Из дневника неизвестной...

Из дневника неизвестной «Если ты думаешь, что тебе тяжело, то посмотри на них. В их жизни больше нет целей, а у нас есть. Мы не имеем права стать как они. Ты всё понял?» В первый вечер они долго не ложились в свои тёплые кроватки. Я боролась с чувством неправильности, упуская что — то важное. Мне даже на секунду показалось, что вот — вот и мне удастся вспомнить, но нет. Всё осталось по — прежнему. Глухая стена между прошлым и настоящим. Джексон носился вокруг меня, старался накормить, не упуская возможности коснуться рук, лица, волос. Приготовил ванную. Принёс вещи Джиын, но они оказались мне велики. Я была благодарна и одновременно смущена, потому что прекрасно понимала, что являюсь обузой для них. Им легче построить тактику ведения бесед со мной. Ведь они знают кто я. У меня нет такой возможности и со старыми друзьями мне предстоит знакомиться вновь. Брат постоянно говорил. Это отличительная черта моего родственника. Он в буквальном смысле не замолкал ни на секунду, обременяя своим обществом. Ему не уступала в болтливости только Айрин. Уложив Агату спать, девушка сидела со мной до поздней ночи, делилась ощущениями и радостью от понимания того, что я нашлась. — Мы сильно волновались за тебя. Врачи ставили неутешительные диагнозы. — Кто присматривал за мной всё это время? — Мы все приходили к тебе в больницу и делали всё возможное, чтобы ты чувствовала себя комфортно. — Благодарю, — искренне улыбнулась ей, подставляя кружку для очередной порции ароматного чая с мелиссой и ромашкой. — К тебе часто приходил брат. Он оплачивал процедуры и лекарства. У тебя был сердечный приступ, хотя ты находилась в коме. Это так странно, что кажется невозможным. Но врачи успели вовремя. Девушка вымученно улыбнулась, а затем смачно зевнула в ладонь. Вновь села напротив и посмотрела на меня. — Хваса ухаживала за тобой. Мыла, расчёсывала волосы и заплетала их в дурацкие косички, — Айрин глупо хихикнула. — Ты смотрелась забавно. — Ты тоже приходила? — Да, — она с готовностью кивнула, — по возможности. Ты же понимаешь, у меня дочь и я воспитываю её одна. У нас не было возможности часто навещать тебя. Но мы передавали тебе цветы каждую неделю. — Спасибо, — я смущённо отвела взгляд, уткнувшись в кружку с чаем. Слишком много событий. Спать мы легли только ближе к утру. Айрин успела урвать себе пару часов, пока не поднялась Агата. У девочки свой режим и ради кого-то, она изменять его не собиралась. Интересно, ребёнок осознаёт, что происходит вокруг? Мне выделили место в их комнате на кресло — кровати и оно казалось достаточно удобным, пока я не уложила в него свои больные телеса. Сон для меня был чем — то несуществующим, неосязаемым. Мне так и не удалось поспать. Весь остаток ночи ногу сводило и приходилось вставать, чтобы пройтись. За несколько дальнейших дней, которые я проведу с этими людьми, у меня сложится определённая картина, модель поведения каждого из них. Они все разные, со своими заморочками и одновременно одинаковые, возможно, из-за длительного общения друг с другом. Поэтому я считала необходимым рассказать о своих выводах и ощущениях, пока они не забыты, пока их не стёрли другие, новые. Начну сначала. Понятия не имею, как я относилась к подруге брата и насколько мы близки. Но Джиын была домашней девочкой. В их «семье» именно она следила за порядком в доме. Мила, обходительна и тактична. Девушка не участвовала в дискуссиях и соглашалась с мнением Джексона, только если оно звучало разумно. Правда, даже при визуальном осмотре, зная их лишь несколько дней, могла сделать вывод, что эти двое совсем не похожи. Брат лез на рожон, участвовал в экстремальных вылазках, возвращался счастливый и по уши в крови. Ему нравился адреналин, потому что он был хозяином ситуации. Я не одобряла подобное поведение, хоть и не ощущала в глубине души родственной связи или что там обычно бывает у членов семьи. Для меня все эти люди — незнакомцы, которые помогают мне вспомнить саму себя. Но с каждым из них я воспринимаю себя по-разному, поэтому не могу установить какой была личностью на самом деле. Приходилось довольствоваться малым. По правде говоря, существовал, лишь один мужчина, с кем я ощущала себя настоящей, сегодняшней Кассандрой — это Чонгук. Он единственный человек, не участвующий в коррекции моего поведения. Знает