В царстве мертвых сегодня тепло

- Я вспомнил! - заявляет Тэхен. Чонгук на подобное опасливо косится. - Раз ты бог подземного царства, то у тебя должен быть трехглавый пес? - Цербер, - кивает Чонгук, незаметно улыбаясь переходу на "ты". - Но я не пущу тебя к нему. Он не подпускает к себе никого, кроме меня, а я слишком ценю тебя, чтобы послать на верную смерть. - Ты милый, - смеется божок, - но беспокоиться не стоит. Я очень хорошо лажу с животными. Хочешь посмотреть, как страшный хранитель твоего царства будет подставлять мне пузико? Чонгук бы и правда на такое посмотрел, но за Тэхена нереально страшно. Не потому, что в случае чего с него шкуру спустит Намджун, а потому, что тогда эта нежность и тепло вновь исчезнут из его жизни, и на этот раз - бесследно и бесповоротно. Чонгук Тэхена терять не готов. И едва ли будет готов когда-нибудь. - Ну, пожалуйста? - парень подбирается ближе, заглядывая в глаза. Он сам как щеночек: мягенький, ласковый, игривый и от него тоже хочется глупо пищать. - Чон... Чонгук-и?.. Он оказался совершенно безоружным перед этим голосом, и удар поддых выбил воздух из легких, да и в целом лишил малейшей способности сопротивляться. Если бы Тэхен таким же тоном попросил его отпустить, то Чонгук подчинился бы сию же секунду. К счастью, Тэхен не просит. Он всего лишь хочет посмотреть на жуткого Цербера. - Хорошо, - вздыхает Чонгук, - но ты будешь меня слушаться, понял? Тэхен охотно кивает головой. Кто бы сомневался, что он согласится на любые условия, лишь бы поглазеть на животинку.

***

- Если тебе не понравилось, то я не буду так тебя звать, - неожиданно тихо говорит Тэ, когда они идут ко входу в подземное царство, где и должен находиться трехглавый страж. - Что? Ах, ты об... - Чонгук кашляет, пытаясь скрыть внезапное смущение. - Это было мило... ты можешь звать меня так, если хочешь. Я не против. Тэхен заметно веселеет и даже рвется вперед, но бог хватает его за руку, невзначай соединяя их пальцы. - Мы уже близко, не убегай. Я все еще боюсь за тебя. - Почему ты сказал тогда, что ты ценишь меня? Чонгук не отвечает, а затем его обдает горячим дыханием. - Привет, адская псина, давно не виделись, - бормочет бог. Цербер глядит на него с подозрительным прищуром, будто Чонгук здесь главная опасность, а не он. - Тэхен, будь осторожен, - шепчет бог, крепче сжимая чужие пальцы, - я правда не могу предугадать, что он выкинет в следующую секунду. - Он милый. - У тебя все милые. - О, голова меня заметила! - Чт... стой, Тэхен! Пока Чонгук поддерживал зрительный контакт с одной из голов, другая принюхалась и обнаружила божка. Тэхен же легко выскользнул из чонгуковой хватки и с распростертыми руками бросился на встречу своей гибели. - Тэхен! - он кидается следом, с ужасом представляя, что будет дальше, но спотыкается и широко раскрытыми глазами смотрит на то, как Цербер поворачивается к Тэхену тремя головами сразу, раскрывает пасти... и начинает неистово облизывать божка. Тэ смеется, словно ему щекотно, отпихивает от себя головы, старательно его обнюхивающие, трогает мягкие носики, чешет шеи и довольно жмурится под радостное поскуливание. Через минуту это все, к сожалению, заканчивается, потому что Тэхена из лап ошалевшего от внезапного потока любви Цербера выцарапывает озверевший Чонгук. Он хватает парня за плечи, суетливо ощупывает, крутит в руках. - Видит Громовержец, как же ты меня напугал, безмозглый божок, - причитает Чонгук, продолжая осмотр. - Я же сказал не убегать, я же сказал слушаться меня, а если бы он тебя покалечил? У меня нет здесь хороших лекарей, только их духи, а чем они помогут тебе, истекающему кровью? Я не хочу, чтобы ты был здесь мертвецом, ты живой должен быть, глупец несчастный, Тэхен, ну что за наказание! У него сердце все еще заходится истерично и ноги дрожат, потому что - да будет Намджун тому свидетелем - так страшно ему еще никогда не было. Чонгук берет лицо Тэхена в руки и гладит щеки, а затем коротко прижимается губами ко лбу. Тэ в ответ осторожно обнимает его. - Успокоился? - спрашивает еще, несносный мальчишка. - Со мной все в порядке, Чонгу... Чонгук-и. Бог еще с минуту прижимает Тэхена к себе слишком сильно, но потом отступает, не зная, куда деть руки. Тэ кусает губы, пряча улыбку, и гладит голову Цербера, подошедшего ближе.

