som nam bul

Когда кончаются всякие премии и выступления для потехи, Чунмён думает, что жить станет немногим проще. Но у Бэкхёна губы пахнут черешней, вместе с каким-то мятным оттенком, пытающимся скрыть перегар. У них очередная встреча на ковре, где мемберы умудряются и опоздать, и пошуметь, и заставить поднапрячься. Правда, напрягает потом информация, а не чужое поведение. Мартовский (перетекающий в апрель и май) концерт всей группы переносят на неопределенный срок, вместо него подсовывая концерт подгруппы. Троица сначала возмущается, а потом как-то успокаивается, словно им все равно, в каком составе впахивать. Зато не всё равно остальным, которые рассчитывали на грандиозную тусовку всем составом. Исин от такой новости ругается недовольным китайским матом, заставляя Чунмёна впервые за день расслабиться. Мемберы заваливаются в общежитие, чтобы возмущения свои продолжить, а Ким остается в подъезде, разговаривая с китайцем. Он и так весь в работе, умудрился перекинуть огромный кусок собственного расписания так, чтобы между концертами и делами в поднебесной он успел хотя бы три часа поспать, а теперь это всё превратилось в "неопределенный срок". — Ощущение, что компания пытается выставить меня китайским предателем еще больше, — стонет Исин, а Чунмён садится на ступеньки, прекрасно зная, что потом останется пыльный след на заднице, — а парни что? — Злятся, но ничего сделать не могут, — признается он, — а я ничего не могу сделать с ними, чтобы не выделывались в лишний раз. — Расслабиться он хотел после нового года, — смеется Чжан, перекидываясь с кем-то и китайскими словечками, — забей. Кого загрузят работой, те будут стараться. Кто останется, вряд ли будет вообще где-то появляться. — А т... — Прости, мне нужно бежать, — мурлычет он, заставляя Чунмёна как-то печально усмехнуться. Исин всегда сбегает, стоит поинтересоваться его жизнью. Они прощаются, а Ким возвращается к ребятам. Те о чем-то оживленно спорят, окружая Чондэ. — Что у вас тут? — Мне дали соло, — улыбается Чондэ, что получается как-то виновато и недовольно, потому что ему сейчас ни соло нахрен не сдалось, ни этот концерт, ни что-то еще. У него появилась прекрасная тайна, которой он бы с радостью посвятил часть своего времени, которое планировал. Но остается только соло и концертные туры, — сказали выбрать жанр, вот, советуют. — А что ты хочешь? — Сдох...ну...может баллады? У меня неплохо с ними получается. Парни начинают обсуждать это предложение, а Чунмён ловит Бэкхёна за руку и слегка отводит от других. Тот сжимает губы в тонкую полоску, ищет, что сказать, а потом вымученно улыбается и ничего не говорит. Разговор о чужом соло и концертном туре подгруппы потом сходит на нет, кто-то даже уезжает домой, а Бэкхён выглядит совершенно нормально. Нормально, пока Чондэ, лениво зевая, не уходит от них. Бён подсаживается к Чунмёну на стул рядом, подтягивает ноги к груди и тихо скулит. — Завидуешь? — Я всегда сравниваю нас двоих, желая, что если первым во всем буду не я, то хотя бы Кёнсу. А теперь, это всё же не я, и не Кёнсу даже, — получается как-то едко, даже когда он такое не имеет в виду, — прости за утро. — У всех бывает плохое начало дня. Тем более, после ночных тусовочек. А вот зависть - на тебя не похоже. — Я не успел по вам всем соскучиться, чтобы ничего такого не было. У Бэкхёна высокий уровень лени, если уж честно. Он бы забился в норку и сидел там, лишь бы никто его не трогал. Он кажется трудолюбивым, но на деле он просто хочет быть лучшим. И всё, что он делает, происходит из-за этого желания. Сейчас Чондэ на шаг лучше него, так что Бён может сложить ручки и делать всё еле-еле. Чунмён мягко его обнимает и улыбается, надеясь, что концерт пройдет хорошо. _________________________________ Чунмён усаживается на диван так, словно вьет себе гнездо. Бэкхён рассыпает лед по полу, частично попадая в желанные стаканы. Этого Ким не видит, но прекрасно слышит. Он щурится, пытаясь вглядеться в телевизор, чтобы найти нужный им фильм. У Бёна дома...