Аллея слёз

      Георгий расхаживал туда-сюда по рабочему кабинету в Омске. Он решил подождать новостей здесь. Так будет спокойнее и ему, и его племяннику. Но, чёрт подери, как же он проморгал подставу! Омск оказался крайне неприветливым городом. Тут нашлось место для засады каких-то падл…       Возле двери караулили двое охранников спецуры. Они вроде бы должны были «не пущать супостата», но на деле спецназовцам приказали не выпускать Георгия из кабинета. Кто их туда поставил — непонятно. Но выяснять это у Георгия не было никакого желания. Тем более, что спецназовцы держали навесу автоматы. Они явно имели приказ в случае чего стрелять на поражение. В кабинет допускалась только секретарша. Вот и сейчас дверь приоткрылась. Вошедшая девушка лет двадцати восьми внесла кружечку кофе со сливками и сахаром. Давидов пребывал в плохом настроении, которое нуждалось в стимуляторе.       — Благодарю. Свободны, Кристина.       Девушка откланялась. Спецура выпустила её наружу. Георгий отхлебнул из чашки. Что же делать… Он попал в ловушку и не может вырваться. Конечно, в кобуре у него лежит его верный «Викинг», но особо на него рассчитывать не стоит. Отбиться от спецуры один он не сможет. Телефон и рацию у него отрезали. Наружу не выпускают. То есть с племянником связаться не получится…       В кабинет просунулась голова в шлеме с опущенным стеклом.       — Там пришёл невесть кто. Просить?       — Просить, — сухо ответил Георгий.       К его вящему удивлению вошёл Мухтар.       — Георгий Владимирович?       — Ловчий? Вы-то что тут забыли?       — Я от… — косой взгляд в сторону спецуры. — От Марины.       Георгий мигом успокоился. «От Марины» — оговорённый с его племянником пароль.       — Чего там у неё под Казанью?       — Бык сдох. Как — непонятно. Труп в поле нашли с пробитым черепом.       «То есть всплыло что-то о Анне», — перевёл про себя Георгий.       — И что?       — Ждут, когда корова отелится.       «Блин!».       — А если?..       — Я не хочу даже об этом думать. Но Марина передала, что ей понадобится любая помощь.       — Я не имею права выезда.       Мухтар задумался.       — И что? Денег хоть передадите?       Георгий достал кредитную карточку и протянул её Ловчему, попутно прилепив к ней стикер и написав пин-код и пару строк: «2236. Я в ловушке. Похоже, Ловец добрался и сюда! Голиаф». Оставалось только надеяться, что его племянник поймёт намёк.       Мухтар положил карточку к себе в карман и поспешно ушёл. Спецура даже не стала его обыскивать.       — Вот и отлично… — пробормотал Георгий, снова прикладываясь к кофе. Настроение у него мигом поднялось в плюс. Теперь есть шанс, что помощь придёт.