***

- Ты спросил меня, почему я ценю тебя, - говорит Чонгук позже. - Меня избегали большую часть времени, и у меня никогда никого не было. Я привык жить во тьме, но духи мертвых постоянно говорили о любви. О чувствах. О тепле и нежности. И мне очень хотелось узнать, каково это - ощущать всю эту гамму. Я попросил своих слуг найти на земле самого светлого человека или бога, и они привели тебя. Тэхен улыбается глупо и, подойдя к Чонгуку со спины, кладет подбородок на плечо. - Ты, действительно, светлый настолько, что у меня сердце сладко болит. Мне не стоило запирать тебя здесь, не стоило вообще вмешиваться в твою жизнь, но теперь от тебя очень сложно отказаться. Ты показал мне гораздо больше, чем я ожидал, хоть я до сих пор незнакомец для тебя. - Я чувствую твои эмоции, - шепчет Тэ, и от этого по коже дрожь бежит. - Ты нервничаешь и позволяешь мне уйти сейчас. Я знаю, что там папа волнуется. Он, наверное, уже отцу доложил. И Юнги с Чимином тоже переживают. Мне нужно вернуться на поверхность, чтобы всех успокоить, иначе тебе очень сложно будет оправдаться. - Не имею права оправдываться, я на самом деле похитил тебя. - Это так, но ты не причинил мне вреда. А еще мне здесь нравится, несмотря на легкую мрачность. И ты мне тоже нравишься. - Ты совсем меня не знаешь. Зачем говоришь все это? - Но я говорю правду. Два с половиной дня - немного для того, чтобы узнать кого-то, однако мне хватило, чтобы понять, что мне с тобой... хорошо. Ты неловок в общении и не всегда знаешь, что делать, но ты всегда наблюдаешь за тем, как я реагирую на твои действия. Ты заботлив, и я очень ценю это. - Что мне сделать сейчас? - голос срывается, и сердце, кажется, сейчас остановится из-за перегрузки. - Обними меня? Тэхен такой приятный, и обнимать его здорово. Ощущать легкую тяжесть его головы на своей груди - здорово. Вдыхать запах его волос - тоже здорово. - Мне кажется, ты можешь поцеловать меня... - тихо и смущенно бормочет Тэ. Чонгук тяжело сглатывает, приподнимает лицо парня и быстро прикасается губами к его. Раздается едва слышный чмок, парни стремительно краснеют и напрягаются. - Я имел в виду щеку... - мямлит Тэхен. Чонгук чувствует себя последним идиотом. Неловкость достигает апогея, но к счастью (или к сожалению) все царство сотрясает громогласный крик: - Чонгук, уйми свою собаку и верни моего сына! - Отец пришел, - отчего-то виновато улыбается Тэ, напоследок целуя бога в кончик носа. - Не волнуйся, я поговорю с ним. Чонгук не понимает, почему Тэхен должен сам говорить с Намджуном. Еще он не понимает, зачем его только что поцеловали. И, кажется, он в целом не понимает ровным счетом ни-че-го.