Ещё одна из рода Блэк

      Утро выдалось ясным и теплым. Середина августа была солнечной, в отличии от остальных календарно летних месяцев, и неизбалованные теплом жители туманного Альбиона с удовольствием выползали из своих домов, подставляя бледные лица ласковым лучам.       Кас лениво растянулась между грядками с крепенькими вилками капусты и наблюдала, как Фред и Джордж ведут переговоры с представителями садовых гномов. — Мешок тыквенных семечек и вы не появляетесь на нашей территории, — деловито предложил Фред мелкому седому гному. — Мешок тыквенных семечек и герань, если вы хорошенько напугаете Перси и не появитесь на нашей территории, — вставил свое предложение Джордж.       Кас хмыкнула и украдкой посмотрела на Перси, принимающего солнечные ванны в дальшем углу сада. Бедняга рано расслабился. Гном-старейшина посовещался со своей свитой и серьезно пропищал что-то. Кас не разобрала что именно, но близнецы остались довольны. Мешочек и герань были переданы свите, старейшина заглянул в мешочек, проверяя его содержимое, попробовал тыквенную семечку и авторитетно кивнул своим. Мелкое посольство засеменило с поклажей к дыре в заборе. — Ну и когда вы оставите Перси в покое? — проворчала Кассиопея, впрочем, не слишком сурово. — Когда он вытянет палку из задницы, — ответил Джордж. — И чуть опустит свой заносчивый нос, — добавил Фред. — Ясно, никогда, — фыркнула в ответ девушка и накрыла лицо желтой панамкой.       Фред улегся рядом с Кас, попутно боднув ее коленом в бедро, а Джордж положил голову на ее согнутую в локте руку. Привычные действия и прикосновения с некоторых пор приняли для Кас и Джорджа новый оттенок, но они всеми силами делали вид, что ничего необычного не происходит. Почему-то, когда Фред запросто хватал Кас за талию и прижимал к себе, она лишь со смехом или воплями высвобождалась из его рук, когда же она сама шутливо взлохматила волосы Джорджа, они оба мучительно покраснели. Что с ними происходит? И что делать с мыслями о вчерашнем наглом незнакомце с концерта? Кас тяжело вздохнула. — Что делает Перси? Он уснул? — Фред, он не уснул, он медитирует, — терпеливо, в который уже раз, повторила девушка. — Ме-ди-ти-рует, — задумчиво протянул Фред, — Зачем ему это? — Очищение и открытие чего-то там, — Кас поморщилась, — я не помню. Трелони сказала бы вам точно. Надо что-то почувствовать. Какое-то шевеление, что ли. — Я даже отсюда чувствую как шевелится палка в его заднице, — загробным голосом буркнул Джордж. — Фу, это мерзко, Джордж. — Это шевелятся глисты, а не палка. Она-то как раз у него незыблема, — поправил брата Фред. Кас приполнялась на локте и сняла с лица панамку: — Вам обязательно надо обсудить палку в его заднице?       Ответом ей были сдержанные смешки. Фред цапанул ее за локоть и положил обратно.       Солнце по-летнему припекало. Перси заерзал на своем коврике для медитации. Видимо, ему тоже припекало. И совсем не солнце. Одно осознание, что недалеко расположились его младшие идиотсткие братья и они наверняка придумывают очередную злую пакость для него (что было чистой правдой), не давали расслабиться. Как они его достали за это лето. Скорей бы уже первое сентября. — Эй, смотри, сейчас что-то будет!       Близнецы заинтриговано перевернулись на живот и подперли руками головы. Одинаковое выражение азарта и любопытства на лицах. Кас неохотно повернулась за ребятами и чуть напряженно ждала развязки. Ей не нравилось, что Фред и Джордж издеваются над своими братьями. Одно дело легкие поддевки без злого умысла, а совсем другое методичное и четко спланированное издевательство над Перси и Роном. Ладно, Мерлин с ними, со слизеринцами и Филчем, тут Кас и сама с удовольствием принимала участие в шалостях, но семья — это святое. Как и все сироты, Кассиопея бережно относилась к семейным ценностям.       