Гарри Поттер и Семь Книг из Будущего

И Поттеры втроём уселись на один из диванов — а Снейп время от времени поглядывал на всë их семейство. Гарри заметил: когда тот смотрел на отца, то от его ледяного взгляда становилось не по себе, зато на маму он глядел так, как не глядел он ранее ни на кого — нежно, печально и как-то виновато — будто бы хотел попросить за что-то прощения у Лили Поттер. Гарри задался вопросом, с чего бы это, но тут мама взяла в руки книгу и начала читать. — Глава десятая. Хэллоуин. — В этой главе мы спасём Гермиону от тролля, — прокомментировал сын. — Ещё тролль?! Мерлин, Гарри, сколько ещё тебе пришлось пережить?! — Больше, чем мне хотелось бы, мам, — вздохнул Гарри. — Да ладно, Лил, наш сын — настоящий гриффиндорец! — Джеймс ободряюще похлопал Гарри по плечу. — Но все-таки мама права — с троллями шутки плохи. А Гарри был счастлив осознавать, что, наконец-то, он может побыть рядом с родителями. Которые искренне любят его и за него беспокоятся. — Ох, жаль, что, во всяком случае пока, мы не можем обещать, что сможем тут остаться. Но если Магия сжалится — то ты, конечно, будешь жить с нами. — Этот год тоже бы выдался нелегким, я чувствую. Из Азкабана бежал Блэк… — Что? Сириус Блэк был в Азкабане?! — вскричал Джеймс. — Да, он убил кучу народу и… — Он не мог!!! — Откуда ты знаешь, па? Ты что, знаком с ним, что ли?! — Он мой друг. Лучший друг. И поверь — Сириус не мог убить человека ни за что. Сражения с Пожирателями, конечно, не в счёт. Но его точно кто-то подставил. — И это написано в третьей книге, Лорд Поттер, — сказал Эм. — Я так скажу, — ответила МакГонагалл. Сириус Блэк предал Поттеров. Он был Хранителем Секрета. — Не был. — Что?! — Сириус им не был. Хранителем стал в последний момент Питер Петтигрю. Но как доказать это? — Как?! — Не может быть! — Блэк не преступник?! — Хорошо, вас предал, может, не он, но кто убил тех магглов? — Точно не он, Нюниус! — Невероятно! И другие подобные восклицания были со всех сторон. — Тс! Предлагаю, — сказала Минерва, — так как можно после прочтения каждой книги кого-то отпустить или, наоборот, пригласить сюда, на прочтение третьей мы позовём Фаджа. — Нет-нет, профессор, — возразил Эм, — Фаджа лучше на вторую, а на третью — Блэка. Магия Комнаты, в случае чего, не позволит ему причинить кому-либо вред и вообще ничего сильнее Люмоса наколдовать он не сможет. А во второй был инцидент у Гарри с Министерством, а замешан в этом был Добби. — Добби? Чей Добби? Это ж частое имя для эльфа, также как Тикки, Ренни. Для эльфов-«девочек» — Винки, Мирси… — задумался Драко. — Ваш Добби. — И в чем он был замешан, Поттер? — Сказано же, Малфой — вторая книга. — Начнем скорей читать, — остановила их Лили. — Малфой не поверил своим глазам, когда он увидел Гарри и Рона в Хогвартсе на следующий день. Они не выспались, но были крайне довольны. Утром они уже решили, что та встреча с трехголовой собакой была удачным приключением и мечтали продолжить знакомство. Гарри! Надеюсь, ты этого не делал на самом деле? — Пришлось, — вздохнул Гарри. — Что значит, пришлось?! — Ближе к концу книги будет написано. — Утром совы влетели в Большой Зал как обычно, но все сразу же обратили внимание на узкий сверток, который несли шесть ушастых сов. И Гарри, так же как и все, умирал от любопытства узнать, что же такое в этом свертке, и он был изумлен, когда совы снизились и уронили сверток на стол перед ним — смахнув бекон на пол. Они едва успели улететь, когда другая сова сбросила на сверток письмо. Первым делом Гарри открыл письмо. К счастью, правильно, потому что оно гласило: НЕ ОТКРЫВАЙТЕ ПОСЫЛКУ ЗА СТОЛОМ В ней Нимбус-2000, но я не хочу, чтобы все знали, что у вас есть метла, так как они о ней только мечтают. Оливер Вуд будет ожидать тебя на стадионе в семь вечера для первого занятия. Профессор МакГонагалл Гарри с трудом скрыл своë ликование, протягивая записку Рону. — Нимбус-2000! — застонал с завистью Рон. — Я такой даже в руках не держал. Они поскорей покинули зал — открыть сверток в одиночестве перед первым занятием, но на полпути через