Танкисты всегда нужны.

      Впервые слышу такую тишину в танке. Особенно в заведённом танке, несущемся на огромной скорости. И тем не менее, тишина была настолько ощутимой, всеобъемлющей, что её, казалось, можно было использовать как дополнительную броню. — У нас минут пятнадцать осталось, — наиграно спокойно сказала Мику. — Успеем, — так же наигранно спокойно ответил я, — даже можем в кафе заехать.       Попытка разрядить атмосферу оказалась неудачной. Ну а что мне ещё делать? Ни Юко, ни Юми с нами нет — они остались на поле. Решать проблему кроме нас некому. — Ой, да пошло оно всё на... — благо, конец фразы съел шум танка, останавливающегося на полном ходу. — Ты что творишь? — уже вполне искренне воскликнула Мику, наблюдая за тем, как я вылезаю из танка, — А ну вернись! — и так же выпрыгнула наружу. Мы оказались вдвоём на пустой дороге. Благо, улицы перекрыли из-за боя и оставили как раз под танки, которые на этот самый бой едут. Я смотрю на неё, она на меня, и хрен поймет, что у неё в голове. Да и у меня, впрочем, тоже. — Мику, я хочу разобраться с этим, — сказал и замолчал. Что в такой ситуации говорить то? — С чем этим? — она инстинктивно огрызнулась, — Всё нормально, лезь давай, и поехали! Мы и так опоздали! — Издеваешься? — я начал выходить из себя, — Тебе напомнить почему мы опаздываем? Для тебя всё, что случилось — это нормально?       А ведь вчера всё казалось достаточно успешным. Та конференция закончилась на удивление хорошо, несмотря на моё «выступление». Как потом объяснил Мамору, в итоге всё и так пришло бы к такому бою, это был уже решённый вопрос. Просто нужно было создать картинку, будто процесс сложный, громоздкий, всем неудобный. Я лишь дал повод закончить всё побыстрее и придал «натуральности» происходящему. Сам бой назначили спустя всего пару дней, что в очередной раз доказало, что всё было обговорено и готово заранее. Даже другие школы подозрительно быстро (их сообщения буквально приходили с разницей в пять минут) согласились вновь помочь Оараи. После всё пришло в обычный вид. Люди бегали, суетились, подтягивали болты в танках, тренировались, в общем, готовились как могли. Мы исключением не были, разве что наши тренировки были куда как серьёзнее, спасибо Мику. Послабление она нам дала только в последний день, отпустив нас домой на выспаться и морально подготовиться. Всё выглядело хорошо. До следующего утра. Наше место встречи, где Мику была всегда первой, пустовало. Даже когда уже все из нас пришли, её все ещё не было. Мы ждали её, звонили, но ничего. Решили, она сразу ушла к ангарам, но и там её не оказалось. За всё то время, что мы готовили машину к бою, она так же не явилась. И к моменту отъезда на поле боя тоже. Мы начали переживать, но хоть как-то повлиять на ситуацию никто не мог, и с шаткой надеждой, что она будет ждать нас на поле боя, мы отправились туда. И разумеется, её там не было.       Я, Юко и Юми уже откровенно паниковали. Ни звонки, ни сообщения, не получали ответ. Так то, наверное, нужно было вызывать полицию, но пока мы бы дозвонились, пока бы они дёрнулись, могло пройти слишком много времени. Счёт шёл на минуты. Как удобно, что наш танк как раз очень быстрый. Юко со слезами на глазах выдала мне адрес Мику, и пожелав удачи, отправила обратно в город, пока Михо с президентом тянули время как могли.       До её дома я добрался быстро, по перекрытой дороге. Это и домом то не было — так, квартирка, в похожей и я живу. И какого ж было моё удивление, когда на мой звонок, дверь мне открыл... Киширо. Рыжий. Тот самый вроде-бы-парень Мику, которого я видел, казалось, вечность назад. Деталей я не помнил, кроме того, что в тот раз он вёл себя как козёл, но это не помешало ему серьёзно выслушать меня. Вот только помочь он ничем не смог. С его слов: да, они живут с Мику вместе, и да, она пришла вчера вечером домой. Только вот беда, сегодня утром ушла раньше, чем он проснулся. Где Мику сейчас, он не знает, так как искренне верил, что она уже на поле боя. Звучало это пускай странно, но логично, так что я уже было хотел уйти, но одна маленькая деталь заставила меня остановиться. Краем глаза, я заметил яркое пятно, которое часто видел у одной девушки в руках. Такой розовенький чехольчик, на телефон, в котором записывались все мои грехи на тренировках. Можно было предположить: Мику просто убежала, впопыхах забыв мобильник, а возвращаться было слишком поздно. Но я слишком хорошо её знал. Это въелось мне в память спустя столько тренировок. Мику никогда, ни при каких обстоятельствах, не оставляла свой телефон. Он всегда был с ней. Она, наверное, и мыться ходила, не выпуская его из рук. Поверить в то, что мой командир случайно ушла из дома без него, я не мог.       