Groggy

Чонгук выглядел забавно. Он уснул в процессе заполнения каких-то бумаг и теперь лежал головой на этих самых бумагах, в правой руке он сжимал ручку, а левой «придерживал» пустую чашку, в которой ещё полчаса назад был кофе. Его выходная рубашка немного помялась, а волосы съехали в одну сторону, но даже так он в большей мере выглядел привлекательно. И забавно. Тихо шикнув, Соён закусила губу. После соприкосновения пальца с только что закипевшим чайником, он ужасно болел, но она не смела издавать и звука, чтобы не потревожить сон парня. Он был занят последние несколько дней, а сейчас так сладко спал. — Чёрт, — она опёрлась руками на стол, делая глубокий вдох. Ей осточертело так званное «ничегонеделанье», так что она была готова занять себя уборкой, стиркой или походом в магазин, возможно даже элементарной помощью в заполнении бумаг. Только Мёнки ушла совсем недавно, разобравшись с двумя первыми пунктами, менеджер Ли заполнил холодильник доверху, а Чонгук не подпускал Соён к своим бумагам. Как бы невзначай, Соён прошла сзади Чонгука, заглядывая в листы, исписанные от начала и до конца. Проделав так ещё несколько раз, она поняла, что он заполняет форму на участие в чемпионате. — Со, я всё вижу, — хриплый голос Чонгука заставил Соён подскочить. — Неужели тебе так интересно? Разминая затёкшую шею, Чонгук обернулся к Соён и встретился с её грустным взглядом. — Ладно, иди сюда, — он похлопал рукой по диванной подушке, а сам сместился на пол. Когда Соён заняла своё место на диване и снова принялась разглядывать документы, Чонгук прижался головой к её животу и прикрыл глаза. — Малышка, ты там как? Не голодна? — Нет, я в порядке, — машинально ответила Соён, на что Чонгук тихо рассмеялся. — Я спрашивал не у тебя, — он прижался к животу чуть сильнее. — Я спрашивал у нашей дочери. Фыркнув, Соён откинулась на диванную подушку. — Думаешь, она ответит тебе? Чонгук нахмурился, откладывая ручку на стол. — А вдруг? — Просила не давить на живот, — Соён в раздражении откинула волосы назад и тяжело вздохнула. — Хочешь в туалет? — Хочу, чтобы ты прекратил заставлять всех вокруг делать элементарные вещи и оставил хоть что-то для меня. Если я хозяйка, значит, я должна заниматься уборкой и мытьём посуды, и многими другими делами… — Чонгук поймал руку девушки, которой она активно двигала, и уставился на кольцо на безымянном пальце. — Как хорошо, что ты надела его. Признаться честно, я жутко испугался, когда увидел тебя без него. Девушка была сбита с толку. — Ты вообще слушаешь меня? Чонгук быстро чмокнул ладошку Соён и широко улыбнулся. — Я всегда тебя слушаю, — нараспев произнёс он. — Правда? Тогда ты попросишь Мёнки оставить парочку комнат и кухню для меня? — Ни за что, — так же радостно ответил Чон. Соён нравились забота и опека Чонгука, как и его отношение к ней, но с тех пор, как она вернулась, он слегка переусердствовал. — Если ты будешь так себя вести, я от тебя уйду! Чонгук замер на несколько секунд, пребывая в испуге и замешательстве, но потом расслабился, опять прижимаясь к Соён. — Если ты будешь меня шантажировать, я запру тебя дома, и ты вообще никуда не выйдешь, — всё это время, что он говорил, на его губах играла весёлая улыбка, поэтому Соён поняла, что её слова на самом деле никого не пугают. И поэтому сдалась. — Я потерплю какое-то время, но после рождения нашей дочери я всерьёз займусь домом. И я хочу, чтобы мы вместе занялись комнатой для неё, — Соён задумчиво посмотрела вверх. — Как думаешь, мы сможем это сделать за неделю? Как насчёт двадцатых чисел марта? Нужно успеть закончить до начала апреля. Чонгук почувствовал, как Соён сжимает его плечо, но не стал поднимать взгляд, уткнувшись в свои бумаги. Он был рад, что Соён такая самостоятельная и даже немного самонадеянная, и портить настроение прямо сейчас он не хотел. — Не думаю, что нам стоит заниматься этим, ты ведь знаешь, что у меня совсем скоро поездка, — Чонгук обвёл кружочком нужный пункт и навёл его ещё пару раз. — Я уже попросил менеджера Ли нанять кого-нибудь. — Разве скоро? Поездка только в мае. Чонгук покачал