I'd go back to you

      Дождь всё ещё тарабанил по крыше, когда Томас проснулся. Брюнет ласково потянулся в постели, прислушиваясь к этому ритму. Слабое перестукивание капель навевало какое-то странное, но вместе и с тем приятное умиротворение, которого ему так не хватало раньше. Протерев свои сонные глаза, Томас осознал, что впервые за долгое время ощущает себя полностью выспавшимся. Вполне возможно, что это весьма необычное состояние ощущалось по-особому остро, потому что это было первое утро, после его вылазки в горы, когда он проснулся рядом с Ньютом.       Пускай тело брюнета слегка побаливало от занывших в неудобной позе конечностей, он ощущал себя весьма неплохо, а мирно сопящий под боком Ньют и вовсе возводил эту картину в нечто определённо удивительное и невероятное. Томасу, привыкшему к постоянному бегу, впервые за долгое время хотелось по-настоящему остановиться и запечатлеть в своей памяти этот момент. Мог ли он подумать о подобном всего несколько месяцев назад? А мог ли думать об этом Ньют? Брюнету казалось невероятным, что они теперь могли так свободно лежать в одной постели, не думая ни о чем, кроме разве что уже таких привычных забот поселения.       Подобные мысли невольно заставляли парня улыбаться самой широкой и искренней улыбкой, на которую он был только способен, однако спустя пару секунд, когда Томасу показалось, что его довольная ухмылка не может стать ещё шире, его взгляд зацепился за блондинистые волосы парня, что растрепались по подушке. От увиденного по телу непроизвольно пробежалась волна тепла, а чуть позже, когда парень заметил лёгкую ухмылку блондина сквозь сон, его губы также невольно потянулись вверх.       Томас был уверен, что сейчас выглядит по меньшей мере странно, ведь его улыбка была настолько широкой, что на ум невольно пришла ассоциация с Чеширским котом из небезызвестной сказки. Откуда брюнет мог знать это, парень сам до конца не понимал, но считал это не столь важным, ведь сейчас он чувствовал волну облегчения, видя на лице Ньюта спокойствие и умиротворение. Этот покой был по-особому ценен для Томаса, хранившего в своей памяти минувшие несколько часов и чудовищный рассказ блондина о его жизни вдали от Тихой Гавани.       Оглядев комнату, брюнет перевел взгляд на свои наручные часы, которые указывали что на дворе уже было около двенадцати дня. Вздохнув, парень аккуратно вылез с кровати, предоставляя Ньюту возможность более удобно расположиться на одноместной койке. Сделав это, брюнет на секунду задержал свой взор на спящем блондине и аккуратно провёл пальцем по его щеке. Кожа у Ньюта была весьма мягкой и значительно бледнее, чем у самого Томаса. Странно, но этот контраст парень заметил только сейчас. Еще поглядев несколько минут на спящего блондина, Томас решил выйти за дверь.       Как только парень оказался на крыльце, то впервые за несколько месяцев он вдохнул чистый и неожиданно прохладный воздух, которого ему так не хватало в этой удушающей жаре. Стоило отметить, что хоть и дождь всё ещё тарабанил по крыше, это скорее была морось, которая никак не могла сравниться с тем ливнем, что застал парней несколько ранее. Томас улыбнулся, вспоминая те холодные капли и весьма нежный поцелуй, на который он всё же решился спустя столько времени.       «Его нужно было давно поцеловать», — проскользнула мысль в его голове.       И брюнет согласился с ней.       Сейчас, стоя на крыльце в относительной сухости, взгляду парня предстала почти вся Тихая Гавань. Несмотря на то, что ещё шёл дождь, брюнет заметил некоторых поселенцев, что пытались бегать по размокшему песку. Приглядевшись, Томас понял, что эти самые дети из автобуса. Брюнет усмехнулся.       Эти маленькие, но такие сильные ребята радовались обычному дождю. Хотя, если подумать, это было неудивительно. Казалось, что эти капли были простым природным явлением, однако им всем, спасённым от ПОРОКа парням и девчонкам, этот дождь виделся нечто большим, чем очередной проделкой погоды, ведь он был настоящим и живым. Им всем, привыкшим к весьма реалистичным иллюзиям проклятой организации было важно знать, что всё, что теперь их окружало, было взаправду. Ведь это знание дарило настоящее ощущение свободы, которое у них так нагло отобрали.       — Они меня достали, — вдруг раздался немного ворчливый, но вместе и с тем усталый голос совсем рядом с ухом Томаса.       