Киширо пытался вежливо не пустить меня в квартиру, но к его несчастью, наши весовые категории слишком отличались. Толчок, дверь открылась, парень отлетел на пол, где я через него и перешагнул. Быстрый осмотр квартиры и запертая дверь в одну из комнат, подсказали мне, где продолжать поиски. Щелчок замка, дверь открывается... Я вижу Мику, сидящую на полу с опущенной головой. С самым безжизненным видом, какой вообще может быть у человека. Она даже не сразу меня заметила. Что тогда спасло Киширо? То, что мы спешили? Моё нежелание марать руки? Высшее вмешательство? Понятия не имею. Когда он попытался помешать нам выйти, получил один единственный удар по лицу. Фиг его знает, на что он рассчитывал. Парень, конечно, старше меня, но я последний год ежедневно налегал на рычаги и таскал гору всякого тяжелого, так что удар у меня был не техничный, зато увесистый. Одного хватило, чтобы охладить его боевой пыл, а после выволочь на лестничную площадку, о чём отдельно попросила Мику. Киширо шипел и сыпал изобретательными проклятиями, о значении которых я мог только догадываться. Изо всех сил его не замечая, Мику только с третьего раза смогла запереть квартиру. Она притворялась спокойной, но со стороны Мику выглядела так, будто прямо сейчас она просто вскипит и взорвётся от перенапряжения, как слабенький аккумулятор. Мы прыгнули в танк и понеслись обратно, попутно позвонив на поле, сказать, мол, мы едем. Что-то вспомнив, Мику тоже достала телефон. — Алло, мам? Мои ключи подобрал подозрительный дебил. Это очень важно, не перебивай: он прекрасно знает, чьи они, и если ты не хочешь оплачивать мои похороны, нам нужно сегодня же сменить замки, — после этих слов, Мику резко оборвала вызов. Сразу же раздался новый звонок. Она молча выключила звук и затолкала телефон поглубже в сумку.       И вот, мы снова здесь. Опаздываем и ругаемся посреди дороги. — Это из-за того, что я сказала? — Мику совсем не понимала, чего от неё хотят, — Про похороны? Всё хорошо, я специально преувеличила, а то пока поговорят с арендодателем... — Преувеличила? Мику, хрен с ним с боем. Тебя только что заперли в комнате, отобрав все возможные средства связи. А если бы тебя сегодня не ждали? Сколько бы ты там просидела? Не знаю, как это на японском, но по-русски это называется «пиздец»! — Насколько это грубо? — Намного. Не отвлекайся. Я жду ответа: это часто происходит? — Первый раз. — Что случилось? — Да не знаю я! Он сказал, я зря занимаюсь травмоопасной хернёй. — Он типо твой воспитатель? — Перестань. Киширо никогда таким не был. — А по-моему, в тот единственный раз, когда я его видел, было то же самое, только в другой форме. Ты его боишься? — Нет. — В глаза смотри! — Хорошо! Хорошо, боюсь! Это так важно? — Это очень важно! Ты самый конфликтный человек, которого я знаю. Орёшь по поводу и без, вообще не разбирая, кто там прав, кто не прав. Я думал, ты обычная стерва, честно — до сих пор бы так считал, если бы не видел, как ты кожи вон лезешь, чтобы нас вытянуть. Сначала я решил, что плохому человеку ничего не мешает быть хорошим командиром. Только ты не плохой человек. У тебя просто в голове бардак и ты так сильно не хочешь показывать его остальным, даже членам своей команды, что кидаешься на всех подряд, лишь бы ни у кого не было и мысли заглядывать тебе в душу. Конечно, я спекулирую. Лучше тебя никто не знает, но факт остаётся фактом: ты Мамору, взрослому мужику, чуть лицо не отгрызла, когда он решил нас спровоцировать, а эту спичку пальцем тронуть не смогла! Понимаешь, как это показательно? Зачем ты вообще живёшь с человеком, который тебя пугает?       Мику застыла с каким-то сложным выражением, испугав меня больше, чем своим отсутствием полчаса назад. Я с ужасом замолчал. Я переборщил? Наверное, я переборщил. — Нет, стой! Погоди, я не это имел в виду, — именно это я имел в виду. Долго готовясь, чтобы что-то сказать, Мику вдруг передумала и отвернулась. Её трясло. Уже со спины было ясно: я мудак, который довёл бедную девушку до слёз. Не учёл, что она и так едва держалась. — Мику? Земля вызывает Мику, вы здесь? — осторожно, чувствуя себя ещё большим кретином, я положил руку ей на плечо, — Слушай, ну нравится тебе этот кретин и хрен с ним, жить то вместе вам зачем? Всхлипывая, Мику тихо задушено засмеялась. — Я его терпеть не могу. У меня просто не было времени его бросить. — Это вообще как? — Пока одно, пока другое. Личная жизнь это не что-то смертельно важное. Да, мне было неприятно. Очень неприятно. Но я была сосредоточена на команде, это моя первая и главная задача, как лидера. Домой можно не приходить, если не хочется. Я никогда не думала, что они пересекутся!       Мику вытерла глаза краем рукава. Я быстро подбирал слова. — Времена, когда надо было бросать себя на амбразуры, кончились лет семьдесят назад. Если ты не отпустишь себя хотя бы немного, ты сдуешься, как шарик. — Но там... — Никаких «но». Команда для того и нужна, чтобы друг друга поддерживать. Тебе больше не надо надрываться.       Если честно, при мне никогда не плакали. Только в детстве. Поэтому, я стоял как дуб, думая, что любое моё движение сделает хуже. До сих пор не знаю, как до меня тогда не дошло, что почти любого рыдающего человека надо просто обнять. — Не реви, — очень помогаешь, гений, молодец, — как мне тебя на бой везти? — Пощади топливо, езжай сразу в ангар. Нас уже десять раз дисквалифицировали.