меня такой, какую встретил впервые. Побитую, нечёсаную, до смерти напуганную девицу в больничной пижаме. Я хранила её в специальном спрессованном полиэтиленовом мешке. Не знаю для чего, просто это та самая точка, то самое начало новой жизни. Малышка Джиын оказалась старше меня на несколько лет, но младше Джексона на два месяца. Им обоим по двадцать семь, а мне исполнится двадцать четыре через пару недель. По крайней мере, я теперь знаю, что совершеннолетняя, могу пить спиртные напитки и у меня была работа. Судя по комментариям брата, я достаточно неплохо зарабатывала. Все три дня я задавала себе лишь один вопрос. Как? Как ему удалось найти такое безупречно нежное божественное существо? Нет, я не испытывала по отношению к ней зависти или чего — то подобного, просто меня удивляло, что она увидела в этом придурке. Даже шутки под стать ему. Кажется, Джексона посещает та же мысль, поэтому он прицепился к ней намертво, как блоха к собаке. Три дня я не понимала, где нахожусь и что происходит. Ко мне относились, как к человеку больному физически и душевно. Айрин проявляла заботу, но иногда я думала, что это чересчур. Возможно, виновато её раннее материнство. — Как твоя ладонь? — Хорошо. Спасибо. — Как себя чувствуешь? — Я в порядке, честно. — Что болит? Голова, нога? — Ничего, Айрин. Спасибо. И ещё сотня однотипных вопросов. Они решили, что у меня не получится справиться без их помощи. Возможно, так и есть, но постоянная опека напрягала. Брат, так же как и Айрин, крутился возле меня, покидая лишь в редких случаях. Он рассказывал мне истории, которые я знала наизусть, говорил, что мне нужно ещё немного времени, чтобы прийти в себя. Джексон не мог смириться с мыслью, что есть вероятность никогда ничего не вспомнить. Даже нашёл какую — то методику, суть которой заключалась загнать меня в стрессовую ситуацию. Почти как пытки, только без насилия. — Мне, и так, хватает стресса. Давай не будем экспериментировать, — мягко отказалась я. — Мы должны попробовать. — Я уверяю тебя, это не поможет. — А если поможет? Он был упёртым и своенравным человеком. Мужчина мерил шагами комнату, собираясь с мыслями и пытался сконструировать предложение так, чтобы я согласилась. Но на протяжении нескольких часов получал отказ за отказом. Ему не нравилось моё упрямство. Под конец дня мы, раздражённые друг на друга, стояли на лоджии. Как — то само собой получилось, что он взял пачку сигарет, подкурил одну и протянул мне. По инерции или по старой привычке, без задней мысли, взяла её и сделала несколько затяжек. — Я курила? — Что? — он хмуро посмотрел на меня, а лоб прочертила одна большая складка морщины. — Конечно, курила. На секунду этот болван замер, пустым взглядом уставившись перед собой, медленно поворачивает голову в мою сторону. На его губах появляется улыбка. Довольная, сытая, как у кота, сожравшего всю сметану. — Я же говорил ты справишься. — Эм… но я по — прежнему ничего не помню. — У тебя осталась мышечная память, — он остался глух и проигнорировал мои слова, с упорством продолжая гнуть свою линию. — А это уже не мало. Я прочитал очень много литературы, — а вот это уже сказано с гордостью за себя любимого, — и есть исследования, где люди страдающие амнезией, даже понятия не имеют, как пользоваться столовыми приборами. Бывали и такие случаи, когда человек не знал как дышать и его подключали к искусственной вентиляции лёгких. Ты теперь понимаешь, как тебе повезло? — Да я просто счастливчик, — мой сарказм остался не услышанным. Сделала очередную затяжку, а в голове пусто и даже как — то легко. Ноги немного ватные, но это, скорее, приятно, чем наоборот. Я чувствовала эйфорию и мне удалось искренне улыбнуться, несмотря на то, что на горизонте маячили мертвецы. — Расскажи мне об этом месте, — я лениво перевела взгляд на брата, молча ликующего, словно моя мышечная память его рук дело. — Как ты его нашёл? Как вы вообще оказались все вместе? И вот, что я поняла из рассказа брата. Жилищный комплекс имел название «Скрипичный ключ». Его форма напоминала, скорее, треугольник и состояла из двадцать одного этажа, не считая крыши. На каждом по три квартиры. С двадцатого по двадцать первый жильё больше по квадратуре и дороже, ибо состояло из двух уровней. Внизу располагались магазины, в том числе и продуктовые, спа салоны, пекарня и даже