как дома. Хорошо и уютно. И с Бэкхёном хорошо и уютно. Он ставит стаканы по пол рядом с диваном, а сам подсаживается к Чунмёну, почти мурлыча от удовольствия. — Ты выкинул телефон нахрен? — уточняет Бён. Чунмён достает вставленный в угол дивана телефон и показывает, что тот выключен. Бэкхён кивает, как бы хваля за сделанное. — У нас выходной, так что я легко иду у тебя на поводу, — Бэкхён улыбается, подтягивается ближе и целует Кима в линию челюсти как раз в тот момент, когда тот пытается включить фильм, — так, что это? — Крошечная попытка соблазнения, — он мурлычет это, продолжая целовать чужую кожу, спускаясь к шее, а потом прижимается близко, почти елейно. — Да я в курсе, — скромные поцелуи в челюсть всегда приводят к чему-то нескромному. Чунмён ставит на паузу еще до того, как появляется логотип популярной киностудии, обнимает Бэкхёна, притягивая к себе, чтобы целоваться нормально. — Обожаю такие моменты, — смеется он, заваливая Чунмёна на спину, а потом забирается сверху на чужой пояс и хитро улыбается. Соблазнитель, который даже не скрывает своих намерений. — Быть сверху? — Быть с тобой, — звучит признанием в любви, не меньше. Черт, а они так давно вместе, что уже и без признаний. — Я люблю тебя. — Больше, — Бэкхён наклоняется, чтобы украсть очередной поцелуй. Они вместе. Сейчас это похоже на любовь. Как бы тяжело не было до. И не будет потом. Идеально. ____________________________________ Минсок недовольно запивает манную кашу горьким кофе и так же недовольно смотрит на то, как Бэкхён кокетливо шепчет Чунмёну всякие мелочи. Рассказывает какие-то локальные приколы, случившиеся на репетиции, время от времени бросая что-то о том, как лидера не хватает в таких моментах. Кимы встречаются взглядами, словно переговариваясь, а потом Бэкхён поворачивается к Минсоку и показательно дразнится. — Вы настолько хреново шифруетесь, что странно, что это не вызывает вопросы. — Ну Чондэ же никто не поймал, а тут могут даже не задуматься. Отшутимся, как Тэмин с Чонином. — Тэмин с Чонином не сосутся на каждом углу, — заходит в кухню Чондэ, отправляясь к холодильнику, — а вот на свадьбу я твой длинный язык не позову. — Когда, кстати? — До сольника нельзя, потому что подпортятся продажи. До концерта - тем более, — перечисляет Ким, наливая себе сок. Так себе завтрак. Они втроем знатно сбросили всё набранное за отдых, но Чондэ кажется осунувшимся явно не из-за диет, — когда будет время, тогда и оформимся. Проблема в том, что из-за железных рук компании, я в конечном итоге будут рассказывать фанатам не о том, что у меня появилась девушка, а о том, что у меня уже десять лет жена и трое детей. — А пойти против системы ты не думал? — осторожно спрашивает Чунмён, на что Бэкхён с Минсоком показательно фыркают. Минсок предлагает Чондэ ложечку каши, но тот хмурится, не имея сил ничего нормального съесть из-за своих переживаний. — Они прямым текстом сказали, что выкинут меня, если я буду залупаться. — Вы три года вместе, можно было и поблажку сделать. — Вы тоже дохрена вместе, что-то не лезете в лишний раз, — получается немного агрессивно, отчего сам Чондэ даже теряется, а потом виновато смотрит и одними губами извиняется. Бэкхён показывает ему средний палец, а Чунмён кивает, принимая чужие чувства, — что-то я сравнил башню с избой. — Самое смешное, что стоит всплыть чьим-нибудь отношениям, как все вокруг сразу же начнут жалеть Чунмёна, — усмехается Минсок, — хотя, казалось бы, его ли тут жалеть. — Это что-то вроде того, что люди думают, что я пытаюсь держать вас на плаву, когда вы всё топите. Если честно, то я просто жду, когда я перестану получать за вас и смогу пинать херы. — Заметь, подготовка к концерту у нас, а ты встаешь вместе с нами в одно время, — Бэкхён нежно поглаживает его по плечу в этот момент, — разве это не доказательство, что ты лучший лидер? Я бы тоже тебе сопереживал, если бы хотел кого-то поненавидеть показательно. ______________________________ Концертный тур ребята проводят идеально, немного даже лучше, чем всегда до этого. Только Бэкхён ноет каждый день, словно отходя от улыбок во время концертов, о том, как он устал и хочет отдохнуть. Чондэ искренне просит хотя бы заткнуть этого парня, а Чунмён даже солидарен с ним, потому что никто не вкалывает так сильно, как вкалывает в эти месяца Чондэ. А в последний концертный день присылает фотку, где Бэкхён с Минсоком обнимаются за кулисами и ревут. Выглядит излишне мило. Излишне мило выглядит и Бэкхён, который забирается по ночам Чунмёну под бок, своими холодными ногами опираясь о ноги Кима, и скулит. Сил нет ни на что. От его губ пахнет колой, потому что новый бальзам для губ появляется в его кармане. Чунмён мягко обнимает его