Как раз в тот момент, когда ребята заняли зрительские места в капусте, Перси нервно поерзал на своем коврике. Что-то было не так. Сначала зачесался зад, потом нога. Почесав ногу один раз, он почувствовал, что чешется и вторая нога. Да что такое?! Перси раздраженно открыл глаза и посмотрел на ноги. Уж лучше бы он не смотрел! По ногам ползли мерзкие зеленые клопы-вонючки. Перси в ужасе вскочил с коврика и начал лихорадочно смахивать с себя насекомых. Но теперь они начали сыпаться на него с веток дерева, возле которого он имел неосторожность расположиться. Как же он ненавидел насекомых! Эти противные лапки, тошнотворный хруст, если вдруг наступаешь на жука, ужасное жужжание. От омерзения хотелось заорать и упасть в обморок одновременно!       Близнецы уже вовсю смеялись наблюдая за нелепыми дерганьями Перси, а Кас зло смахнула руку Фреда со своего плеча и пошла к Перси, вытягивая на ходу палочку.       Перси несолидно взвизгнул и попятился, увидев идущую на него девушку. Кас раздраженно взмахнула палочкой и клопы мгновенно осыпались в траву. С негромким шелестом скрылись в листьях гномы, посыпающие несчастного Перси клопами сверху. — Придурки! — от души выпалила Кас разворачиваясь к близнецам, — Он же ваш брат, вы че творите?!       Не дождавшись от охуевших внезапным наездом близнецов ни слова, она молча направилась в дом. Ее палочка выбрасывала алые искры, передавая настроение хозяйки.       Перси окинул холодным взглядом близнецов, поднял с травы коврик и последовал за Кас.       Он догнал ее только на лестнице. Кас слишком стремительно ворвалась в дом, всколоченная, с горящими глазами и по-прежнему сыплющей искрами палочкой, благо на ее пути никто не попадался с расспросами.       Два лестничных пролета и она в комнате Джинни. Резко распахнуть дверь и силой припечатать ее обратно. Злорадно понадеяться, что в комнате сверху, у этих идиотов, что-то отвалится. Желательно, прямо на их рыжие головы.       Вытянуть из-за кровати рюкзак и быстро зашвыривать свои вещи. Майки-белье-джинсы-кеды-балахон-книги-зубная щетка-расческа-колдографии родителей. Завязать волосы в хвост, с трудом сдерживая злые слезы. — Ты уже отправляла сову в этом году?       Внезапный вопрос разрезал тугой кокон ее гнева. Кас резко обернулась, держа так и не заплетенные волосы в руках над макушкой. Перси стоял прислонившись к дверному косяку, скрестив на груди руки. Он был спокоен и серьезен. Совсем не как эти рыжие придурки! — Нет ещё. — Не забудь отправить, — Перси отлепился от дверного проема и уже собрался уходить, когда Кас остановила его вопросом. — Откуда ты знаешь про сов? Перси медленно развернулся и слегка улыбнулся Кас: — Я же не зря практикант в Министерстве. Твоя ежегодная традиция мне известна. И мне кажется, что в этот раз ты получишь положительный ответ, — на этих словах Перси отвернулся и быстро скрылся за поворотом в коридоре. Вот так       Кас медленно вернулась к рюкзаку, брошенному на кровати. Запихнула вываливающиеся вещи, застегнула молнию. Задумчиво улыбнулась. Перси отблагодарил ее таким образом. У нее появился шанс быть услышанной в Министерстве. Сколько сов было отправлено? Сколько прошений о разрешении переписки с заключенным Сириусом Блэком отклонено? Пять? Шесть? Каждый год, в конце августа, Кассиопея Блэк составляла прошение. Сначала с помощью Меды, позже сама. У нее есть отец! Кем бы не считал его весь магический мир, для нее он — единственный и родной человек! И ей отказывали. Всегда. Заключенный без права переписки. Только кровные родственники. Кассиопея Блэк не достигла возраста, допускающего возможность общения с заключенным.       И случайный инцидент с Перси помог ей найти верную ниточку? Как это по-министерски. Кас была благодарна Перси за помощь, но случись все иначе, не такая реакция Кас, что бы предпринял он тогда? Не стал бы помогать? История не знает сослагательного наклонения. Даже обладая самым мощным хроноворотом, невозможно повернуть все вспять. Каждый шаг имеет слишком серьезные последствия.       Прошение было уже давно готово, вызвать сову и отправить письмо — минутное дело.       Теперь, когда препятствие в лице Министерства было почти пройдено, перед Кас открылась главная проблема. Что написать отцу, которого не видела больше десяти лет? Как он отреагирует? И отреагирует ли вообще? Кто знает, что он переживает каждый день в Азкабане? И помнит ли он вообще о том, что у него есть дочь?