***

      Наше появление на поле боя было... крайне обыденным. Все уже сидели по машинам, так что мы просто подобрали Юко и Юми, встали в общий строй со всеми, послушали крайне унылую внушающую речь про грядущий бой, и команды начали разъезжаться по своим сторонам поля боя. В целом, я был рад такой встрече. Не было всех этих криков, визгов, суеты. Нас даже не пытались пристыдить за опоздание. Единственный минус: всю информацию о бое, нашей в нём роли, мы получали на ходу. Мне пришлось одним глазом глядеть в смотровую щель, вторым на карту поля боя, которую мне подсунула Юми, а третьим на приборы. Что я могу сказать, поле боя было крайне внушительным. Огромных размеров, окружённое лесом, холмами, а в центре стоял небольшой город. Всё это дело перерезали речушки разной степени величины, да пара дорог, что крест на крест шли с разных углов к городу. Наши начальные позиции были в верхней части поля, вражеские, соответственно, снизу. Получалось, и мы, и они начинаем в лесу, выходим на поле, стремимся к городу, но из-за размеров поля и обилия холмов, встретимся друг с другом не скоро.       Или мне это так казалось. Стоило прозвучать сигналу к началу боевых действий, как Мику мгновенно дала команду на страт, и мы, набирая всё большую скорость, рванули вперед. Пока мимо проносились деревья, она кратко изложила нашу задачу на ближайшее время. По сути, мы делаем всё то же, что делали в бою с Правдой. Скачем по всему поле боя, выбиваем одну-две машины, и тут же удираем, оставляя врага глотать пыль. Единственное: перед этим необходимо найти и разделаться с разведчиками Университета. У них их только три, это американские Бульдоги. Будь мы на старом Пазике, они были бы проблемой, но на ЛТТБ, шансы на победу у нас куда как выше. Оставалось лишь их найти. На словах это оказалось куда как проще, чем на деле.       Мало того, что поле боя оказалось ещё больше, чем ожидалось, так и рельеф вышел куда как хуже. Ровное поле шло полосой, отделяющей лес от гряды холмов, проехать быстро через которую невозможно. Мало того! То, что по карте выглядело как реки, на деле оказалось чем-то вроде оросительных каналов, и пускай воды в них не было, но каждый раз, выезжая к такому каналу, приходилось искать место, где его можно переехать, что так же сжигало прорву времени. В итоге, вместо стремительного рывка вперёд получилось невнятное копошение. Чем дольше это длилось, тем сильнее это бесило Мику. Когда мы в очередной раз уткнулись в канал, её терпение иссякло. Тычки мне в спину, мой немой мат, рев двигателя, скрежет гусениц, и вот — мы уже несёмся по полю, огибая город по дуге.       Вскоре мы пересекли одну из дорог, ведущих в город, начали ехать по вражеской половине поля, забираясь всё глубже в неё. Я не удивился, когда услышал шум поворачивающейся башни и получил команду на остановку. Машина замирает, секунда, грохот выстрела, ещё секунда, мы вновь на полном ходу летим вперёд, забирая к лесу. Фиг его знает, по кому мы там стреляли, (как позже узнал, по одному из Бульдогов), но раз ответного огня нет, то всё хорошо. Собственно, мы смогли спокойно покинуть место выстрела, и так же спокойно оказаться в лесу, через который уже и начали пробираться дальше. Через приборы наблюдения начала проноситься столь привычная картина деревьев и кустов, что я даже позволил себе расслабиться, и вспомнить, как сейчас оказывается, спокойные деньки когда я только поступил в Оараи. Не было ни споров, ни судьбоносных боев, ни взрывающихся за спиной топливных баков. Только я, Пазик, да грызня между мной и командой. Завтра несло в себе лишь проблемы с домашкой и новые синяки на плечах. Сейчас же, не факт, что это завтра я встречу на школоносце.       