Синдром влюбленного подростка

      Медленно, но уверенно приближался Новый год. До каникул оставалось несколько дней, поэтому некоторые учителя уже начали выставлять четвертные оценки. Если у кого-то была спорная, то его спрашивали. Ну, как и везде. На последних уроках истории Арс не спрашивал Антона, ибо у него стояли одни пятёрки, так что Шастун лежал на парте, пока другие отвечали. Зато на физике Серёжа вызвал Шаста, что было странно для него, и Антон спокойно вышел, легко решил задачу и сел на место, получив заслуженную пятёрку. Сейчас так проходили все уроки: где-то Шастун отвечал, а где-то он просто спал. Конец четверти – он такой.       Антон экономил на завтраках. Даже не то что экономил, а вообще ничего не ел в школе. Приходя домой, он накидывался на любую еду в холодильнике, ибо сидеть шесть, а то и семь уроков с голодным желудком – ну, такое себе. Ещё Шастун просил денег у родителей под предлогом «погулять», а сам складывал в ящик у себя в комнате. Всё-таки подарки сами себя не купят.       В очередной раз Антон пришёл в столовую с Димой, где тот покупал себе завтрак, а Шаст лишь грустно смотрел на еду. Поз предложил полкотлеты, и Шастун с удовольствием слопал её, но есть всё ещё хотелось. В это время Арсений Сергеевич уходил из столовой, не забыв поприветствовать ребят, которые говорили о чём-то своём. Увидев учителя и услышав его голос, Шастун вспомнил, что у него ещё сегодня дополнительные по истории. На самом деле он не понимал, зачем идти, ведь оценки уже стояли, но Попов ничего не сказал об отмене, поэтому придётся топать, когда все пойдут домой.       Оставшиеся уроки прошли невероятно быстро, так как почти везде Шаст спал на парте. Учителя никого не трогали, разрешали заниматься своими делами, только тихо, а сами ставили оценки. Но вот были те, которые говорили, что сегодня они ещё поработают, и это дико бесило. Зачем?!       После уроков, когда Дима пошёл домой, Шаст поднялся на четвёртый этаж, перепрыгивая сразу две ступеньки. Он постучал в дверь и вошёл, увидев учителя. — Арсений Сергеевич, а зачем дополнительные? Оценки же стоят, — спросил Шастун, закрывая дверь. — Вообще, я хотел следующую тему с тобой разобрать, которая задаётся на каникулы, но если ты не хочешь… — протянул Арс. — Может не будем ничего делать? — с надеждой спросил Антон. — Ну, как хочешь. Чаю? — поинтересовался Попов и увидел одобрительный кивок.       Арс заварил две чашки чёрного чая и присел напротив Шаста. Также он дал ему свежую булочку, посыпанную сахарной пудрой. На вопросительный взгляд Антона Арсений лишь сказал, чтобы тот съел её, потому что ходил целый день голодный. После этого тема зашла про детство, про какие-то детские забавы и интересы. Попов рассказывал, что ему очень нравилось смотреть мультики, где кто-то танцует, а Антон любил те, где дерутся. Ещё немного поговорив, они узнали, что оба любили в детстве раскраски. Их, кажется, любят все дети, но не суть.       Просидели они так около двух часов и решили, что пора домой. Попов несколько раз предлагал его подвезти, но Шастун сказал, что хочет прогуляться до остановки и подышать свежим воздухом. Он попрощался с учителем, но пошёл к тому самому торговому центру, где он был с Арсением. Всё-таки то кольцо, которое приметил Шаст, могут купить, поэтому лучше поторопиться. Он надеялся всей душой, что его никто не заметил и ещё не купил.       Шастун достаточно быстро дошёл до ТЦ и, зайдя внутрь, скинул со своей шеи тёплый вязаный шарф. Антон направился к тому магазинчику, пытаясь вспомнить точное его расположение. Он медленно переставлял ноги, осматривая другие, такие же маленькие магазины. Вскоре Шаст всё-таки добрался до заветного магазина и прошёл к тому месту, где заприметил кольцо. Девушка что-то смотрела на компьютере и абсолютно не обращала внимания на парня. — Извините, а сколько оно стоит? — спросил Шастун, держа в руках кольцо. — Триста рублей, — ответила девушка, взглянув на предмет в руке парня, и снова отвернулась. — Держите. — Антон отсчитал деньги и положил их на прилавок, а сам ушёл, улыбаясь.       Шастун кинул кольцо в карман пальто и засунул туда же руку, чтобы оно, не дай бог, не выпало. Сейчас начинало темнеть, и он поспешил на остановку автобуса, который доставит его до дома.