Парень тут же повернулся и понял, что говорящей оказалась Бренда. Девушка выглядела весьма перепачканной. Её волосы слиплись от дождя, а ноги буквально тонули в песке. Украшало брюнетку и нервная истерическая гримаса.       — Они не понимают, что могут заболеть? — вновь произнесла она, присаживаясь на крыльцо рядом с Томасом.       Брюнет слегка улыбнулся и пожал плечами.       — Не суди их строго, — произнес он, спустя несколько минут тишины. — Они долго были лишены детства.       Эта фраза слетела с его губ прежде, чем Томас смог до конца осмыслить то, что он сказал. Она невольно напомнила ему о том, что ребята из автобуса были далеко не единственными, у кого забрали детство. Ведь он сам, как и Ньют, Минхо, Фрайпан, Галли, да, десяток девчонок из группы Б не помнили ничего о своем прошлом до Лабиринтов.       Бренда нахмурилась, а затем вздохнула.       — Возможно, ты и прав, — согласилась она несколько позже, — но в любом случае, я задолбалась. Всё, пофиг, — брюнетка фыркнула. — Пусть за ними теперь гоняется Галли.       Имя бывшего глейдера неприятно обожгло воздух, и Томас буквально ощутил то, с каким осадком осело его имя, но шумно вздохнув, парень призвал себя к спокойствию, после чего перевел свой взгляд на брюнетку.       — Будь осторожнее с ним, ладно? — тут же произнес он, слегка хмуря лоб.       — Ты слишком предвзят, — парировала Бренда, также хмурясь.       — Послушай, — быстро начал Томас. — Я знаю Галли несколько дольше, и поверь мне на слово, он никогда не был славным парнем…       — Знаешь, когда мы встретились, я тоже была не слишком милой, — резко прервала его брюнетка.       В воспоминаниях Бренды невольно пронеслись отдаленные события Жаровни.       — Да, но ты… — Томас запнулся, вдыхая воздух.       Несмотря на данное себе обещание относится к Галли несколько проще, сдерживать его было крайне сложно. Перед глазами парня тут же всплыл образ умирающего Чака, что хоть и тревожил его куда реже, чем тот же шиз-Ньют, но отзывался отнюдь не меньшей болью, заставляя ощущать огромное чувство вины.       — Да, я не делала ничего ужасного с твоими друзьями, — закончила за него фразу Бренда, намеренно опуская небезызвестные детали смерти Чака. — Но ты думаешь, мы с Хорхе не делали чего-то плохого по отношению к другим людям?       После этих слов лицо девушки стало непроницаемым, вероятно она сама погрузилась в далеко не самые приятные дни своего существования, а Томас в очередной раз вздохнул. Ему совершенно не нравился этот разговор.       — Это другое, — ответил брюнет. — Вы выживали. Это было необходимо.       — Какая разница? — тут же ответила брюнетка. — Они все равно мертвы, Томас.       Бренда вздохнула, а затем, немного помолчав и словно собравшись с мыслями, продолжила:       — Я говорю это к тому, Томас, что людям свойственно меняться, понимаешь? Галли далеко не идеальный, — на этом моменте девушка хмыкнула, — но он старается исправить своё прошлое. Он чувствует вину и то, как вы с парнями к нему относитесь, а особенно ты, — на этом моменте Бренда выделила последнее слово весьма остро, — явно не делает никому пользы, но он уже искупил свою вину тогда, в Последнем Городе, когда рискуя своей жизнью помог нам, но ты ведь и так понимаешь это, верно?       Девушка вновь перевела свой взгляд на крайне задумчивого брюнета. В свою очередь мысли Томаса блуждали явно где-то не здесь, слова Бренды были чистейшей правдой, которую брюнет осознал ещё давно, но отчаянно не хотел принимать несмотря на все свои внутренние обещания.       — Я понимаю, — наконец выдохнул парень.       — Раз ты понимаешь, — вновь продолжила девушка. — Отпусти нахрен своё прошлое. Да, Чака не вернуть… — на этом моменте голос брюнетки затих, невольно перемещаясь на базу Правой руки, где она впервые услышала это имя, — но жизнь продолжается. Ты прекрасно знаешь, что Галли этого не хотел. И твоё самобичевание и пренебрежение к нему никому не сделает лучше.       — Я правда пытаюсь, Бренда, — вновь произнес Томас, — но это сложно.       Голова брюнета просто кипела. Слова, произнесенные Брендой звучали слишком легко и просто. Казалось, что девушка не до конца представляла все те чувства, что копил в себе Томас. Парень невольно тряхнул головой, пытаясь вытеснить весь рой воспоминаний, что буквально разрывали его на части, но выходило неважно. Вот Галли толкает его на спину в первый его день в Глейде, а вот он узнает, что парень спасает его от правды. Вот белобрысый убивает Чака, а вот он проводит их в Последний Город для спасения Минхо. Вот парень ехидно улыбается по прибытию в Тихую Гавань, а вот выбивает имя кудрявого мальчика на камне воспоминаний…       Томасу казалось, что все его чувства разом перемешались, заставляя брюнета невольно метаться, изо всех сил пытаясь сделать выбор в пользу прощения.       — Сложно, я понимаю, — слегка улыбнулась девушка, пытаясь приободрить парня спустя несколько секунд тишины, — но ему тоже тяжело. Знаешь, Минхо проткнул его копьём в их последнюю встречу перед его спасением, но он уже давно не жалуется на это. Да, и сам Минхо, кажется, уже простил его. Не знаю, что насчёт Фрайпана и Ньюта… Но их отношение уж явно лучше твоего.       — И что ты мне предлагаешь? — тут же спросил Томас, чувствуя как он медленно начинает закипать. — Я же сказал, что пытаюсь.       Откровенно говоря, сейчас брюнету искренне хотелось избежать этого разговора.       — Просто попытайся его понять, ладно? Это единственное, чего я прошу.       — Ладно, — тут же недовольно буркнул Томас, — но только, если ты пообещаешь мне быть осторожнее с ним.       Бренда тут же изогнула бровь, всем своим видом показывая абсурдность последнего предложения Томаса, однако встретившись с невероятным напором холодной решимости, что читалась в его взгляде произнесла:       — Ладно.       — Отлично, — тихо усмехнулся брюнет, радуясь тому, что неприятная тема была закрыта.       Конечно, парню ещё предстояла длительная работа по прощению Галли, но Томас решил, что обо всём этом он подумает несколько позже, ведь сейчас брюнету хотелось бы насладиться прохладой и беспечными мыслями об относительно скором будущем. Потому, придя в согласие со своими мыслями, парень устремил свой взор на поселенцев.        — К слову о заботе Галли к детям, мне кажется, что и Минхо вполне может погоняться за ними, — произнес он несколько позже.       — Минхо? — удивлено переспросила девушка, однако проследив за взглядом Томаса, что всё ещё был направлен на детей, она тут же выругалась.       Взгляду Бренды предстал азиат, что был точно также перепачкан, как и она сама, однако в отличие от девушки, парень бегал по песку отнюдь не для того, чтобы позаботиться о здоровье детей, а лишь ради собственной забавы. Сейчас Минхо выглядел ничуть не старше тех же детей, ведь он искренне резвился вместе с ними, хватая ртом капли дождя и смеясь во весь голос.       — Боже, — простонала Бренда, тут же закрывая лицо руками. — Я думала, что он у вас самый агрессивный, а он самое настоящее дитё.       — Не суди его строго, — вновь повторил Томас, усмехаясь. — У нас, знаешь, детства тоже не было, а Минхо хоть и бывает импульсивным, но он действительно любит повеселиться.       — И поиздеваться над Гарриет, — поддакнула Бренда, тут же натыкаясь на удивленный взгляд брюнета. — Ой, да ладно тебе, — фыркнула она. — Тихая Гавань — одна большая деревня, тут сложно что-то скрыть, а то, как он постоянно пытается её задеть просто очевидно.       — Знаешь, ты не первая, кто мне это говорит, — произнес Томас, вспоминая относительно недавний разговор с Соней.       — Потому что это очевидно, — вновь повторила Бренда. — Почти также очевидно, как ваши отношения с Ньютом.       Девушка улыбнулась и тут же пристально посмотрела на брюнета, прожигая своим взглядом в нём огромную дыру. Парень моментально отвернулся, переводя свой взгляд на серое небо, отмечая для себя то, насколько оно красиво. Ему впервые так открыто говорили про их отношения с блондином. Ни призрачными намеками, ни загадочными взглядами, ухмылками и перешептываниями, а прямым текстом, от которого у Томаса в жилах стыла кровь от неожиданности и желания скрыть такую личную правду.       Признаться честно, брюнету ещё немного хотелось сохранить статус инкогнито, чтобы наслаждаться отношениями с блондином в привычной для них манере. Томас знал, что теперь, когда слезливые воссоединения были позади, Ньют бы предпочел общаться, как раньше, за исключением определенно личных моментов их уединения.       — Знаешь, ваши отношения с Галли тоже очевидны, — неожиданно для самого себя парировал Томас, желая скорее перевести тему.       Признаться честно, Томас был не до конца уверен в том, что сейчас произнес, однако то, с каким рвением девушка пыталась выбить прощение для своего «друга», невольно наталкивало брюнета на эти мысли, которые, впрочем, весьма давно крутились в его голове, но теперь казались ещё более разумными.       — У меня с Галли нет никаких отношений! — тут же резко подскочила на месте брюнетка, также отводя взгляд куда-то в сторону, однако ненадолго, потому что в следующую секунду она заметила нечто странное, и тут же схватилась за это, как за спасительную соломинку, поскорее желая перевести тему. — Стоп. А что у тебя с лицом?       — Ты только заметила? — усмехнулся Томас, касаясь своих ссадин. — Я упал, — честно признался он, несколько секунд погодя.       Скрывать от Бренды настолько очевидные вещи, парень считал крайне глупым. Во-первых, Томас в принципе плохо врал, особенно если это был Ньют, но на брюнетку это правило также негласно работало. Ведь несмотря на все трудности к девушке, у него было особое чувства доверия, которое ни в коем разе не сочеталось с враньем. Ну, и во-вторых, брюнет практически был уверен в том, что рано или поздно девушка бы узнала о его «геройстве» из уст кого-нибудь из поисковой группы.       Бренда тут же выгнула бровь на его реплику.       — Опять полез куда не надо? — усмехнулась она несколько позже.       — Можно сказать и так, — поддакнул Томас. — Только на этот раз это серьёзно было не специально.       — Да ну?       — Да, — тут же закивал головой брюнет. — Оказывается у нас здесь есть пещеры, и мне посчастливилось это проверить своим лицом.       — Серьёзно? — тут же рассмеялась Бренда. — Господи, ты точно всегда найдешь приключения на свою пятую точку. Ньют тебя, наверное, когда-нибудь придушит.       — Определённо, — вдруг послышался ещё один до боли знакомый и родной голос.       Томас тут же вздрогнул от неожиданности, услышав баритон Ньюта, и быстро перевел взгляд на источник звука. Блондин выглядел крайне довольным и сладко потягивался в проёме их хижины. Его отросшая челка слегка закрывала левый глаз, и парень пытался её поправить, раз за разом проводя по своему лбу. При этом Ньют делал это практически бесшумно, что невольно наталкивало брюнета на мысль, что парень мог подслушивать их разговор довольно давно, а соответственно и слышать о Галли.       — Привет, Бренда, — тут же кинул блондин, присаживаясь между девушкой и Томасом.       — Привет, — коротко ответила она, оборачиваясь и приветливо улыбаясь. — Как ты?       — Порядок, — также коротко буркнул Ньют, вспоминая недавний диалог с ней, который был практически идентичным.       Как только парень присел рядом, он тут же перевел свой взгляд на ссадины Томаса, которые теперь, пускай и весьма тусклом от пасмурного неба свете, всё же выглядели куда более четкими. Кровь, что он заметил пару дней назад уже запеклась и не выглядела такой ужасающей, какой она показалась Ньюту на первый взгляд. Да, и сами ссадины были явно не самым худшим происшествием, что случались с Томасом. На секунду блондину захотелось прикоснуться к царапинам над бровью, однако парень тут же одернул себя, напомнив себе, что они не одни, потому Ньют решил ограничится коротким похлопыванием парня по плечу.       На несколько секунд между ребятами воцарилась тишина, во время которой парни украдкой поглядывали друг на друга, всеми силами стараясь скрыть искренний интерес, в свою очередь, Бренда незаметно для них, закатывала свои глаза, думая, что окружена идиотами. Так продолжалось до тех пор, пока все трое не заметили знакомые приближающиеся фигуры.       — О, здарова, ребят, — вскоре услышали Бренда, Ньют и Томас, от подходящих к ним Минхо и Галли.       Томас тут же напрягся увидев последнего, однако вновь призвал себя к спокойствию, напоминая себе о недавнем обещании быть более снисходительным к белобрысому.       — Привет, — в унисон отозвались Ньют и Бренда.       Томас же ограничился коротким кивком в сторону этих двоих. По правде говоря, видеть Галли с кем-то кроме Бренды было крайне странно и непривычно, но он тут же вспомнил о том, что девушка говорила ему. Минхо уже не держал зла на белобрысого, что брюнета собственно не удивляло. Азиат славился своей отходчивостью. Долго обиды Минхо таил разве что на Терезу и Гарриет.       Впрочем в случае последней всё было сложно, а в случае с первой наоборот — предельно ясно. Так или иначе, от «партнерства» этих двоих, брюнета всё равно слегка коробило, ведь он до сих пор отчётливо помнил тот момент, когда азиат метнул копье в грудь Галли, и вот теперь они спокойно стояли рядом с друг другом. Это казалось диким.       — Ну, что, ребятки, славный дождик выдался, да? — тут же усмехнулся Минхо, проталкиваясь между Ньютом и Брендой для того, чтобы занять место на крыльце.       Галли же наоборот остался стоять, слегка облокотившись на стенку их домика, скрестив руки.       — Прекрасный, — отозвался Ньют, кажется, полностью игнорируя насмешливый тон азиата. — Дождя тут явно не хватало.       — О, как же ты прав, — тут же согласился Минхо. — Ты тут меньше нашего и уже наверняка запарился, представляешь каково тут нам всем? — театрально потянул азиат.       — Просто ужасно, как вы тут выжили, — усмехнулся Ньют.       А Томас тут же встрепенулся от этой реплики, вспоминая ночной разговор с блондином. Брюнету стало жутко не по себе, в эту же секунду ему захотелось треснуть Минхо. Интересно, изменил бы он свое мнение, узнав, что на самом деле переживал блондин, когда они спокойно наслаждались солнышком?       Лицо Томаса резко исказила легкая гримаса, которая не скрылась от Ньюта, что незаметно для всех остальных слегка пихнул его в бок. Брюнет тут же скривился и едва подавил легкий вскрик, чтобы не привлекать лишнего внимания, после чего перевел взгляд на блондина, что выглядел весьма невозмутимым, и всем своим видом показывал брюнету, что всё в порядке.       «Ну, как так можно то?» — сокрушался брюнет.       — Надо попросить Винса с Хорхе в следующий раз притащить на остров вентиляторы, — усмехнулась Бренда.       — Заодно и зонтики, — поддакнул Галли.       Томас тут же перевел взгляд на белобрысого, отмечая для себя, что тот выглядел куда более мокрым и грязным, чем Бренда и Минхо вместе взятые. Вероятно, гонятся за детьми было весьма утомительным занятием.       — Может, заодно попросим притащить сюда побольше алкоголя? — тут же ухмыльнулся Минхо. — Всё-таки развлечений тут не так уж и много.       — Это необязательно, — усмехнулся Галли ему в ответ. — Можем сгонять к Фрайпану на кухню и мы достанем оттуда мои запасы.       Томас тут же подозрительно сощурился, а Минхо кажется наоборот воодушевился.       — Старый Глейдовский рецепт, да? — произнес азиат с легкой улыбкой ностальгии.       — Чего? — тут же пробормотала Бренда, явно не понимающая, что тут происходит.       — В нашем Лабиринте Галли у нас был негласным вторым поваром, — усмехнулся Ньют. — Готовил он, конечно, весьма паршиво, но попыток не оставлял.       Галли тут насупился и скорчил рожу и из-за которой его весьма выразительные брови вновь взлетели до небес.       — Знаешь, никто не жаловался, — тут же буркнул он.       — Это тебе просто не говорили, — впервые за время диалога подал голос Томас. — Не пробуй то отвратительное пойло, Бренда, — произнес он несколько позже, обращаясь к девушке.       — Мне и никто не предлагал, — как-то скомкано ответила брюнетка.       — Да, ну? — тут же усмехнулся Минхо, обращаясь к Галли. — Не угостил свою девушку своим известным рецептом?       — Мы не встречаемся! — тут же в унисон крикнули Галли и Бренда.       Это действие заставило Томаса подозрительно нахмуриться, а на лице Ньюта опять заиграла легкая усмешка.       — Конечно, — потянул азиат. — Все же друзья целуются под дождем, да?       Брюнета тут же прошибло потом от этой фразы и он испуганно посмотрел на блондина, на лице которого также отразились легкие нотки недопонимания, однако спустя пару секунд оба поняли, что речь шла вовсе не о них, а о Галли с Брендой, на которых пристально смотрел Минхо. Вид у азиата был весьма гордым, будто бы он раскрыл сейчас самую великую мировую тайну.       — Это правда? — незамедлительно спросил Томас, обращаясь к Бренде, которая выглядела слегка отрешенной, но в то же время крайне злой.       — Тактичности Минхо можно только позавидовать, — наконец-то пробормотала она, не отвечая на прямой вопрос брюнета, однако всем своим видом давая понять, что все это действительно было так.       Томас шумно вздохнул.       «Что непонятного в той фразе, когда я попросил тебя быть осторожной?!» — тут же мысленно взорвался брюнет.       — Какой же ты мудак, — быстро сплюнул Галли, приближаясь к Минхо вплотную.       Азиат тут же спрыгнул с крыльца, заметив приближающуюся фигуру белобрысого.       — Так, мы все сейчас злые… — начал Ньют, вскакивая с крыльца, для того чтобы встать между парнями, — но давайте успокоимся, лады? — блондин вздохнул и перевел взгляд на Галли. — Ничего страшного не произошло, — произнес парень, — А ты, Минхо, поучился бы манерам, — укоризненно произнес блондин.       — Ты сейчас защищаешь Галли? — нервно усмехнулся азиат. — Успокойся, шанк, — произнес Минхо спустя несколько секунд, обращаясь к белобрысому. — Я не знал, что это тайна, честно, — парень тут же развел руками в сторону.       Вид у азиата был странным. С одной стороны, Томасу казалось, что это была типичная бестактность Минхо, что, впрочем, не таила в себе злого умысла, потому что парень просто был таким, какой он есть. С другой стороны ехидная улыбка и весьма язвительные фразы невольно наталкивали на мысли, что дело было в вовсе не в банальном отсутствии манер. Возможно, Томас поспешил записывать Галли и Минхо в партнеры?       — Вот какого хрена, Минхо?! — зло произнес белобрысый. — Мы же вроде пришли к пониманию и всё было нормально, — парень на секунду остановился и шумно вдохнул воздух. — Ты бы в своих отношениях для начала разобрался.       Минхо тут же недовольно прищурился, а его руки сжались в кулаки. По его внешнему виду, на удивление было сложно сказать, что сейчас чувствовал азиат.       — У меня-то всё в порядке, — уверенно произнес он, спустя несколько секунд.       Ньют тут же нахмурился, уловив в голосе Минхо определенную фальшь, а Томасу голос друга наоборот показался до ужаса безэмоциональным, словно парень пытался что-то скрыть.       — Ну, ну, — пробормотала Бренда чуть поодаль.       — Да, что вы на меня все накинулись-то, а?! — недовольно бросил азиат, повышая свой голос.       — Потому что нельзя вот так вот лезть в чужую жизнь, Минхо, — пробормотал Ньют, устало потирая свой лоб.       Эта ситуация начинала напрягать блондина, ведь в глазах азиата он вдруг неожиданно для себя заметил нечто тёмное. Это не было злостью или привычной яростью, которая была присуща для Минхо, но это было нечто более ужасающее. В глазах друга Ньют заметил то, что переживал сам несколько месяцев назад. Тьму, вызванную ПОРОКом.       — Ой, подумаешь, — зло произнес азиат. — Хочешь сказать, что ваш с Томасом поцелуй это тоже секрет?       Азиат нервно усмехнулся, а брюнет тут же вскочил с места, вклиниваясь рядом с Ньютом под удивленную физиономию Галли.       — Минхо, что происходит? — быстро пробормотал Томас, опережая вопрос блондина.       Ответ последовал не сразу, однако тёмный и злой взгляд азиата выдавал парня с головой. Если еще пару секунд поведение Минхо казалось странным и непонятным, то сейчас Томас мог однозначно сказать, что в поведении парня была искренняя и неподдельная злость, которую азиату, что привык заводиться с пол оборота было очень сложно контролировать.       — Ничего, — быстро процедил парень. — Разве что мои лучшие друзья спелись вместе и совсем забили на меня.       Последнюю фразу Минхо буквально сплюнул, словно недовольно избавляясь от тех слов, что довольно давно крутились в его голове. Это предложение невольно погрузило всех в тишину и удивление. Галли, словно позабыв о своей обиде, удивленно выпятил брови, Ньют и Томас молча переглянулись, и даже Бренда до этого момента, всё ещё сидевшая на крыльце, привстала, чтобы подойти к азиату.       — Что?! — наконец удивлённо воскликнул Томас.       «Он что действительно так думает?!»       — Всё! — резко рявкнул азиат. — Я дико извиняюсь за раскрытие ваших тайн, но сейчас я должен удалиться.       Парень тут же сделал шутливый и весьма язвительный реверанс и быстрым шагом направился в сторону гор.       — Минхо! — тут же закричал ему вслед Томас, желая сорваться с места и проследовать за другом, чтобы выяснить причины столь неожиданного, заставшего его врасплох поведения, но в следующую секунду на плечо брюнета легла рука Ньюта, призывая парня оставаться на месте.       — Пусть идёт, — наконец пробормотал блондин. — С ним явно что-то происходит, но ты знаешь Минхо… Ему нужно остыть.       Томас вздохнул и молча кивнул блондину, после чего развернулся, столкнувшись взглядом с Галли и Брендой.       — Так значит дождь, да? — наконец-то пробормотал белобрысый, обращаясь к парням.       — Ну, судя по всему, мы с вами не очень-то оригинальны, — грустно хмыкнул Ньют, запуская свою руку в волосы, поправляя прическу.       — Так вы всё-таки наконец-то вместе? — спросила Бренда, обращаясь к Томасу.       Парень тут же открыл рот, желая опровергнуть её слова, однако Ньют опередил его.       — Не хотел бы я, чтобы это все выяснилось так… — начал блондин, — …но да, Томас мой парень.