за плечи и целует в макушку. — Что опять? — Я устал, — признается он, — мне не хватает тебя, а так же сил перестать завидовать Чондэ. — Подожди окончание тура, компания даст ему рассказать про девушку, его будут все ненавидеть, а тебе нечему будет завидовать, — язвит Чунмён, за что получает тычок под бок. Ким недовольно стонет, пока Бэкхён нервно крутится, желая уйти. Чунмён ловит его поперек живота и притягивает обратно. Совершенно неудобно, но Бэкхён больше не вырывается. Тихо сипит носом, но молчит. — На такое должен обижаться Чондэ, а не ты. — Ты же знаешь, как я отношусь к этому всему. — И что, будешь завидовать, что его покрывают ненавистью? — Честно, ты же искренне хочешь сделать так, чтобы его не ненавидели? — усмехается Бён. Чунмён целует его плечо, а второй рукой мягко гладит по голове, словно кота, которому недавно что-то отвратное скормили, а теперь пытаются оправдаться. — Я хочу защитить от ненависти каждого из вас. — Поседеешь быстрее. — Я и так поседею быстрее. __________________________ Компания предлагает Бэкхёну сольный альбом, словно в насмешку всем его переживаниям. В насмешку всему они дают небольшое шоу для Минсока, переносят концерт группы еще на дальние даты, а Чондэ берут под контроль сильнее, чем когда-то еще. Чунмён наблюдает за тем, как эта ядерная смесь пытается не взорваться, но прекрасно понимает, что это вопрос времени. У Бэкхёна появляется легкий флер занятости, а У Чондэ еще большее желание просто уйти. Бэкхён на нервной почве психует и невольно ругается с мемберами, больше случайно, да и так, что сразу же можно извиниться и забыть. Зато не забывает Чондэ. Возбуждается с легкого конфликта в самый настоящий, что между ними чуть ли не до драки доходит. До драки, которую никто не спешит остановить, поэтому приходится останавливать Чунмёну. Получить случайно локтем по груди, едва ли не задохнуться, но развести их. И позволить Чондэ с психами уйти. Ситуация накаляется, когда в шоу Минсока обязательно должны прийти мемберы. До съемок Чунмёну хочется умереть от волнения, от Бэкхёна, который ходит тихим псом тихо за ним, от того, что мемберы могут случайно обсосать эту тему. Но Чондэ осторожно подходит к каждому, скромно извиняется, а с Бэкхёном они так вообще обнимаются после этого. Всё проходит достаточно хорошо, а после съемок они зависают у Минсока дома, разговаривая о разной ерунде. О планах, о том, как они устали от собственной компании, о соло Бэкхёна и о армии. Кёнсу делится тем, что проще сбежать на службу, чем теперь пытаться плясать. Из-за Чондэ их теперь всех излишне контролируют, а из-за своих собственных приколюх лишают нормальной работы. Бэкхён сидит рядом с Чунмёном, почти засыпает от усталости, но продолжает сжимать пальцы своего парня. — По сути, если мы с Кёнсу уйдем, у Чунмёна будет меньше проблем, — смеется Минсок. Чунмён лениво улыбается, стараясь сидеть ровно, чтобы Бэкхён мог положить свою голову ему на плечо. — Ну, мои проблемы явно останутся со мной, — замечает он, головой кивая в сторону Бёна. Тот возмущенно моргает, но ничего не делает, всё же роняя голову на чужое плечо. — Чондэ и Бэкхён тут еще надолго, — усмехается Кёнсу, на что Чондэ закатывает глаза и показывает ему средний палец, где Чунмён впервые отмечает, насколько Чондэ и Бэкхён похожи по поведению, когда в компании. — Звучит так, словно все проблемы из-за хвс, — не может не пошутить Минсок. — Ага, где х это Ксанёль. — Я слышу, между прочим, — Чанёль кидает в Чунмёна фантик от какой-то конфеты, но попадает в засыпающего Бэкхёна. Он открывает глаза и смотрит на Пака недовольно, а потом улыбается и снова пытается устроиться удобненько. — Для этого и говорю, — дразнится Чунмён. — Признай, главная проблема всё равно Бэкхён, — вышеупомянутый всё же садится нормально и смотрит на Минсока, который посмел такое предположить. Чунмён его гладит по голове, словно кошечку. — На самом деле, если бы не было других отвлекающих факторов, то он бы только и делал, что тихонько ошивался рядом, иногда играя в игры. — Во всех видах свх я твой фаворит, — мурлычет Бэкхён, заставляя ребят посмеяться. Они так давно вместе. Все. И Чунмён даже не против быть с ними столько же. Не против быть инициатором для таких ребят, как те же самые свх, которые не любят в лишний раз напрягаться. Любит он их так сильно. Но, наверное, Бэкхёна всё еще больше.