула она с неловкой усмешкой. Он усмехнулся. — Привет, Маринетт. Я забронировал для нас столик возле окна. Она последовала за ним к уютному маленькому столику в углу, которое обеспечивало им уединенное место в переполненном баре. Это место было возле окна, и Маринетт, если бы прижалась щекой к стеклу, вероятно, смогла бы увидеть всю дорогу до ее квартиры. Но она подавила это мимолетное желание. Адриан отодвинул для нее стул. Она села, с горящими на лице щеками. — Ты хочешь, чтобы я заказал тебе что-нибудь? — спросил он, с дружеской улыбкой. — Адриан, тебе не нужно, правда… Он поднял бровь. — …Но если ты хочешь что-нибудь мне заказать, то я предпочитаю сладкое белое вино. — Понял, — сказал он и скрылся в стенах бара. Маринетт попыталась расслабиться. Она не знала, как эта ночь закончится. Все что она знала, так это то, что она больше не собирается раздумывать. Если ничего не произойдет — это хорошо. Но если бы она увидела малейший интерес со стороны Адриана… Она схватила бы его, как акула в окровавленной воде. Маринетт съежилась. Возможно это было бы не самым лучшим решением. Но главное было не то, что она была акулой или кем-либо еще — не важно победит она сегодня, или нет. Адриан вернулся с двумя бокалами белого вина, и поставил один из них перед Маринетт, прежде чем сесть за другую сторону стола. — Сколько с меня? — спросила она, доставая телефон, чтобы записать цену. Адриан покачал головой: — Я угощаю. Она остановилась, с рукой в кармане пиджака. Это был… был намек? Должна ли она рассматривать это как намек? Это будет невероятно трудная ночь. — Как прошел твой день? — спросил он, делая глоток из своего бокала. Маринетт вернула свою руку на стол и сделала то же самое, встряхивая плечами, в очередной попытке расслабиться. — Ну, ты знаешь, как обычно, — ответила она небрежно. Она была в долгом, постоянном состоянии паники в течении всего дня. Только сейчас она начала успокаиваться, и скорее всего это было, потому что больше не могла убежать. Адриан задумался, наблюдая за ней через край своего бокала: — Что ты делала все эти дни? Она сглотнула еще немного вина. Произведи эффект, сейчас, пожалуйста. — Я модельер. Он поднял брови. — Вау, правда? — Эм, нет, э-э, я имею в виду…- она резко вздохнула. — Я в какой-то степени фрилансер. Ничего такого крутого, но хватает, чтобы заплатить арендную плату. — И тебе это нравится? Я имею в виду, самое главное, что ты это любишь. — Да… Да, мне нравится, — она наклонила голову набок, изучая Адриана, пока он на мгновение опустил свой взгляд вниз. Он до сих пор был тем же мальчиком, которого она знала в средней школе, но он стал совершенно другим. Что касается его внешнего вида, то оно созрело прекрасно, как хорошее вино. Его светлые волосы были короче, чем раньше, но они все еще оставались непослушными, всегда притягивающие ее руку. Насколько она могла увидеть, у него были широкие плечи сильные мышцы, но опять же, это было естественно. Он не мог остаться тонким подростком навсегда. Она ни за что бы этого не признала, но она представила одно или два изображения Адриана — модели в нижнем белье. В любом случае, она знала из этих картинок, что он был хорошего телосложения, как не странно, ведь насколько она знала, он все еще в свободное время занимался фехтованием и играл в баскетбол. Может быть, он даже начал ходить в спортзал.  — Тебе… Тебе нравится работать моделью? — осторожно спросила она. Он посмотрел на нее, со смущенной улыбкой потерев шею. — Эм. Я думаю, да, — ответил он. — Это все, что я знаю. Маринетт всегда была озадачена насчет того, что модель может быть настолько стеснительным. Особенно сейчас, когда он был моделью боксеров, он должен быть таким, не так ли? — Ты точно в этом хорош, — выпалила она, прежде чем она успела подумать, что делает. Ее рот открылся, а глаза расширились, но Адриан просто засмеялся — теплой, сердечной улыбкой. — Спасибо, — улыбнулся он, — Я не знаю, смогу ли я делать это до конца своей жизни, но это, по крайней мере, то, на что я могу положиться. Пока я не пойму, чего я действительно хочу. — Звучит правильно, — кивнула она, отпивая глоток вина. — Я мечтала вернуться