бар. Их обнесли сразу же, как только запахло жареным. Здание окружено трёхметровым забором, имело несколько выходов. Оснащено видеонаблюдением, датчиком движения. Плюс этого комплекса в том, что есть автономное питание и энергии генератора, по заверениям Джексона, хватит ещё на полгода проживания. А ближе к тому времени он обещал что-нибудь придумать. Кроме того, собственный источник воды, подключённый индивидуально к каждой квартире. Вероятно, своя скважина. Ди говорил, что до апокалипсиса жильё стоило невероятно дорого и его мог позволить себе не каждый. Более того, я узнала, что он являлся непосредственным руководителем работ на стройке, поэтому хорошо знает планировку. Этому дому всего полгода с момента получения ключей и подключения квартир к различным коммуникациям. Брат взял ипотеку для того, чтобы купить собственное жилище, ведь в дальнейших планах его целью стояла пышная свадьба. Успел сделать только ремонт и обставить кое — какой мебелью. Но авария, участником которой, непосредственно являлась я, нарушила все планы. Они решили отложить радостное событие и дать мне время прийти в себя, но я не приходила. Начались траты, ведь моя страховка не покрывала их, а врачи и уход медицинского персонала стоил приличных денег. Джиын приняла решение перенести заявку в ЗАГС на следующий год. Она не выглядела расстроенной, просто приняла сведения, как констатацию факта. Я не чувствовала себя виноватой, но мне грустно из-за того, что доставила множество хлопот брату. В конце концов, он не обязан делать этого. — В тот день, когда всё случилось… ну, ты понимаешь о чём я, — Джексон достал очередную сигарету. — Мы отходили от грандиозной попойки. Ви наконец — то нашёл работу, которая ему нравится. Утром он проводил свою девушку, а через несколько часов ушёл сам, — мужчина усмехнулся, вспоминая тот момент. — Правда, быстро вернулся обратно. Если честно, я до конца так ничего и не понял по его сбивчивому рассказу. Тэхён пребывал в состоянии шока. Но в отличие от него, наученный горьким опытом, взятым из фильмов и книг, понял, что нужно делать. На секунду задумалась, что за диссонанс с именами, но быстро догадалась, что Ви и есть Тэхён. Парень представился мне вымышленным именем. — Да, Чонгук говорил что-то подобное, — я кивнула. — Это выглядит также страшно как и в фильмах? — Это ещё хуже, — тихо ответил брат. — Здесь, в реальности, ты боишься по — настоящему. — Они неповоротливы. — Да, — согласился со мной собеседник, — но они не чувствуют боли, даже если ты рубишь им руки, даже если пробиваешь их тела насквозь… В этом и заключается вся проблема. Только когда стреляешь в голову. Тогда они затихают и становятся… неопасными. — Ты можешь рассказать мне про аварию? — спросила я. — Все как-то избегают эту тему, считая, что она слишком болезненна. — Ну… полиция как — то не вдавалась в подробности. Скажу только, что им не удалось узнать причину аварии, поскольку это случилось поздно вечером за пределами города на седьмой автотрассе. Сначала они даже не хотели меня пускать на место происшествия, — Джексон тихо вздохнул, выбрасывая окурок в окно. — По закону я не являюсь твоим прямым родственником. — Как это? — удивлённо моргнула, глядя на него. — Мы двоюродные брат и сестра, — Джексон тепло улыбнулся. — Но поскольку больше никого не было, а все финансовые заботы легли на меня, они дали мне возможность присматривать за тобой. И на том спасибо. Он замолчал на некоторое время и я ничего не говорила, переваривая информацию. — В тот день, когда начался весь этот бред, я должен был ехать к тебе, чтобы оплатить больничные счета и сменить Хвасу, но не смог выбраться, — мужчина перевёл на меня взгляд и смущённо опустил его, разглядывая свои ноги. — Ты простишь меня за это? — Не говори ерунды. Ты сделал так, как посчитал нужным, — отвечая с напускным равнодушием, я пожала плечами. — В конце концов мы всё равно встретились. Мы оба замолчали на несколько минут, обдумывая услышанное. — Как ты познакомился с Чонгуком? — Случайно, — Джексон указал на дверь и мы расположились в его комнате. — Тэхён и я отправились в аптеку, потому что Агата заболела. Ей требовались жаропонижающие, а температура не сбивалась. Мужчина принял удобную позу, поправив волосы, и посмотрел на меня. — Он помог нам выбраться из аптеки. Ближайший пункт только в