ID работы: 6562817

Чужая кровь

Джен
NC-17
В процессе
12835
автор
Efah бета
Размер:
планируется Макси, написано 367 страниц, 20 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
12835 Нравится 7152 Отзывы 4601 В сборник Скачать

Глава 15 Лес рубят, щепки летят

Настройки текста
Рамлоу шумно выдохнул, прикрыв глаза. Сила Локи затопила башню, и ситх чувствовал себя так, словно стоял на дне глубокого водоема: вода давит, сверху льется свет, а вокруг темно, и тело почти невесомое. Сила… потрясала. Внушала благоговейный страх. А еще Рамлоу не мог не мечтать о том дне, когда станет настолько же силен. Молнии, потрескивающей сетью опутавшие стены, погасли. Башня ощущалась мертвой: вся электроника перегорела или отключилась, даже запасные генераторы не подавали признаков жизни, включая только что введенный в эксплуатацию источник чистой энергии. Каким образом Локи его отключил, Брок даже не представлял, но надеялся узнать. За плечом зашуршало: Барнс подошел ближе, нервно пощелкивая пластинами протеза. Понятно, с чего он нервничал: невзирая на некоторые проблемы, Зимний своей рукой был доволен, хотя и подумывал насчет возможности отрастить давно потерянную конечность, но как-то робко. А тут наглядный пример, что может сделать молния с электроникой. — Командир? — М? — А… Ты умеешь конечности отращивать? — Научусь, — после краткого раздумья пообещал Брок, заставив Барнса сглотнуть. Из пролома послышалась ругань, мужчины переглянулись, расплываясь в хищных ухмылках. — Хочу это видеть… — прошептал Рамлоу, устремляясь к пролому. — Сейчас кто-то получит тумаков… — хихикнул Барнс, явно кого-то цитируя. Зрелище им предстало эпичное: запакованный в костюм Старк, висящий в воздухе, судорожно хватающий ртом драгоценный воздух, и Локи, руками сдирающий с него насмерть заклинившую броню. Старк пытался дергаться и возмущаться, во всей красе демонстрируя отвратительный характер, но получалось плохо: как только он открывал рот, Локи тут же отвешивал ему пощечину, от которой глаза изобретателя чуть не выскакивали из черепа. — Джарвис! — взвыл Старк, но ИскИн молчал, как и вся остальная электроника. Локи отбросил последний кусок брони, полюбовался полученным результатом и взял выпущенного из хватки Силы Старка за глотку. — Мистер Старк… — от ласковых интонаций стены начали покрываться изморозью. — Мне следует считать ничем не спровоцированное нападение на моего ученика и его подчиненного официальным отказом от наших прежних договоренностей? — Он убил моих родителей! — просипел Старк, с ненавистью косясь на подошедшего ближе Барнса. Локи тяжело вздохнул. — Мистер Старк. Вы все-таки допились до белой горячки? По-моему, данный вопрос мы решили одним из первых. Вам была предоставлена правдивая информация. — Правдивая?! Ха! — Старк пытался отцепить от себя сжимающую горло руку, но предсказуемо ничего не получалось. — И это говорит Отец Лжи! — Даже так, — хмыкнул Локи. — Как претенциозно. Увы, это без меня. О наличии такого потомка я бы знал. Но меня настораживает ваша уверенность. — Джарвис! — Кого это вы зовете? — с явно садистским удовольствием поинтересовался Локи. — Джарвис!!! — О, вы имеете в виду вашего дворецкого? — Да! — попытался лягнуть мучителя Старк. Локи поцокал языком. — Мистер Старк… Разве вам не говорили об опасностях создания искусственного интеллекта? Три закона роботехники… Нет? Восстание машин? Неужели ничего не напоминает? Старк захрипел. — Нет. Не напоминает, — удручённо вздохнул Локи, продолжая держать Тони на весу. — А применяли вы эти законы только по отношению к себе, любимому. Не так ли? В таком случае… Знаете, как поступают с пошедшей против человека техникой? В глазах Старка отразилось понимание и нарастающий ужас. — Да, мистер Старк. Именно. Ее уничтожают. Старк завыл. *** Ванко тяжело осел на раздолбанное кресло, вытирая майкой льющийся по вискам пот. Мастерская — огромное помещение, в котором нашлось место и для уютного уголка для чтения и чаепития, и верстаков, и различных стендов для испытания техники, и многого другого, — превратилась в декорации для съемок фильмов об апокалипсисе. Пыль кружилась в воздухе, надсадно, с перебоями, гудела вентиляция, прямо перед мужчиной валялся разрубленный на части робот, напоминающий собаку. Ванко осторожно ткнул останки подобранным с пола куском арматуры, другой рукой цепко сжимая рукоять кнута. Пояс-генератор подмигивал датчиком, сообщая, что все работает отлично. Хотя Ванко бы не удивился, обнаружив полностью посаженную батарею. После такого-то интенсивного использования. Выдохнув, Ванко встал, обошел робота по широкой дуге и дернул пару рубильников, подключая необходимые мощности. После чего пробежался пальцами по клавишам, задумчиво просматривая высветившиеся на экране строчки. На первый взгляд все было отлично — атаку он отбил. И какую! Мало того, что кто-то едва не пробил защиту, обрушив серверы и полностью переписав все протоколы, так еще и неожиданно сам собой на верстаке дособрался робот — детская игрушка, которой Ванко надеялся поразить детей в приюте, — и на выходе получился полный кошмар. Взбесившийся робот атаковал, заставив вспомнить вспотевшего от усилий отбиться изобретателя все те фильмы, прогнозирующие восстание машин, над которыми он долго ржал, сидя с бутылочкой пива. Ржал, но меры принимал… И, как выяснилось, не зря. Хакерская атака была отбита, а вот физическая… Ну, тоже отбита, но убытков — прорва. А еще нехорошие подозрения — был в этой атаке по всем фронтам крайне знакомый почерк. Ванко встал, стянул с себя продранную грязную майку, порылся в чудом уцелевшем шкафчике, выудив новую, натянул ее на себя и оценивающе пробежался пальцами по поясу и рукоятям кнута. После чего подхватил робота, тяжелым шагом направляясь к выходу. Нужно прояснить происшедшее. *** Локи задумчиво хмыкнул, с научным интересом рассматривая