коридор, они увидели Кребба и Гойла, которые преграждали путь к лестнице. Малфой выхватил сверток у Гарри и пощупал. — Метла, — сказал он, бросая сверток Гарри — с выражением зависти и злого удовлетворения на лице. — На этот раз тебя выгонят, Поттер, первогодкам же нельзя иметь метлы. Рон не выдержал. — Это не какая-то там старая метла, — сказал он. — Это Нимбус-2000. Что, ты там говорил, есть у тебя дома, Малфой, Комета-260? — Рон подмигнул Гарри. — Кометы, конечно, здорово смотрятся, но они не той категории, что Нимбус. — Во-во-во — так его, сынок! — одобрил Джеймс, под «так его» имея, конечно, в виду Малфоя. — Ловцом стал, да еще на первом курсе — мой сын, мой! — Значит, ты думаешь, это награда за нарушение правил? — услыхали тут они сердитый голос сзади их. Это Гермиона шагала вверх, неодобрительно глядя на сверток в руках Гарри. — Я-то думал, ты не разговариваешь с нами, — сказал Гарри. — И что ты будешь продолжать в этом же духе, — добавил Рон, — ведь это же идет нам на пользу. Гермиона проследовала прочь, высоко задрав нос. Гарри было очень трудно сосредоточиться на уроках в этот день. Мысли бродили где-то в спальне, где под кроватью лежала его новая метла, или устремлялись к его первому уроку квиддича этим вечером. Он проглотил ужин, не замечая, что он ест, и ринулся наверх по лестнице вместе с Роном — чтоб развернуть наконец Нимбус-2000. — Ещё бы! Помнится, у меня на втором курсе, когда в команду попал, тоже все мысли только об этом были. — Удивительно, Поттер: ты знаешь, что такое «мысли»? — Самое удивительное, это то, что тебя сделали профессором, Нюниус. — Джим! Сев! Хотя бы сейчас — не надо ссориться! Я продолжаю, хорошо? Вот, теперь этот мальчик по имени Оливер объясняет Гарри правила квиддича. Ну, я так думаю, их и так все тут знают? Все закивали, и Лили читала дальше: — Утром тридцать первого октября они проснулись от восхитительного запаха печеной тыквы в коридорах. К тому же и профессор Флитвик объявил на уроке Чар, что они начнут учиться тому, как поднимать предметы в воздух — то, о чем они все мечтали с тех пор, как он демонстрировал левитацию на жабе Невилла. Профессор Флитвик разбил класс на пары. Гарри оказался вместе с Шеймусом Финниганом — и ему очень повезло, потому что Невилл пытался перехватить его взгляд. А Рон оказался в паре с Гермионой Грейнджер. И было трудно сказать, кто больше злится по этому поводу: Рон или Гермиона. Она с ними не разговаривала с того дня, как Гарри получил метлу. — И не забудьте то изящное движение запястьем, которое мы отработали! — пропищал профессор Флитвик — как обычно взбираясь на свою кипу книг. — Рассечь воздух и взмахнуть, помните, вверх и вниз. И, конечно, очень важно правильно произносить слова: никогда не забывайте о волшебнике Баруффио, что сказал «с» вместо «ф» — и оказался придавлен к полу здоровенным быком. — Бедняга Баруффио… Не повезло ему, что он немного шепелявил. — Шеймус взмахивал палочкой с таким воодушевлением, что он поддел перо и поджег его — и Гарри пришлось тушить его шляпой. А Рону за соседним столом тоже не везло. — Вингардиум Левиоса! — вскричал он, размахивая длинными руками, словно крыльями мельницы. — Не так произносишь, — набросилась на него Гермиона. — Надо Вин-гар-диум Леви-о-са — и произносить «гар» нужно медленно и аккуратно. — Давай сама колдуй, раз такая умная. И Гермиона закатала рукава еë мантии, взмахнула палочкой и произнесла: — Вингардиум Левиоса! Их перо взлетело со стола и поднялось на четыре фута. — Молодчина! — закричал, апплодируя, профессор Флитвик. — Посмотрите все, у мисс Грейнджер получилось! До самого конца занятия Рон пребывал в чрезвычайно мрачном настроении. Наступило время перекусить. Больше всего таким временам радовался Рон. Вот эльфы всем подали чай с разными сандвичами и печеньем — бисквитным с шоколадом и песочным с малиновой мармеладной прослойкой. Поттеры же находились под впечатлением от жизни их сына у Дерсли и старались скормить ему побольше. — Кстати, пока пьем чай — глядя на вас, я тоже заварил, — сказал Эм, — я ведь обещал