Гарри Поттер и Семь Книг из Будущего

С утра Гермиона решила почитать ещë одну книжку — попросив ее доставить в место заключения пребывания, это же Гермиона. Когда все были уже готовы к основному чтению — она отложила еë в сторону со вздохом сожаления. Видно, в ней рассказывалось об Основателях: Гарри, взглянув мельком, успел увидеть строчку — «…родился 10 мая 923 года в селении Сэндривер, сегодня Годрикова Впадина, и был третьим сыном в семье Гриффиндор. Кроме него, в семье было ещё четыре сына и три дочери, и Годрик ещё в юности…» — Вчера мы читали главу про Хэллоуин, а сегодня же Хэллоуин у вас, — заметил между прочим Эм. — Ох, да уж, — вздохнул Наследник Рода Поттеров, — и в этот день мне не везёт. Начиная с годовалого возраста. Но этот раз, надеюсь, станет исключением. — Можно читать сразу про квиддич? — спросил его отец. — Все равно же здесь ничего более интересного нет. — Нужно читать все важное, Джеймс, — начала увещевать его жена. — Святые ёжики… Снейп, — прошептала Гермиона. — Это же я тогда — квиддич… мантия… огонь… он меня убьет. — Сезон квиддича начался. И в субботу у Гарри был первый матч, после недель тренировок: Гриффиндор — Слизерин. А Гриффиндор, если победит — то займëт второе место в Кубке факультетов. А я и не сомневаюсь, — Джеймс улыбнулся сыну, — у Поттеров квиддич в крови. Почти никто не видел, как играет Гарри, потому что Вуд решил, что он — как их тайное «оружие» — должен держаться в секрете. Но новость о том, что Поттер стал ловцом, всё же каким-то образом просочилась. Теперь Гарри не знал, кто хуже: те, кто говорили ему, что он будет замечательным игроком — или те, кто обещал бегать по полю с матрацем. Гарри повезло, что Гермиона стала его другом. Он не знал, как бы осилил всю домашнюю работу без неё, так как Вуд вечно устраивал тренировки внезапно. — Ах, так! — обиделась девочка. — Ты со мной, значит, дружишь только для того, чтоб я помогала с домашним заданием! — Не-не, Гермиона! Что ты! Это просто… приятный бонус. — Ну-ну. — Также — она дала ему почитать книгу «Квиддич Сквозь Века». Она оказалась очень интересной. Естественно, книга о квиддиче окажется интересной. Из неё Гарри узнал: в квиддиче существовало семьсот способов нарушить правила, а если точнее, их семьсот два — и все они произошли во время матча Чемпионата Мира в 1473; и что ловцы обычно были самыми мелкими и самыми быстрыми игроками, но это не всегда, важнее, как ты владеешь метлой и всякое прочее — в мое время за сборную Польши играл довольно крупный парень, на земле он был грузный, зато на метле как вихрь и очень внимателен, вмиг замечал снитч и летел к нему… так… что у нас дальше…и казалось, именно с ними происходили самые серьезные несчастные случаи — что, хотя люди редко погибали, играя в квиддич, бывало, что судьи исчезали, и через месяцы их находили в Сахаре. — Блин, Поттер, ну почему ты не судишь квиддич? — вздохнул Малфой. — Гермиона наколдовала яркий синий огонь — его можно было переносить в банке из-под варенья. Они повернулись спинами к огню и пытались согреться, как вдруг во двор вошёл Снейп. Гарри сразу увидел, что Снейп хромал. Гарри, Рон, и Гермиона пододвинулись друг к другу поближе, чтобы заслонить огонь, так как были уверены — разводить его запрещено. Увы, Снейп всë же заметил их виноватые лица — и захромал к ним. Он не видел огня, но, похоже, ему очень хотелось найти повод отчитать их. — Что это у вас там, Поттер? Это был «Квиддич Сквозь Века». Гарри показал ему книгу. — Библиотечные книги запрещено выносить из здания школы, — сказал Снейп. — Отдайте её мне. Пять очков с Гриффиндора. Чегооо? СНЕЙП!!! Ты сам на месте это правило выдумал! Нет и не было такого! Дальше они сидели в гостиной, и Гарри решил пойти к Ню… в общем, за книгой. Он спустился к преподавательской — и постучал. Но никто ему не ответил. Он постучал снова. Ничего. Может — Снейп оставил книгу внутри? Надо было попытаться. Он приоткрыл дверь и заглянул внутрь, и его взгляду предстала ужасная сцена. Снейп и Филч были внутри одни. — Чем они там занимались… вдвоём? — с намеком зашевелил бровями один из близнецов. — Если тем, что мы думаем, сцена действительно была ужасная. — Мистер Уизли! — Снейп держал мантию над коленом, одна его нога