Сенгита Леса

Это действительно был Кенра. Он длинным прыжком выскочил прямо перед нами, едва не своротив своей тушей поваленный ствол, на котором мы сидели. А следом за ним из соседних кустов появился еще один рутагер. Его наездник спрыгнул на землю почти на ходу и сразу же бросился к Дару. — Семь Покровителей, ты жив! — воскликнул он, и не понятно было, удивлен он этим фактом, или обрадован. — Жив, Тегор. И, надеюсь, еще долго буду жить. В этот момент среди деревьев послышался треск. Не прошло и минуты, так из леса вырвались не меньше десятка всадников. Только уже не на рутагерах, а на нормальных (с первого взгляда) лошадях. Треск, шум, окрики. Десяток лошадей заметался на маленьком пятачке, ломая сухие ветки и выбивая из-под копыт траву и мокрую грязь. За такое короткое время наш тихий привал вдруг превратился в полный хаос. От такого я даже растерялась. Надо отдать должное, всадники сориентировались весьма быстро. Подчиняясь громкой команде, они осадили лошадей и спешились. Командующий ими седовласый мужик внимательно посмотрел на нас, но подходить не стал. Тем временем Тегор, (вроде так назвал его Дар) обратил внимание на меня. Он был старше Дара. Как следует старше, лет на десять. Если Дару я навскидку дала лет двадцать пять, то Тегору было где-то около сорока. Высокий, крепкий, он вдруг напомнил мне блатного «братка». На бритой налысо голове белели несколько старых шрамов. Крупные скулы дополняла квадратная челюсть. Из-за этого глаза казались впавшими, но смотрели внимательно, даже подозрительно. Каждая его рука была размером с мои две, а запястья и ладони были перемотаны какими-то бинтами. Одет он был чуть посолиднее Дара. Тонкая сорочка пряталась под плетеной кольчугой. Поверх нее был надет кожаный доспех, похожий на куртку, сшитую из нескольких слоев грубой кожи. Да еще для верности скрепленной медными заклепками. На ногах кожаные штаны с металлическими накладками на коленях и такие же сапоги, как у Дара. А еще, мне он совсем не понравился. И не только внешне. Было в нем нечто такое, что заставляло мурашки бежать по спине от одного только его взгляда. В его присутствии я почувствовала себя неуютно. Захотелось поплотнее запахнуть плащ, чтобы выставить между нами преграду. — Здрасьте! — выдала, не в силах больше выносить его тяжелого взгляда. — Или вас не учили хорошим манерам! Взгляд Тегора стал еще более пронзительным. Мне он ничего не ответил, зато повернулся к Дару и спросил: — Она с тобой? — Да. Госпожа Леса спасла мне жизнь. Тегор повернулся ко мне, но ничего не сказал. Только усмехнулся. — Ну и дружки у тебя, — тихонько фыркнула я. — Портовые грузчики любезнее. Дар рассмеялся. — Не сердись на него, Леса. Тегор не привык быть вежливым. Хотя может, когда хочет, — с этими словами Дар, как бы играючи, подтолкнул его в мою сторону. Тегор снова обернулся ко мне. Его подозрительность никуда не исчезла, зато появилось еще и удивление. — Мое почтение, госпожа Леса. Я прошу извинить меня за мою грубость. Увы, его слова расходились с его мнением. Если он и извинялся, то больше под давлением. Я это чувствовала легким холодом медальона. Но это были лишь только ощущения. Их к делу не пришьешь. И, тем не менее, мне захотелось дать ему понять, что я обо всем этом думаю. — Ну что ж, будем знакомы. А извиняться вам еще рано. Извиняются, когда сожалеют. Мы смотрели друг другу в глаза. Смотрели молча, несколько секунд, а потом Тегор опустил голову. Но, даже после этого, я не почувствовала себя победительницей. Скорее жертвой, которой дали время прийти в себя. А Тегор уже потерял ко мне интерес и снова повернулся к Дару. — Я видел Кенра ранен. — Да, иначе мы б еще вчера добрались до города… Сколько лошадей в отряде? — Семь. Мы не брали лишних. Зачем? За тобой же ехали. А в Покой верховых не пускают. — Ладно, не будем о грустном, — усмехнулся Дар и, обращаясь уже ко мне, сказал: — Отдыхаем еще десять минут и в дорогу. Я найду тебе лошадь. Дар поднялся с поваленного ствола, на котором сидел и кивнул головой Тегору. Вместе они отошли к основному отряду, оставив меня на привале одну. Им явно не хотелось говорить в моем присутствии. Я прекрасно это понимала, и обижаться тут было глупо. Но, все же, стало как-то не по себе. Собираться мне было не долго. Засунув все свои вещи в рюкзак, я оказалась предоставлена сама себе. Ну и что дальше? Просто так сидеть было скучно. Я покрутила головой и увидела Дара и Тегора. Они стояли далеко в стороне и что-то обсуждали. Им сейчас явно было не до меня. Остальной отряд тоже был занят своими делами и я, от скуки, достала последнюю шоколадку. Говорят, шоколад вырабатывает гормоны счастья. Вот уж чего, а счастья мне сейчас точно не хватало. Я отломила кусочек, потом еще один, а потом передо мной выросла хитрая острая морда. — Привет. Пришел скрасить мое одиночество? Кенра внимательно вслушался в мои слова и повернул голову на бок. — Ладно, чего уж там. Хочешь шоколадку? Я отломила квадратик и положила его на ствол дерева перед ним. Кенра сначала принюхался, затем наклонил голову и взял осторожно его зубами. Ловко закинул в пасть и, почти сразу же, выплюнул. — Что, не понравилось? Но Кенра задумчиво чавкал пастью, пытаясь распробовать то малое, что осталось у него на зубах. А уже через пару секунд цапнул свой кусок так, что на сухом стволе остались глубокие бороздки зубов. — Правильно, шоколад все любят, — усмехнулась я. — Еще хочешь? Должно быть, мои слова Кенра воспринял как руководство к действию. Он не стал ждать, пока я отломлю ему еще кусочек, а молниеносным рывком выдернул из рук всю плитку. От неожиданности я ойкнула и отдернула руку. — Дурак! — отругала я Кенра, который уже успел проглотить угощение. — Я же боюсь тебя! Зубы у тебя, вон какие! А если бы за руку цапнул! Пристыженный моим тоном, Кенра вытянул вперед морду и опустил самолетиком маленькие острые ушки: «Вот, посмотрите, какой я милый и ласковый». А, чтобы совсем убедить меня в этом, аккуратно толкнул под руку: «гладь». И я погладила. За два дня нашего знакомства я впервые гладила Кенра. Ведь я на самом деле его опасалась. И предпочитала без Дара к нему даже не подходить. Я и сейчас бы не подошла, но он начал первый. И я продолжала его гладить. Сначала по голове, потом за ушами и по шее. Так гладят кошек, а по-другому я не умела. Но, похоже, ему нравилось. — Ну вот, хоть ты меня понимаешь. А то бросил меня твой хозяин совсем одну. Разве это правильно? В ответ Кенра лишь тяжело вздохнул. — Вот и я говорю, что не правильно. А еще он меня на лошадь посадить хочет. Нет, ты представляешь меня — на лошади? Кенра чихнул и потер нос о мою ногу. — Правильно, я тоже не представляю. Так что, мне пешком идти? Я так далеко не дойду. Вот скажи, что мне делать? Кенра встал на лапы, потянулся и присел на все четыре лапы, подставляя мне спину. — Предлагаешь мне тебя за спину погладить? — Да нет, — услышала я сзади знакомый голос, — он предлагает тебе сесть верхом.