Калейдоскоп

Единственный клуб военно-исследовательской базы Альянса на Еу, который считался подходящим для кого-то с положением Йаару, был неплохим местом. Не столица, конечно, но вполне приличное заведение. Здесь было чисто, а приятельская атмосфера вносила небольшое разнообразие в военную выхолощенность базы. Да и эссенцию наливали неплохую. Правда, компания не всегда подбиралось хорошая. Изредка смены выпадали так, что Йаару обнаруживал себя в окружении исключительно неприятных личностей. Вот и сейчас, вместо того, чтобы расслабляться с приятелями, приходилось терпеть… — Ну скажите мне, — говорила Раату своим товарищам, но достаточно громко, чтобы сидевший рядом Йаару слышал её сквозь спокойную музыку, лившуюся из скрытых колонок под потолком, — что вообще может знать о жизни сын Советников? Можно сколько угодно делать вид, что играешь честно, только правила всё равно на твоей стороне. Терпеть вот это. Йаару отпил ещё немного девятки. Эссенция была слишком сильно очищена, чтобы иметь питательную ценность, зато коктейль солей раскрывала хорошо. Отставив стакан, он с улыбкой поймал лиловый взгляд Раату, игнорируя двух её приятелей. Все трое уже были не совсем трезвыми, хотя до начала «ночной смены» оставалось около часа, и мощных депрессантов ещё не наливали. Максимум могли добавить в стакан щепотку-другую солей лития. — Вы не могли бы пересесть за другой столик? — в улыбке растягивая губы, сказал Йаару. — Тут занято. Он действительно ждал двоих своих знакомых, сестёр-близнецов из командования корпуса Внутренней Безопасности. Вот только судя по тому, что они написали три минуты назад, ожидание было бесполезным, и на внеплановом совещании их задержат как минимум на час-другой. — Мы вам мешаем? — наигранно вежливо спросила Раату. — Но, думаю, вы простите нам беспокойство. Пересаживаться сейчас, когда мы так хорошо устроились, не хотелось бы. — Мы так устали за смену, знаете ли, — поддакнул Белый. — Впрочем, откуда вам… — О, правда устали? — спросил Йаару, поправляя пёрышки на предплечье. — Вы ведёте настолько живое обсуждение важных вопросов, что трудно поверить. — Так может присоединитесь? Ох, сколько издёвки в голосе! — Куда уж мне, сынку Советников, — отвечал Йаару, стремясь выглядеть как можно более мило и мирно, зная, как это может раздражать. — Я не слишком хорош в пустых разглагольствованиях. С детства приучен говорить по делу. Ну, знаете, у некоторых родителей получается уделить своим детям хотя бы пару минут, и они могут... Он знал, что для Раату эта тема была неприятна, потому не сильно удивился, когда её улыбка замёрзла, а кулак тихонько, незаметно, но ощутимо впечатался Йаару в бок. Броня благополучно поглотила удар, хотя айо, окутавшая костяшки Раату, шипами впилась в стыки пластин. Йаару не подал виду, что это было действительно больно. В конце концов, полупьяная глупость — проблема Раату. Это не он напал на другого офицера в общественном месте. Йаару перехватил её запястье и сдавил в пальцах. От природы мощные, с суставами, улучшенными новейшими имплантатами, они сжались так сильно, что протопокровом ладони он ощутил, как трескаются её чешуйки. На мгновение они замерли, не решаясь пойти дальше — не будут же два офицера драться в клубе, да ещё и перед камерами, которых тут было навалом. Пусть даже им вот уже четыре года только этого и хотелось. Прервало их событие неожиданное, хотя и не очень-то редкое. В клуб вошёл офицер-связист с традиционной чёрно-белой лентой через плечо. Собственные перья связиста были ярко-синими, и это создавало контраст, сразу привлекающий внимание вместе со скорбным значением самой ленты. Посетители клуба косились на него с некоторым вежливым и при этом опасливым интересом. Традиция объявлять офицерам высоких званий о гибели близких таким вот образом была древней, но отмирать вовсе не спешила. Йаару не взволновало появление скорбного вестника — из тех, кого можно было назвать его близкими, действительно опасная профессия была разве что у жены дядюшки, главы городской полиции. Но она явно не настолько тесно связана с Йаару, чтобы о её гибели сообщалось вот так. Связист, сопровождаемый почтительным молчанием, подошёл к их столику. И положил перед Йаару планшетник с официальным посланием. «В результате предполагаемого террористического акта на площади Славы Альянса погибли пятеро Советников, в числе которых…»