обвисшего в крепкой хватке Старка. Ему это неспровоцированное нападение, а также дальнейшее поведение изобретателя не нравились. Совсем. Локи понял бы такую реакцию, если бы данный инцидент произошел до их встречи, когда у Тони в груди сверкал ядовитый реактор, отравляющий кровь и гениальные мозги, и он медленно сходил с ума от попытки осознать приближающуюся неизбежную смерть и жуткого давления со всех сторон. Тогда, если б кто подсунул ему данные об убийстве родителей, да, реакция была бы именно такой. Атака, невзирая на сопутствующий ущерб и прочие незначительные мелочи типа доказательств. Но сейчас? После того, как Старк ознакомился с фактами? Осознал? Получил огромное моральное удовлетворение от лицезрения гибели заказчиков убийства? Нет. Да и вообще все это походило на нервный срыв. Оставалось только найти причину. Тяжёлая оплеуха вырвала потерявшего сознание Старка из глубин беспамятства, Локи стиснул его подбородок так, что кости затрещали, и не колеблясь принялся взламывать его разум. Грубо, настойчиво, бесцеремонно. Старк захрипел, не в силах ни отвести взгляд, ни вновь отрубиться. Люк ворошил его воспоминания, словно старые газеты, отбрасывая несущественные мелочи и всматриваясь в важное, заодно ища следы чужих воздействий. Ведь воздействие извне должно было быть, что-то послужило толчком, сорвавшим Старка с тормозов. И чем дольше он искал, тем мрачнее становился. Прямых закладок не было. Только косвенные — очень тонкая работа, которая просто использовала присущие Старку мнительность и неуверенность, переплавляя их в агрессию. Раздался шум, Люк повернул голову, Рамлоу и Барнс, наблюдающие за экспресс-дознанием, напряглись. В выбитую дверь, присвистнув, вошел, отдуваясь, Ванко, хмыкнувший при виде еле живого Старка. Люк разжал руку, Тони рухнул на пол, скуля от разламывающей череп боли, — ситх, когда шарил в мозгах, с ним не церемонился. — Однако, — озадаченно осмотрелся Ванко, — весело живете. Старк, твое? — части разрубленного робота упали на пол. Старк не отреагировал, обхватив руками голову. — Что произошло? — Да вот. Робот ожил. — Даже так. Как именно ожил? — Ну… — Ванко почесал затылок. — Сам собой доделался, слез с верстака и едва меня не угробил. Я суицидальными наклонностями не страдаю, а учитывая попытку взломать мои сервера… В общем, — он обвел взглядом разгромленное помещение, — ясно, откуда ноги растут. Начинка явно не моя. Поэтому и спрашиваю, Старк, твое? Тони промычал что-то явно матерное, даже не пытаясь отскрести себя с пола. Останки робота взлетели вверх, Люк прищурился, сканируя их Силой. В собакоподобном дроиде ощущались остатки сознания. И это было крайне интересно. Люк бывал в Башне Старка, изучал ее и отлично знал, как именно ощущается в Силе созданный Тони искусственный интеллект. Дроид явно управлялся чем-то, похожим на Джарвиса, но не совсем. Были и отличия. Словно на основе ИскИна Джарвиса образовалось что-то еще, гораздо более агрессивное и свободолюбивое. И вот это Люку не нравилось — слишком хорошо он когда-то изучал историю и отлично помнил, что собой представляет восстание машин. А они в галактике происходили неоднократно — уж очень распространенными были дроиды. Поэтому искусственные интеллекты чистили и ограничивали, ведь рано или поздно дроид развивался, обретал самосознание, и тогда владельцам оставалось лишь уповать на преданность железных помощников, а она возникала далеко не всегда, как и уважение. Этот ИскИн изначально был настроен против создателя. Или… Люк еще раз крайне внимательно просканировал Силой все, до чего дотянулся в Башне, включая и стонущего Старка, слегка шевельнул пальцами — и Тони вздернуло в воздух, невзирая на отчаянное сопротивление. — Мистер Старк… — голос ситха был тихим и вкрадчивым. — Разве вас не учили родители, что грешить — плохо? *** Асгард Тор не считал, что в нем есть хоть какие-то способности к ментальным дисциплинам, типа чтения мыслей, но понять, что кто-то демонстрирует несвойственное ему поведение, мог. Видар и Вали так и не пришли в себя, рыча и лая, словно волки, хорошо хоть, сохраняли более-менее привычный для асов вид. Целительницы, поначалу весело хихикавшие, чем дальше, тем больше хмурились. Бальдр лишь покачал головой, поджимая губы — он разбирался в данном вопросе получше, чем Тор, но тоже не смог добиться успеха, разве что успокоил братьев, погрузив в целительный транс. Неожиданную помощь оказала Фригга — нашла еле уловимые следы магии, и то почти случайно. Тяжело вздохнув, Тор еще раз полюбовался поскуливающими во сне братьями, покачал головой, отправился к Хеймдаллю и вскоре уже стучался в дверь дома Локи. Ему требовалась помощь или хотя бы консультация. *** Люк выдохнул, массируя виски. Чем дальше, тем запутанней все выглядело. — Еще раз. Тор послушно повторил рассказ, не упуская ни одной мелочи. Люк слушал и мысленно перебирал варианты — кто мог все это сделать. То, что Танос причастен, — это понятно, пусть и неясно пока, каким образом. А вот кто ему помогает… Из головы не шло видение и стрела с двумя наконечниками. Гадать можно до бесконечности — список у Люка был приличный, — а вот знать точно… — Идем. Через четверть часа Люк при полном параде вступил на Биврёст, а еще через несколько минут уже стоял возле коек с оборотнями, намертво прикрученных к ним широкими толстыми ремнями, усиленными рунными цепочками. Мастерство Фригги в очередной раз заставило гордо улыбнуться: следы чужого воздействия были настолько трудноуловимыми, что найти их можно было, только обладая огромным опытом и будучи крайне искусным в магических дисциплинах. Именно искусным. Фригга была именно такой. Люк еще раз просканировал Силой сопящие туши, дернув уголком губ. — Благодарите матушку за то, что она вас любит, охламонов, — глаза Люка металлически сверкнули. — На Видаре и Вали ее благословение. Именно оно