Спасибо Мику, которая ткнула меня ногой, ибо ещё немного, и я бы в депрессию ушёл с такими мыслями, а так, пришлось экстренно расшифровывать что она от меня хочет и останавливать машину. Стоило нам остановиться, как Мику полезла из башни и начала что-то выглядывать в лесной чаще. Чего она там искала я не знаю, обзор с моего места был аховый, да и сейчас был перекрыт кустами, так что следующие минут пять я рассматривал траву, и размышлял о вечном. Размышления прервались, как только Мику нырнула в танк, попутно пиная меня, приказывая сдвинуть машину вперед, и сделал я это, судя по всему, в последнюю секунду, ведь стоило нам сдвинуться на метр, как раздался звук выстрела. По всему танку раздался грохот от попадания, к счастью, не фатального. Приборы показывали что мы ещё живы, на мои команды танк отвечал мгновенно. Значит, шансы побарахтаться есть. Налегаю на рычаги, срывая нас с места ещё быстрее, чем до этого, начинаю гнать куда-то вперед, пока Юко поворачивала башню в сторону врага. Судя по звуку ещё одного выстрела, взять его на прицел она не успела, но и противник остался с носом, попав не в нас, а в одно из деревьев, разнеся его в щепки. Мику разобралась в ситуации, так как начала тыкать меня, отдавая всё новые и новые команды, заставляя кружить по лесу, уходя от невидимого для меня противника. Играли мы в такие кошки-мышки ещё несколько выстрелов, пока наш единственный выстрел не поставил точку в этой битве. Собственно, после этого я увидел нашего противника. Им оказался ещё один Бульдог, мехвод которого не справилась с управлением и влетела в дерево, где Юко её и подловила. Сейчас он уже стоял зеленой горой с дымящимся корпусом и белым флагом.       Быстро убедившись, что помощь там никому не нужна, мы начали удаляться от места битвы, углубляясь в лес, стремясь оторваться от противника, который явно шёл на помощь своему товарищу. — Кажется, оторвались... — расслышал я голос Мику.       Словно стремясь доказать ей обратное, следом пришёл грохот недалёкого взрыва. Скажу я вам, это был взрыв всем взрывам. Даже нечто, прозвучавшее после попадания по нам КВ-2, было тише чем то, что громыхало позади нас. Так малого того, что это было громко, я ещё и увидел отсвет от взрыва перед нами, а взрывная волна кажется, даже нас чуть подбросила вперед. А я то думал, когда же Карл себя покажет... 600 мм попиленного немецкого бюджета и разрушительной мощи, запечатанные в огромной махине, способной бросаться снарядами с взрывчатой начинкой от 280 кг, до 460 кг, на дистанцию до 10 км! Это был монстр во стальной плоти, внушающий, угрожающий и... абсолютно беспомощный против нас. Не, так то, попади такая дура в нас, осталась бы кучка пепла, но вот ты попади! Учитывая нашу скорость, точность этой бандуры и её скорострельность, шанс на попадание хотя бы рядом с нами, стремятся к нулю. Возможно, стой мы на месте, на открытом поле, да, могли огрести. Но сейчас? Удачи им. Только за время обдумывания всего этого, мы уже умчали на километр от прошлого места, а учитывая, что скорость только набирали, то вскоре ещё дальше окажемся. Шанс на нашу поимку он уже упустил. Выбив первого Бульдога на поле, мы примерно указали, где нас искать, (если Карл вообще на нас нацелен), и ввязавшись в дуэль со вторым, дали ещё более точное указание. Пока он навёлся, пока изготовился к стрельбе, мы уже и бой закончили, и успели удрать, так что экипажу Карла оставалось бить на удачу. Увы, она им не улыбнулась. И что ещё хуже, Мику уловила, откуда примерно он дал залп, а значит, мы идём за ним.