головой, внимательно читая следующий вопрос. — Нет, перенесли на апрель. Соён опять сжала его плечо, в этот раз гораздо сильнее. — Ауч, Со, мне больно… Но Соён не слушала, продолжая держаться за Чонгука. — Со? — Как это перенесли? — её голос задрожал. — Почему перенесли? — Не знаю всех нюансов, — Чонгуку таки удалось высвободиться из крепкой хватки, и он потёр плечо, которое теперь ныло, — но начало одиннадцатого апреля, вылет у меня восьмого. На мгновение у Соён закружилась голова, поэтому она была безмерно рада тому, что сидит. Жар разлился по груди, а озноб пробил в следующую секунду. Соён вытерла вспотевший лоб, мучая себя дурными мыслями. Её хорошее настроение не просто испарилось, оно было испорчено, и вряд ли хоть что-то могло бы его поднять. — Ты шутишь? — Нет, — твёрдо возразил Чонгук, откладывая заполненные бумаги в папку. — А что? Соён пожала плечами так, если бы ей было всё равно, хотя сама она старалась подавить обиду. И сколько Чонгук молчал бы об этом, если бы она не заговорила о детской? Он вообще планировал ей сказать или ждал, когда она проснётся девятого одна в постели? — И долго тебя не будет? — Надеюсь, что смогу продержаться там до финала, а значит, как минимум месяц, — спокойно сказал Чонгук. Месяц? Сердце Соён болезненно сжалось и ей пришлось приложить немало усилий, чтобы остановить неприятные ощущения. — Ясно, — промямлив в ответ, она закинула голову назад. Изучая совершенно неинтересный потолок, она старалась не заплакать и не напугать этим Чонгука.

***

Были времена, когда Соён хотелось иметь длинные шелковистые волосы, чтобы быть максимально похожей на прелестную девочку, а тётя всегда настаивала на короткой стрижке. Вплоть до старшей школы. Соён потребовалось много лет, чтобы отрастить волосы настолько. — Это не слишком коротко? — девушка поймала взгляд крепкой на вид женщины в зеркале. В руках та сжимала собранные в хвост волосы Соён, а всего в нескольких сантиметрах от него ножницы. — Давайте сначала обрежем по плечи, а там, если вам все ещё будет некомфортно, укоротим? Соён кивнула. — Будет хорошо, если у меня будет возможность собрать их, если что. В тот момент, когда ножницы рассекали воздух, Соён закрыла глаза. Она слышала, как работает мастер, и как администратор говорит с кем-то по телефону, а ещё она слышала собственное сердце, которое стучало в груди чересчур быстро. Должно быть, она придавала этому слишком большое значение, но иначе она не могла. Решение состричь волосы далось ей легко, и казалось таковым до самого её прихода в парикмахерскую, но сейчас, сидя в удобном кресле, она немного жалела о своём поступке. Март в этом году выдался очень жарким. Передвижение для Соён давно стало не из лёгких, а тяжёлые непослушные волосы, казалось, только добавляли хлопот. — Легче? — женщина положила резинку для волос на выдвижной столик и принялась ровнять кончики. — Да, намного, — Соён решилась открыть глаза и взглянуть на себя в зеркало. Теперь торчащие в разные боки волосы выглядели лёгкими, и ощущения Соён стали такими же. Словно тяжкий груз покинул её плечи вместе с её волосами. — Когда я была беременна, мне тоже хотелось избавиться от волос. Позже, когда появится ребёнок, вы поймёте, что поступили правильно, решив их состричь. — Теперь я немного переживаю насчёт того, что скажет мой муж, — Соён попыталась улыбнуться своему отражению в зеркале, но воспоминания о Чонгуке моментально опускали уголки её губ вниз. Совсем чуть-чуть, но она грустила. — Уверена, что ему понравится. У вас миленькое личико, — женщина продемонстрировала свою улыбку в зеркале. — Да и какая разница? Это ведь вам так ходить, а не вашему мужу. Соён придерживалась того же мнения, но ей не хотелось бы казаться Чонгуку менее привлекательной из-за отсутствия длинных волос. Успокаивая себя тем, что Чонгуку она будет нравиться любой, она добралась до дома. Повернув ключ в замке, Соён почувствовала, насколько она измотана. Это ощущение усталости преследовало её с самого утра, но теперь отдавалось ноющей болью в лодыжках, спине и голове. Если верить словам Чеён, то это