***

      Сила нервно бросил недокуренную сигарету в пепельницу и плюнул себе под ноги. Мухтар опять задерживается! На кого он там нарвался?!       Только черта помяни! Мухтар буквально влетел в кабинет, на ходу выплёвывая изо рта смятую позавчерашнюю газету. Отдышавшись, сыщик единым духом выпалил:       — Кранты! Георгию Владимировичу всю связь отрезали!       — Вот блин! Что делать будем?       — Надо бы Анатолия припрячь… Но вот только я ему должен.       — Сколько?       — Семьдесят пять штук… — смущённо сказал детектив.       Сила накрыл лапой глаза:       — И где мы столько возьмём?       Мухтар хлопнул на стол кредитку.       — Вот оно как… Где взял?       — Георгий Владимирович дал. Он, короче, в полном отчаянии.       — Отчаянии?       — Ну дак…       Сила приподнял руку — Чапай думать будет. Ситуация складывается действительно непростая. Георгия надо выдёргивать как можно скорее, иначе с ним можно попрощаться. Но вот сил у них не хватит — спецура своё дело знает великолепно. К тому же у них автоматы, баррикады, импровизированные ДОТы… Прорываться будет крайне сложно. Даже если подключить «голубые береты», сил не хватит. Тем более, что брать спецуру надо не числом, а хитростью. Атака в лоб ни к чему хорошему не приведёт. Тыл и фланги прекрасно защищены. Значит, неплохо бы напасть сверху, либо…       Раздался цокот каблуков, и в кабинет кошачьей тягучей походкой вошла Карина. Полдня она вела разведку. Но результаты оказались почти нулевыми — спецура оказалась просто непрошибаемой. Девушка пустила в ход все свои козыри, даже заманила молодого охранника в ресторан и напоила до состояния овоща. Но и тот, напившись, говорить ничего не стал. У охранника оказалась стойкость к алкоголю в лучших традициях Карины. Так что остаток дня девушка проторчала в казино, добросовестно спустив все имеющиеся деньги в рулетку. Результат тут оказался чуть-чуть получше. Внеся в игру пятнадцать тысяч, она выиграла сорок. В целом такая поддержка оказалась весьма кстати, хотя в деньгах нужды не было.       — М-да, — протянул Мухтар, выслушав краткий отчёт Карины. — Дела…       Вместо ответа Карина достала внушительный шоколадный батончик, очистила его от обёртки и принялась грызть. Кажется, девушка была крайне не в духе.       — Может, хватит трескать? — недовольно спросил Ловчий, косясь на рельефный карман платья Карины. Она явно не теряла времени после казино и обчистила от шоколадок все ближайшие магазины. Чувства меры у девушки не было никакого.       — Я ещё и не начинала, — буркнула Карина, шурша обёрткой.       — Я вижу… У тебя вся моська в шоколаде.       Карина спешно выудила пудреницу, раскрыла её и мигом помрачнела, увидев своё отражение.       — Я в дисперсии, — отрезала девушка. — Тьфу ты… депрессии! Коньяк…       Мухтар усмехнулся, достал из-за уха карандаш и сделал пометку в лежащем на коленях блокноте.       — Три-один… Ладно, шутки в сторону. Значит, результата почти что и нет?       — Типа того… — Карина закинула остаток шоколадки в рот и потянулась за следующей. Сыщик перехватил запястье девушки и сухо сказал, отодвинув её руку в сторону:       — Хватит. Диабет будет.       — Диабет сдохнет, увидев меня, — Карина рассмеялась, обдав Мухтара запахом коньяка и шоколада. Алкоголь таки начал действовать. Сыщик довольно бесцеремонно взял девушку за талию и отнёс её в соседний зал, где стоял диван.       Сила остался наедине со своими мрачными мыслями. Георгия надо срочно вытаскивать… Но вот как? И кто смог его обложить? Судя по тому, что сказал Мухтар — спецура. Но полиция не действует настолько радикально. Да и у Георгия есть алиби на все случаи жизни. Нет, тут что-то не то…       Мухтар вернулся.       — Карина налакалась и дрыхнет, — пробурчал он, доставая из-под шляпы полулитровую бутылку «Царской» и делая несколько больших глотков. — Буш?       — Нет. Не пью.       — Жены испугался? — съехидничал Мухтар.       — Просто не хочу доставлять Розе неприятных минут.       — А я думал, что она при тебе разок двести кг потянула…       Сила мигом вскипел, но сдержался.       — Ни фига.       Мухтар достал сигарету, щелчком закинул её в рот и щёлкнул зажигалкой.       — Ну-ну… Ладно, к делу. Разведку мы потеряли часов на двенадцать минимум.       — А ты не пробовал с ней потолковать, чтобы не пила столько?       — Толковал. Даже вздул разок — безрезультатно.       — Это ещё вопрос, кто кого вздул, — ехидно заметил Сила. — У неё чёрный пояс по самбо. Карина как-то у меня на глазах отправила в полный аут четверых мужиков.       Настала очередь вскипеть Мухтару. Казалось, что из ушей сыщика вот-вот повалит дым. Тихо матернувшись, детектив выплюнул сигарету, отставил водку и пробурчал:       — Ну, допустим, она меня отлупила. И что дальше?       — И то… Что делать будем?       — В смысле?       — На коромысле! Дядю надо выуживать!       — Надо. Но сил у нас не хватит. Но мы можем расследовать кое-что.       — Что?       — Пудреница твоей сестрёнки… Кто мог положить туда пули?       — Кто угодно. Но вообще говоря, есть у меня мысль.       — Какая?       — Пошли обыщем комнату Анны.       Комната девочки была маленькой, но очень удобной. Почти всю правую стену занимала старинная кровать с балдахином, заправленная тяжёлым стёганым одеялом. Дальше стоял одёжный шкаф. В нём висело несколько сложных платьев. Все они выглядели абсолютно новыми. И действительно, опытный глаз сыщика мигом определил, что ни одно из этих платьев ни разу не надевали. Видимо, роль они играли чисто декоративную. Далее — несколько сарафанов, но уже поношенных. Переборов естественное отвращение, Мухтар открыл нижний шкаф и принялся, брезгливо морщась, рыться в подростковых кофтах и юбках.       — Ага! — торжествующе крикнул он, вытащив охотничий нож в сером чехле. Последний сразу же отправился в сторону. Нож был выкован из дамасской стали высшего сорта. На лезвии были грязно-розовые разводы, под которыми была видна маленькая, но очень чёткая надпись «Пума».       — Ножам редко дают имена… Это памятный для кого-то нож. Кроме того, им кого-то зарезали.       — Уверен? Можем, им мясо резали?       — Собачью кровь я отличу от другой всегда. А кроме того, резать мясо ножом из лучшей дамасской стали расточительно и не слишком-то умно.       — Логично… Давай ещё пороемся.       Дальнейший поиск обескуражил обоих. Были найдены:       — пистолет, называемый в народе «Мухобойка»;       — три полных магазина пуль к нему;       — несколько самодельных гранат;       — пластиковая взрывчатка в контейнерах;       — десяток метательных ножей на особом ремне;       — комплект брони спецуры на девочку-подростка;       — и в довершение всего — ещё один нож. На этот раз из Златоуста.       — Твою мать, — пробормотал Мухтар. — Да у тебя не сестра, а киллер-профессионал рос под боком!       — С трудом верится…       — Факты — упрямая вещь. Как ты иначе объяснишь всё это?       — Никак, — признал Сила. — Хорошо… Что будем делать?       — Кто мог тут всё это оставить?       — Не знаю. Но знаю одно — платья были сшиты по заказу дяди. По его же распоряжению тело мурижили в морге пару недель, прежде чем похоронить.       — Ты подозреваешь его?       — Вроде как да.       — Значит, мы должны вытащить его. И у меня есть на примете харя, способная нам помочь.