***

      Вот ты и попалась, тяжёлая самоходная мортира Карл. Зря ты дала о себе знать. Сидела бы тихо, может и сыграла бы какую роль в этом бою, а теперь все, конец приехал. Добраться до позиции Карла было легко, ведь, как выяснилось, почти все силы что нашей команды, что противника, уже вошли в город, и сейчас активно утюжат городскую инфраструктуру, всё сильнее и сильнее увязая в городском бою. Карл в этом участия не принимал. Ждал своего шанса, да спустил его на нас, за что сейчас и огребёт. Всё это мы узнали благодаря радио и Юми, которая за время нашей поездки успела и рапорт Михо отправить, и получить разведданные, и разрешение на нашу вендетту. Мы бы её свершили, да только Карлушу прикрывало аж три Першинга, что несколько усложняло нашу задачу.       Сам Карл и его свита расположились на небольшой опушке в лесу, достаточно просторной для такой махины, и достаточно просторной, чтобы Першингам было легко заметить подбирающихся к мортире диверсантов. А подобраться придётся: Карлуша хоть и огромный, но жирный, а значит, просто выстрелить в него и скрыться в клубах пыли не выйдет. Попадание может быть не критичным, мортира продолжит жить, а мы потеряем фактор внезапности. Хотя он был под вопросом, ведь свита явно была в курсе нашей стычки в лесу, и сейчас активно каталась туда-сюда, патрулируя округу. Мы же стояли среди густых кустов, на минимальных оборотах двигателя, вообще без движения. — Должен же быть способ, — уже в пятый раз я слышу бормотание Мику позади себя, — Юко, сможешь отсюда выбить один из Першингов? — Да, думаю смогу. Надо подождать, пока один из них удачно проедет, и будет сделано, но что потом? — А потом... — тут она наклонилась ко мне, — Сможешь нас доставить поближе к нему? — Если оставшиеся два охранника будут далеко, то сделаю, — сказал я, подумав, — правда, чем ближе к нему, тем сложнее будет потом уйти. — О, об этом не волнуйся, — судя по голосу она улыбнулась, — я обеспечу нам прикрытие.

