Про то как один Ваня, другого Ваню любил.

Да, Рудбой вёл себя как хуй. Да, он понял это слишком поздно, но лучше поздно, чем никогда, ведь так? Позвонив Мирону и ничего не добившись, Ваня пошёл завтракать, но еда не лезла. Он наелся своих мыслей. Почему не оставил вчера Ваньку? Почему Мирон его игнорирует? Связано ли то, что было вчера со Светло с Мироном? Так нихуя и не поняв, Евстигнеев вернулся в комнату, может написать Мирону? «Опаа… Приехали…» — думает Ваня, в Твиттере Янович его заблокировал, в Инстаграмме тоже, даже в ебучем Вконтакте, из-за чего же? 12:57 Ваня Это нихуя не смешно, какого ты меня везде заблокал? Почему игнорируешь? 13:18 Мирон Не смешно то, что ты вчера парня выгнал, а всё остальное нормально. 13:18 Ваня Так ты из-за этого XD, Мир ты серьёзно? 13:32 Мирон Вань, я серьёзно, если ты можешь сначала выебать, дать шанс, а потом выгнать, то хуёвый ты и это твои проблемы. 13:33 Ваня Давай встретимся в семнашке? 13:39 Мирон Зачем? 13:40 Ваня Поговорить надо 13:45 Мирон Ну похуй, давай 13:46 Ваня Значит в 19:30 там? 13:49 Мирон Забились, я буду не один, так что готовься. Евстигнеев понимает с кем будет Мирон, но так даже лучше. Отлично, может ещё и не поздно всё исправить, ведь Ваня Светло мальчик хороший, приятный, он в принципе Евстигнееву понравился, но как-то всё слишком быстро, только познакомились и вот блять, поебались, хотя Рудбой всегда такого хотел, не с парнем, конечно, но всё же. Время бежит неумолимо быстро. Вот на часах уже семь, пора выходить, но Ваня не знает, что делать. Вдруг Мирон будет не со Светло как он себе нафантазировал. Вдруг, он всё же будет со Светло, и они будут доёбываться до него. Всё слишком-слишком сложно. Вот Рудбой появляется на пороге бара, там, как и всегда, куча народу, очередное пати, веселье в разгаре, как жаль, что не веселиться он сюда пришёл. Мирона и Ваню (всё-таки привёл его, гандон) он замечает не сразу, но вот они его заметили. — Ну что, так и будем в прятки играть? — спрашивает Мирон вместо приветствия. — Да я и не прятался, не заметил просто вас. — Ну пойдём, присядем, — с ухмылкой говорит Фёдоров. Нет, не с ухмылкой, с оскалом. Они подходят к столу в глубине бара, большая его часть заставлена стаканами и бокалами, но это не столь важно сейчас. — Зачем ты меня сюда позвал? важно спрашивает Мирон немного щурясь. — Не знаю, заебался… Заебался, что нихуя не понимаю в своих чувствах, и что об этом поговорить мне не с кем, — как только Ваня заканчивает, другой Ваня открывает рот чтобы ответить, но тут же его закрывает. — Просто не веди себя как пидор и всё, это же легко, вот я когда начал встречаться с Соне… Со Славой такие же заёбы были, но всё как-то само образовалось, я стал более податливым, он стал чуть сдержанней и… — Светло усмехнулся, а Ваня, посмотрев на него немного пьяного и весёлого парня, понял, что может упустить своё вот такое счастье. Маленькое, домашнее и очень-очень милое, когда бухое, так он и залип на минут пять. —Вань, ты слушаешь меня или как? — Да-да, конечно. — Что я последнее сказал? — - Что-то про Славу. Ребят, я сейчас сгоняю на улицу, покурю по-быстрому и вернусь, окей? — Давай. Когда Евстигнеев отходил от стола, он услышал, как Мирон говорит Ване, чтоб он за ним пошёл, ну в общем-то вышли они на улицу практически одновременно. — Вань, давай поговорим. — начинает Рудбой. — Ты сможешь простить меня? — Да, но объясни мне одну штуку.— после слова да, у Вани (того, что Евстигнеев) зацвело всё внутри. —Какого ты меня тогда выгнал? — Не знаю я, не, ну ты прикинь, ты сначала с чуваком общаешься, а потом ебёшь его это ж пиздец… — Ну всё так и вышло, — Светло прислоняется к стене и Рудбой смотрит на него. Такого маленького, под алкашкой, может и под колёсами какими-то слабенькими, такого милого, улыбается, не натянуть, а скорее наоборот, даже немного не вольно, видно, что хорошо ему. — Вань, а давай встречаться, только чтоб по-серьёзному? — Ну ахуеть, такого от Светло Рудбой не ожидал, но, поскольку он уже проник симпатией к этому парню… На следующее утро Ваня Рудбой просыпается в квартире у Вани Светло, не сказать, что тут очень красиво, но и не так, чтобы совсем плохо, захламлёно немного, но видно, что тут убираются… Иногда. Под боком у Вани лежит другой Ваня, тот, что Светло и улыбается во сне, вот кому теперь точно не грустно, плохо и одиноко, да и самому Ване Евстигнееву теперь тоже хорошо. Финал.