***

      Остальные учебные дни проходили быстро и достаточно скучно. Все сидели и ничего не делали. Антон просил у мамы остаться дома, но та была непоколебима и говорила, чтобы сын шёл в школу. А Шастун на это лишь вздыхал, поднимал рюкзак с пола и переступал порог дома.       Через три дня наступили заветные каникулы. Все разбежались по домам после последнего урока, не забыв покидаться друг в друга снежками. Антон с Димой тоже кинулись парочкой в ребят своего класса, но решили, что пора смываться с места преступления, пока их не закидали в ответ. Они медленными шагами шли на остановку и болтали о приближающемся празднике, о подарках, о ёлках, о городе, о фильмах, о музыке и обо всём, что могло быть связано с Новым годом. Дойдя до метро, они сели на разные автобусы и разъехались.       Шастун решил, что выберется за подарками числа так двадцать шестого или двадцать седьмого. Он понимал, что это не самый лучший вариант, но за пару дней можно поднакопить ещё немного денег и купить что-то получше. Правда, потом в магазинах он хрен пропихнётся, но... приходится чем-то жертвовать. А сейчас у него было время, чтобы хотя бы примерно прикинуть, что и кому дарить, ибо вариантов не было никаких.       Все свои свободные дни Шаст проводил за просмотром новогодних фильмов и прослушиванием соответствующей музыки. Он достал несколько гирлянд и украсил ими комнату, что придавало ещё немного праздничного настроения.       За просмотром фильмов дни пролетали очень незаметно. Так и наступило двадцать седьмое число. Шастун понял, что пора выдвигаться за подарками, ибо завтра уже будет поздновато. Он собрался, захватил телефон и деньги и, воткнув в уши наушники, поплёлся на остановку, кутаясь в свой шарф. Первым местом, где Антон думал что-то поискать, был тот самый торговый центр. Родители до вечера работали, так что у Шаста было целых шесть часов, чтобы прочесать этот ТЦ, а возможно, ещё и другие, если тут ничего не понравится. Антон хотел купить такие подарки, чтобы нравилось всем. За эти пару дней он решил, что подарит маме что-нибудь для выпечки. В свободное время от работы она обожала готовить, особенно что-то сладкое, типа пирогов и печенья, и именно поэтому Шастун был уверен, что такому подарку она будет рада. Отец же очень интересовался машинами, и Шаст подумал, почему бы не купить какую-нибудь хорошую книгу про автомобили. Возможно, не самое лучшее, но Антон надеялся, что папа будет доволен. Ну, с родителями разобрались, но вот что дарить Диме, Серёже и Арсению Сергеевичу, он до сих пор не знал.       Отдел со всякими штуками для выпечки Шастун нашёл очень быстро. Там оказалось невероятное количество всяких кулинарных формочек и прочих штуковин, и Антон даже растерялся, поэтому на помощь пришла молодая девушка-консультантка, увидев его недоумение. Поговорив с посетителем какое-то время, девушка начала предлагать разные варианты, и на всё это потребовалось около часа, чтобы Шаст наконец выбрал подходящий вариант. Осталось найти книгу для отца, но Антон решил чуть позже сходить именно в книжный, поэтому сейчас его приключения по торговому центру продолжались. Нужно найти что-то историку, физику и Диме, но вот только что?       Прохаживаясь по торговому центру, Шастун вспомнил, что Антона и Диму сплотила страсть к футболу. Хотелось бы найти что-то стоящее, чтобы Поз оценил этот подарок по достоинству. Долго проходив по отделу и найдя нужный подарок, Шаст расплатился и пошёл на поиски подарку Попову и Матвиенко. Он решил попытать удачу и зайти в парфюмерный магазин. Да, банально, но почему бы и нет? В магазине было достаточно людей – видимо, тоже искали подарок. Антон подошёл к стеллажу и, взяв бумажку, пару раз брызнул тестером. И так примерно полчаса. Успев понюхать, наверное, половину всех парфюмов, Шастун устало потянул руку к очередному. И, на удивление, он оказался очень даже приятным. Антон брызнул ещё разок на бумажку и понял, что это именно то, что подходит Арсу. Он взглянул на цену и немного смутился, но, подсчитав деньги, решил, что может это купить. Шаст прошёл на кассу, где миловидная девушка поздоровалась с ним и упаковала новую бутылочку парфюма, после чего пожелала удачного праздника и попрощалась с юношей.       