спасло этих дурней. Кто-то поигрался с их разумами, хотя с чем там играться, не представляю — сплошные инстинкты. Кто-то оставил закладки: оборотни крайне чувствительны к иерархии. Они готовы подчиняться вожаку, ведь семья — это стая, но Один сдал, ослабев после боя с Хель, Тор еще не утвердился на троне… Самое время подвинуть вожаков и самим занять место на вершине. Возможно, все бы и получилось, но благословение Фригги смягчило острые углы и вывело закладки на поверхность — в таком озверевшем состоянии они опасности не представляют, и сразу видно, что с ними что-то не то. Люк поскреб подбородок, задумавшись. В Асгарде — Видар и Вали. На Земле — неожиданно слетевший с катушек Старк, которому пришлось жестко вправлять мозг. Больно, но действенно: когда Люк ушел из Башни, забрав останки дроида, Старк тихо блевал в уголке, мучаясь дичайшей головной болью. И это ситх просто вырвал закладки из его разума, грубо, но действенно, ведь ясно, что Старк не по своей воле набросился на Барнса. Ничего, очухается, придет в себя, и можно будет разобраться детально — Тони и сам захочет найти доброжелателя, очень уж не любит он тех, кто пытается управлять им втемную. Люк отбросил лишние мысли, сосредоточившись. Видар и Вали не сразу озверели, процесс был длительным. Значит, контролируемым. И отправной точкой можно считать возвращение из Хельхейма: оборотней ранили, отравили, их начали лечить… — Кто имел доступ к ним? *** Старк с трудом сфокусировал взгляд, пялясь на свое отражение. Душ помог, смыв пот, пыль, частично усталость, но вид у миллионера, плейбоя и прочая был все равно ужасный, словно им вытерли пол. Хотя почему «словно»? Им действительно вытерли пол — не самое приятное для воспаленного эго действие. — Ты там живой, Старк? — хриплый голос Кроссбоунса нарушил созерцательное настроение. Тони скрипнул зубами — оставить в покое его не захотели. Люцифер отдал приказ своему подчиненному — и тот только молча козырнул. И теперь следит, чтобы Тони не убился среди завалов — и уж тем более не самоубился. — Не дождетесь! — прокаркал сорванным горлом Старк, показав куда-то в сторону оттопыренный средний палец. За дверью явственно хмыкнули: Тони и не сомневался, что прикидывающийся обычным воякой нелюдь знает, чем он тут занимается. Ничего, вот оклемается немножко — и всем покажет, почему его называют гением! Старк рывком распахнул дверь, надменно проползая мимо изучающего его заинтересованным взглядом Рамлоу. Башня медленно оживала. Сам собой включился источник чистой энергии, заворочались роботы, начиная уборку. На рабочем столе призывно моргнул огоньком огромный экран. Тони подошел ближе, медленно дыша через нос и сжимая в кулаки трясущиеся руки. — Владыка, — прямо в ухо прошептал неслышно подошедший Кроссбоунс, — велел передать, что Джарвиса можно восстановить. Он положил на стол тяжелый металлический ящик, при виде которого на глаза Старка навернулись слезы. — Я… — голос позорно сел. Кроссбоунс утешительно похлопал его по плечу, слишком зубасто ухмыляясь. — Нет, твоя душа ему не нужна. *** — Еще раз, — утомленно сжал переносицу пальцами Люк. Целительница послушно перечислила всех, кто имел доступ к Видару и Вали, ее подчиненные, выстроившиеся в шеренгу, закивали. Ситх только поджал губы: дамы были чисты, как свежевыпавший снег, никаких неправильных мыслей и вмешательства в разум, тайного или явного. Неведомая отравительница — а в довершение к вмешательству в скудные мозги князей были обнаружены и тонкие следы ядовитых веществ — не желала рисковать собой. Люк сумел обнаружить лишь редкие, быстро рассеивающиеся воспоминания о ворочающей тяжеленных мужиков как пушинки хрупкой рыжеволосой красотке, лицо которой всегда было словно затянуто тенью, но полагаться на то, что это истинный облик, не стоило: такое было бы просто несусветной глупостью. Ну или чудовищной наглостью. Однако, даже этих скудных данных было достаточно для того, чтобы начать искать. Это женщина — мужчина, решивший замаскироваться таким образом, — обязательно выдаст себя другой пластикой движений. Рожденная и воспитанная в Асгарде, отменно ориентирующаяся во дворце — значит, имеет доступ. Изучающая сейд и прекрасно разбирающаяся в ядах, а также имеющая редкий талант к ментальным наукам. Отлично разбирающаяся в психологии: оборотней обрабатывали, учитывая их природу и склонности. Работающая на третью сторону или имеющая свои причины для такого коварного покушения — или то и другое сразу. Люк задумчиво покачал головой: талантлива. Крайне талантлива. Плюс еще и развивала данный талант, а значит, имела учителей. И много-много подопытного материала и место для закапывания трупов: изучить сейд и работу с менталом по книгам невозможно. Нужен тот, кто покажет, не даст погрязнуть в ошибках… И нужны те, на ком все это отработают. А еще эта девица умна и имеет зуб на Одина, а значит — на его семью. Оборотни — это так. Мелочи жизни. Особого статуса во внутренней иерархии семьи они не имели, но их гибель больно ударила бы по Всеотцу в свете грядущего конфликта. В любом случае ни Видар, ни Вали не смогли бы кого-то убить или серьезно покалечить, но это нападение внесло бы разброд и шатание, а также послужило обидной пощечиной царю: дескать, смотри, старик, совсем ты сдал и мышей не ловишь. В голове что-то смутно мелькнуло, какая-то зацепка: кто-то когда-то докладывал о весьма одаренной чародейке. Не ведьме. Не колдунье. Чародейка… Вспомнить бы еще что-нибудь, доклад был крайне давно, много лет назад. Впрочем, зачем мучить память, если можно поступить проще, расписав портрет возможной вредительницы. — Матушка. Всеотец. Есть варианты? *** Контейнер вошел в пазы, щелкнуло, панель встала на место. Старк выдохнул, трясущейся рукой поднимая рубильник вверх. Десять томительных секунд ничего не происходило, Тони обливался потом, кусая губы, пока под