торговом центре, а «их» было слишком много, — размеренно продолжил брат. — У нас закончились патроны и пришлось отбиваться подручными средствами. — Как удивительно, да? — я улыбнулась собеседнику, вспоминая свою встречу с Чонгуком. — Я тоже была в торговом центре. Грабила продуктовый. — Чонгук рассказал об этом. Тебе повезло, что он нашёл тебя. Этот парень может многому научить. Серьёзно, он отличный стрелок и ничего не боится. Дальнейший диалог не имел какой-либо смысловой нагрузки. Мы просто болтали, наслаждаясь обществом друг с друга. Я стала чуточку счастливее. Даже если мне не удастся вспомнить его или кого-то другого, осознала одну важную вещь. То, что есть сейчас… этого будет достаточно. Ближе к восьми в комнату вошла Джиын, бросив на меня косой взгляд. Наклонилась к брату, поцеловав того в макушку, и позвала ужинать. Мне показалось, что она смущалась меня и ей не комфортно. Брат слишком влюблён в неё, чтобы замечать подобные мелочи. Тем не менее, я запомнила. Обстановка, однако, лиричная, но благодаря Ви достаточно сносная. За всё это время я только пару раз видела Хвасу. Несмотря на заверения друзей о её непосредственном участии в моей больничной жизни, мне казалось, что это всё преувеличения. Она здоровалась со мной формально, кланялась почти до пола, хоть и была чуть старше. Больше ничего. То есть, девушка не разговаривала со мной, избегала встреч, тем более, оставаться наедине и прерывала зрительный контакт так быстро, насколько это вообще было возможным. Не знаю в чём дело, но я надеялась, Хваса будет дружить со мной или хотя бы подарит призрачный шанс. К сожалению, вечер омрачила резкая боль в висках и я стала посредственным слушателем, гипнотизирующим тарелку. Аппетит пропал, а вместо него подступил комок к горлу и тошнота. Было неприятно, но остальные не заметили этого. Помимо мигрени, всё время ныла нога, напоминая о себе, что тоже не способствовало радужному настрою. Но я держалась изо всех сил, чтобы не портить настрой присутствующих. Даже несколько раз выдавила вымученную улыбку. — В моей семье теперь две любимые женщины, — услышала обрывок фразы Джексона. Он смотрел на Джиын с безмерным теплом в глазах. Но говорил не только о ней. Я натянуто улыбалась, а боль в ноге только усилилась. Девушка же как — то стушевалась, спрятала глаза и кивнула. Возможно ей просто не нравилось проявление чувств на публике и она больше предпочитала показывать свою любовь, будучи наедине. — Ты в порядке? — осведомилась Джиын. — Я могу принести лёд или ибупрофен, если хочешь. — Нет, спасибо. Я в порядке, — солгала, опуская взгляд в тарелку. Не доесть как — то не культурно, но мне хотелось быстрее избавиться от этого гнетущего ощущения неправильности. — Прошу меня простить. Встала из-за стола, прихрамывая. — Кас? — позвал меня брат и я обернулась. — Да? — Я рад, что ты снова со мной, — напряжённо смотрел мне в глаза, а затем добавил. — С нами. Вымученно улыбнувшись, закрылась в комнате и легла на кровать. Прикрыла лицо подушкой, чтобы никто не слышал моих всхлипов. Сегодняшнюю ночь я провела без сна.

***

Нога всё ещё болела, но Айрин приверженец китайских народных средств, чёрт бы её побрал, плохо разбиралась в таблетках и мазях. В доме на ней лежала ответственность за лекарственные препараты. Почему — то эту обязанность свалили на её хрупкие плечи, хотя с медициной девушку связывают далёкие отношения. Для чего изобрели метамизол натрия ей вообще было непонятно и она имела смутное представление, что это такое. Молодая мамочка не выражала по отношению ко мне явных претензий, но все лекарства, взятые мной или кем-то другим, строго учитывались и записывались в журнал. Сегодняшняя ночь не стала исключением и я молилась, чтобы всё закончилось. Мне нужно вновь попасть в больницу. Найти свою карточку или обходной лист, хоть что — нибудь. Я должна знать, что вызывает эти адские боли и чем стоит лечиться. В противном случае, просто загнусь от сильнодействующих обезболивающих. Было около четырёх утра, когда я решила пройтись по квартире. Сон не шёл, несмотря на дикую усталость, поэтому лежать в кровати больше нет смысла. Чонгук расположился на лоджии, быстро перебирая по клавиатуре ноутбука длинными пальцами. Он кинул на меня быстрый косой взгляд. — Доброе утро, Кассандра. — Хочешь кофе? — Не откажусь. Я привела себя в