Остался последний человек — Серёжа. Тут Антону нужно было поднапрячь мозги и подарить что-то не менее годное. Шаст решил побродить по маленьким магазинчикам, которых тут куча. Зайдя в один такой магазин, ничем не примечательный, он огляделся, и ему в глаза бросилась фигурка человечка, который тряс головой. Шастун улыбнулся и приблизился, чтобы получше рассмотреть. У этого человечка был хвостик! Антон сдержался, чтобы не засмеяться прямо там, и решил, что это будет часть подарка Серёже. Так, осталось зайти в книжный и фикс-прайс.       На улице дул ветер и шёл снег, что придавало атмосферности. Шастун направился к книжному, который был не очень далеко. Там он заметил стеллаж, где на обложках книг были автомобили. Остановив свой выбор на одной из книжек, Шаст ещё немного походил, наслаждаясь тишиной и умиротворённостью, но быстро понял, что пора идти на кассу. Женщина рассчитала парня, и тот пошёл к фикс-прайсу. Как раз у входа предлагались упаковочная бумага и коробки. Он взял пять коробок разных размеров и три рулончика упаковочной бумаги, надеясь, что ему хватит. Шастун в самом деле не знал, что купить Матвиенко, поэтому зашёл в очередной магазин, попавшийся на глаза. Там ему предстал выбор чехлов на мобильные телефоны за не очень высокие цены. Шаст присмотрелся и нашёл чехол с изображением хача, но в мультяшной версии. Антон поулыбался и спросил про чехол на седьмой плюс айфон. Через пару минут мужчина вышел с нужным чехлом. Шаст расплатился с продавцом и вышел на свежий воздух, направившись к автобусной остановке. Время близилось к семи, поэтому родители, скорее всего, были уже дома, так что упаковка подарков переходила на завтрашний день. Дождавшись своего автобуса, Шаст вошёл внутрь со всеми пакетами и присел на свободное место.

***

      Когда Антон вернулся домой, ничего необычного не произошло, поэтому он пошёл в свою комнату, чтобы положить все пакеты под кровать. Вечер ничем не отличался, и, посмотрев фильмы, Шаст лёг спать, чтобы поскорее наступил завтрашний день. Наутро, когда родителей уже не было, Шастун проснулся и первым делом решил, что не мешало бы позавтракать. Он, шлёпая босыми ногами по полу, прошёл на кухню и залез в холодильник, доставая оттуда два яйца и сосиски и поставил сковороду на огонь, а сам ушёл в ванную, чтобы быстро умыться. Вернувшись на кухню, когда со сковороды испарились последние капельки воды, Шастун налил на неё растительного масла и разбил два яйца. Рядом он поставил небольшую кастрюльку с водой, дабы чуть позже закинуть туда сосиски. В это время Антон полез за кружкой, сахаром и кофе. Чайник уже шумел, подготавливая воду.       И вот на тарелке уже лежала яичница и сосиски, а рядом стояла кружка с кофе и печеньки. Он удобно уселся и взял в руки телефон, заходя во все соцсети. Что-то было в беседе класса, что-то Дима скинул, в инстаграме его одноклассницы со своими парнями – все улыбаются, все счастливы, фотки со снегом и всё в таком роде. Антон отложил телефон, продолжая трапезу, а сам задумался о том, что даже не знает, как упаковывать подарки, поэтому, взяв телефон в руки, забил в ютубе «как упаковывать подарки» и увидел нереальное количество видеороликов. Шастун завтракал, попутно просматривая некоторые ролики.       Помыв посуду, он пошёл снова в свою комнату, включил ноутбук, сделал музыку громче и достал все пакеты из-под кровати. Сначала Шастун подобрал коробки к подаркам, чтобы подходили по размеру и всё хорошо помещалось. А после этого уже работа сложнее — упаковать эти самые коробки. Бумаги должно было хватить, ибо идти сегодня куда-то Антон абсолютно не собирался. Коробки оказались не самые ужасные, но и не особо привлекательные, непраздничные. Шастун включил снова видео на телефоне и положил рядом с собой. Шаст начал медленно и аккуратно упаковывать первую коробку, пытаясь повторить движения с видео. Пока что получалось даже не так плохо, как думал Антон. Через минут пятнадцать первая коробка была готова для подарка. Шастун положил туда подарок для Димы — шарф его любимой команды и книгу, связанную с футболом. Ну, осталось ещё четыре коробки, и он будет свободен.       