Калейдоскоп

Темнота, наполнявшая маленькую библиотеку, нарушалась только несколькими несгораемыми свечами. Аше ждал госпожу, устроившись в кресле. Когда-то давно он старался не принимать при ней гибридный облик, думая, что это заденет вырожденку, но сейчас спокойно ходил в двуногом чешуйчатом виде. Нисса зашла в комнату тихо, босые ступни, выглядывавшие из-под домашнего халата, утопали в длинном ворсе ковра. Она положила на журнальный столик меч в ножнах и остановилась у окна, глядя в бесконечную черноту ночи. Оружие привлекло внимание Аше. Ножны скрывали лезвие, но рукоять показалась знакомой. Из примечательных деталей можно было выделить только круглый кристалл в навершии, в котором пульсировал бело-жёлтый светлячок. И всё же Аше был уверен, что где-то видел этот меч. — Я хотела поговорить, — начала Нисса, не глядя на него. — Но перед этим попрошу тебя вспомнить одну вещь — ты не мой кровавый рыцарь. Ты носящий титул кровавого рыцаря госпожи-вырожденки Ниссы-О-Ли. Ты не обязан делать… прямо скажем, вообще ничего. Она наконец развернулась к нему. Аше попробовал кончиком языка воздух, чувствуя вкус тяжести, опасения и усталости. Он удивился такому началу разговора. Да, Нисса была вырожденкой, ограниченной в магии, потому их связь не скреплялась ничем, кроме слов. Но это не делало клятву Аше менее настоящей. Нисса никогда не оскорбляла его сомнениями по этому поводу. — Я знаю, о чём ты думаешь, вернейший из Теней, — невесело усмехнулась она. — Но погоди оскорбляться. В такую авантюру, поверь, я ещё тебя не втягивала. Нисса покосилась на меч, Аше бросил взгляд на него же и вдруг вспомнил, где видел оружие раньше. Большего было не надо — слишком долго они знали друг друга, слишком долго сражались спина к спине. — Вы против войны с Фениксом и собираетесь заключить с ними договор за спиной у Верховного. Я прав? Нисса коротко нервно рассмеялась. — Нет. То есть да, но всё не так просто. Аше пожал плечами. — Если вам интересно, я не считаю, что война с ребятами, известными своим умением превозмогать и совершать невозможное, — хорошая идея. — Видишь ли, дело не только в этом, — Нисса прикусила губу. — Война действительно идиотская, но ещё одна причина моего… Она не смогла найти слов. Посмотрела на Аше с какой-то тоской, а потом скинула халат и изменила облик. Тело покрыли пёстрые чёрно-коричневые перья, зашелестел, раскрываясь, веер хвоста. Руки превратились в крылья, а ноги — в мощные птичьи лапы с кинжальными когтями. Аше видел, как эти когти играючи раздирали тела Теней в заклятой броне. Именно эти когти, потому что перед ним стояла Сай-А-Ли. Некогда третья среди верхушки Света. Легендарная военачальница, почти никогда не принимавшая полностью человеческий облик. Та, кто командовала западной армией. В Четвёртую Великую западная армия ничего, кроме пыльных пустошей, не оставила от родной планеты Аше. — Понимаешь? По-хорошему, я и просить-то ничего не могу, не то что вспоминать о твоей клятве и приказывать. И всё же, кто она? Нисса, которая после войны в сопровождении только двух рыцарей рисковала собой, добивая мародёров, разбойников и прочую погань, расплодившуюся в свежих ранах страны. Сай, равнодушно отдававшая приказы об убийстве пленных. Нисса, долгие годы дарившая Аше настоящий дом. Сай, уничтожившая тех, кто был ему дорог. Нисса, сделавшая всё ради стабильного развития и процветания Тени. Сай, расу которой эта Тень давным-давно стёрла с лица мироздания. «А пошло оно всё, — подумал Аше, вставая. — Сейчас ещё вспомнить, как Нхаа, гадское создание, в Школе у меня зубную щётку в туалете утопила, а новую до сих пор не купила. И потребовать компенсацию на государственном уровне, значит». Он подошёл к Орлице и опустился на колено. — Если на самом деле вы не вырожденка, то я хотел бы принести клятву, используя работающее, — на этом слове Аше бросил на неё немного обвиняющий взгляд, — имя. Я, Аше-О-Хи, клянусь смертью и кровью… эм, жизнью и словом? Она кивнула и он продолжил: — Жизнью и словом служить госпоже Сай-А-Ли, быть её рыцарем, как того требует кодекс, хранимый памятью. — Я, Нисса... кхм, да. Я, Сай-А-Ли, принимаю твою клятву. Отныне и пока смерть не разлучит нас ты мой рыцарь… эээ… крови и слова, полагаю. Ага. Да будет так. Два крыла накрыли Аше, как шалаш. Старая привычка почти заставила дёрнуться, но тут его прошил чистейший, неостановимый слепящий свет, достигавший, казалось, каждого уголка души и каждой клеточки тела. Это было как минимум неприятно, он даже испугался, что клятва убьёт потомка Змея, полезшего куда не надо. Но нет, волна прошла прошла сквозь тело и растворилась, оставив тяжело дышащего Аше лежать на ковре, хватая ртом воздух. Сай склонилась над ним. — Ты в порядке? Никогда не слышала, чтобы кто-то из наших приносил клятву… То есть из ваших. Ну. Короче, ты понял. «Она отвыкла, — подумал он. — Думать о себе как о дочери Орлицы, двигаться в этом теле. Скорее всего, и от собственного имени. А привыкать обратно сейчас не время». — Да, я хорошо себя чувствую. — Аше сосредоточился на собственных ощущениях. — На самом деле даже великолепно. Просто очень странно. Он сел, неуклюже опираясь об оперённое плечо. Призвать поток силы, который теперь был гораздо мощнее привычного, подтолкнуть к поверхности — набор заученных действий. Немного сложнее было понять, что делать, чтобы всё заработало. Поток пришлось раскрутить, разделяя на две части, а потом уже заливать в форму. Крошечный светлячок зажёгся в тёмной чешуйчатой ладони и отразился в жёлтых змеиных глазах.