***

      День весьма быстро начал подходить к концу, не отличаясь ничем особо примечательным. С противной для многих поселенцев моросью работа в Тихой Гавани не особо шла, потому ребята, уставшие сидеть по своим домам просто околачивались на кухне, собираясь в своеобразные группки, что-то обсуждая. Ньют и Томас на этот раз тоже не остались в стороне. Сегодня они, сидя за огромным столом, оказались в компании Сони, Гарриет и Ариса. И несмотря на то, что соседство рядом с ребятами не напрягало брюнета, он всё же наделся, что в скором времени к ним бы присоединились Фрайпан, Минхо, Бренда, пускай даже с Галли.       Однако пока что последних четверых не наблюдалось, потому парням приходилось наслаждаться обществом девчонок и Ариса, которого Ньют особо не жаловал. Неприязнь блондина, что по обыкновению ко всем относился со спокойным дружелюбием, особенно остро ощущалась для брюнета, что вообще не привык видеть Ньюта таким раздраженным по отношению к кому-то. Впрочем, даже это раздражение не могло сравниться с тем, что испытывал блондин к Терезе раньше.       Арис, Гарриет и Соня обсуждали детали продовольственной группы, изредка Ньют вставлял свои пять копеек, о чём-то разговаривая с сестрой. Томас же молчал, наблюдая за этим словно со стороны, погруженный в собственные мысли, которые сейчас витали вокруг азиата. Слова, брошенные Минхо в порыве ярости заставляли брюнета чувствовать себя просто ужасно. Он ни в коем случае не винил Ньюта, который совсем недавно начал привыкать к нормальной жизни и не так активно проявлял интерес к Минхо, но брюнет страшно корил себя.       Когда он был здесь без Ньюта, именно Минхо помогал ему ненадолго забыться, и выплыть из омута тоски по блондину, конечно, те призрачные моменты «счастья» ни в коем разе не могли сравниться с тем, что Томас чувствовал сейчас, но Минхо пытался. Да, все ребята, окружившие его, пытались воодушевить брюнета, но азиат был единственным, у кого действительно получалось что-то сделать, а Томас…       Брюнет шумно вздохнул. Сначала он тонул в тоске, потом в Ньюте, совершенно забыв о ещё одном лучшим друге. Конечно, чувства к блондину и к азиату кардинально различались, но Минхо тоже был важен ему. Не больше, не меньше, просто по-другому, и Томас был уверен в том, что Ньют испытывал нечто похожее. В какой-то момент парень настолько увлекся своими мыслями, что не сразу услышал вопрос, что задала ему Соня. Блондину потребовалось слегка толкнуть брюнета в плечо, прежде чем парень наконец-то вернулся в реальность.       — Что? — недовольно пробормотал он.       — Я тут кое-что спросила, — с улыбкой отозвалась Соня. — Мы, конечно, все давно уже догадались, но нам всё равно всем интересно, когда именно вы начали встречаться?       Девушка выпучила свои огромные глаза в ожидании, а Томас шумно вздохнул и перевел взгляд на блондина. Такая личная и драгоценная для них правда вскрылась всего лишь днём, а это известие уже облетело всё поселение. Томас опять вздохнул, ощущая легкую грусть, однако вместе и с этим в голове тут же всплыла недавняя фраза блондина «…но да, Томас мой парень», от которой несмотря на все переживания, тело брюнета покрывалось едва заметными мурашками.       Брюнет не знал, что именно заставляло его тело покрыться нервной дрожью сам факт того, что Ньют, впервые собравшись с мыслями смог сделать маленький шажок к принятию их отношений или же то, что парень назвал его своим. От этих мыслей Томас глупо улыбнулся, осознавая, что ему впервые так сильно хочется принадлежать кому-либо. Но тем не менее, несмотря на это, и все переживания, связанные с Минхо, Томасу всё равно хотелось прибить этого стебанутого утырка.       — Она твоя сестра, так что отвечай ты, — наконец-то произнес Томас, выныривая из своих мыслей.       Ньют тут же усмехнулся.       — Значит, вот так, Томми, — преувеличено недовольно хмыкнул парень, — бросаешь меня на растерзание?       — Ни в коем случае, — усмехнулся Томас. — Я просто не знаю, что сказать.       Это было чистой правдой. Брюнет тут же уставился на блондина, пытаясь найти на его лице какие-то признаки ответов, но почему-то сейчас голова Томаса отчаянно не хотела работать.       — Недавно, — наконец-то произнес Ньют, отводя взгляд от Томаса и перемещая его на свою сестру, всеми силами стараясь обходить стороной Ариса.       Белобрысый в свою очередь делал тоже самое, пытаясь не замечать Ньюта от слова совсем. Томасу хотелось закатить глаза от этого абсурда. Несмотря на то, что блондин всегда казался ему спокойным и рассудительным, сейчас его поведение было далеко не таким, однако парень понимал, что когда дело касалось близких, Ньют менялся. И брюнету стало невольно интересно как бы сейчас ревновал его блондин, появись кто на горизонте?       — Это так мило, — наконец-то улыбнулась блондинка, пихая Гарриет в бок. — Скажи же, что мило, да?       — Безумно, — с сарказмом, но всё же с улыбкой на лице отозвалась брюнетка. — Минхо, наверное, был очень рад, да?       — Да, — коротко ответил блондин, не подавая виду о чём-то плохом.       Несмотря на недавнюю вспышку гнева азиата, Ньют верил в то, что Минхо был действительно рад за них. Хотя нет. Ньют знал об этом, ведь парень отчетливо помнил ухмылки и намеки азиата, когда он задержался у костра, перед походом в душ вместе с Томасом. Тогда Минхо не выглядел ни обиженным и ни злым, наоборот его поведение и настрой казались блондину самыми оптимистичными. Возможно, азиат даже выглядел немного гордым в тот момент, ведь он был первым, кто заметил это. Хотя как иначе? Кто, если не он?       Но если всё было действительно так, что же случилось с ним сегодня днём? Ньют мысленно вздохнул, понимая, что знает ответ. ПОРОК изрядно нагадил в их жизни, и вполне возможно, та ярость, что зародилась в парне тогда, теперь контролировала его.       «Надо было поговорить с ним ещё тогда, — подумал блондин, — у костра»       — На самом деле я очень рада, — произнесла Гарриет несколько позже более мягким голосом. — Я смотрю, Минхо у нас прям сводник, — тут же хмыкнула она.       — В смысле? — непонимающе уставился на девушку Арис.       — Ну, — потянула брюнетка. — Галли и Бренду он очень удачно спалил, — девушка тут же усмехнулась. — Как и Томаса с Ньютом.       От последних слов блондин тут же закатил глаза, а Томас ощутил легкую волну стеснения. Да, тогда, когда он целовал блондина под дождем, ему было совершенно плевать на общественное мнение, но он и представить себе не мог, что их поцелуй сможет стать достоянием всей Тихой Гавани, которое будут обсуждать все кому не лень, не постеснявшись даже их. Брюнет невольно грустно хмыкнул. Поселенцем не хватало лишь того, чтобы нагло тыкать в них пальцами. На секунду Томас даже непроизвольно обрадовался тому, что Минхо спалил не только их с Ньютом, но и Галли с Брендой, что разделили напополам их «груз» славы.       — Два угаданных случая не делают его сводником, — пробормотал Арис.       — Ну, насчет вас с Соней он тоже раньше остальных догадался, — резонно заметила Гарриет.       — Как много можно узнать о старом друге, — хмыкнул Ньют. — Никогда не думал, что Минхо у нас волшебник любви.       — То ли еще будет, — загадочно улыбнулась Соня, привлекая внимание четырех пар глаз. — Что? — тут же усмехнулась она. — А то вы не знаете, — девушка тут же прикрыла рот рукой, — Гарриет следующая.       — Не поняла… — тут же пробормотала брюнетка.       Соня вновь засмеялась, вскоре вслед за ней улыбнулся и Арис, а позже подключился и Ньют, после чего даже на лице Томаса возникла улыбка.       — Соня намекает, — наконец-то начал пояснять блондин, — что ты будешь девушкой Минхо.       — Что?! — тут же воскликнула брюнетка, — Я с этим наглым, напыщенным, самовлюбленным эгоистом ни в жизни не стану встречаться, — девушка на секунду остановилась, — а вас я убью, — процедила она сквозь зубы.       — Охотно верим, — произнес Томас, сквозь смех.

***

      Когда Ньют и Томас оказались в своем родном и привычном домике, на улице уже смеркалось. Оба парня знали, что завтра, Винс и Хорхе еще могли дать ребятам время на отдых, но, начиная со следующего дня, их жизнь должна была войти в привычную колею. Работа ждала их двоих, впрочем, и Ньют и Томас знали, что всё это временно, и рано или поздно ребята прекратят строить домики, поисковая группа полностью исследует остров и тогда их заботы, скорее будут вызваны желанием чем-нибудь занять себя от скуки, нежели обычной рутиной.       — Ну, что, — пробормотал Томас, как только дверь их домика закрылась, — чем мы будем заниматься, мой парень?       Последнее слово брюнет потянул особенно сильно, ухмыляясь, замечая краем глаза, как Ньют закатил глаза.       — Мне передумать? — спросил блондин, выгнув бровь.       — Нет, я вовсе не против, — тут же запротестовал Томас, — но я не буду отрицать тот факт, что удивлен. Мне казалось, ты не хотел, чтобы об этом кто-то знал.       — Об этом и так все знают, — фыркнул блондин. — Так что я подумал, что в нашей конспирации нет смысла.       — Логично, — тихо пробормотал Томас. — И всё же, чем займемся?       — У меня есть одна идея, — улыбнулся Ньют, утягивая Томаса в поцелуй.