Примерно через полтора часа все коробки были аккуратно завёрнуты в бумагу, и Шаст не мог налюбоваться своей работой. Теперь он мог расслабиться и не париться о подарках, поэтому взял ноутбук, залез на кровать, откинувшись на подушки, и включил очередной новогодний фильм, дабы расслабиться.       Ближе к вечеру пришли родители, о чём-то громко и радостно разговаривая. Шаст задвинул все коробки с подарками под кровать и, убрав ноут с коленей, вышел к родителям. Те разувались и снимали верхнюю одежду, всё ещё улыбаясь. — Привет, — поздоровалась мама с сыном и улыбнулась. — А у нас уже выходные начались. Давай сегодня ёлку поставим? — предложила мама, заходя в ванную. — Давай, — улыбнулся Антон, облокотившись о косяк двери. — Андрей, сходи в подвал за ёлкой! — крикнула Майя из кухни, и Шаст увидел, как вздохнул его отец и снова накинул обувь и пуховик.       Шастун подошёл к маме, которая уже принялась готовить ужин. Спустя пару секунд хлопнула дверь – отец вернулся. Он улыбнулся и отдал ёлку Антону, а сам пошёл снова в подвал, чтобы принести все ёлочные украшения и гирлянды, которые были распиханы по многочисленным коробкам. Гирлянды, которые Шастун развешивал у себя в комнате, там же и хранились.       Когда Андрей принёс все украшения, мужчины принялись к установлению ёлки. Отец взял крестовину в руки и, положив её на паркет, взялся за железный конец ёлки. Антон же держал искусственное дерево, чтобы оно не падало и Шастун-старший мог установить ёлку. Мама изредка поглядывала и лучезарно улыбалась, жаря что-то на сковороде. Когда она закончила готовку, то подошла к двум любимым мужчинам и принялась вместе с ними вешать шарики. Антон очутился в такой новогодней и семейной атмосфере, что это казалось чем-то нереальным. Шаст будто бы был в каком-то рождественском фильме, где вся семья наряжала ёлку и украшала квартиру. Он был очень рад, что у него хорошие отношения с семьёй и ссоры тут редки.       Ко множеству цветных шариков Андрей добавил красивую мишуру, а затем гирлянду. Майя сразу же побежала к выключателю, и, когда свет потух, отец воткнул вилку в розетку, и ёлка красиво загорелась разноцветными огоньками, освещая этим светом небольшой участок комнаты. — Красота, — произнесла мать, улыбнувшись. — Ладно, всё, пойдёмте ужинать. — Она включила свет и завернула на кухню.       Семья оказалась на кухне за столом, ужиная. Все о чём-то говорили, что-то обсуждали и просто наслаждались этой семейной атмосферой.

***

      Следующий день у Шаста начался неплохо, потому что он начался в двенадцать утра. Протерев глаза, он сразу потянул руку к мобильному телефону и проверил все социальные сети, попутно узнавая какие-то минимальные новости. Из кухни доносились голоса родителей, так как сегодня было уже двадцать девятое декабря и родителям дали два дополнительных выходных. Шаста уже ждало сообщение от Серёжи, который желал доброго утра, спрашивал, как спалось и всё в таком духе. Примерно каждый день, ну, или через день, Матвиенко писал Антону, а Шаст как ни в чём не бывало отвечал. Оба понимали, что с их отношениями какая-то фигня, какая-то пропасть, яма, но оба упорно делали вид, что всё замечательно, хотя ничего хорошего в этом не было.       Шастун отложил телефон, медленно потянулся, зевнул и встал с кровати, направляясь на кухню. Он с улыбкой поприветствовал маму и попросил завтрак. Мама мотнула головой и сразу закопошилась, а Антон пошёл в душ, чтобы привести себя в порядок. На это ушло около десяти минут, зато теперь он был намного бодрее. Завтрак на столе уже стоял с кружечкой ароматного кофе, и Шаст только на секунду забежал в комнату, чтобы взять телефон. Он поблагодарил маму, чмокнув её в щёку, и сел на удобный стул, снова заходя в ВК. Ничего нового, поэтому Антон просто листал ленту, как вдруг раздался звук нового сообщения: Арсений Попов, 13:03 Привет. Не хочешь помочь ёлку украсить?)) Антон сначала удивился, потом не понял, затем недоумевал, но, подумав несколько секунд, ответил: Антон Шастун, 13:04 Хочу) Арсений Попов, 13:04 Окей, вот адрес.       