была искалечена и залита кровью. Филч протягивал ему бинт. — Проклятая тварь, — говорил Снейп. — Как можно одновременно уследить за всеми тремя головами? Нюнчик, ты чë, проникся нашими шалостями? И решил ночью полезть к этой милой собачке? Гарри тихо рассказал, что видел. — Знаете, что это означает? — закончил он, едва переводя дух. — Он попытался пройти мимо той трехголовой собаки в Хэллоуин! Вот куда он пошёл, когда мы его видели: он хочет добыть то, что пëс охраняет! И спорю на мою метлу, это он впустил тролля, чтобы отвлечь всех. — Ну что ж, Поттер-младший, мне жаль, но тот спор вы проиграли. Когда я могу забрать ваш Нимбус? — Никогда, Нюниус. Просто смирись. Следующим утром было очень ясно и холодно. Во всем Большом зале витал изумительный запах жареных сосисок, и весело болтали те, кто с нетерпением ждал хорошего матча по квиддичу. — Ты должен позавтракать. — Я ничего не хочу. — Ну хоть кусочек тоста, — уговаривала его Гермиона. — Я не хочу есть. Гарри чувствовал себя ужасно… Через час он уже должен был быть на поле. — Гарри, тебе нужно набираться сил, — сказал Шеймус Финниган. — На ловцов противники нападают больше всего. — Пасиб, Шеймус, — сказал Гарри, пока Шеймус поливал кетчупом сосиски. — Гарри! Надо поесть, — обеспокоилась за книжного сына Лили. — Я очень волновался, мам… А когда я нервничаю, аппетит пропадает. — Ох, сынок, в этом ты в меня пошëл, — вздохнула Лили. — Папин аппетит почти невозможно испортить. — Кстати, па при первой встрече назвал меня Сохатиком, почему? — А потому что в школе меня прозвали Сохатым, — ответил сам Джеймс, — ты мой сын, значит, Сохатик. — А-а-а… А за что прозвали? — Сынок, пока никому не говори, — тихо сказал Джеймс, — это знаем только мы с мамой, а теперь, будешь знать и ты… Я умею превращаться в оленя. — Оленя?! — Оленя, оленя… В большого, сильного, умного и красивого. — А главное — скромного, — улыбнулась мама. — Папа потом покажет тебе. Как сюрприз для Гарри, они нарисовали огромный плакат на простыне, которую обгрыз Короста. Он гласил: «Поттера в президенты». Дин отлично рисовал, он изобразил льва Гриффиндора под этой надписью. Затем Гермиона произнесла короткое хитрое заклятие — и надпись стала переливаться разными цветами. — Кто это такой вообще — президент? — поинтересовался Малфой. — Чтоб ты знал — это глава государства или какой-либо организации, компании у магглов, — кратко объяснил Гарри. — А ты всех так достал, Поттер, что тебе предлагали уйти из магического мира и стать главой маггловского чего-нибудь там? Хотя — ты, наверно, и магглов уже всех порядком достал. — Малфой, по себе судить нехорошо, — парировала Гермиона. — А ты вообще молчи, грязнокровка! — огрызнулся Драко. — Мистер Малфой! — Драко! Что это значит?! — Ты ответишь, Малфой! — Драко-Драко, — все будто видели, как Эм покачал головой. — Ты совершаешь ту же ошибку, что и многие до тебя. Как думаешь, например — почему мой отец, чистокровный в куче поколений… а Род наш ведёт начало с двенадцатого века, выбрал в жены мою маму — магглу? Да потому, что знал — мы слишком сильно породнились с остальнми волшебными семьями. Браки с магглорожденными и магглами — это способ обновить кровь, а то вылезут всякие болезни, проклятия и так далее, начнут рождаться сквибы… И в те времена, в старину, как раз таких и звали грязнокровками — у кого кровь была испорчена близкородственными связями. Так же как предатели крови — ведь не те, кто не гнушается общаться с магглами, а те, кто совершил серьезное по магическим законам преступление против их Рода. После всех этих вы-, раз- и объяснений Джеймс продолжал. — Матч судила Мадам Трюк, она стояла посреди поля и ждала с метлой в руке, пока соберутся обе команды. — Итак — я жду от всех вас вежливой и честной игры, — предупредила она, как только все собрались вокруг неё. Гарри казалось, что мадам Трюк говорит это по большей части капитану Слизерина, пятикурснику Маркусу Флинту. Честно и слизеринцы — взаимоисключающие понятия, это точно. — Чей бы гиппогриф ржал — вчетвером на одного, — пробурчал Снейп. — Какой-то он — даже для Снейпа очень мрачный, — подмигнул Джордж Фреду. — И пятнадцать мётел взмыли высоко-высоко в небо. Игра началась. — А кваффл мгновенно был перехвачен