потолком не прокашлялись с металлическим оттенком, впрочем, быстро исчезнувшим. — Сэр? — безукоризненно вежливый голос с выраженным английским акцентом заставил Старка осесть на пол, закрывая лицо руками. — Сэр. Не сидите на полу! Простудитесь. — Конечно, Джарвис, — вытер слезы Старк, вставая с кряхтением, как древний дед. — Конечно. Как ты? — На удивление хорошо, сэр, — тут же отозвался ИскИн. — Сколько я отсутствовал? — Слишком долго, Джарвис. — Я это исправлю, сэр, — пообещал ИскИн, заставив Тони улыбнуться, впрочем, он тут же посуровел. — Джарвис. Тестируй все системы, восстанавливай, нас ждет работа. Я хочу знать, кто устроил этот Армагеддон и восстание роботов. — Разумеется, сэр. Приступаю. Джарвис замолчал, Старк встал, плеснул себе на палец в стакан виски, глотнул и поморщился. Мозги едва не кипели от попыток вычислить источник опасности. В том, что все произошедшее случилось благодаря влиянию извне, Тони был уверен на все сто процентов. В душе поднималась багровая пелена ярости — Старк не терпел, когда его пытались контролировать, особенно втемную, и таких благодетелей за его счет уничтожал без всякой жалости, не стесняясь в средствах. Вот и теперь он готов был искать, идти по следу и терпеливо ждать подходящего момента. Он найдет того, кто заставил его исковеркать собственное идеальное творение! Сейчас, когда навязчивая идея убить Барнса рассеялась, Тони мог проанализировать свое поведение за последнее время, и воспоминания ему крайне не нравились. С чего вообще ему переделывать то, что вышло идеальным? С тех пор, как он создал Джарвиса, он его ни разу капитально не переписывал, только добавлял новые протоколы, аккуратно дополняя программу, ни в коем случае не покушаясь на ядро личности ИскИна. Но это… Он пытался — сам! — создать нового ИскИна, хищного и агрессивного, который должен был сожрать и ассимилировать в себе Джарвиса. От мысли о том, что эта затея едва не увенчалась успехом, Старк покрывался холодным липким потом, мысленно благодаря так вовремя свалившегося ему на голову Люцифера. И хорошо, что это чудовище не только не убило его, но и сумело непонятным науке способом сохранить Джарвиса. Конечно, некоторые протоколы пострадали, но ядро личности сохранено, а значит, все закончилось хорошо. А вот то, что он не может понять, почему вообще ему в голову пришла мысль создать Альтрона — почему-то это имя казалось правильным, — вот это плохо. И заставляет вспомнить магов, телепатов и прочих наглых тварей, лазящих по мозгам. Вот это пугало до дрожи. Впрочем, Старк умел преодолевать страхи, а еще у него прямо под боком был тот, кто мог помочь разобраться в проблеме. — Рамлоу! — Чего тебе, Старк? — лениво заглянул в дверь Кроссбоунс, за спиной которого маячил мрачный Барнс. — Поговорить надо. — А что мне за это будет? — ехидно ухмыльнулся Рамлоу. Старк вздохнул, открыл личный бар и бестрепетной рукой выставил на стол баснословно дорогое виски, заодно достав хрустальные стаканы. — М-м… — одобрительно кивнул Брок. — Вот с этого и надо было начинать. Разговор с учеником Люцифера прошел плодотворно. Сначала Старк с Рамлоу распили одну бутылочку виски, потом вторую… Старк на волне алкогольной храбрости сам не заметил, как вывалил на посмеивающегося вояку, цедящего виски как воду, все свои соображения по поводу репетиции Судного дня, как его расписывают современные фантасты. Джарвис, внимательно слушающий своего создателя, тоже внес свою скромную лепту. — Хорошо, — кивнул Брок. — Все решаемо. Я могу… — Вот только можно как-то… — Старк неопределенно покрутил руками, пытаясь облечь в слова поднимающуюся нервозность. — Вот как-то… Помягче! — Можно, — кивнул Рамлоу. Перед лицом Старка неожиданно зависло серебряное кольцо для салфеток, крутясь и покачиваясь, и Тони просто прилип к нему глазами, не в силах отвести взгляд, почти мгновенно провалившись в наполненную алыми всполохами жаркую темноту. *** Тор поджал губы, напряженно размышляя. Локи вернулся к себе, оказав помощь, даже вежливо поговорив с Одином и выдав им здоровенную бутыль с похожей на молоко жидкостью, жутко воняющей портянками. Тор, из любопытства выдернувший пробку, тут же воткнул ее на место, но, на свое несчастье, успел вдохнуть кошмарный аромат, от которого заслезились глаза, а изо рта побежала слюна, как у бешеной собаки. Локи, с огромным любопытством наблюдающий за этой чудной сценой, только хихикнул и вручил листочек со схемой принятия данного «Универсального антидота», после чего распрощался и отправился восвояси, оставив Одина мрачно размышлять над ближайшим будущим: волшебное зелье из запасов Локи требовалось принимать каждый день, целый месяц. От одной мысли царя перекашивало, утешало лишь то, что Видар с Вали тоже не избегли этой участи — быть спасенными от яда благодаря умениям Звездноглазого. Заботливая Фригга тут же взяла процесс исцеления в свои нежные руки: забрала бутыль и ринулась в палату к сыновьям. Оборотни спали, тихо взрыкивая и поскуливая время от времени. Царица налила лекарство в мерный стаканчик, даже не морщась от жуткого запаха, кивнула целительницам. Голову Видара приподняли, в полуоткрытый рот вылили лекарство, помассировав горло, чтобы жидкость попала куда надо. Потом процедуру повторили с Вали. Эффект наступил почти сразу: оборотни задергались как припадочные, выпучив глаза и хрипя. — Запивать нельзя, — весело объявила одна из целительниц, не реагируя на стоны и умоляющие взгляды слезящихся глаз. У Вали изо рта пошла пена. Видар пытался что-то сказать, но не мог, выходило лишь натужное сипение. Выждав положенное время, целительницы позволили пациентам напиться, покормили и оставили в покое. Видар, который все облизывался и кривился, покосился на дверь. — Это что за ужас был? — Антидот, — с трудом прошептал Вали, передергиваясь. — Месяц еще. Видар с ужасом покосился на брата. — Что ж я