И в следующем сообщении был адрес, где жил историк. Шаст быстро доел и помыл тарелку под струями тёплой воды. Мама с отцом сидели в гостиной и смотрели что-то по телевизору, периодически о чём-то переговариваясь. Шастун пошёл в свою комнату, достал свой любимый свитшот Puma и надел вместе с чёрными джинсами. Он нацепил на свои руки различные браслеты и кольца и, оставшись довольным своим видом, прошёл в прихожую. Антон обул любимые зимние ботинки и накинул своё серое пальто средней длины. — Мам, я погулять! — крикнул Шаст из прихожей и ушёл, закрывая дверь своими ключами.       Шастун вновь отрыл сообщение Арса и, прочитав адрес в очередной раз, прикинул, где это находится. Он воткнул в уши наушники, включил любимый трек и направился к остановке под падающие хлопья снега. Многие люди куда-то спешили, бежали, кто-то носился с пакетами и, видимо, искал подарки своим родным, близким и друзьям. Антон лишь улыбнулся, осматривая город со стороны, и шёл к дому Попову, выйдя на нужной остановке. Шаст кутался в тёплый широкий коричневый шарф и спустя минут двадцать дошёл до нужного подъезда. Он набрал номер нужной квартиры и ждал ответа. — Кто? — послышалось из домофона. — Это я, Антон, — произнёс Шаст.       Дверь запищала, говоря о том, что Шастун может войти внутрь. Он подошёл к лифту и понял, что не знает, на каком этаже квартира, поэтому пошёл пешком, потирая руки, ибо было холодно, а перчаток в кармане не нашлось. Пройдя несколько этажей, Шаст увидел номер нужной квартиры и нажал на звонок. Сразу же послышались шаги, дверь открылась. — Ну ты чего? Дверь же открыта, — лучезарно улыбнулся Арсений Сергеевич.       Антон лишь пожал плечами и зашёл в квартиру историка. Он медленно стягивал с шеи шарф, осматривая прихожую. Она была выполнена в приятных светло-голубых и белых цветах. — А куда пальто? — спросил Шастун, надеясь, что его услышали. — Сейчас-сейчас, — послышался голос Арса, и через секунду он появился.       Арсений забрал у Антона пальто, случайно дотронувшись до его руки, когда забирал элемент одежды. — Чего у тебя руки такие холодные? — произнёс Попов, вешая пальто в шкаф. — Пойдём чай попьём, а потом уже будем украшать ёлку, — сказал Арсений, утаскивая Шастуна на кухню.       Кухня была в светло-бежевых и кофейных тонах. Стоял диван и табуретки светло-коричневого цвета, что хорошо дополняло кухню. На столе была белая скатерть, через которую местами был виден деревянный стол. Ещё – белый холодильник, навесные коричневые ящики и кухонная бежевая тумба, где можно хранить столовые приборы, пакеты или что-то не особо значимое, мелкое.       Спустя пару минут на стол опустились две кружки с горячим напитком и пакетик печенья. — Бери, — предложил Попов, ища что-то в шкафчике. — Тебе сколько сахара? — спросил Арс, держа в руках маленькую белую сахарницу. — Две, — ответил ему Шастун и ухватился двумя руками за горячую чашку.       После того, как в чае растворился сахар, Шаст припал губами к кружке и сделал маленький обжигающий глоток. Он всё ещё рассматривал кухню, ухватывал какие-то маленькие, еле заметные элементы из декора. — Как каникулы проводишь? — поинтересовался Арсений, отпивая чай. — Да так, дома сижу, — ответил Антон.       Попов покачал понимающе головой, и они в тишине допили чай. — Ну, а теперь ёлку украшать. — Арс улыбнулся, ставя кружки в раковину.       Попов провёл Шаста в гостиную, держа его за плечи. Это была комната средних размеров: достаточно большой диван цвета хаки; телевизор, который стоял на небольшой тумбе с книгами и разнообразными журналами; отдельно стоял книжный шкаф, сделанный из светлого дерева. Обои были бежевые в горошек. А на полу лежала та самая искусственная ёлка, как и у Шастунов. — Так, сейчас шарики достану, — воскликнул Попов и полез в какой-то ящик, доставая коробку ёлочных игрушек. В верхнем ящике он достал коробку побольше – там была мишура, гирлянды. — Приступаем, — сказал Арс, посмотрев на все коробки, и подошёл к ёлке.       