рассказать о других магических школах. Начну-ка я, пожалуй, со школы Шерхмагик. Та школа принимает юных волшебников из таких мест, как Южный Кавказ, Закавказье, Средняя Азия, Иран и Ирак, Афганистан, Турция, Израиль и Аравийский полуостров. Ее название —на одном из тюркских языков — значит «Магия Востока». Там пять факультетов — я забыл сейчас названия. Их символы — горный орёл в аналоге вашего Гриффиндора, верблюд в том, что… примерно как Хаффлпафф, конь — это будет нечто среднее между Гриффиндором и Рейвенкло… снежный барс у Рейвенкло с уклоном в Слизерин и горная коза — Гриффиндор с чертами Слизерина. Расположена где-то в горах Южного Кавказа. Для глаз магглов, это всего лишь ещё одна горная вершина — она их совсем не интересует, благодаря заклинаниям, конечно. Кстати, здешние волшебники говорят, что там учился тот самый Аладдин — и, что он не нашел, а изобрел Волшебную Лампу. И джинн из нее не вылезал — это иносказание — но это был очень мощный артефакт. Вот, а теперь допиваем чай и читаем дальше. — Как интересно, — улыбнулась Лили. — На ещё печенья, Гарри, милый. — Ну, всего-то три сандвича осталось, — вздохнул Рон. — Жалко — нельзя просто создать еду из воздуха. — Зато можно сделать так: Джеминио! И сандвичей на тарелке стало шесть. — Гермиона! — восхищённо воскликнул Рон. — Да ты волшебница! — И что, ты только сейчас это понял? — усмехнулась девочка. Все засмеялись. — Тогда я продолжу? — наконец сказала Лили. — Неудивительно, что ее никто не выносит, — говорил он Гарри, когда они пробирались через толпу в коридоре. — Она и в самом деле не подарок. Просто кошмар, если честно. А Гарри столкнулся с кем-то, смотря на Рона. И это оказалась Гермиона. Гарри бросил на нее взгляд — и с удивлением увидел, что она плачет. — Я думаю, она тебя слышала. — И чë? — сказал Рон с неловкостью. — Она ж должна была заметить, что у нее совсем нет друзей. Гермиона не приходила на следующий урок — и не показывалась целый день. Когда они спускались в Большой зал на празднование Хэллоуина — Гарри и Рон услышали, как Парвати Патиль говорит своей подружке Лаванде, что Гермиона плачет в женском туалете, просит, чтоб ее не трогали. Ай-яй-яй, Рон! — тут мама его лучшего друга покачала головой. — И ещё раз, извини за это, Гермиона, — потупился тот. — Ничего, — улыбнулась девочка, — всë это уже в прошлом. — Гарри накладывал в тарелку печеный картофель — когда в зал, запыхавшись, вбежал профессор Квиррелл в тюрбане набекрень — и с выражением ужаса на лице. Все наблюдали, как тот добежал до кресла Дамблдора — оперся на стол для учителей — и выпалил: — В подземелье… тролль… думал, надо вам сказать. И Квиррелл упал в обморок. Все разом зашумели. Дамблдору пришлось даже запустить несколько пурпурного цвета фейерверков, чтобы стало тихо. — Префекты! — Громко объявил тот. — Отведите учеников своих факультетов в спальни, сейчас же! — Merde! — выругался по-французски Эм. — В спальни, в спальни, у половины факультетов они располагаются как раз в подземельях! О чем же ваш директор вообще думал?! — Когда они протолкались сквозь толпу потерявшихся хаффлпаффцев — Гарри схватил Рона за руку. — Я тут подумал — Гермиона! — Что — Гермиона? — Она не знает про тролля! — А ПРОВЕРИТЬ — ВСЕ ЛИ В БОЛЬШОМ ЗАЛЕ — И ГДЕ ВСЕ ТЕ, КОГО НЕТ?! — не выдержал Эм. — Не это ли обязанности директора и, к слову, деканов? — Гермиона Грейнджер прижималась к противоположной стене, вид у нее был такой, как будто бы она сейчас упадет в обморок. Тролль приближался к ней, сшибая на ходу раковины. — Нам надо сбить его с толку! — сказал Гарри Рону и, схватив кран, метнул об стену со всех сил. Тролль остановился в нескольких футах от Гермионы. Глупо сощурившись, он обернулся поглядеть, что вызвало этот шум. Его маленькие глазки заметили Гарри. Он колебался — но двинулся к нему, поднимая дубину. — Эй, тупица! — завопил Рон с другого конца помещения — и бросил в тролля металлической трубой. Казалось, он не заметил трубу, что ударила его в плечо, но услышал этот оклик и остановился, поворачивая свое рыло к Рону и давая Гарри время