порядок, но оставила волосы распущенными, чтобы скрыть опухшее красное лицо. Моя кожа не в лучшем состоянии. Она изуродована ссадинами и синяками. Вышла обратно на лоджию с двумя кружками кофе. Поставила одну на столик рядом с ним. Мужчина благодарно кивнул и напряжённо замер. — Что такое? — осторожно поинтересовалась я. — Не отвлекай меня пару минут. Чонгук хмурился, быстро печатал, извлекал какие — то документы и аудиозаписи. К ноутбуку через usb — разветвитель подключено сразу же несколько гаджетов. Без понятия, что он там нашёл, но кажется эта информация очень важна. Я же послушно молчала и старалась тихо прихлёбывать кофе. Нащупала на подоконнике пачку сигарет и зажигалку. Закурила. — Чёрт! Мужчина покривил губами, а ноздри раздувались от едва сдерживаемых эмоций. Он зарылся пальцами в волосах и уставился невидящим взглядом в монитор. — Гук… Ты в порядке? Чонгук откинулся на спинку дивана и взял кружку кофе. Сделал несколько глотков и только тогда посмотрел на меня. — Сегодня ночью поступил сигнал на спутниковую рацию. Мне не удалось разобрать слова, поэтому решил проверить через внутреннюю программу. Обычно приходят сообщения на сотовый, но со связью, как ты понимаешь, сейчас туго. — Что за программа? — Проще говоря, у каждого сотрудника полиции есть специальная кнопка на часах. С её помощью можно подать сигнал о происшествии, чтобы вызвать подкрепление. У нас есть индивидуальный кодовый номер и он забит в реестре. Если ввести его в поисковике через программу, она выведет на экран фамилию сотрудника и местоположение. — Тебе не кажется это странным? Он хмуро покосился на меня, но, вероятно, не понял смысл заданного вопроса. — Я имею в виду, что ты получил сигнал спустя столько времени после заражения. — Так или иначе я должен проверить. Человек всё ещё внутри здания. Судя по координатам это Майк Маерс. — Кто такой Майк Майерс? — Заместитель начальника департамента полиции. — И чем он так важен? — Этот человек хороший приятель непосредственно самого начальника. Они даже играли по выходным в гольф. Он может многое знать о происшествии. Тем более, если слухи о той журналистке не лгут. — Чего ты так вцепился в неё? — я недовольно поморщилась, делая большой глоток, отчего кофе встал поперёк горла. — Она за короткий промежуток времени достала то, что верхушка полиции собирала годами. Более того, к расследованию подключились ФБР. — И как ей это удалось? — Понятия не имею, — вздохнул Чонгук, шумно отпивая кофе. — Видимо у них была причина держать её имя в тайне. Так или иначе, пока я не встречусь с этим человеком лично, будет трудно что — либо понять. — А если журналистка всё ещё жива? — Вряд ли. Её травмы были несовместимы с жизнью, — он лишь пожал плечами и посмотрел на меня. — Но ей повезло. Она больше никогда не увидит того ужаса, который испытывают выжившие. — Понятно, — кивнула ему, — тогда, если нет других вариантов, я еду с тобой. — Ты ещё не полностью восстановилась. — Я чувствую себя хорошо, но у Айрин заканчиваются обезболивающие. Нужно запастись на всякий случай. Он недоверчиво посмотрел на меня и я с улыбкой добавила, что не буду обузой для него. — Ты не умеешь стрелять. Ты не можешь обороняться, — начал занудно перечислять Гук. — Какой от тебя будет толк? — Ты сможешь скормить меня мертвецам и получить несколько минут форы. — Не думаю, что твой брат будет в восторге от подобной перспективы. — Тогда не будем говорить ему, — пожала плечами, держа в руках свою кружку кофе. — А ещё мне нужны вещи. Девочки предлагали свою одежду, но она слишком велика. — Естественно она будет велика. Ты себя со стороны видела? Я на секунду опешила, потому что не поняла, как расценивать эту фразу. На комплимент не тянет, на осуждение тоже. Может быть, просто констатация факта. Звучало обидно, но я быстро пришла в себя и внешне никак не проявила своих эмоций. — Видела. — Я не хочу тебя обидеть, правда, — он сердечно приложил руку к груди, глядя прямо на меня. — Но ты не в лучшей форме, чтобы отправляться на прогулку. — Но мы ведь поедем на машине, — я продолжила настаивать на своём, отвечая ему тем же взглядом. — Так в чём проблема? — Я не хочу быть обременённым ещё и тобой. Если Маерс действительно жив и ему нужна помощь, у меня не получится следить ещё и за тобой, — нравоучительно отозвался собеседник. — Я не