Как и дома, Антон держал ёлку сверху, а Арсений устанавливал её снизу. Когда железная ножка была в крестовине, Попов проверил, хорошо ли она стоит, немного тряся ёлку. Оба принялись доставать шарики и вешать их на тёмно-зелёные ветки. Попутно они разговаривали о детстве и как раньше праздновали Новый год. Ну, у Арсения это было достаточно давно и в Омске, а у Шаста каждый Новый год проходил так же, как предыдущий. Попова было приятно слушать. Очень приятно. Он рассказывал завораживающе, спокойно, будто бы на ночь сказку читал, и Антон внимательно слушал, вешая на каждую ветку цветной шарик. Так дело и дошло до мишуры. Шастун потянулся к коробке и высыпал её содержимое на пол. Украшения блестели, переливались в свету лампы и красиво сияли. Антон поднял одну ниточку мишуры и обернул её со спины, держа на локтях так, чтобы её блестящие концы свисали. — Как я вам? — усмехнулся Шаст, прохаживаясь по гостиной. — Шикарно, — протянул Арс, подхватывая мишуру и кладя её на ёлку.       Антон ещё посмеялся и принялся помогать историку в украшении новогоднего дерева. Они оба смеялись, всё накидывая и накидывая на ёлку эту блестящую мишуру. Всё украшение завершилось оборотом гирлянды вокруг. Арс воткнул вилку в розетку и подошёл к выключателю, как это сделала мама Антона вчера. Свет потух, а огоньки ярко засияли. — Ух, красота-а-а, — протянул Попов, лучезарно улыбаясь, и вернул свет. — Ну, мне, наверное, пора, — произнёс Шаст, уже оказавшись за спиной Арса.       Арсений закусил губу, осматриваясь. — Смотри, у меня мишура осталась, надо ей как-то квартиру украсить, — резко сказал учитель, поворачиваясь к юноше, и улыбнулся. — Если боишься – проведу, — усмехнулся Попов. — Ничего я не боюсь, — нахмурился Антон и вернулся в комнату, а Арсений лишь улыбнулся этому, радуясь, что Шастун останется ещё ненадолго. Они взяли мишуру и решили как-то украсить прихожую и вход в гостиную, чтобы пахло новогодним настроением. Под весёлый хохот, от которого Шаст складывался пополам и не мог нормально держать мишуру, они всё-таки повесили украшения в коридоре спустя час. Порывшись в ящике, Попов нашёл не слишком длинную гирлянду и захотел украсить спальню. Зайдя туда, Антон сразу же увидел огромную, аккуратно застеленную кровать, на которой лежали большие подушки. Около кровати стояли столики, а на одном из них –небольшая лампа. «Серёжа» — всплыло в голове у Антона после осмотра комнаты, и он просто пялился в одну точку. — Короче, я думаю её как-то вот так повесить, а может… Антон? Анто-о-он, — звал его учитель. — А, да, я Вас слушаю, — улыбнулся Шастун и посмотрел на недоумевающего историка. — Всё нормально? Если устал или плохо, иди домой, — предложил Арс. — Нет-нет, всё хорошо, просто задумался, давайте вешать гирлянду, — произнёс Антон.       Попов ещё немного посмотрел на него, но поверил и продолжил говорить, куда лучше вешать гирлянду. Шаст предлагал свои варианты, и в итоге они остановились на том, который понравился обоим. Всё было украшено, и Антону уже было пора домой. Арс так не хотел, чтобы он уходил, но ничего не сделаешь. Не скажешь же ты ученику «ну чё, может, останешься?». Да и Шастун особо не хотел уходить, ему бы хотелось сейчас во всей этой атмосферной обстановке смотреть «Один дома» вместе с Арсением Сергеевичем, но проситься остаться будет неправильно. Они медленно вышли из спальни Попова, и Арс думал предложить ему чай, а там может будет поздно… «Нет» — пронеслось в голове Попова. Шастун начал обуваться, что сделал и Попов. Антон посмотрел на учителя и спросил: — Вы чего? — Время видел? Я тебя одного не отпущу, ещё убьют, а потом на мне вся ответственность, — сразу же ответил учитель, обувая второй ботинок.       