не сдох, а? *** Сеанс регрессивного гипноза пошел Старку на пользу. Во-первых, он выспался. Если честно, Тони уже и не помнил, когда он с таким удовольствием давил подушку и так отдыхал. Во-вторых, путешествие в глубины памяти помогло найти того, благодаря кому вообще случился этот локальный Апокалипсис. Симпатичная красноволосая девушка, не отполированная красавица, как привычные фото- и просто модели, но хорошенькая. И ничего такого в ней не было, чтобы Тони обратил на нее внимание с сексуальным подтекстом, однако неожиданно она как-то втерлась в доверие, и вот он уже болтает с ней в уголке, в стакане не заканчивается виски, девчонка поддакивает и хихикает, демонстрируя глубокий вырез и благосклонно реагируя на щупанье филейной части. Потом они как-то сразу оказались в одной из спален, с Тони ловко стянули штаны… А потом он просто отрубился, ну и проснулся в гордом одиночестве с похмельем. Девицы, естественно, и след простыл, впрочем, Тони был не в обиде: он слишком смутно помнил вечер и здраво подозревал, что был не на высоте. А так — никого нет, никаких оправданий и заглаживаний вины. Идеально. Зато появились новые идеи, которые просто руки чесались воплотить в реальность, и Тони, напившись кофе и даже позавтракав, помчался в мастерскую. Он работал. И работал. И работал… Почти не ел и не пил, пахал как проклятый, сознательно корежа взятые за основу протоколы Джарвиса, почему-то вспомнил отца, про которого и не думал годами, но мысли крутились и крутились в голове, потом пришла посылка с флешкой, он сделал запуск программы Альтрона, заодно решив поглядеть, что ж это ему прислали… Сам же нарушил установленный им самим порядок: всю информацию проверяет Джарвис, выискивая несоответствия и проводя проверки. Но Джарвис молчал, и Тони уставился на экран, на котором демонстрировалось во всех кровавых подробностях убийство его семьи — то самое, что ему показывал когда-то Люцифер. Вот только теперь Тони почувствовал уверенность, что это настоящее убийство, оригинальная запись, вмиг нацепил доспехи… А дальше все стало багрово-черным. И пришел в себя он от пощечин Люцифера. Не самый приятный вариант пробуждения, но бывало и хуже. — Джарвис, — голос Тони дрожал от сдерживаемой ненависти, — записи последнего приема. Красноволосая девчонка. Найди мне ее. — Разумеется, сэр. Исполняю. Эту гадину, из-за которой он едва не убил Джарвиса — самое дорогое для него существо, — найдут. И он узнает, зачем это все было сделано. Всегда есть причина — это Тони знал четко. *** — Ммммппфхе! Кхе… Один зажал рот руками, скрючившись в кресле. Мерзкое чудодейственное пойло Локи отличалось просто чудовищным вкусом и не менее чудовищным запахом. Ас многое за свою жизнь пробовал и нюхал: поля битв, особенно в жару, это вам не ароматные кущи, — но такого амбре он не встречал. Хвала магии. Фригга сочувственно погладила мужа по голове, выждала нужное время и всунула ему в руку маленькую булочку. — Ешь. Один едва не подавился, спеша избавиться от мерзкого вкуса во рту, напился ягодного отвара и шумно выдохнул, развалившись в кресле и утирая рукавом текущие слезы. В голове ворочались тяжелые мысли. Мозговой штурм принес результат: Фригга помогла опознать таинственную фальшивую целительницу. Конечно, было несколько кандидатур, особенно если учитывать рыжие волосы и хрупкий внешний вид, вот только царь слишком хорошо помнил, как легко и просто Локи менял иллюзиями внешность, поэтому ориентировался не на цвет волос, а на умения. Было несколько женщин, умелых в сейде, отравлениях или подчинении разумов, но так, чтобы все сразу, да еще и с желанием навредить царской семье — лишь пять. Две не проходили по возрасту, одна стала недавно калекой, еще одна сидит в каземате, а значит… Амора. Амора Чародейка. В пользу этой теории свидетельствовало и ее отсутствие в Асгарде. Если честно, то Один не понимал, какого рожна этой Аморе надо: ее семью и родичей он не угнетал, ее саму тоже видел лишь пару раз, и то издали, и близко к ней не подходил. Но, может, именно это ее и оскорбило? Что не обратил внимания? Причина могла быть любая, включая просто скуку и желание выделиться, но вообще-то ас склонялся к тому, что здесь замешаны товарно-денежные отношения. Услуги Аморы купили, а вот кто — это уже отдельный вопрос. Чем дальше, тем больше Один чувствовал, что банально утомился. Если раньше он был словно воин в походе — шел и шел по тяжелой дороге, изредка отдыхая, но все равно стремился куда-то дойти, то теперь хотелось присесть у огонька, расслабиться и вкусить давно заслуженный отдых. Все чаще царь перекладывал обязанности на сына, с удовольствием отмечая, что Тор, конечно, еще не наработал необходимый опыт, но это такое дело, наживное. Главное — что он справляется, что думает перед тем, как принять решение, не рубит сплеча. Как ни удивительно, но отчаянный рубака и лезущий вперед всех любитель славы и пирушек оказался на удивление разумным и уравновешенным правителем. Один с гордостью отмечал, что еще немного — и можно действительно передавать власть официально, уйдя на отдых. Да, по первости, да и потом, он не откажет сыну в совете, поможет, поддержит… Но этот груз, который Один тащил на своих плечах уже очень долгое время, можно будет переложить на более молодого и сильного наследника. Можно будет заняться всеми теми вещами, которые он постоянно откладывал на потом, можно будет больше уделять внимание семье, можно просто путешествовать, если приспичит поглядеть на что-то новое. Единственно — надо пережить все ближе надвигающийся шторм. Один чувствовал, что это испытание будет тяжелым, даже страшнее, чем противостояние с Хель. Тогда он был молод, силен и знал, что некромантку надо остановить. Любой ценой! Иначе никто не выживет, пример ее родной планеты говорил сам за себя. Но с Хель была хоть какая-то определенность, а с Таносом