I'm still loving you

— Фанг? Фанг! — прокричал Конг в трубку, и Джай выскочил в коридор: — Конгфоб, ты чего кричишь, ночь еще! — Там Фанг сказала, что у пациента из палаты 12-а остановка сердца, — прошептал Трой. — Но она же могла говорить не об Артите? — Фанг шла проверять именно его. Но она же сказала, что все нормально прошло, — Конг говорил уже спокойнее, но руки противно дрожали. — Надо ехать туда. Тум спит? — Должен проспать до утра. — Я поеду тогда, — Конг пошел к выходу, Трой, кивнув коротко Джаю, вышел следом, догоняя Конга: — Давай на моей машине поедем? Я за руль сяду. У тебя руки трясутся… — Слушай, чего ты прилип, а? — Я не знаю, что случилось там, но если реально что-то с моим другом, ты меня оттуда силком не вытянешь. И о тебе же забочусь. Машин нет почти, но с чем духи не шутят? Попадешь в аварию, кому легче будет? Конг и сам не понял, как Трой во время своей речи подвел его к машине и почти втолкнул на пассажирское сидение, а потом занял водительское кресло и вдарил по газам: — Да расслабься, я хорошо вожу. Доедем быстро. Пока Конг едва сдерживал ругательства, Трой уверенно вел машину по каким-то маленьким улочкам, о существовании которых Конгфоб и не догадывался, и очень скоро перед ними показалось здание перинатального центра для мужчин с Т-геном. — Приехали, пошли, — скомандовал Трой, почти бегом направляясь к дверям клиники, Конг выдохнул, стараясь унять тревогу, и рванул за ним, но вход им перекрыла женщина на ресепшене: — Молодые люди, куда вы? У нас неприемные часы! — Простите, — извинился Конг, подходя к стойке. — К вам сегодня поступил пациент, Артит Ройнапат. Могу я узнать, все ли с ним в порядке? — Кем приходитесь пациенту? — Партнер. — Согласно медицинской карте, у господина Ройнапата нет официального партнера, прошу вас подождать лечащего врача. — Боже, вы просто можете сказать, в порядке ли он? — стараясь не повышать голос, проговорил Конг, но женщина не спешила заверить его, что все хорошо. Она помолчала немного. — Он жив? — У меня почти нет информации, да если бы и была, разглашать не могу. Все, что могу сказать об Артите — он в реанимации. Все было в порядке, затем доктор Фанг пошла проверить пациента и тут же вызвала реанимационную бригаду. Больше новостей нет. И я не должна была этого говорить… — Значит, она все же была в его палате, — прошептал Трой. — Подскажите, где мы можем подождать доктора Фанг? — Присядьте на тот диван, — указали им, и в молчании мужчины сели. — А что с малышом? — спросил Трой. — Фанг сказала, с ним все хорошо, пока на специальном оборудовании. Мне же все равно не скажут. Черт, если бы мы только состояли в официальном партнерстве… нужно было убедить его… — Он бы не согласился, ты же знаешь… — Я не о настоящем времени, Трой, — вздохнул Конг, чувствуя острую необходимость говорить хоть о чем-то и хоть с кем-то, иначе свихнется, пока ждет новостей, которых ему могут и не предоставить, — я о том, что почти девять лет назад мы хотели узаконить отношения, когда мама стала намекать, что мне пора обзавестись семьей. Я как раз заканчивал магистратуру. Артит тогда предложил мне сначала доучиться, потом были еще какие-то пустяки, из-за которых мы откладывали. А я хотел очень семью и ребенка. С ним. А потом… потом — ты знаешь. Конг обвел взглядом помещение, чтобы наткнуться глазами на маленький алтарь в конце коридора — в самом уголке. Обычно в больницах их не устанавливали, но все же традиции иногда оказывались сильнее, и врачи оправдывали наличие «молельных уголков» одним из способов оказать пациентам и их близким психологическую поддержку. Он прошел к алтарю, складывая руки в жесте Намаскара, похожем на «вай», подумав, что даже не знает, о чем попросить сейчас Будду, духов и любые высшие силы. Не то, чтобы Конг был верующим, но сейчас хотелось ухватиться хоть за что-то. «Пусть Артит и мальчики будут живы!» — нужная просьба оказалась в голове и принесла с собой новый виток тревоги. — Почему Фанг нет так долго? — прошептал Конгфоб, продолжая стоять у алтаря. Он и так полночи уже провел на больничных стульях, в креслах и диванах. — Конг! — кажется, через вечность голос Фанг вытащил его из тоскливых мыслей. — Что случилось? — Пошли, сядем. — Он жив? — Полчаса назад констатировали смерть… — Что? — в голове зашумело, и Конг пожалел, что не послушал врача и не присел, потому что ноги перестали держать, а в глазах резко потемнело, и, как в тумане, он услышал: — Клиническую. Две остановки сердца за последний час. Вроде, вытащили, но состояние нестабильно, я пока не могу гарантировать, что ему резко не станет хуже. Его ввели в медикаментозную кому, Конг. И я не понимаю, что случилось. Он в порядке был, когда операция закончилась. И было кое-что еще. Когда я вошла, приборы были отключены, у него разошлись швы, подушка валялась на полу, капельницы были выдернуты, открылось кровотечение. — Как это, все выключено? — упавшим голосом спросил Конг, до которого сейчас с трудом доходила информация о том, что Артит не умер. Пока не умер. Потому что все плохо. — Коллеги считают, что он мог прийти в себя. Иногда из-за гормонов и стресса и у женщин, и у мужчин сносит крышу, начинается психоз или вроде того. Но Артит… не думаю, что вторые роды ввели бы его в депрессию настолько сильную, что он, едва очнувшись, устроил бы дебош в палате… — Погоди, ты хочешь сказать… — Что кто-то приходил. И сделал это. Выключил аппараты и выдернул капельницы. И я хочу запросить запись камер у службы безопасности. Тебе нельзя, наверно. Ума не приложу, кто мог это сделать, — Фанг говорила, выплескивая напряжение. Она обещала, что с Арти все будет хорошо, что он проснется, сможет увидеть сыновей, и все у него наладится. Но то, что она увидела в палате… молчащие приборы, развороченные вены Артита от неосторожно вынутых игл, пропитавшуюся кровью простынь на месте шва… Как удалось взять себя в руки и провести необходимые процедуры по спасению друга, она и не вспомнит. А вот то, как в реанимации у Артита дважды остановилось сердце — не забудет никогда. И если в первый раз это были секунды, то во второй — почти две минуты. Ее коллега уже был готов констатировать смерть, но она продолжала работать дефибриллятором. И слабый пульс появился. Решение коллег погрузить Артита в искусственную кому она приняла уже на автомате. Хотя, для него, возможно, это было самым верным решением. И сейчас Фанг валилась с ног, но поверить, что Артит учинил такое сам, не могла. А потому пошла к охране. — Я догадываюсь, кто. Пока не знаю, как. Можно, я все же с тобой? Посмотришь сама сначала, и если там что-то будет, покажешь мне? — Ладно. Фанг прошла к посту охраны и попросила дать ей просмотреть запись камеры с того момента, как она покинула палату Артита, до момента своего второго посещения. Поначалу коридор был пуст, ночью здесь всегда тихо, если никто не спешит появиться на свет. Но потом она увидела женщину в форме медсестры, вошедшую в палату. Та пробыла там почти двадцать минут, а потом вышла, не снимая маски, сняла форму в конце коридора и выбросила ее в контейнер для грязных бахил. — Я вызываю полицию, — решила Фанг. — Я ее убью… — прошептал Конг, сжимая кулаки.