Ну, конечно. Просто Арс пиздецки хотел побыть с ним ещё хоть немного. Он закрыл квартиру, и они спустились и вышли на морозный воздух. Шастун ожидал, что Попов подойдёт к машине, но тот пошёл в другую сторону. — А мы не на машине? — спросил Антон.       Попов сказал «а, точно» и похлопал по карманам, нащупав брелок от автомобиля, но продолжил. — Блин, я ключи забыл, — произнёс Попов. — А, ну ладно, — пожал плечами Шастун, и они пошли пешком по освещённому городу.       Погода была морозной, но было не так холодно. С неба падал снег, застилая весь город слоем снега. Арс, чтобы не идти в тишине, что-то рассказывал, а Антон как всегда наслаждался его голосом и внимательно слушал, иногда что-то уточнял или смеялся. Он тоже рассказывал какие-то весёлые моменты из детства, с которых Арсений громко смеялся, чем вызывал улыбку и у Шастуна. В такой весёлой обстановке они дошли до дома Антона, до которого было не так уж и близко, но время прошло незаметно. — Спасибо, что провели, но я бы и сам дошёл, никто бы меня не убил, — сказал Шастун, всё ещё улыбаясь. — Ну, кто знает, кто знает, — ответил Попов и облизнул губы. — Ну, я пойду, — ответил Антон, роясь в карманах в поисках ключей.       Он поочерёдно доставал из карманов какие-то бумажки, конфеты, но только не ключи. Каким-то образом он нашёл варежки, хотя их тут не было. Пока он искал ключи, его подбородка коснулись холодные пальцы, чуть приподняли его, а тёплые губы накрыли его собственные. Из руки выпали те самые ключи, которые Антон достал самыми первыми, не заметив. Губы Арсения нежно сминали уста Антона, и тот положил руку на затылок, целуя в ответ. Снег падал, фонари горели, а двое влюблённых стояли у подъезда и целовались.

***

      Следующий день Антона начался с замечательным настроением. Он будто бы ещё чувствовал вкус чужих губ, хотя прошло уже больше восьми часов. Шаст, не переставая улыбаться, потянулся и взял в руки смартфон, где светилось «13:14, 30 декабря». Он включил Wi-Fi, который отключал на ночь, чтобы не тратить батарею, и зашёл ВК. Горело сообщение от Серёжи, он писал каждый день, но… Серёжа Матвиенко, 12:32 Может погуляем сегодня?       Вот чего, но этого Антон точно не ожидал, но отказаться будет странным. К празднику готовятся завтра, подарки куплены, и Матвиенко знает, в каких числах Шаст готовит подарки. Антон Шастун, 13:17 Да, давай в 3.       Сообщение было сразу же прочитано. Серёжа Матвиенко, 13:17 Хорошо. Встретимся в парке? Антон Шастун, 13:18 Да.       После этого Шаст лишь тяжело вздохнул, провёл рукой по волосам и решил, что пора бы всё рассказать Серёже, ибо, знаете, как-то странно, что ты целуешься с каким-то мужиком… Ну, не с каким-то, а с учителем истории, но у тебя при этом есть парень. Только к своему парню Антон уже ничего не чувствует. Нет тех самых чувств, которые были в прошлом году и летом, когда Шастун ночевал у него почти каждый день, лишь иногда приходя домой и говоря, что Димина мама не против. Ага, Димина. Шаст прекрасно помнил их дурачество, их подколы, смех Серёжи, который заражал. Когда вид Матвиенко заставлял покрываться тело мурашками и хотелось улыбаться в ответ. А как Антон оставался после уроков физики... и в один день Серёжа его просто поцеловал. А теперь ничего. Абсолютно н и ч е г о.       Антон поднялся с кровати и пошёл на кухню, чтобы позавтракать и полистать другие соцсети. Родителей дома уже не было, но завтрак стоял на столе. Наверное, пошли покупать подарки или просто прогуляться. Оставалось только догадываться, ибо никакой записки или сообщения в телефоне не было.       На завтрак были готовы любимые гренки Антона, которые он любил есть с сахаром. Они ещё были достаточно тёплыми, что означало, что родители ушли не так давно. Шаст заварил себе чай и принялся посыпать гренки сахаром, уплетая одну за одной, вкусно причмокивая и запивая чаем.       