Анджелиной Джонсон из Гриффиндора, какая отличная охотница эта девушка, к тому же довольно привлекательная… — ДЖОРДАН! — Простите, профессор. Друг близнецов Уизли Ли Джордан под тщательным присмотром профессора МакГонагалл комментировал матч. — Она стремительно несëтся вперёд — точнейший пас Алисии Спиннет, кстати, она — отличная находка Оливера Вуда. В прошлом году она была в запасных… передача назад Джонсон… нет, кваффл у слизеринцев. Его перехватил капитан команды Маркус Флинт и летит прочь… Флинт словно орёл… сейчас забь… нет, ловким движением его останавливает вратарь Гриффиндора Оливер Вуд, о да, кваффл снова у Гриффиндора… вот он у охотницы Кэти Белл, она ловко обходит Флинта, поднимается над полем и… ОЙ, наверное, больно получить бладжером по затылку… Кваффл у Слизерина… это Эдриан Пьюси мчится к воротам, но его останавливает второй бладжер — и его послал Фред или Джордж Уизли — я не могу точно сказать, который. В любом случае — отлично играет отбивающий Гриффиндора, а кваффл снова в руках у Джонсон. Впереди еë никого нет, и вот она пользуется моментом… она летит… уклоняется от бладжера… вон кольца… давай, Анджелина… и вратарь Блетчли уходит в пике и мажет… ГРИФФИНДОР ЗАБИВАЕТ ГОЛ! УРРРРАААААА!!! Гарри увидел его. Охваченный волнением, он спикировал за золотым следом. Ловец Слизерина Теренс Хиггс тоже заметил его. Плечом к плечу они оба бросились к снитчу… Охотники будто забыли, что делать и попросту застыли в воздухе — следили, что происходит. Гарри был быстрее Хиггса, и уже видел небольшой мячик, с трепетавшими на лету крыльями, который стремительно нёсся вперёд… прибавил скорость… БАЦ! С трибун Гриффиндора слышался гневный рёв — Маркус Флинт нарочно врезался в Гарри, и его метла изменила курс, а Гарри вцепился в неё, чтобы не упасть.Это грубейшее нарушение! Мой сын мог пострадать! Только выйти бы, и я этого Флинта… Да я ему! — Джеймс показал воображаемому Флинту кулак. Это случилось, когда Гарри уклонился в очередной раз от бладжера, летевшего в опасной близости от его головы. Его метла внезапно накренилась. На долю секунды ему показалось: он падает. Он изо всех сил сжал метлу руками и меж коленями. Такого с ним ещë не было. Это повторилось. Такое ощущение, что метла пыталась сбросить его. Но ведь, «Нимбусы-2000»… не решали ни с того ни с сего скидывать своих наездников. Гарри попробовал повернуть к воротам Гриффиндора. У него возникла идея: он попросит Вуда, чтоб взял тайм-аут… но тут он понял, что его метла совершенно вышла из-под контроля. Он не смог её повернуть… Он вовсе не мог управлять ею. Она вихляла туда-сюда и то и дело совершала такие резкие движения, что Гарри чуть не падал… Что это, Мордред возьми, случилось с этой метлой?! — Не может быть, — ответил Хагрид, но его голос дрожал. — С метлой ничего не может случиться. Ежели только на неё не наложили мощное тёмное заклятие. Ребёнку не под силу будет заколдовать так «Нимбус-2000». Услышав эти слова, Гермиона схватила бинокль Хагрида. Но вместо того, чтоб смотреть на Гарри, она стала отчаянно всматриваться в толпу. — На что ты там смотришь? — застонал побледневший Рон. — Так и знала, — ахнула Гермиона, — это же Снейп… смотри. Рон взял бинокль. Снейп сидел посреди трибуны, расположенной напротив них. Его взгляд был сфокусирован на Гарри, и он без остановки бормотал под нос. — Он что-то делает… он заколдовывает метлу, — сказала Гермиона. СНЕЙП!!! — накинулся Джеймс на обидчика своего сына, с явным намерением порвать его на британский флаг — и Снейп получил фингал под глазом, а у Джеймса пошла носом кровь. — Папа… Снейп не виноват! — пытался убедить отца Гарри, пока мама лечила папин нос. — Это был другой… в конце книги об этом будет сказано. После приведения носа в порядок, чуть подуспокоившись, старший Поттер стал читать далее. — Гермиона пробралась к трибуне, где стоял Снейп, и теперь мчалась по ряду позади него; она даже не остановилась извиниться, когда задела профессора Квиррелла, и тот полетел головой вниз в ряд перед ним. И добежав до Снейпа, она присела, достала свою палочку — и прошептала заклинание. Ярко-голубое пламя вырвалось из палочки, охватив подол мантии Снейпа. — П-п-простите, профессор, — пискнула Гермиона и поскорее сползла под