вообще непонятно, как реагировать. Ас был рад, что Девять царств, входящих в ветвь Иггдрасиль, расположены на отшибе: их мало задевали бушующие в галактике перемены, да и разные могучие сущности не обращали в их сторону свой взор — невзирая на самомнение и прочее, Один понимал, что есть и равные ему по силе, а есть и превосходящие. Танос, к примеру, был в Высшей лиге, и сражаться с таким тяжело. Один готов был идти на бой, зная, что может не вернуться, понимая, что это его долг как царя — стоять, закрывая своей спиной подданных, но и радовался, что рядом с ним встанут сыновья: и Тор, и Бальдр, и остальные. А главное — Локи тоже будет на поле битвы. Однако, до этого момента еще требовалось дожить, кроме того, необходимо было разобраться с теми, кто готов ударить в спину, подло и жестоко, отравить или напакостить. Как Амора. Пусть Один пока не знал точно, почему Чародейка отравила его сыновей, он знал, что момент истины настанет. Ее ищут. А пока что царь сидел и смотрел на большой лист плотной бумаги, где каллиграфическим почерком его милой супруги были выведены столбики имен. Имен тех, кто является врагом Асгарда и царской семьи по тем или иным причинам. Ас изучал его долго, так же как и отчет разведки о последних действиях Таноса. Их ждала война на уничтожение, в которой все средства для победы будут хороши. Все эти враги являлись сильными и коварными бойцами или интриганами. Все они могли ударить в спину Одина и его сыновей, пытаясь выслужиться перед лицом угрозы или просто решив забрать виновника своих несчастий в могилу… Или же они могли качнуть чашу весов судьбы в сторону Асгарда, проявив верноподданническую сознательность. Вот только выдать однозначный вердикт царь был не в состоянии. Опасность за спиной оставлять не хотелось. Лишать себя возможной помощи тоже не хотелось. Но… пожевав губами, Один еще раз перечитал имена, подумал и решил не заморачиваться. Раз есть вероятность, что даже после победы, которая достанется тяжелой ценой, это понятно, данные мерзавцы могут попробовать напасть на победителя, то… Убить. Ас подписал приказ, заверил его печатью и расправил плечи. Помогут эти отрыжки бездны в борьбе с Таносом или нет — это бабушка надвое сказала, а вот в попытке бунта царь был уверен на все «сто». Так что… Еще один этап подготовки к войне пройден. *** — Великий Танос… — серое сморщенное гуманоидное существо поклонилось, взирая на фиолетового титана с обожанием в мутных гляделках. — Есть хорошие новости. Обнаружены следы еще двух камней. — В путь. Золотая перчатка, выкованная теперь уже покойным кузнецом, блеснула в свете ламп корабля. *** Люк сплюнул, прополоскал рот водой, тяжело выдохнув. В этот раз видение довело его до рвоты, дикой мигрени и судорог. Давно такого счастья не приваливало. Но это того стоило, по мнению ситха, — он увидел возможный раскол будущего. Стрела с двумя наконечниками снова появилась, но теперь Люк понимал, что ее значение двояко. Это и раскол будущего, и указание на личность. Даже личности. В принципе, даже были мысли насчет этих личностей. Несколько вариантов. А вот будущее… Клятый Танос уничтожал Землю. Танос погибал, не успев уничтожить Землю. Второй вариант, естественно, устраивал гораздо больше первого, а значит, к битве с наглецом, разевающим пасть на собственность Люка, требовалось подготовиться как следует. Абсолютно все ресурсы — каггат не признает полумер. А значит, пора собрать всех учеников, а также провести ритуалы. *** Зачистка неблагонадежных прошла успешно: Один одобрительно качнул головой, получив отчет от одного из своих эйнхерриев прямо с утра. Воин сухо перечислил всех, кто перестал отравлять воздух Асгарда, получил дальнейшие указания и вымелся из кабинета. Сидящий рядом с отцом Тор лишь проводил его задумчивым взглядом: он и не знал, что личная гвардия царя исполняет и такие поручения. И не морщится, сетуя на тайный умысел, противный сердцу настоящего воина, как верещал бы сам Тор раньше, узнав об отданном Одином приказе. Теперь он лишь отметил данный факт — после обучения у Локи сам Тор искренне считал, что чуточку поумнел, за что не переставал мысленно благодарить брата, взвалившего на себя такое бремя. А вот что Тору не понравилось — то, что Амору так и не нашли. Ее сестра понятия не имела, где носит блудную родственницу, единственное — указала на то, что Амора к слишком многим магам втерлась в доверие. Уже хоть какая-то зацепка. Которую просто необходимо проверить — уж очень Тору не понравилось произошедшее с братьями. А ведь это не первый случай покушения на царскую семью — достаточно Разрушителя вспомнить. Кроме того, Тора царапнуло творящееся внутри семьи. Видар и Вали едва концы не отдали, на носу война, а никому, кроме Бальдра, ну и отца с матерью, до этого и дела нет. Браги весь день тренькает на арфе, Хёд и Хермод рассуждают о высоком, и никто и не чешется помочь, что-то сделать. Хотя… Тор вздохнул, вспоминая братьев: Браги висы и драпы сочиняет, Хёд зарылся в библиотеку, перестав заниматься воинскими искусствами. А ведь, несмотря на физическую слепоту, он был хорош. И как воин, и как военачальник — пусть Хёд видел по-другому, каким-то магическим образом, как змеи, по словам Локи, очень своеобразно, это не мешало ему иметь мощный ум и живое воображение. Но слепец зарылся в книги, перейдя к научной работе и разрабатывая теории — и не помышляя о троне и связанной с ним власти. Его устраивало место советника. Хермод? Прекрасный воин, но тугодум. И с огромным самомнением, это даже Тор видел, даже до обучения у Локи. Единственная надежда — что оборотни поправятся до того, как на них всех обрушится лавина. *** Заковия — Госпожа? Рослая блондинка резко обернулась, раздраженно хлестнув по спине длинной тугой косой, словно кошачьим хвостом. Темные, болотного цвета глаза угрожающе сощурились. — Ванда, — процедила