нормально — чувствовать себя разбитой на последних сроках. У Чеён не было опыта в рождении детей до этой беременности, тем более она и сама ещё ребёнок, но у неё было достаточно времени, чтобы перевернуть весь интернет, и достаточно желания, чтобы общаться с теми, кто уже рожал когда-либо. Соён бросила ветровку на диван, а сама упала рядом. Лежать возможно было только на спине, тем более с таким животом она с трудом помещалась на диване. — Спасибо за обед, было очень вкусно, — Чонгук замолчал, приоткрыв рот. — Рада, что тебе понравилось, — ответила Соён, подпирая голову руками. — А куда делись твои волосы? — присев на самый край дивана, Чонгук потянулся руками к лицу Соён и потрепал её щёчки. — Теперь ты выглядишь очень милой. — Серьёзно? Чонгук поцеловал её в лоб. — Да, так свежо. Тебе идёт. Он поцеловал её ещё раз, прежде чем встать и направиться в прихожую. Натягивая кроссовки, он напевал что-то себе под нос, но что именно Соён не могла разобрать. — Ты уходишь на тренировку? — Ага, — Чонгук надел капюшон толстовки, чтобы после надеть жилетку. — Я должен быть в отличной форме, должен прибить Джисона. — Не нужно с ним так, — голос Соён был тихим, но Чонгук всё равно услышал, и поэтому так недовольно посмотрел на неё. — А как с ним нужно? — он прищурил глаза, намекая на своё неудовлетворение и даже раздражённость, вызванные словами Бён. — Он не такой уж и плохой парень. Его это позабавило: — Значит то, что он избил меня вне зала, и его слежка никак не делают его плохим человеком? Она скрестила руки, немного смущаясь. — Каждый из нас совершал плохие поступки, но это не значит, что мы такие. Чонгуку совсем не нравилось то, что говорила Соён. Он был уверен, что она никогда не встанет на сторону Джисона, ведь их расставание было по его вине, как и многие другие неприятности Чонгука, начиная со времён университета. — Кхм, в любом случае я собираюсь сделать всё законно, на ринге. — Я не сомневаюсь в тебе, — нервничая, Соён встала с дивана и подошла к Чонгуку. Поправив его капюшон, она застегнула его жилетку, после прижав к его груди ладонь. — Просто будь с ним помягче, ладно? — Нет. — Чонгук, пожалуйста. — Нет, Со. Ни за что. Она неодобрительно покачала головой. — Почему ты такой упрямый? Одарив её натянутой улыбкой, парень убрал её руку со своей груди. — Потому что Джисон такой же. Если я уступлю ему по твоей просьбе, так навсегда и останусь слабаком. — Чонгук, — брови Соён опустились, когда она нахмурилась так, словно ей было больно, — можешь уделить мне всего одну минутку? Стараясь вести себя так, как и обычно, Чонгук кивнул ей. Ему всё меньше нравился этот разговор, но проигнорировать Соён или грубо прервать её он не мог, просто потому, что он не такой. И потому что Соён этого не заслуживает. — Я не рассказала тебе кое-что… После того, как я ушла, мне пришлось остаться в Пусане на пару дней. У меня не было связей, и я осталась в доме Чеён, — помедлив, Соён добавила: — это младшая сестра Джисона. Мы познакомились с ней на занятиях. Чонгук до боли кусал язык, только чтобы не начать читать лекции Соён или, ещё хуже, кричать на неё. Если она хотела заставить его слушать, она не должна была рассказывать об этом. — Им очень тяжело. Они только вдвоём, и Чеён беременна. Джисону важна победа, потому что призовой фонд… — Ну конечно, — Чонгук фыркнул, поднимая свой рюкзак с пола, — он наплёл тебе всё это, а ты взяла и поверила. Ты такая глупая. Соён поджала губы, стараясь унять дрожь в коленях. — Он ничего не говорил мне. Честно. — Со, прекращай, — угрожающе прорычал Чон. — Если я ещё раз услышу о том, кто едва ли не разрушил наши жизни, я не стану молча слушать. Это понятно? — он сделал шаг вперёд, подходя вплотную к девушке и глядя на неё сверху вниз. — Но если бы не он… — Если бы не он, нам не пришлось бы жить порознь два с лишним месяца, и если бы не он, у нас в целом было бы меньше проблем. Может, если бы не КуМин, проблем было бы меньше; если бы не беспечность Чонгука и доверчивость Соён; если бы не сотни других «если бы»… Но Соён промолчала. Кто-то же из них должен быть умнее.