***

      Ждать пришлось долго. То подставившийся под Юко Першинг был в паре с кем-то и не дал бы на доехать до цели, то оставшийся одиночка стоял в неудачной позиции. Словом, когда представился удачный случай, мы действовали без промедления. Грохот выстрела не успел ещё стихнуть внутри машины, а мы уже вылетали из леса, на всех порах несясь к Карлу. Пусть первые секунды две-три враг был в смятении, после выучка дала о себе знать. На наш манёвр начали реагировать. Два дальних Першинга развернулись и уже начинали двигать к нам, ведя огонь на ходу, пока что в молоко. С каждым пройденным метром, мы всё чётче и чётче выглядели в их прицеле, а их снаряды падали всё ближе и ближе к нам. Карл решил поучаствовать в веселье, и сейчас медленно поворачивался в нашу сторону.       Всё быстрее его силуэт рос перед моими глазами, а орудие его было всё ближе и ближе к нашему курсу, Першинги уже вышли нам на перерез. Через пару залпов нас гарантированно выбьют. Нас с новой силой трясло, из-за скорости каждая кочка была как трамплин, танк подбрасывало в воздух, а после с силой било о землю, танк начинало бросать из стороны в сторону, и мне стоило огромных усилий удерживать нас прямо, пока Карл не начал смотреть прямо на нас. — СЕЙЧАС! — крик Мику совпал с её тычком мне в плечо и с залпом Карла.       Время стало тягучим, словно мёд, я в мельчайших подробностях видел, как вспыхивает пламя в его стволе, как проявляется силуэт снаряда, как рычаги у меня в руках неохотно поддаются, и как медленно мы меняли курс. Карл пропадал из моего поля зрения. Я почувствовал, как снаряд мортиры пролетел в стороне от нас, чудом не задев. Я услышал свой глубокий вздох, и с удивлением понял, что не дышал всё это время. Снаряд прошёл мимо, волна от него хлестнула нас, ещё сильнее дёргая в сторону, уводя прочь от прицела одного из Першингов. Второй в стоял по другую сторону карлова орудия и пока не видел нас из-за вспышки выстрела.       Грохот взрыва и залпа Першинга совпали, но мы были живы. Танк всё ещё слушался моих команд, а значит, битва пока не окончена. Мы, не сбавляя скорости, пронеслись мимо промазавшего Першинга, оказались позади него, а вскоре, и в борту Карла. Наша башня начала поворачиваться, почти беззвучно из-за шума двигателя и стука крови у меня в ушах. До победы было всего ничего: любая ошибка сейчас поставила бы крест на нас. Я вцепился в рычаги со всей силы, до боли закусил губу, когда наконец-то, поступила команда Мику.       Налегаю на рычаги, молюсь всем богам, чтобы мы не перевернулись. Нос танка буквально сносит вправо из-за резкого поворота, мы встаём на одну гусеницу, пока вторая отдаляется от земли. Пару пугающих секунд я ощущал только усиливающееся давление, как внезапно всё прекратилось. Почти мгновенно машина стабилизировалась, встав на обе гусеницы. Карл оказался ровно позади нас, куда и смотрело орудие. Где-то вдалеке прозвучал выстрел Першинга, и нас окатило фонтаном земли, закрыв мне обзор, но уже неважно. Грохот нашего выстрела я расслышал отчётливо.       При всех своих очевидных минусах, у Карла есть ещё один, крайне неприятный. Снаряд, перед тем как попасть в ствол, должен побыть на свежем воздухе, поднимаясь к по механизму к стволу, и пока он так "гулял", мы его и подстрелили. Грохот получился знатный. Даже сквозь засыпанные землёй приборы наблюдения я увидел вспышку, а шум взрыва так и вовсе получился оглушающим. Контроль над машиной я не потерял и уверенно вёл нас вперед, пока Мику не остановила меня. Мы замерли, через пару секунд дали ещё один залп, а после я получил команду вести машину к Карлу.       Подъехав к месту битвы, мы остановились. Я смог протереть приборы наблюдения и посмотреть, что мы натворили. Его корпус был на месте, внешне не сильно пострадал, но вот всё, что было над ним, исчезло. Механизмов заряжания не было, орудие лежало в стороне разорванное. Один из Першингов, тот, что был ближе к нам, от взрыва перевернуло. Он лежал с белым флагом, торчащим из борта, а второй, что был подальше, получил контузию. Мы подбили его, пока он ехал вперёд оглушённый и ослеплённый. — Проверь машину, — Мику выскочила из танка и убежала к противнику. — А не слишком ли это? — спросила Юко, свесившись из башни и смотря то на Мику, то на меня, суетящегося у танка. — Такие машины допускают в битвы, но учитывая их мощь, их переделывают куда значительнее, чем наши. Больше брони, больше механизмов защиты безопасности. В случае Карла, экипаж сведён с шестнадцати человек до восьми. Все они в работают в специальных костюмах, сидят в глубине корпуса, — я покачал головой, — поэтому они должны быть в порядке, но проверить стоит. — Нам ли не знать какого это, — криво усмехнулась Юко и замолчала.       Вскоре, Мику прибежала обратно. — Трупов нет, — она тут же залезла в машину, — есть пара синяков, может переломов, но все живы и даже в сознании.       На этих словах мы все выдохнули. — Машина в порядке, — начал я, — мы потеряли некоторые инструменты и запчасти, после боя нам нужно будет заменить много чего, но сейчас всё окей, можем даже повторить. — А можно без этого? — робко спросила Юми. — Постараемся, — улыбнувшись, ответила Мику, — раз все живы, поехали. Нам ещё в этом бою побеждать.