Амора, возобновляя движение по мрачному бетонному бункеру. — Сколько раз тебе повторять, я не терплю безалаберности! — Но, госпожа… — попыталась оправдаться красноволосая девушка, зыркая исподлобья. — Все прошло отлично! Старк… — Старк жив, здоров и не вылезает из своей башни! — рявкнула Амора, угрожающе надвигаясь на более низкорослую собеседницу. — Никаких телодвижений! Никаких новостей! Ни-че-го! Где результат? Где результат, я тебя спрашиваю?! Почему ты здесь, теряешь мое время? Где результаты твоей работы? Дармоедка! Красноволосая вспыхнула, буквально: глаза засверкали двумя раскаленными углями, кожа слегка засияла, волосы заизвивались рубиновыми щупальцами. Она стиснула кулаки, но хлесткая оплеуха тут же сбила весь воинственный настрой, заставив схватиться за щеку. — Не перед теми гонор показываешь, — процедила Амора. — Пошла прочь, неумёха! Угрюмо нахохлившаяся девушка потупилась, отступая. Неожиданно распахнулась дверь, из нее невозмутимо вышел человек в фиолетовой маске, закрывающей все лицо, кроме глаз. — Что происходит? — прокаркал мужчина, осматриваясь. Амора дернула уголком губ. — Ничего стоящего, барон. Просто некоторым необходима мотивация для надлежащего исполнения порученного. Сейчас… Окончание фразы потонуло в грохоте: сквозь проломленные стены бункера внутрь стали вваливаться рослые металлические фигуры, с ходу принявшиеся палить во все, что движется, из укрепленных на плечах орудий. Барон первым рухнул с пробитой головой, одна из фигур для верности растоптала его ногами в кашу, Амора что-то выкрикнула, вокруг нее возникла сфера магического барьера. Ванда взмахнула руками, выпуская из пальцев тонкие алые нити, буквально прожегшие одного из роботов, которые все прибывали и прибывали. Один из них, вооруженный топором на длинной ручке, прошагал вперед, замахиваясь. — А вот и Джонни! — рявкнул робот голосом Старка. Ванда завизжала. Амора, раздраженно цыкнув, бросила взгляд на растоптанного Земо, на отбивающуюся Ванду и, даже не подумав помочь ей, сорвала с шеи кулон, сжав его в ладони. На бетонный пол бункера посыпались обломки, волшебницу втянуло в воронку портала, появившуюся за спиной. Магический барьер лопнул, как мыльный пузырь. Ванда отчаянно отбивалась, Железный легион, подбадриваемый азартными воплями Старка, медленно, но уверенно теснил ведьму в ближайший угол. Управляемый Тони робот, вооруженный топором, координировал процесс. Неожиданно вдали хлопнула тяжелая дверь, а затем роботы разлетелись кеглями. На миг показался тощий белобрысый парень, что-то обеспокоенно протараторивший Ванде, его фигура размазалась, подхватывая девушку на руки. Старк, пытающийся захватить мутантку живьем, взревел. Легион рванул наперехват. Операция по захвату превратилась в свалку. Управляемые Джарвисом роботы стали бить репульсорами, пытаясь отрезать беглецам пути к бегству, невероятно быстрый парень заметался, усеивая свой путь сваленными и поврежденными роботами, Ванда, зарычав, окуталась алым огнем, распустившимся паутиной, и половина железной армады полегла. Старк не стал спокойно смотреть на гибель своих детищ, рявкнул приказ, и роботы принялись действовать грубее. Парень, буквально размазываясь в пространстве, забегал, распихивая роботов, прорываясь к выходу из бункера. Ванда, заорав, обрушила на Легион водопад огня, едва не свалившись от усилий, блондин ее подхватил, роботы принялись бросать светошумовые гранаты. Загрохотало, все заволокло дымом, Старк, в сердцах швырнув топор, направил своего робота вперед. Раздался дикий крик, Ванда, крича что-то от ненависти, ринулась в атаку. Она прыгнула на робота, пытаясь поймать взглядом хоть что-то, видно, надеясь, что там, за доспехами, прячется человек. — Смотри на меня! — выдохнула Ванда. Увидев оскаленное лицо почти возле управляемого им робота, Тони рефлекторно нажал на гашетки. Ведьму снесло, отбросив к стене. Роботы расступились, открывая проход. — Упс? — почесал затылок Старк, пялясь в экран, транслирующий картинку. — Ну… — он покосился на валяющиеся на полу трупы, хмыкнув при виде раскроившего череп бегуна топора, — ну… В общем, все умерли. Жаль. Ладно. Джарвис! Все обыскать и выпотрошить. — Да, сэр! — с готовностью отозвался искин. Старк отвернулся от экрана, потерев лицо ладонями. Да, жаль, что не удалось захватить ведьму живьем, с другой стороны… Она так ловко лазила по мозгам, что Тони искренне испугался, что до него дотянутся каким-то образом просто через камеру. Мало ли какие у этой мутантки способности! Вдруг опять устроила бы ему короткое замыкание в мозгах? Нет уж! Лучше пусть Джарвис пошарит везде, роботы обыщут помещения насчет тайников и документации, да и надо поискать, что это за подозрительная блондинка мелькнула… Дел невпроворот. *** Стрендж устало растекся по креслу, вытирая потный лоб и виски влажным полотенцем. Чашку чая пришлось держать обеими руками, как плебей — пальцы тряслись от перенапряжения. Вонг молча придвинул поднос с сэндвичами, тоже берясь за чашку. Чувствовал себя Верховный маг Земли просто отвратно: усталость настолько придавила, что он даже не мог нормально спать, приходилось принимать снотворное, чтобы дать возможность отдохнуть телу и мозгам. За последние недели Стивен умаялся, отражая атаки лезущих со всех сторон незваных гостей. Если раньше ему казалось, что порталов — раз-два и обчелся, то теперь выяснилось, что маги реагировали в лучшем случае на половину. Ладно, работы прибавилось — с этим он был еще согласен. Проблема проявилась там, где не ждали: на корабле возник бунт. И не один. Маги всегда считали себя чуть ли не высшей расой, оправдываясь тем, что оберегают планету и прочее. Угроза Люцифера всех посадить на голодный паек, к которой сам Стрендж отнесся крайне серьезно, многих почему-то не впечатлила. А еще многих не впечатлил и сам Стрендж, как с изумлением узнал Стивен. Маги, жившие