обежать вокруг. — Ну давай же, беги! — закричал Гарри Гермионе, пытаясь тащить ее в сторону двери — но она не двигалась, все еще прижимаясь к стене и в ужасе открыв рот. Крики и эхо, видно, вывели тролля из себя. Он снова взревел и двинулся к Рону. Тот был ближе всех к нему — и не имел путей к отступлению. Тогда Гарри совершил очень смелый и очень глупый поступок: он разбежался, подрыгнул и ухватил тролля сзади за шею. Тролль не чувствовал, что Гарри повис на нем, но даже тролль заметит, если ему ткнуть в нос большую ветку — свою волшебную палочку Гарри сжал в кулаке — и когда он прыгнул, та попала прямо троллю в ноздрю. Взревев от боли — тот начал вертеться, размахивая дубиной, Гарри вцепился в него со всех сил: ведь в любой момент тролль мог сбросить его или огреть его своей дубиной. Гермиона в ужасе осела на пол; Рон выхватил свою волшебную палочку, и, не зная, что делать, крикнул первое пришедшее в голову заклятие: — Вингардиум Левиоса! Дубина внезапно выскользнула из лап тролля — и поднялась вверх, медленно перевернулась — после чего, рухнула с отвратительным хрустом — на голову своего хозяина. Тролль замер на месте и повалился вниз мордой — так, что вся комната дрогнула. Гарри встал на ноги, дрожа и задыхаясь. Рон неподвижно стоял, сжимая палочку и глядя на дело своих рук. — Уууффф… — с облегчением выдохнули родители Гарри. — В следующую же секунду — в туалет влетели профессор МакГонагалл, Снейп и Квиррелл. Квиррелл бросил взгляд на тролля, издал тихий всхлип и присел на унитаз, схватившись за сердце. — Он что, собрался делать это прям при всех нас? — поморщился Рон. — Снейп наклонился над троллем. А вот профессор МакГонагалл уставилась на Гарри и Рона. Гарри никогда не видел ее такой злой. Ее губы побелели. Надежда на пятьдесят баллов для Гриффиндора быстро таяла. — О чем вы только думали? — сказала профессор МакГонагалл — с холодным гневом в голосе. Гарри глянул на Рона, который стоял все так же неподвижно и сжал в руках волшебную палочку. — Вам просто повезло, что он вас не убил. Почему вы не в башне? Да, не лучше ли было сказать профессорам? — Мы боялись, что, пока все объясним, потеряем время. — Наш сын настоящий гриффиндорец. — К сожалению, вынужден согласиться в этом с Поттером — только полнейшие гриффиндорцы так глупо рискуют. — Прошу вас, профессор МакГонагалл: они искали меня! — Мисс Грейнджер! Гермиона смогла наконец-то встать. — Я сама пошла охотиться на тролля — потому что я… я подумала, что смогу с ним справиться, понимаете, я ведь все о них прочитала. И Рон выронил свою палочку. Гермиона Грейнджер отъявленно врëт учителю? — Если бы они не нашли меня, я бы уже погибла. Гарри ткнул ему в нос палочку, Рон ударил тролля его же собственной дубиной. У них не было времени кого-то позвать. Он уже добирался до меня, когда они появились. Гарри и Рон попытались сделать вид, что именно так все и было. — В таком случае, — сказала профессор МакГонагалл, поглядев на них. — Мисс Грейнджер, вы что, сошли с ума? И как же вы могли подумать, что справитесь с горным троллем? Гермиона опустила голову. Гарри не мог выговорить ни слова — Гермиона была последним человеком, который пошел бы против правил, но именно это она и сделала, или сделала вид, что сделала, чтоб избавить их от неприятностей. Это было примерно то же самое, как если б Снейп вдруг начал раздавать конфеты. — С удовольствием сразу же после этой главы угощу обоих Поттеров тортиком и конфетками. С ядом. — Северус! А в гостиной было людно и шумно. Все ели то, что им принесли из Большого Зала. Только Гермиона стояла возле дверей и ждала их; последовала неловкая пауза, потом, не глядя друг на друга, все трое сказали: «Спасибо» — и заторопились к столу. Но — с этих самых пор, Гермиона Грейнджер стала их другом. Есть такие вещи, пройдя через которые нельзя не сдружиться, и победить горного тролля двенадцати футов росту — одна из них. Всё. Уф, наконец-то — Гарри, так нельзя, мы с папой так переживали. — А я зато буду читать про квиддич! — обрадовался Джеймс, подглядев, что в следующей главе. — Ура!!!