маленькая, чтобы ты следил за мной. Тем более, если кому — то действительно понадобиться помощь, у тебя будет помощник. Ты обязан взять меня с собой. Чонгук ответил многозначительным взглядом, в котором читалось явное пренебрежение. Этот человек совсем не берёт меня в расчёт, как действующее лицо. Даже если я ничего не помню, это не повод не считаться со мной. Я также могу приносить пользу. — Твой брат сожрёт меня с потрохами, — тяжело вздохнул собеседник, принимая решение. — Это значит «да»? — Сколько времени тебе требуется, чтобы собраться? — Десять минут? — Тебе стоит завязать волосы, надеть куртку и высокие сапоги. — Не хочу обижать тебя, но ты видел сколько градусов на улице? — Большую часть времени мы будем в машине. Я включу кондиционер, — язвительно отозвался Чонгук и поднимаясь, направился к двери. — Жду тебя десять минут. Не успеешь собраться, останешься здесь. Ему не пришлось повторять дважды и строго в указанный промежуток времени я была готова, приплясывая о нетерпения. Дома, конечно, хорошо, но постоянное сидение в четырёх стенах угнетало. Поэтому я была безумно рада вырваться из квартиры, хотя бы ненадолго, чтобы подышать свежим воздухом и развеяться. Чонгук бросил спортивную сумку на заднее сидение машины и попросил меня пристегнуться. Его мало волновало, что на улицах бродят живые мертвецы, как бы парадоксально это ни звучало, и ему никто не выпишет штраф за превышение скорости. — Безопасность, Кас, важнее всего. Уясни ты это, наконец, — устало вздохнул Чонгук. — Ты, как и твой дурной братец, оба лезете на рожон. — Не правда. — Нормальные женщины сидят дома. Ты же суёшь свой нос куда не просят. — Я не понимаю почему ты злишься. Ты ведь сам принял решение взять меня с собой. — Если честно, у меня было не так много времени на раздумья. Откажи я тебе, ты бы всё равно поехала. — Откуда тебе знать это? — шкодливо улыбнулась, удобно откинувшись на пассажирском сидении. — Даже я была не в курсе. — Если ты хоть на йоту похожа на своего незадачливого брата, то я могу с уверенностью сказать, что знаю о тебе почти всё. — Мне стоит сейчас обидеться и выпрыгнуть из машины? — лаконично задала вопрос, рассматривая его гладкое лицо. Он сбрил бороду и усы, растеряв всю солидность и десять лет возраста. Теперь водительское сидение занимал молодой мужчина с выразительными чертами лица и большими тёмными глазами. — Если надумаешь вытворить что — то подобное, дай мне возможность для начала остановиться, — тем же тоном ответил Чонгук, но я заметила как мужчина украдкой улыбнулся. Чёртов шутник. Большую часть пути мы ехали молча. Мужчина не имел привычки слушать музыку или радио, поэтому дорога казалась мне скучной и не оправдывала ожиданий. Я рассчитывала на что — то другое. Но мертвецов мало, слов немного. Приходилось развлекать саму себя, подсчётом синяков на руках. Чонгук украдкой рассматривал меня, стараясь подавить улыбку. Я же не видела ничего смешного. Он нелюдим и необщителен настолько, насколько возможно. Когда мне осточертело по десятому разу считать свои боевые ранения, внимательно посмотрела на него. — Как думаешь в других городах такая же ситуация? — Да, — односложно ответил мужчина. — Когда был последний эфир новостей? — За день до того, как мы встретились. На этом всё закончилось. — Разве в городе нет военных баз или чего-то подобного? — Нет, конечно, — мужчина бросил на меня косой взгляд и свернул налево, мимо мигающего светофора. — Послушай, там в больнице… было много людей, но я не видела у них следов укусов. — И что? — Их убили прежде чем они были укушены. Намёк улавливаешь? — для пущего эффекта, «поиграла» бровями, но собеседник моего энтузиазма добраться до истины не оценил. — Какое отношение это имеет ко мне или к тебе? — Я просто спросила. Думала, ты можешь что — то знать. — У меня нет мыслей на этот счёт. Сказано тем же тоном, но я чувствовала, что — то неуловимое изменилось в нём. Чёрт, я абсолютно не понимала его. — Просто у меня не получается свести дважды два. Понимаешь? Кажется, что объяснение лежит на поверхности, но у меня не выходит… Просто не выходит. Это так странно. Зачем убивать их? — Почему ты вообще вспомнила об этом? — Возможно не только мы выжили. — Я никогда не говорил тебе, что выжили только мы, — Чонгук внимательно посмотрел на меня, нахмурившись. — Наверняка осталось