к работе модели. — Быть моделью не так классно, как может показаться, — вздохнул он. Она сглотнула. — Да, конечно… Я этого не знаю. Боже, черт возьми, я сейчас все испортила. — Но у тебя красивая внешность, поэтому я уверен, что тебе будет не трудно сделать шаг к этому, если ты действительно захочешь. Маринетт застыла, невидяще глядя на внезапно расплывчатое лицо Адриана. Он… просто сказал, что думает, что я красивая? Ее ладони снова стали потными. — Извини, Маринетт, это прозвучало странно, — поспешил сказать Адриан. — Я не хотел поставить тебя в неловкое положение. — Нет, нет, — засмеялась она, нервно почесывая шею, — Я… Спасибо. Но, я не думаю, что мне бы сильно понравилось. Он печально улыбнулся ей. — Да, я не виню тебя. Маринетт уставилась вниз, в стакан своего вина. Все идет не так как надо. Очевидно, она заставила Адриана чувствовать себя плохо, заставляя думать о своей работе. Что она могла сделать, чтобы это исправить? — Так что, у тебя есть идеи, что ты действительно хочешь делать? — спросила она, надеясь, что это будет вызывать более позитивные чувства. Адриан взглянул на нее, прежде чем перевести взгляд в потолок, думая о том, что ответить. — Я думаю… Я могу попробовать актерство. Теперь была очередь Маринетт удивленно скидывать брови.  — Оу? Я не знала, что тебе это нравится. Его взгляд вернулся к ее глазам. — Да… Думаю, это глупая идея,. Но, на протяжении многих лет я использовал этот навык, — мгновенно его лицо покраснело, и он быстро моргнул. — Э, я имею в виду перед камерой! Она уставилась на него. — Полагаю, это похоже на актерское мастерство, хах. Она смотрела на него, отпивая большой глоток вина. — Конечно, — согласился он. — Я тоже немного работала над актерским мастерством, — поделилась с ним она, ловя интересный взгляд Адриана. — В свое свободное время. — Правда? Тебе это понравилось? Она улыбнулась и кивнула, думая о своих прыжках по всему городу Парижу как Ледибаг.  — Я делаю это. Это помогает расслабиться, иногда, чтобы на какое-то время стать кем-то другим. Он выдохнул. — Да. Я могу согласиться с этим… — Когда ты так играешь, ты как будто пытаешься стать другим человеком. Ты можешь просто оставить все позади и просто… Притвориться, что все хорошо. Адриан взглянул на нее обеспокоенным взглядом. — Ты в порядке, Мари? Она сглотнула. Когда он назвал ее по имени, что-то внутри нее сломалось. Она не могла понять, хорошо это или нет. — Я в порядке, — сказала она искренне. — Это просто… — она вздохнула, делая паузу, чтобы сделать глоток от своего вина. — В последнее время я пережила много плохих отношений. Почему ты говоришь это ему? Позволяешь Адриану узнать, какая навязчивая твоя любовная жизнь, и это точно не заставит его прыгнуть с тобой в кровать. Он обеспокоенно нахмурился. — Ты хочешь поговорить об этом? Маринетт прикусила свои губы, и уставилась в свой стакан: — … Да. Конечно. И она рассказала Адриану Агресту, о своей подростковой любви, все про ее неудавшиеся отношения, которые она пережила за последние годы. Она рассказала ему об обманщиках, лгунах и дерьмовых людях. Она рассказала ему, что к ней относятся как к куску мяса, а не как к человеку. И не смотря на все это, он внимательно ее слушал, кивая и поддакивая в соответствующих местах, иногда нахмурившись или скривившись. Когда она чувствовала, что была как перевернутая вверх дном корзина для мусора, и затем ее встряхнули, пока все содержимое не высыпалось. Она остановилась, и с неловкой улыбкой на губах посмотрела на него. — Так что… Теперь ты знаешь это, — тихо сказала она, — Это не такая уж и красивая правда. Он взглянул на нее долгим, задумчивым взглядом. — Мне правда очень жаль, что тебе пришлось пройти через все это, Маринетт. Она сглотнула и опустила свой взгляд на пустой бокал, хотя Адриан наполнял его дважды. — Я думаю, что мои переживания начинают превращать меня в циника*. — С чего начать? Если бы я был на твоем месте, я бы стал циничным на несколько месяцев раньше, — он расширил глаза, когда понял, что он только что сказал, — Я не говорю, что… — Это круто, — заверила она его. — Я знаю, что я слишком жалкая, чтобы надеяться на какие-то