стол. — Снейпу понадобилось, может, секунд тридцать, чтобы понять, что он горит… Внезапный вскрик оповестил Гермиону, что она справилась с задачей. Собрав с него огонь, обратно в банку от варенья, которая была в еë кармане, она начала красться назад по ряду. Снейп точно не мог бы догадаться, что произошло. Этого было достаточно. Высоко в небе, Гарри внезапно удалось вскарабкаться на метлу. Уууууфффф. Но на этот раз, на Хэллоуин не повезло не Гарри, а зельевару. Мало того, что он получил — ни за что ни про что — в глаз от старшего Поттера, так ещё и… Вкус у поданного домовиками сока был какой-то не такой — и поэтому, Северус подозрительно отставил свой стакан в сторону. Но — было уже поздно… — Уизли, это какой-то дурдом! Вести научитесь себя за столом! Иначе я баллы сниму с вас опять, Десятка четыре, а может и пять, — даже и сам от самого себя не ожидая такого, продекламировал Снейп. — «С чего это… Снейп, и вдруг заговорил стихами?» — удивился Рон, но вслух он ничего не сказал. — Гарри на огромной скорости летел к земле, и толпа увидела, как он закрыл рукой рот, будто его тошнит… и он упал на поле на четвереньки… кашлянул… и ему в руку упало что-то золотое. — Я поймал снитч, — вопил Гарри, махая им над головой — и игра закончилась в полной неразберихе. — Не поймал, а чуть не проглотил, — всё ещё выл Флинт двадцать минут спустя, но Гарри не нарушил никаких правил — и Ли Джордан всë продолжал радостно выкрикивать результат матча: победа была у Гриффиндора. Сто семьдесят — шестьдесят. МО-ЛО-ДЕЦ! МО-ЛО-ДЕЦ! – стал скандировать Джеймс, вскочил со стула, приплясывал от радости за сына, что он поймал свой первый снитч и не пострадал из-за Снейпа — или кого бы то ни было. — В Хогвартсе — естественно — каждый точно знает: Вечно в неприятности Поттер попадает! Нарушает правила, ходит по ночам, Он меня достал уже, так скажу я вам! — опять тем временем заговорил стихами зельевор зельевар. И тут близнецы обменялись задорными улыбками и дали друг другу «пять». — Экспериментальное зелье действует, Фордж, — шепнул один. — И действует прекрасно, Дред, — столь же тихо ответил другой. Что-то щёлкнуло — и волосы Северуса, а также и его знаменитые брови, стали цвета изумрудов, и заколосились под знаком Луны встали дыбом. — Скажи-ка мне, милый ребенок, — уже в прозе обратился к Гарри Северус, — в каком ухе у меня жужжит? — В левом? — решился Поттер-младший ответить наугад. — А вот и не угадал — у меня жужжит в обоих ухах! — сам же и ответил на свой вопрос декан Слизерина, а затем вдруг опустился на колени перед креслом и изрёк следующее: — Лиличка — ну почему же ты так легко решила уйти? Я же ляпнул, не подумав! Знай, хотя твоя любовь ко мне ушла, но моя к тебе будет длиться вечно! — Запиши, Дред: галлюцинации, бред. О, в рифму… стой, я точно его щас не пил? — Северус, как ты мог перепутать меня с креслом?! — возмутилась Лили. — You may be the only love I had ever known, And it’s got to last forever… — затянул Снейп, абсолютно не попадая в ноты. — Хм, похоже на заклинание Распеватус Вокалиус, — задумчиво сказал Джеймс. — Ха-ха-ха, что у вас там происходит? — развеселился Эм. — Ничего, — близнецы и мистер Поттер-старший построили невинные глазки. — «Мне нравятся эти ребята!» — думал присутствующий здесь представитель Мародеров. — «Да и Нюниус мне таким нравится гораздо больше.» А Минерва тем временем наколдовала Снейпу кляп — и Джеймс наконец смог закончить читать: — Я легко могу узнать заклятье, Хагрид, я о них прочитала! Нужен непрерывный зрительный контакт, и Снейп ни разу не моргнул, я его сама видела! — Да говорю ж я вам — вы не правы! — вспылил Хагрид. — Не знаю, чего метла Гарри так себя повела. Но Снейп бы не стал пытаться убить ученика! Вы трое, послушайте-ка… вы суете нос не в свои дела. Это очень опасно. Забудьте и про собаку, и про то, что она охраняет… Это личное дело у профессора Дамблдора с Николасом Фламелем… — Агааа! — сказал Гарри. — Тут замешан некто по имени Николас Фламель. Хагрид явно сильно разозлился сам на себя. Ммда. Конец. Дальше читает моя любимая супруга. — Сперва приведи в порядок Северуса! — Но это не я! — А кто же? — Не знаю. Но — думаю, действие этого зелья — или чем его там заколдовали — долго не продлится.