ещё много людей, заточённых в своих домах. Возможно у них нет шанса выбраться. Не всем так повезло, как Джексону или Хвасе. — Или тебе. — Или мне, — сухо ответил Гук, взглядом давая мне понять, что не намерен дальше продолжать разговор. Минут через двадцать — двадцать пять мы подъехали к ажурному высокому забору без намёка на ворота. К слову, они валялись где — то на въезде и я ощутила их своей задницей, поскольку Чонгук проехал прямо по ним. Здание департамента полиции выглядело солидно и неприступно, встречая нас, ограждённой шлагбаумом, парковкой для сотрудников. — Дальше нет смысла ехать, — он остановил транспорт, заглушил мотор и вышел наружу. — Ты бросишь машину прямо здесь? — я последовала его примеру и резко клацнула зубами от резкой боли в ноге. Мужчина недоуменно посмотрел в мою сторону, вытаскивая с заднего сидения сумку. Надел снаряжение, и вновь обратил внимание на меня. — А что с ней будет? — пожал плечами. — Или ты боишься, что её угонят мертвецы? — Кстати говоря о них, — нравоучительным тоном, начала я. — Не находишь странным, что здесь никого нет? — Возможно, они собрались ближе к дверям. В конце концов там могут быть выжившие. Здание высотой в три этажа, имело витражные во весь человеческий рост окна, не считая последнего. Они маленькие, больше похожие на бойницы. Облицовка сделана из чёрного мрамора, что добавляло дороговизны и придавало ещё большей солидности. Боюсь даже представить, что меня ждёт внутри. Но как окажется позже, это ещё не всё. Впереди только главный корпус, а их здесь даже не один десяток. Не понимаю к чему столько сложностей. Чонгук сказал, что это сделано для удобства, чтобы у каждого отдела была своя зона и они не пересекались друг с другом. Я вновь оказалась в замешательстве. Мне казалось, что они сотрудничают друг с другом, передавая дела и это уже никак не вяжется с его словами. Но опускаю эту тему до лучших времён. Сейчас явно не до этого — спутниковая рация стала издавать странные звуки. Пришлось остановиться и настроить её. К сожалению или к счастью, нам не удалось понять смысл сказанного, но мы выяснили несколько занятных вещей. Человек из — за которого, собственно, и был проложен наш путь, всё ещё жив, бодр, но судя по тону голоса в большой зад… западне. Мы направились к главному входу по живописной аллее, где по обе стороны растут кусты душистых роз и яблочные деревья. Здесь умиротворённо и особенно свежо. Приятное место. До дверей добрались быстро. Это огромная железная махина, украшенная витиеватыми узорами. Она оказалась закрыта. Не знаю на что рассчитывал Чонгук, но он потерпел фиаско. На стене располагалась большая панель с сенсорным экраном и мужчина озадаченно хмурился, разглядывая её. — Проще выбить окна. — Они пуленепробиваемые, — задумчиво отозвался Гук, спускаясь обратно. — А гранат у меня с собой нет. И он говорил на полном серьёзе. — Предлагаю спуститься вниз к третьему входу, раз уж нет такой возможности попасть внутрь отсюда. Мы пройдём к холлу и сможем найти главный компьютер, чтобы разблокировать двери. — Почему они вообще заблокированы? — В случае непредвиденной ситуации двери автоматически блокируются, никого не впуская и, соответственно, не выпуская из здания. Чтобы продолжить работу или выбраться наружу сначала нужно пройти проверку идентификации, а уже после добраться до компьютера и вручную разблокировать систему. — Для чего столько сложностей? — Ради безопасности, Кас. Да, точно. Ради безопасности. Как всегда. Я следовала за ним. Мой взгляд упирался в широкую мускулистую спину, облачённую в чёрную водолазку и снаряжение. Он выглядел мощным и фигуристым, имея аппетитные для мужчины пропорции. Поэтому всю дорогу я плотоядно переводила взгляд с верхней части тела на нижнюю, мысленно поставив оценку упругой заднице десять из десяти. Но Чонгук резко остановился. Мне едва удалось избежать столкновения с его спиной. — Тихо, — прошептал он, а я выглянула из-за могучего тела и увидела «их». Насчитала полный десяток мертвецов. Все как один похожие друг на друга в форменной одежде. Они ходили кругами и двигались в одном направлении, словно выжидали чего-то. Относительно потрёпанные, в некоторых следы от пуль. Значит, кто-то пытался выжить, отбиваясь от монстров. Боюсь предположить насколько «удачной» оказалась попытка. Но больше всего моё