I'm still loving you

Конг проснулся, оглядел незнакомую комнату: перед глазами все вращалось, голова гудела. — Ни хрена себе, нажрался… — прошептал он, пытаясь понять, где находится. — В жизни до такого не допивался. Черт, надо взять себя в руки и прекращать это. Комната выглядела, как самый дешевый гостиничный номер, на периферии играла клубная музыка, и Конгфоб вспомнил, что хотел развеяться в клубе. Он зашел, увидел, что к довольно симпатичной девушке пристает какой-то не очень приятный тип, вмешался и понял, что не девушка это вовсе. А парень, зарабатывающий себе на жизнь тем, что обслуживает извращенцев, которые прутся от парней в женских платьях… До этого момента он как-то не задумывался, что сам относится к такому роду людей. Он перекинулся с парнишкой парой слов и залип. Тот напоминал ему до покалывания в груди одного человека, которого Конг уже семь лет не называет по имени. Его Солнце, которое уже давно не освещает путь и не согревает своим теплом. В больной голове то и дело всплывали детали — жесты, шрам, родинка… Но парень в клубе был слишком хрупким, да и Артит никогда бы не опустился до такого: спать с кем-то за деньги. Вопрос, как сам Конг опустился до того, что снял на ночь шлюху, да еще мужчину? Зазвонил телефон, причиняя боль и так трещащей голове, Конг со стоном взял трубку. — Ты где? Тебя мать ищет, мне звонила! — Эм говорил чуть громче, чем было необходимо. — Там адвокат по поводу развода… Тетя Нари хочет еще раз поговорить с тобой и Ваан… — Эм, вот ты бы с Мэй стал разговаривать, если бы поймал ее, к примеру, на мне или Тью? — прошипел Конг. Мать уже звонила ему вечером, поэтому он и принял решение провести вечер в компании, далекой от приличной. — Язык вырву, — в ответ рявкнул Эм. — Вот видишь… уже одна мысль об этом бесит. А я их застукал. Не то, чтобы между нами была огромная любовь, но я ей никогда не изменял, Эм. Снова удар в спину, — уже спокойнее проговорил Конг. — Слушай, можешь меня из одного места забрать? Голова трещит, за руль я не сяду сам. — Ты где? Опять в этом доме разврата? — хохотнул друг… — Ага, и ночью, похоже, ему активно предавался, — в тон отозвался Конг. — Блин, я же помню, что выпил мало… чувствую себя отвратительно. — Может, некачественное спиртное? Давай в больницу отвезу, ты мне еще нужен живым, у Мэй завтра день рождения, не отвертишься. — Пить не буду! — простонал Конг, снова заваливаясь на кровать. Друга он подождет лежа. Эм его забрал, смеясь над его потрепанным видом, но не солгал и отвез в больницу. Там у него взяли анализ крови и дали выпить какой-то раствор. Полегчало почти сразу. Конг хотел уже уйти, но врач пришел, сказал, что готовы анализы. И он не отравился, просто в крови вместе с алкоголем обнаружены следы весьма специфического препарата… — Вот же сучонок… — прошипел Конг, а Эм тут же пристал с вопросами. Конг рассказал, что было вчера: как пришел выпить, как снял парня и знатно с ним покувыркался… — Ты хоть предохранялся? — с надеждой спросил Эм. Конг отчетливо помнил, что… — Нет. — Ты идиот? Конг, твоя семья и ты сам довольно известны, все знают, что ты разводишься, об этом теперь все газеты треплют. — И что? — Не думаешь, что тебя могли развести? Если этот мальчик-одуванчик от тебя залетит, будет скандал и суд. Возможно, он узнал тебя в баре и подсыпал что-то, чтобы ты гарантированно не отделался, — предположил Эм, даже не догадываясь, как он на самом деле не далек от истины. — Как ты вообще клюнул на мужика? — Он был очень похож на Него, — прошептал Конг. — Конг, ты достал! — простонал Эм. — Зачем ты вообще тогда женился, раз до сих пор по главе нашему сохнешь? Нашел бы его, поговорил. Может, не было тогда ничего? Вы же гордые оба до усрачки просто. Ты слушать не стал и звонить, он не стал навязываться и унижаться… — Теперь-то это к чему все? — тихо отозвался Конг. — Да просто ты забыть не можешь, зациклен на нем. Просто найди его, поставь точку. Сейчас, спустя семь лет, вряд ли он будет лгать. Скажет, что тогда было. Изменял или нет. Все равно у него теперь кто-нибудь есть уже, — посоветовал Эм, которого реально достала эта одержимость Конга. — А если ничего не было? — прошептал мужчина. — Если я тогда перегнул палку? Если он любил меня, а я… — Тогда ты будешь знать, а не гадать! — отрезал Эм. — Отвези меня в бар Брайта. Попробую разговорить его, — решил Конг. *** В баре было привычно много народу, а веселый хозяин, как всегда, находился в центре этой суматохи. Конг пробился к нему, преодолев кучно стоящие столики, и окликнул: — Пи’Брайт! — Конг? — Брайт, казалось, немного изменился