Наследники
7 марта 2018 г., 08:19
Аша села на Джейме верхом и начала двигаться вверх-вниз. Её пальцы обводили его соски, её волосы слиплись, её груди подпрыгивали в такт его толчкам. Волосы на лобке у Джейме были темнее, чем на голове, но светлее, чем её собственная растительность, чёрная и грубая. Ей нравилось это, как нравилось и всё его тело, стройное и мускулистое. Он кончил ей внутрь, а мгновением позже кончила и она.
Она скатилась с него, довольная и липкая, улыбаясь до ушей и лениво думая о том, что надо бы заварить лунный чай, но это позже… сейчас она будет просто лежать рядом с Джейме и таять от блаженства.
— Знаешь, ты у меня вторая.
Аша удивилась. Джейме был у неё даже не десятым, а ведь он на десять лет старше.
— А кто первая? — вырвалось у неё. Глупый вопрос. Зачем ей знать имя девицы (или шлюхи), которую её муж трахнул в далёкой юности? Джейме получил белый плащ в пятнадцать лет, и предполагается, что королевские гвардейцы блюдут целибат.
— Моя сестра.
Аша расхохоталась.
— Это не смешно, — в голосе Джейме прозвучала обида.
— Я смеюсь не над тобой, а над Станнисом. Выходит, он с самого начала говорил правду, а ему никто не верил. И я не верила.
— Станнис, — Джейме скривился. — Он и Джон Аррен всё время что-то подозревали, вынюхивали. Я хотел вызвать обоих на дуэль и убить, но Серсея меня отговорила. Потом Джон Аррен умер, а Станнис сбежал. Нед Старк продолжил их дело. Роберт напоролся на кабана очень вовремя, иначе бы Старк докопался до истины и Серсея лишилась бы головы. После ареста Старка отец начал разорять Речные Земли уже в открытую. Так началась война. Её называют Войной Пяти Королей, но лучше бы её назвали Войной Серсеиной Щели: именно она всему причиной.
Аша молчала, переваривая услышанное. Она догадывалась о чём-то подобном и раньше, слишком уж подозрительно выглядели внезапная смерть Роберта и арест его лучшего друга. Не то чтобы её сильно заботили волки и олени. Она кракен, и её дом только выиграл от смуты на континенте. Забавно, что и на этот раз причиной стала любовь.
— Ты всё ещё любишь её?
Джейме долго молчал.
— Да.
Аша закусила губу и отвернулась.
Когда Джейме уснул, она выбралась из постели, налила себе вина и расстелила на столе карту. Вороны регулярно летали между Утёсом и Пайком, чтобы лев и кракен могли координировать свои действия. Молодой Волк покинул Риверран и шёл в Близнецы; туда же следовал Русе Болтон, оставивший Харренхолл. Войско северян уменьшилось: помимо Фреев, Робб потерял Карстарков и треть пехоты, перебитой Рендиллом Тарли у Сумеречного Дола. Безумная, совершенно бесполезная вылазка. Хватит ли Роббу оставшихся сил, чтобы взять ров Кейлин и прорваться на Север?
Если нет, он окажется в ловушке и погибнет. Тогда войне конец. Лев с кракеном разделят Север: львиную долю (Аша усмехнулась) получит Бес, которого спешно женили на Сансе, а западное побережье, от Медвежьего Острова до мыса Кракена, заберёт её отец. Дом Грейджоев возвысится, получив новые земли с удобными гаванями и лесом для строительства кораблей, ну а дальше… Тайвин Ланнистер не вечен. При таком короле, как Джоффри, новая смута не за горами. Жаль, что вся будущая добыча достанется не ей.
Теон проявил себя лучше, чем она ожидала. В тавернах уже пели песни о его подвигах, и недалёк тот день, когда её отец смирится с неизбежным и назовёт его своим наследником. И даже если нет, получить корону ей будет непросто — иначе бы она не стремилась стать леди Ланнистер. Что ж, роль советника и правой руки правителя тоже неплоха. Если Теон не круглый дурак, он должен понять, что без помощи сестры ему не обойтись.