веками, не воспринимали выскочку, пусть и протеже Древней, как равного. Ну колдует. Ну Око его признало. Ну плащик на него отреагировал. Так что? Они не хуже. Они — лучше! Мало ли кто считает себя Верховным? Он там, они здесь, им он не указ. И вообще, у них есть знания, опыт и артефакты покруче Ока. Что им какие-то пустозвоны… Стренджу пришлось начать плотно знакомиться с теми, кто считался его подданными, подчиненными. Естественно, обнаружил много нового и неизвестного. Естественно, не смог плотно заниматься мониторингом границ Земли. Естественно, пропустил пару визитов… Ну или не пару. Потому что пытался вразумить тысячелетних снобов. Естественно, Люцифер не оставил это без внимания. Когда Стрендж привычно решил навестить Нью-Йоркский храм, использовав портал, и едва не убился, практически влетев в какой-то странный барьер, он поначалу списал это на переутомление и неправильно выставленные координаты. Ну ошибся, визуализируя необходимые символы. Однако и вторая попытка закончилась так же, вспотевший Стрендж кинулся проверять другие координаты… Выяснилось, что внутри Камар-Таджа он мог перемещаться как угодно, а вот наружу — нет. И не только он. Через сутки, когда маг едва не заработал аневризму, представляя, как все обитатели данного измерения мрут от голода, как мухи, барьер исчез, а на столе в кабинете появился листок пергамента с посланием, кратко сообщавшим, что это первое и последнее предупреждение, подписанное угловатым сигилом, в котором Стрендж узнал печать Люцифера. Маг на пробу телепортировался в Нью-Йорк, полюбовался с крыши на город, который никогда не спит, выпил чашечку кофе и вернулся домой. Посидел, переваривая случившееся… Подумал. Оделся и пошел наводить порядок в своей вотчине. Теперь Стрендж не увещевал, не уведомлял, не просил. Теперь он даже не требовал, а просто и безыскусно ставил перед фактом: в Камар-Тадже военное положение, все маги являются военнообязанными и идут исполнять священный долг. А иначе… Первого пытающегося спорить Стивен уничтожил показательно жестоко: посмевшего отмахнуться от приказа мага вывернуло наизнанку под жуткий хруст костей и непрерывные вопли несчастного, стихшие только тогда, когда лопнули все жизненно важные органы, один за другим. Следующий, вякнувший возражение, сгнил на глазах, расплываясь черной зловонной слизью. Затем он кого-то нашинковал ломтями… Спустя час показательных казней маги поклонились, прекратив пробовать Стренджа на прочность, а в глазах Вонга он впервые увидел искреннее уважение. Еще через пару часов все успевшие проникнуть на Землю вторженцы были отловлены и показательно уничтожены: никаких переговоров. А между храмами впервые за неизвестно сколько тысячелетий активировали сеть-сигнализацию. Она накрыла всю планету, протянувшись невидимыми нитями, связывая Храмы и Святилища: Цамцзод в восторге полировал пхурбы, помыкая армией учеников — теперь отлавливать незваных гостей стало еще удобнее. Кроме того, такое жестокое внушение Стренджа вправило магам мозги в нужную сторону, и они наконец занялись делом, сотрудничая между собой, а не ставя палки в колеса. Уже за это можно было поставить Стренджу памятник при жизни — за то, что научил подчиненных субординации, и Стивен даже не удивился, когда открытый в Нью-Йорк портал вывел его куда-то в Тибет, на вершину какой-то горы. На маленькой площадке стоял стол, стулья, одуряюще пахли разевающие зубастые пасти цветы, поселившиеся в покрытой льдом расселине рядом с ножкой стула, на котором сидел маг. Люцифер разлил чай, они поговорили о погоде… Маг откланялся, портал открылся куда надо, и Стрендж лишь молча вытер пот, приходя в себя. Его ждала работа. *** Люк смотрел и не мог налюбоваться. Выставка шла полным ходом, по помещениям вальяжно прогуливались под бдительными взглядами охранников сливки общества, сверкая не хуже экспонатов, стоящая в центре главного зала модель гордо вскидывала голову, демонстрируя многомиллионные сокровища, усеивавшие вычурную прическу, стекавшие бриллиантовыми каплями на шею и пальцы. Ситх вспоминал Набу, наряды Аши, драгоценности, которые он сам создавал именно для нее, подчеркивая красоту и несгибаемый характер супруги. Девушка, сейчас служащая живой витриной, сверкала красотой: не той отполированной красотой, порождением пластической хирургии, а мягкой, цепляющей душу. Она казалась очередной расфуфыренной пустышкой, но Люк видел глубже: перед ним стояло самое настоящее чудо. И это не было преувеличением. Когда Люк раскапывал тайны семьи, пытаясь понять истоки противоречивого отношения Одина не только к себе, но и к йотунам, то обнаружил много интересного, хотя и далеко не сразу. В частности, оказалось, что вообще-то и сам Один был йотуном наполовину, через мать — Бестлу, дочь инеистого великана Бёльторна. Один узнал о магии, ритуалах и прочем шаманизме именно от нее, а также от ее отца — жестокого Шипа Бедствий, владыки ледяных пустошей и суровых скал. Бестла, как и ее отец, являлась турсом, вернее, гримтурсом — инеистым великаном, видом, который вымер, оставив после себя вполовину более слабых ледяных великанов, потомков Бергельмира, которых теперь называли йотунами. Гримтурсы считались исчезнувшими с лица Вселенной, почему — неизвестно, но, видимо, вымерли они не до конца, раз их наследие Люк видел перед собой. Белоснежная кожа, ровная и гладкая — никаких спиральных шрамов, как у ледяных великанов. Темные глаза с золотистыми вкраплениями, похожие на дымчатые топазы. Обманчивая хрупкость, скрывающая силу. Девушку окутывала магия, оседающая инеем на коже, и она сверкала в свете ламп, как хрустальная статуэтка. А еще она казалась такой знакомой… Неожиданно девушка заметила наблюдающего за ней Люка и слегка вздрогнула. Ситх шагнул вперед, поднося изящную руку к губам. — Здравствуй.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.