в лице. Они поболтали немного, а потом Конг вдруг спросил: — Пи, ты знаешь где сейчас Артит? — Артит? А зачем тебе? — напрягся Брайт. Вчера Ун искал Конга, а сегодня Конг ищет его. Что между этими двумя снова происходит?! — Мне нужно поговорить с ним, но у меня не осталось ни одного контакта. Может, у тебя есть номер или адрес? У Брайта был номер. Но он не имел привычки им разбрасываться налево и направо. Особенно перед бывшими любовниками друзей. — Конг, извини, я должен позвонить поставщику, мне до сих пор не привезли мясо. А потом мы договорим, ладно? Конг кивнул, показывая, что подождет, а Брайт ушел в свой тесный кабинетик, где хранил документацию, и набрал Артита. Когда ему ответили абсолютно убитым голосом, мужчина начал волноваться. — Артит… что с тобой? Ты случайно с Конгом вчера не встречался? — Откуда такие странные догадки? — тем же тоном ответили ему. — Он сейчас в моем баре, ищет тебя. Просит твой номер или адрес. И как мне быть, с учетом, что ты его искал? Или ты уже нашел его? — посыпал друг вопросами. — Брайт, не говори ему, что я спрашивал о нем и что я вообще в городе, пожалуйста? — устало попросил Артит. — Я так и сделаю, если объяснишь, что происходит. Или дам ему твой телефон, и разбирайтесь сами. — Правду тебе? — с неожиданной горечью ответил Артит, и Брайту стало не по себе от этого тона. Он же в шутку про номер ляпнул, а тут… — Нашему с ним сыну шесть лет, и у него серьезное заболевание крови. Конг о ребенке не знает, и я не хочу, чтобы он знал. Вчера вечером я немного сменил имидж и под видом проститутки переспал с Конгом. Он не узнал меня. Мне это нужно, чтобы родить второго ребенка, что гарантирует выздоровление первого. Такие причины тебя устроят, мать твою? — Артит, ты сейчас шутишь так? — прошептал Брайт, у которого мозг вскипел. У его друга сын, да еще все остальное… — Да какие шутки, — уже спокойно ответил друг. — Я сейчас в аэропорту, еду домой, к сыну уже можно, раньше не пускали. Не говори ему ничего, ладно? Извини, что наорал, нервы ни к черту. И прости, что ничего не говорил раньше. Об этом практически никто, кроме Нотта, не знает. Поэтому я пропал тогда почти на два года... — Да какой там! Я не в обиде, - помолчав, ответил Брайт. - Ладно, пойду деликатно пошлю его. И все же... Ладно, мы с ребятами, но почему ты скрываешь от него? — Конгфоб дал понять, что не хочет ничего знать, еще тогда, семь лет назад. А теперь я не хочу ничего менять. Мне на регистрацию пора, — Артит попрощался и отключился, оставив друга переваривать инфу. Когда немного ошалевший хозяин бара вышел к Конгу, тот сразу спросил: — Эй, ты чего? — Я звонил ему. Он сказал не давать тебе никаких данных. Конг, извини, я лично против тебя ничего не имею, но Артит не хочет видеть тебя и говорить с тобой. Я не хочу вмешиваться в ваши дела. — У него есть кто-нибудь? — выдохнул Конг, зная, что спорить бесполезно. — Есть, — ответил Брайт, думая, что совсем не лжет. У Артита был сын. Странно, что он не сказал сразу, но это было его правом. Да и Брайт не умел хранить секреты, а поэтому не обижался. — Вот как… — прошептал Конг. — Прости, я пойду. Он вышел, молча сел в машину к Эму. — Отвези меня на старую квартиру. — Ты же там не был сто лет. — Отвези… Они приехали, Конг поднялся на этаж и вошел в квартиру, где не был уже семь лет. Ни разу потом он не приходил сюда, где все напоминало об Артите и их отношениях, и сейчас словно вернулся в прошлое. Под слоем пыли на тумбочке лежали ключи, которые Артит оставил, валялись посеревшие распечатки фотографий, но Конг не стал их смотреть. Он достал из внутреннего кармана пиджака шестеренку Артита — не выкинул и с упорством носил с собой, без нее чувствуя себя неуютно. Конг присел на диван, с которого тогда согнал своего парня, закатывая истерику, и прикрыл глаза, пытаясь сдержать непрошеные слезы. Вот так же, под годовой пылью, находились его чувства, а сейчас будто кто-то решил устроить генеральную уборку. Слой за слоем снимая пласты памяти, этот кто-то бередил старые раны, заставляя вспомнить, как сильно он любил, как сильно любили его. Все обиды казались сейчас такими глупыми… почему он так легко поверил этим фото? Почему не стал слушать, не позвонил? — Почему ты не хочешь поговорить, пи? — прошептал он, сжимая в руке шестеренку с гравировкой «57». — Чего боишься? Я ведь ни о чем больше не прошу. Я хочу вернуть тебе это, раз уж она не принадлежит мне больше. Раз у тебя есть кто-то. Решение пришло само собой: он все равно найдет Артита. Найдет и вернет ему этот чертов кусок металла, чтобы он больше не жег грудь.