Аллея слёз

      Квартира Сергея была повторно обшарена сверху донизу. Ничего нового, само собой, обнаружено не было. В общем-то, Георгий и не ждал другого результата. Но чего-то он явно пытался добиться, иначе не стал бы наравне с парнями рыться в грудах вещей и ящиках бесчисленных письменных столов.       На деле старый гангстер просто пытался чем-нибудь занять руки. Так ему было проще думать.       Под столом нашли фартук — это факт. Такой же носил Мясник — это тоже факт. Неужели Сергей уже побывал тут? Быть того не может… Георгий установил за мужем своей покойной сестрёнки такую слежку, что он даже не мог лечь спать, не находясь в обществе трёх шпионов. Кроме того, разведка доносила, что Дворовый-старший целыми днями торчит в пригороде Омска, не высовывая нос из своей студии, в которой вместе с ним жил ближайший его «цепной пёс» — Потрошитель. Кстати, такое жуткое прозвище он получил вопреки ассоциациям. Просто Потрошитель раньше был таксидермистом. Вот и приклеилось к нему… Кстати, одним из «шедевров» Потрошителя было чучело Шефа в натуральный рост, сшитое из лисьих шкурок.       — Ничего нет, дядя, — отрапортовал Сила, подходя к застывшему посреди коридора Георгию. — Дядя?       — А?! Да… отлично.       — Что же тут отличного?       — То, что моё предположение верно.       — Дядя! — взорвался Сила. — Хватит говорить загадками!       — Сергея тут не было даже близко.       — В смысле?       — Видишь ли, твой отец был не слишком осторожен по части конспирации. Он оставил бы явные следы на поверхности. А если их нет, тут действовал кто-то другой.       — А фартук Мясника?       — Вряд ли он может служить уликой. Такой носит каждый третий «работник ножа и топора» мясокомбината.       — И?       — Следовательно, тот, кто тут был, грубо попытался сымитировать следы шайки Сергея.       — И?       — А значит, мы можем легко узнать, кто.       — Как?       — Видишь ли, племянничек, тех, кто занимается подобным промыслом, на весь Омск пара-тройка, и у каждого свой почерк. И что ещё более важно — я лично знаю всех.       — Георгий Владимирович, — подал голос выходящий из кабинета Дружок, — есть способ вдвое проще.       — Какой же?       Вместо ответа Дружок показал старому гангстеру блестящий от смазки револьвер воронёной стали, который он нашёл в ящике письменного стола Сергея. На его рукоятке было вырезано «Косте на совершеннолетие от отца».       — И что это доказывает?       — Смазка, Георгий Владимирович… Смазка совсем свежая.       — То бишь… — гангстер подскочил, но невысоко — возраст есть возраст. — Тут кто-то не так давно был!       — Да. Кто-то, не знающий, что Кости уже шесть лет нет в живых… — добавил Сила.       — А вся шайка Сергея давно в курсе!       Все трое поражённо уставились на револьвер.       — Значит, мы можем установить, кто его сюда положил.       — Как?       — Очень просто, — Дружок зажал револьвер подмышкой и натянул кожаные перчатки. — Я пять лет прослужил в отряде Лейтенанта оружейником. Любое оружие может рассказать о своём хозяине сколь угодно много… Надо только уметь его понять.       — И что же ты видишь?       — Ну… Владелец достаточно небрежен, но с боевым оружием обращается бережно, потому как стоит оно недёшево и раздобыть его сложно. Так… На смазке для оружия он не экономит, на патронах — тем более. Он явно знает цену ошибки, что позволяет нам сделать вывод о том, что однажды ему пришлось поплатиться за ржавый патрон или осечку.       — Да откуда ты всё это знаешь? — не выдержал Георгий.       — Очень просто… Качественная смазка — раз. Такая стоит недёшево, найти её не так уж просто, так что хозяин явно позаботился о том, чтобы в его револьвере ничего не заклинивало и не щёлкало. Ни одного ржавого патрона, хотя револьверу ни разу не пришлось побывать в бою. Это видно по некоторым вторичным признакам. Значит, оружие пережило хозяина, который готовился к жизни гангстера, но фортуна не дала ему такого шанса. Можно было бы предположить, что хозяин собирался построить карьеру в области правоохранения, но в таком случае он получил бы штатский ИЖ-70 вместо этой страхолюдины. Кроме того, хозяин боялся нападения. Видите, каким слоем пыли почти весь револьвер, кроме пускового крючка? Пусковой крючок слишком часто переключали, хотя револьверу, повторюсь, так и не довелось выстрелить хотя бы раз.       — Следовательно?.. — Сила так и не мог понять, куда клонит его брат.       — Следовательно, мы можем установить некоторые черты характера владельца. А зная их, нетрудно будет найти самого владельца… Особенно учитывая, что он был приближён к Сергею или Косте.       — С чего ты взял?       — С того, башка твоя дубовая, — это Дружок сказал с чисто братским подколом, — что револьвер подписан. Тем более, что тут подпись Сергея… А уж её фиг подделаешь.       — А откуда…       — Спёр пару-тройку бумаг из его архива.       — Воришка мелкий… — усмехнулся Сила.       — Куда деваться… Раз попал в Ад, будь в ладу с Дьяволом. Ну, а я помимо воли оказался в среде гангстеров.       — Помимо воли? — Георгий заметно развеселился. — Лёгкой жизни захотелось, «солдатик»?       — Георгий Владимирович, можно без этого? — поморщился Дружок. — Я не из тех, кто гонится за деньгами.       — Но всё же ты влез в нашу жизнь с головой.       — Пришлось. Потому как не успел я вернуться с фронта, как меня захватил водоворот событий.       — Водоворот? Ну-ну… И какой же?       — Такой… Кто-то воровал мои письма и подделывал их, потом и вовсе прислал похоронку. И я не намерен так этого оставлять.       — И что ты можешь изменить? Теперь, когда прошло пять лет?       — Я всё равно намерен разобраться.       — Твоё дело… Впрочем, не откажись поделиться — как же ты намерен разобраться и отомстить?       — Пока что никак. Но кое-какие зацепки есть… Я имею связи, так что расследование идёт. Не полным ходом, но ползёт потихоньку.       — Связи?       — Связи, — с нажимом повторил Дружок.       — Ладно… — протянул Георгий. — Дружок Павлович, думаю, я могу вам помочь.       — Вы? Но как?       — Я, знаете ли, тоже кое-что могу. У меня есть шайка, я ещё не стар, так что могу внести свою лепту.