6. Поэзия и проза
4 апреля 2018 г., 22:40
Дин сидел на крыше административного здания, расслабленно вытянув ноги. Чуть поодаль Аркейд занимался плечом Буна, пока сам Бун с мрачным видом смотрел на закат, мужественно не издавая ни звука.
Аркейд вытащил пулю, повертел её в пальцах и швырнул в Дина.
— И не говори мне, что она не твоя!
— Ладно-ладно, — Дин развёл руками. — Признаюсь. Я был уверен, что это зеркало!
— Мазила, — разочарованно протянул Бун.
Аркейд влепил ему затрещину.
— Твоё счастье, что эта криворукая макака промазала.
— Эй! — возмутился Дин. — Я всего лишь собирался расстрелять зеркала в этом чертовом лабиринте.
— Повторяй себе это почаще.
— Аркейд, ну что ты злишься?.. Я не специально. Ну с кем не бывает!..
— Ты вообще умеешь извиняться по-человечески?
— Отстань ты уже от него… — попросил Бун.
— Хорошо, хорошо, я сожалею. Мне чертовски жаль, Бун. Хочешь, я приползу на коленях? И каждое утро буду носить тебе кофе в постель?
Бун неожиданно расхохотался. Аркейд внимательно посмотрел на Буна, потом на использованный стимулятор, потом снова на Буна.
— Вроде бы ничего не перепутал, — он удивлённо пожал плечами. — Ничего себе. Я думал твой эмоциональный предел — это зубовный скрежет.
— Договоришься, четырёхглазый, — беззлобно предупредил Бун.
Аркейд закончил и устало привалился к трубе. Хорошо, что стимуляторов хватит на целый взвод, подумал он.
Он боковым зрением посмотрел на Гордона, тот с умиротворением созерцал закат. Лицо как у святого, хоть иконы пиши. И за что мне понравился этот морально-неустойчивый тип, вздохнул Аркейд.
Морально-неустойчивый тип вдруг повернулся к нему и засиял своей лучшей улыбкой. Вот так всегда, снова вздохнул Аркейд и улыбнулся в ответ.
Дин положил голову ему на плечо, показал вниз. В сумерках над парком зажглись разноцветные фонари, музыка лилась из старых динамиков, уносясь в потемневшее небо. «Chim chiminey Chim chiminey Chim chim cher-ee,»* пела карусель, завершая очередной бессчетный круг и начиная новый.
— Мы карусель привяжем меж звёзд хрустальных, это тюльпан, скажем, из стран дальних…**
Аркейд с трудом подавил желание взять Дина за руку.
— Может, хватит тут ворковать?
Бун грозно навис над ними, призывая к порядку. Аркейд мысленно пожелал ему провалиться и с неохотой поднялся.
— Я смотрю, тебе лучше.
— Что-то не сильно ты счастлив, — Бун потоптался на месте, видимо, собираясь с мыслями. — Откуда знаешь про штурмотрона?
Аркейд усмехнулся.
— Приступы паранойи?
— Называй как хочешь. Вначале один темнит, потом другой. Я на такое не подписывался, так что, будь добр, ответь.
— Хорошо. В книжках читал.
Бун пристально на него посмотрел.
— Что-то ты больно много читаешь.
— Чего и тебе советую. Nulla aetas ad discendum sera***, дорогой Бун.
— Ты специально? — зарычал Бун. — Если я решу, что ты какой-нибудь шпион…
— Чей, например?
Дин фыркнул:
— Анклава!
Аркейд вздрогнул, но Дин от души рассмеялся, заставив Буна немного расслабиться.
— Я сейчас от смеха умру. Как ты ещё меня в шпионы Легиона не записал?
— Уймись!
— Эй, слушайте все, я шпион Легиона! — проорал Дин в далёкое небо.
Бун виновато ссутулился.
— Ладно, проехали.
— То-то же.
— Двигаем дальше? — Дин подошёл к ним и положил обоим руки на плечи. — Внизу все зачищено. Палатки проверены. Супер-пупер оружия не нашли. Осталось только одно место, где оно может быть, — он указал на здание со стеклянным куполом. — «Обитель воспоминаний», — таинственным голосом произнёс Дин. — Совпадение? — он подмигнул Аркейду, похлопал по плечу Буна. — Вперед, друзья мои, раскроем, наконец, это дело!
Вопреки собственным словам, он остался стоять, не выпуская их из объятий.
— Люблю вас, парни, — с чувством сказал он и притянул их к себе.
Даже в обманчивом свете полукруглой луны Аркейд заметил, как сильно покраснел Бун.
__________________
* первая строчка песни с одноименным названием из к/ф «Мэри Поппинс», 1964 г.
** Федерико Гарсиа Лорка, «Карусель», пер. И. Тыняновой
*** (лат.) учиться никогда не поздно