***

      Звон от попадания снаряда ещё звенел в ушах, а я уже бросал машину в сторону, следуя команде Мику. Хотя сторона эта была уж очень маленькой.       Покинув поле боя с Карлом, мы выбрались на дорогу, и по ней направились в город. Волновались мы не сильно, ведь, как уже знали, все силы врага как раз в городе. Даже третий Бульдог, что мог доставить нам проблем, уже выбыл. Так что неслись мы на полном ходу, не сильно волнуясь. Это и сыграло с нами злую шутку. Подъезжая к холмам, окружавшим город, мы чуть сбавили ход, но так же беспечно ехали вперёд, и взобравшись на мост через одну из речушек, и к встрече с противником были не готовы. То ли он был так же не готов, то ли нам просто повезло. Его залп, пускай и попал по нам, броню не пробил, давая нам шанс на ответ. Вот только, выровняв машину, мне стало понятно: шанс этот очень и очень мал. По другую сторону моста, стоял он. Командирский танк Университета — Центурион. Пускай Арису Симада ушла из команды, за такую машину посадили явно не новичка.       Вариантов действий у нас было немного. Уйти с моста уже не успеем, а перестреливаться на такой, пускай и малой, дистанции было глупо. Значит, нужно было её сократить, как мы обычно поступали. Танк рванул вперёд, стараясь вырвать столько метров, сколько выйдет до повторного залпа Центуриона.       Всё ближе и ближе, мы подбирались к нему, и вот... Враг сам начал движение. Центурион, пускай и не так резво как мы, сорвался с места, и бросился нам на перерез. Мы одновременно дали залп, оба прошли мимо. Мы столкнулись. Страшный грохот, скрежет металла, потом я сам ударился о внутренности машины. Попытка хоть как-то повлиять на ситуацию успехов не принесла. Враг был тяжелее нас, ещё и ударил по сути в борт, зажав между собой и ограждением моста. Навести орудие мы на него не могли, слишком близко он был. Он, впрочем тоже. Вот только ему и не пришлось. Спустя пару попыток вырваться, я вновь услышал грохот, ощутил, как наш танк движется в сторону, а после начинает падать.