Ключевая точка — Темнолесье. Гловеры могут и дальше владеть им, но уже как вассалы дома Грейджоев. Дети леди Сибиллы будут воспитываться на островах и станут залогом её лояльности. Другие северяне могут пытаться отбить замок, но близость к морю означает возможность быстро подвезти подкрепления, что отец и сделал, вынудив сира Родрика снять осаду и вернуться в разграбленный Винтерфелл.
Аша допила вино, свернула карту и подошла к окну. Снаружи ревела буря. Не позавидуешь обитателям Пайка, вынужденным добираться из башни в башню по шатким подвесным мостикам. Хорошо, что они с мужем перебрались на Харлоу. Джейме заикнулся было об Утёсе, но отец сразу пресёк это. Союз союзом, а осторожность осторожностью. Бейлон Грейджой не настолько доверял Ланнистерам, чтобы отдавать дочь в заложницы.
Прошёл почти месяц с тех пор, как септон из Ланниспорта обвенчал её и Джейме. До этого их брак был скреплён жрецом Утонувшего Бога. Аша проводила дни в долгих вдумчивых беседах с дядей Родриком, в молчаливых посиделках с матерью, в прогулках по острову и в постели с Джейме. «Чёрный Ветер» тем временем стоял у причала, а её команда маялась от безделья. «Я размякла», — сердито подумала Аша. — «Замужество сделало меня слабой, как все женщины».
Она взяла со стола кинжал и метнула в дверной косяк. Железо с треском вошло в дерево, Джейме что-то пробормотал во сне и повернулся на другой бок. Ашу вдруг переполнила нежность. Она задула свечи и легла рядом с мужем.
***
— Король умер, — таковы были первые слова, услышанные ей при пробуждении. Говорил Герберт, мейстер её дяди. — Как это случилось? — спросил второй голос, принадлежавший Кварлу Девице. Ещё не вполне проснувшись, Аша ощутила досаду. Кварл был членом её команды и бывшим любовником. Выйдя замуж, она прогнала его из опасений, что не сумеет отказать ему, и тогда Джейме точно его убьёт. — Упал ночью с подвесного моста, — сказал мейстер. — Утром на скалах нашли тело. Чьё тело, хотела спросить Аша, и в этот миг сон покинул её окончательно. «Они говорят о моём отце», — осознала она. — «Бейлон Грейджой мёртв». — Говорят, крабы выели ему глаза, — сказал Уолдер Малый за обеденным столом. — Я люблю крабов, — прошамкала Трёхзубая. — С лучком, с чесночком… — Миледи, — сказал Кварл Девица. — Ваш отец мёртв, но государству нужен новый король… или королева. Собираетесь ли вы заявить о своих правах на трон? Аша почувствовала, что все взгляды устремлены на неё. Воцарилась тишина. — Мой брат Теон — законный наследник, — сказала она. Горечь этих слов отравила ей язык. Она расставалась с мечтой. Уолдер Малый что-то зашептал своему кузену. Мальчики жили в Десяти Башнях уже третий месяц. Их дед согласился заплатить выкуп в триста золотых, но Теон не спешил совершать обмен. Сейчас он гостил у лорда Гудбразера на Большом Вике. Теон решил побывать у всех знаменосцев отца — дальновидный шаг, а с учётом утреннего известия в особенности. Появился лорд Родрик. Её дядя не любил шумные пирушки и большие скопления людей; должно было случиться что-то важное, чтобы он спустился в главный зал и занял место во главе стола. По правую руку дяди следовал мейстер. — С Пайка прилетел ещё один ворон, миледи, — сказал он. — Ваш дядя вернулся. — Виктарион? — удивилась Аша. Бейлон приказал ему удерживать ров Кейлин, и если Виктарион чем-то отличался, так это исполнительностью. «Серый буйвол, сильный и послушный», как метко выразился Теон. — Другой дядя, племянница, — тихо произнёс Родрик Чтец. — Эурон Вороний Глаз.***