перемены. Я, очевидно, магнит для плохих парней. Адриан замолчал. Она не осмелилась посмотреть на него. Это было ошибкой. Я не должна была ничего говорить. Он никогда не захочет меня. — Маринетт, — начал он, тихим голосом. Она даже не посмотрела на него, и до сих пор краснея, как сумасшедшая. — Ммм? — Ты не жалкая, — продолжил он. — Тебе не везло, но я уверен, что ты встретишь хорошего парня, в которого ты влюбишься. Возможно, он уже в твоей жизни, и ты просто не знаешь этого. Она медленно подняла свой взгляд на него. Адриан слегка улыбнулся ей. Она сглотнула. — В любом случае, — продолжил он, взяв свой бокал, — почему бы немного не выпить? Она улыбнулась ему, но улыбка сразу исчезла, когда он обернулся к ней. Со вздохом она помассировала свои виски. Эта ночь шла не так, как она хотела… хотя у нее и не было никаких ожиданий. Черт возьми, кому я шучу, конечно у меня были ожидания! Я хочу Адриана, я хочу его так сильно, я хочу толкнуть его к стене и поцеловать его так сильно, что он не сможет дышать, и затем я хочу разорвать его одежду, оторвать пуговицы от его рубашки. Но даже если она хотела, чтобы это случилось — ей нужно было продолжить эту игру. Ей нужно перестать быть депрессивным человеком. Ей нужно быть счастливой, неотразимой Маринетт. И она должна взять Адриана штурмом.

***

Спустя два бокала, взяв Адриана под локоть, она привела его в свою квартиру. Со стороны, эта ситуация может вызвать у нее кровь из носа. Но в этом не было ничего необычного — пока что, в любом случае. Он просто предложил пойти к ней домой. Никаких обещаний сладкой любви или подарить целомудренный поцелуй… Просто джентльмен идет домой к подруге. Конечно, она не сдастся без борьбы. По пути — а он был коротким, учитывая, что она могла увидеть свою квартиру из окон бара — она старалась быть максимально привлекательной для него. Алкоголь в ее организме подавлял большую часть ее застенчивости, поэтому у нее не было проблем с флиртом. Она хихикнула над одной из его шуток, она накручивала свои волосы, она трогала его каждый раз, когда у нее был шанс. И она была уверена, что это повлияло на него. Его щеки были здорового розового оттенка, хотя возможно это было связано с количеством выпитого алкоголя, а не с ней. Но он очень много улыбался, и он продолжал продолжать глупо шутить, которые каким-то показались ей знакомыми. В общем, она снова чувствовала себя оптимистичной. — Это твоя дверь? — спросил он, кивнув в сторону того, что действительно являлось дверью в ее квартиру. — Ага, — легкомысленно ответила она. Затем она взглянула на него из-под ресниц, и уголки ее губ скривились в озорную ухмылку. — Ты… Хочешь увидеть мою квартиру? О Боже мой, это действительно был глупый вопрос. Почему ты просто не можешь спросить, хочет ли он зайти? Адриан рассмеялся, хотя она не была уверена, что это прозвучало как шутка.  — Нет, мне нужно вернуться домой. Ты ведь сможешь сама все сделать, не так ли? Ее улыбка исчезла, и она отвела взгляд. — Да, конечно я смогу. Но… — Но…? Что-то не так? Маринетт глубоко вздохнула. У тебя есть еще один шанс, Мари. Не. Потеряй. Его. В. Этот. Раз. Медленно она повернулась к нему, на этот раз с серьезным взглядом. Он раздвинул свои губы когда увидел этот взгляд на ее лице, но она даже не дала шанса сказать что-то раньше нее. — У меня была замечательная ночь, — начала она. — У меня тоже, — согласился он с медленным кивком, осторожно наблюдая за ней в тот момент, когда она сделала шаг ближе и взяла в свои руки лацканы его пиджака. — Было очень приятно увидеть тебя снова… — она потянула его молнию вниз на несколько сантиметров. Затем она посмотрела ему в глаза. Ей казалось, что она слышит его дыхание, — Так приятно, что я думаю эта ночь не закончится.  — Мари, — взглянул на нее он. — Я хочу тебя, Адриан, — воскликнула она слишком громко, не заботясь о том, кто услышит ее признание, — Ты мне нравишься со средней школы, и с тех пор это стало почти невыносимым. Я очень сильно тебя хочу. Осторожно Адриан накрыл ее руки своими, не давая потянуть молнию дальше. — Мари, мне это очень льстит… Ты мне очень нравишься, но я не могу дать тебе что-то больше дружбы. Маринетт сглотнула. Она не могла смотреть на него, поэтому она отстранилась и развернулась, чувствуя, как ее сердце взрывается в груди. Она не хотела, чтобы он продолжал, но он это сделал. — Ты потрясающая девушка, — тихо сказал он. — Но… я влюблен в другую, и… Яростный гул прервал его. Маринетт схватилась за перила лестницы, чтобы сохранить равновесие. — Что… — Смотри! — воскликнул Адриан. Она повернулась к нему лицом и увидела, что он пристально смотрит на что-то, что находилось снаружи здания. Когда грохот остановился, она подбежала к нему и выглянула наружу. Над баром она увидела гигантскую трещину, медленно открывающуюся по всей улице, проглатывающую пожарные стойки и мусорные корзины. Она повернула голову, чтобы посмотреть на Адриана, в тот самый момент, когда он тоже взглянул на нее — он казался удивленным не меньше ее. Он толкнул дверь, сделав несколько быстрых шагов. Маринетт последовала за ним, смущение на мгновение пропало. Земля перестала трястись, и трещина на улице, казалось, перестала расширяться, но теперь они могли видеть все последствия. Сначала Маринетт подумала, что женщина, стоявшая у трещины, была голая. Затем, присмотревшись, она поняла — на самом деле это вовсе не кожа, которую она видела — это была грязь. Тело женщины было обернуто в грязь и корни, и там, где должны быть ее волосы, были длинные корни. Ее ноги даже, казалось, слились с землей. Маринетт мысленно сделала фотографию, отметив для себя интересную идею для будущего дизайна. — Я Археология, — объявила женщина, и казалось, будто ее голос отражался сквозь землю под ними. — И вы все преклонитесь передо мной! Она подняла ногу и топнула об землю, заставляя мир дрожать вокруг них. Толпа людей собралась за пределами бара, и большинство из них теперь споткнулись и упали на землю, но Адриан поймал Маринетт, когда та потеряла равновесие. Его глаза были широко раскрыты, но она видела, как он усиленно думает. — Хэй, Маринетт, ты в порядке? Она моргнула. Он все еще пристально смотрел на женщину: — Хм, да! Да, конечно! Почему? — Она мысленно проклинала себя, спрашивая почему. На самом деле не имело значения почему, до тех пор пока он не оставит ее одну. Он взглянул на нее. — Есть другое место где мне нужно быть. — Просто спрячься, хорошо? По какой-то причине он ухмыльнулся: — Я сделаю все, что смогу. Затем он отпустил ее, и скрывался из виду. Она даже не потрудилась дойти до квартиры — ​​трансформировалась прямо в лифте. После того, как она поднялась на крышу соседнего здания со йо-йо, она побежала к месту действия в баре, но «Археологии» больше не было. Ледибаг бегала по крышам до тех пор, пока не услышала рядом шум. Когда она была у входа на ближайшую станцию ​​метро, ​​она увидела, что акуматизированная девушка бежит вниз в метро. Ледибаг спрыгнула на землю так же, как Кот Нуар с другой стороны. Они обменялись быстрыми взглядами. — Моя Леди, — обратился к ней Кот, прежде чем последовать за женщиной в метро. Ледибаг не могла не покраснеть, при воспоминании прошлой ночи на Эйфелевой башни. Она сделала глубокий вдох. На полпути вниз по лестнице она каким-то образом споткнулась о свои же ноги, и, хотя она попыталась восстановить равновесие, все-таки случайно врезалась в Кота, увлекая его вместе с собой вниз. Они упали на последние ступеньки лестницы с опущенными на земле конечностями, зелеными глазами Кота, глядящими на нее несколькими сантиметрами выше ее лица. Он тут же отдернулся и попытался встать снова, но его нога была переплелась с ее лодыжкой, и поэтому он чуть не упал. В последний момент он схватился за перила. Тем не менее, его глаза смотрели на нее сверху. — Ледибаг, ты в порядке? — обеспокоенно спросил он, протягивая ей руку, чтобы помочь подняться. Она не обратила на это внимания, вставая самостоятельно. Затем она повернулась к Коту стряхивая невидимую пыль со своего костюма. — Черт возьми, — прокричала она себе под нос. Почему я выпила все эти бокалы с вином? — Ледибаг? Она оглянулась на Кота через плечо. Он смущенно уставился на нее. Натянув улыбку, она проскользнула мимо него в метро. — Пошли, — сказала она сквозь зубы. — Акума не ждет.