***

      Я сидел на жопе, а та была не то на бетоне, не то на чем то подобном. Рядом сидели Мику, Юко, и Юми. Перед нами лежал наш танк, ЛТТБ, и демонстрировал нам своё грязнущее днище. Он лежал на боку, а мелкий ручеёк тёк под другим его бортом.       Да. Центурион сбросил нас с моста в реку, после чего просто уехал. К счастью, пост оказался невысоким, падение было недолгим, а река не шире обычной лужи. Так, отделавшись ушибами, мы вылезли из машины и сели рядом, не понимая что произошло и что делать дальше. — Раз уж мы тут оказались, — вспомнила Юко, — Мику, где тебя носило?       Я напрягся. Мику, которая сосредоточенно что-то высматривала вдали, вдруг уставилась на неё. Как будто у кое-кого появилась идея. — Точно. Подставляй щёку. — Прям так сразу? — Юко явно пожалела о своих словах. — А ты чего хотела? Нас скинули с моста, меня всё бесит, а я очень удачно должна тебе леща. В других обстоятельствах меня сожрёт совесть. — Нет у тебя никакой совести... — пробормотала она, но щёку всё же подставила. И зажмурилась. Мы с Юми так обалдели, что вмешаться в ход событий у нас не было возможности. Да оно и не надо. Рука Мику лёгкая и беспощадная, однако, звук удара вышел глухим. Будто били в пол силы. — Это не освобождает тебя от объяснений, — Юко досадливо потёрла лицо, — вы это видели? Командирский произвол! Мы возвращаемся к бытовому насилию! Стоило читать мотивирующие речи, работать над командой, если в конечном итоге меня бьют, танк вообще в канаве, а мы выбыли из боя? — Не выбыли, — я не знал, смеяться мне или плакать, — флажка то нет.

***

      Мы смогли перевернуть танк. Толпой, матерясь, проклиная всё что можно, но смогли. Даже починили сломанное (в основном натянули новую гусеницу), но осталась одна проблема. — Не заводится, — я ещё раз дёрнул рычаги, понажимал кнопки. Танк оставался безмолвен, — он просто не заводится.       Я поднял глаза на остальных. Мне измученно улыбнулись в ответ. — Может, что-то в двигателе сломалось? — предположила Юми. — Может, — я в это не верил, но попытаться стоило.

***

      Мы осмотрели двигатель. Гусеницы. Внутри танка. Снаружи танка. Подёргали что дёргается, почистили, что было грязное, смазали, что нужно и не нужно, но он продолжал молчать. — Приплыли! — Мику слезла с танка и рухнула на землю, — Всем спасибо, все свободны. Это был хороший бой. — Угу, — Юко пристроилась рядом, — грустный какой то финал, но остальные вывезут. — А ведь мы так старались, — понуро пробормотала Юми, садясь к ним и оставляя меня у танка одного.       Я хотел присоединиться к ним. Сесть рядом, и просто отпустить. Мы пробыли в бою недолго, но вымотал он нас знатно. Пока всё было в движении, это не так заметно. Только после падения усталость накатила лавиной, и провальные попытки запустить танк окончательно нас сломали. Может, это момент бессилия, когда нас сбили на пике успеха, а может и вправду, просто устали. Я сделал шаг вперёд, к ним, а потом... Залез обратно в танк. Сел на своё место, глубоко вздохнул, послушал журчание ручейка под машиной, шуршание ветра с улицы. А потом... — Слушай сюда, кусок советского наследия, — я в который раз вцепился в рычаги, — я понимаю: страны, что тебя породила уже нет. Ты не для таких развлечений создавался, но знаешь что? Мы тут рвали себе жопы не для того, чтобы просрать всё из-за твоих капризов, так что либо ты сейчас заводишься, либо клянусь, после этого боя я лично оттащу тебя на родину капитализма и прослежу, чтобы из каждого твоего болтика сделали крышки для колы, ты меня понял?!       Я дёрнул рычаги. Громыхнуло знатно. Я аж зажмурился, ожидая удара сзади от взрыва двигателя, или что там громыхнуло, но всё было спокойно. Я с опаской открыл глаза. Огляделся. Мои руки были на месте, рычаги тоже. Не было ни дыма, ни огня, ни панических криков снаружи. Был только один звук. Шум работающего двигателя, готового отправить нас в очередную схватку.       Я выглянул в люк мехвода, посмотрел на свою команду. Они посмотрели на меня. Мы ничего не сказали друг другу. Ничего не показали. В лице каждого из нас читалось предвкушение.