Теон прибыл на Харлоу через неделю. Незадолго до этого на острова вернулся Мокроголовый. Аша надеялась, что он поддержит Теона: слово жреца Утонувшего Бога имело вес не меньший, чем её собственное. Ей было непросто убедить своих людей и дядиных вассалов, но в итоге они всё же согласились поддержать Теона. Иначе Аше пришлось бы претендовать на трон самой. Но у Теона больше шансов. Её младший брат, при всех его недостатках, всё же лучше её старшего дяди. Вороний Глаз вернулся из долгого изгнания в компании колдунов и с трюмами, полными золота. Он щедро раздавал его, переманивая лордов её отца на свою сторону. Одних он подкупил, других запугал, а кое-кого и убил, например лорда Ботли, утопленного в бочке с морской водой за то, что посмел назвать законным королём Теона. Но и у её брата имелись свои сторонники: лорды Гудбразер, Блэктайд и её дядя Родрик. Мокроголовый не питает любви к «безбожнику» Эурону, как и Виктарион. Если они оба выступят за Теона, преимущество будет на их стороне. В любом случае без боя Вороний Глаз не сдастся. Грядёт междоусобная война, и она уничтожит все успехи, достигнутые её отцом на Севере. Чтоб Иные побрали Вороньего Глаза! Последнюю фразу Аша произнесла вслух, прогуливаясь по пустынному берегу рядом с Теоном. Братец, как всегда, был склонен переоценивать себя и недооценивать противника. — Дядю Эурона называют безбожником, — засмеялся он. — Стоит Мокроголовому сказать, что его правление неугодно Утонувшему Богу, как ему тут же придёт конец. Я займу Морской Трон, а ты, сестра, станешь моей Десницей — как я и обещал. Я… — было видно, как нелегко даются брату эти слова, — я благодарен тебе за то, что не стала оспаривать мои права на трон и убедила дядю Родрика поддержать меня. Без тебя я бы не справился, Аша. Теон смутился и покраснел, а Аша впервые за десять лет ощутила нечто вроде сестринских чувств. «Возможно, из него ещё выйдет неплохой король», — подумала она. Навстречу им, потрясая дубинами из плавника, двигалась толпа. Во главе шёл старик в серо-зелёной робе с вплетёнными в волосы водорослями. Аша узнала его: Тарл Трижды Тонувший вёл свою паству — утопленных и возвращённых к жизни им лично. Увидев их, толпа начала кричать. — Вече! — разобрала она слова. — Все на Старый Вик! Королевское вече! От удивления Аша остановилась. Королей на Железных Островах не выбирали четыре тысячи лет — неужели эти блаженные надеются возродить забытую ещё до прихода андалов традицию? — Милорд Грейджой, — обратился жрец. — Согласны ли вы плыть на Старый Вик и принять участие в королевском вече? Все лорды и капитаны должны собраться в этом святом месте, дабы увенчать короной из плавника самого достойного, того, на кого укажет Утонувший Бог. «Возможно, это лучший выход», — подумала Аша. — «Так мы избежим войны, а если Вороний Глаз не признает решение вече, то лишится всех сторонников». Теон открыл рот, явно намереваясь возразить, но Аша пихнула его локтем в бок. — Милорд Грейджой согласен. Не так ли, братец? На секунду ей показалось, что Теон сейчас заупрямится и всё испортит, но, к счастью, её брат оказался умнее. — Разумеется, — важно произнёс он. — Если такова воля Утонувшего Бога, я исполню её. «Видишь?» — говорили его глаза. — «Я знаю правила игры. Я не дурак!» Утопленники пошли дальше, горланя пуще прежнего: — Вече! Королевское вече! Все на Старый Вик!