внимание привлекли обугленные участки дороги. Это никак не вязалось с происходящим. Среди черноты ярким пятном отблёскивали гильзы и осколки. Правда, все окна при этом оказались целыми и невредимыми. — Кто — то делал самодельный коктейль молотова и бросал с третьего этажа. — Коктейль молотова? — задумчиво произнесла я, не обращаясь к кому — то конкретному. — Это взрывчатая смесь, судя по всему. Я верно думаю? Он кивнул, продолжая рассматривать их. — У вас в департаменте и таким промышляют? — У нас нет и не было готовых смесей. Это ни к чему. Видимо, кому — то не удалось добраться до склада. — А что хранится на складе? — Оружие, конечно же. Сказано таким тоном, чтобы пристыдить меня за неграмотность и неосведомлённость. Намекать на то, что у меня проблемы с головой в прямом смысле этого слова, бесполезно. — Как ты понял это? — Что понял? — недовольно отозвался Чонгук, бросая косой взгляд из-за плеча. — Что бросали именно с третьего этажа. — Окно приоткрыто. И действительно, если смотреть под углом, где сейчас стою я, то можно увидеть, как оно выделяется на фоне остальных. — Как мы обойдём их? — Мы не станем обходить. Они могут пойти следом. Это небезопасно. Ловким движением достал пистолет из кобуры и одним за другим точным выстрелом в голову, уложил семерых. Остальных добил с помощью ножа. Как упоминалось мной ранее, эти ребята оказались сильно неповоротливыми, поэтому Чонгуку не составило большого труда умертвить их. Я же просто наблюдала со стороны, чтобы не мешаться. Так или иначе не могла быть полезной, даже если бы очень сильно захотела. Мужчина потратил некоторое время, чтобы обшарить карманы бывших сослуживцев. Но кроме пистолета с полной обоймой и парочки леденцов больше ничего не нашёл. Видимо, для некоторых из департамента стало неожиданностью происходящее. Они не успели подготовиться. Чонгук направился ко мне, протягивая найденный пистолет. Я удивлённо переводила взгляд то на мужчину, то на оружие. — Я не умею этим пользоваться. — Я научу. — Гук… серьёзно. Это плохая идея давать мне в руки оружие. Сделала очередную безуспешную попытку отказаться, но собеседник настоял. Пришлось взять и выслушать, как им пользоваться. На удивление всё гораздо легче, чем я могла предположить. В теории, конечно же. На практике всё не так просто, потому что мои руки очень слабые. Пистолет оказался для меня слишком неподъёмным. Всё время пока мы спускались по мелким бетонным ступеням, оглядывалась по сторонам и представляла, что если на нас нападут зомби, я смогу дать отпор. Но, скорее всего, ручонки просто не выдержат такой ноши и оружие падёт прямо на ногу, что автоматически выведет меня из строя. Бедный Гук. Ему придётся в очередной раз проявлять героизм. Мужчина остановился, за своими размышлениями не заметила, что мы на месте. Он постарался включить всё своё обаяние, подключить к процессу волшебные силы и даже просил энергии у космоса… Нет, на самом деле такого не было, но выглядело очень похоже. Проще говоря, очередная железная пронумерованная дверь — очередная неприятность. Ключ — карта также не считывалась и мой спутник решил испытать удачу, то есть пройтись ещё дальше к внешнему генератору питания и попробовать подключить всю систему через него. К моему счастью это находилось не далеко, а в помещении отсутствовала дверь. Поэтому внутрь мы попали без проблем. Здесь пахло затхлостью и кислыми консервами. Пока Чонгук разбирался с инструкцией по эксплуатации устройства, я бродила по маленькому зданию, состоящему всего из четырёх комнат. Он заранее проверил каждую из них и дал добро на поиски чего-нибудь полезного. — Если на складе кто-то успел побывать, у нас будут большие неприятности, — обращался ко мне, но казалось со стороны, что это всего лишь мысли вслух. — Я рассчитываю, что мы заберём, хотя бы большую часть. Нужно заполнить всю машину. В следующий раз захватим остальное. Остановилась напротив металлических шкафов, что — то вроде тех, что встречала ранее в больнице и открыла каждую дверцу. На удивление ни одна из них не заперта и вещи находились в свободном доступе. Более того, даже нашла револьвер, обойму к нему и бронежилет. Собственно, этим и похвасталась Чонгуку. Но его выражение лица и озадаченный взгляд в окно, меня смутил. — Господи… Только и сказал он, прежде чем я успела сообразить что происходит…