Время за музыкой и телефоном пролетело очень незаметно, и уже было 14:15. Антон решил, что пора бы собираться. Парк находился не очень близко, так что до него ещё нужно доехать. Шаст порылся в шкафу и, посмотрев погоду в интернете, оделся потеплее, ибо минус шестнадцать градусов ни о чём хорошем не вещали. Шастун выбрал тёплый вязаный свитер, который болтался на нём, собственно, как и вся его одежда, и штаны с подкладкой, которые он надевал только в таких случаях, плюс махровые носки. Антон взял телефон, захватил наушники, деньги, которые остались, и пошёл обуваться. По времени было около половины третьего, что было прекрасно, ибо до остановки около десяти, примерно столько же ехать и потом пройти минут пять.       К нужному времени Шаст уже шёл по парку, снимая наушники и выключая музыку на телефоне. Он посмотрел вдаль и увидев невысокую фигурку с руками в карманах и в шапочке с помпоном. Антон сразу же узнал его, ибо он эту шапку носил уже какой год. Шастун пошёл по направлению к мужчине. А в мыслях было только одно: «Сегодня я всё ему расскажу» — Привет, — произнёс Антон. — Привет, — ответил с улыбкой Серёжа и обнял Антона. — Ну, как ты? Как каникулы? Как подготовка к празднику?       Молодые люди прохаживались по парку и пошли в кофейню, дабы согреться. Внутри вкусно пахло кофе и стояла приятная новогодняя атмосфера. С потолка свисали ёлочные шарики, на стойке стояла маленькая ёлочка, а окна были украшены красивыми снежинками. Серёжа с Антоном сели за стол, снимая шарфы (а Серёжа и шапку) и расстёгивая куртки. Через пару секунд к ним подошла миловидная девушка. — Горячий шоколад и капучино, пожалуйста, — сказал Серёжа, как только Антон открыл рот.       Они продолжили разговор, ожидая свои горячие напитки в этом приятном заведении. Сделали их достаточно быстро, и та же девушка шла к ним обратно с подносом. — Пряники за счёт заведения, — девушка улыбнулась и ушла обратно к бариста.       Серёжа и Антон улыбнулись, увидев эти самые пряники. Они были в форме пряничного человечка, что у Шаста тоже ассоциировалось с Новым годом. Матвиенко и Шастун продолжили свой прерванный разговор. Серёжа говорил о разных смешных и не очень происшествиях в школе, а Антон слушал и улыбался.       Когда они допили кофе, то пошли к автобусной остановке. — Мы же идём завтра гулять, как каждый год? — уточнил Серёжа. — А, да, — ответил Антон. «Ну, или не сегодня расскажу» — подумал Шаст.       Потом Шаст вышел на своей остановке, а Матвиенко поехал дальше, говоря, что не может провести из-за каких-то дел. Они попрощались и договорились, что завтра созвонятся или спишутся.       Кстати, о делах. Дима и Серёжа очень много встречались, в отличие от Антона. А встречались под предлогом физики. Позов приходил, как положено, с учебником, тетрадью, каким-то сборником, и поначалу они и вправду что-то решали, что-то делали, но всё заканчивалось просмотром фильма в обнимку. Причём обнимал всегда Матвиенко. Смотрели они новогодние фильмы, которые видели уже не в первый раз. Пару раз Поз засыпал в объятьях Серёжи, а тот не хотел будить парня и пытался аккуратно высвободить руку, чтобы удобно уложить Диму. Часто Серёжа заказывал на дом пиццу, которую любил Позов, брал суши и покупал алкоголь, которым спаивал школьника заканчивались вечера. Виделись они очень часто, почти каждый день, и, что странно, никто не был против этих встреч. В итоге они поставили вместе у Серёжи ёлку, которую он ставил всегда с Антоном, и в тот момент в его груди что-то больно защемило, но он быстро отогнал все хорошие воспоминания и принялся украшать ёлку.

***

31 декабря.       Весь город был в суматохе. Все бегали по городу. Кто-то пытался купить что-то в подарок, ибо совершенно забыл об этом, кто-то стоял километровые очереди в супермаркетах, закупая продукты к праздничному столу. Вся страна спешила. Дома мама уже стояла у плиты, делала салаты, вместе с этим в духовке уже что-то запекалось. Антон зашёл, улыбаясь маме, и схватил кусок колбаски, за что получил по рукам от мамы и посмеялся. Шаст спросил, нужна ли маме помощь, и та ответила, что не отказалась бы. Антон умылся и пошёл на кухню, дабы помочь маме, которая возилась одна с многочисленными блюдами. Папа, как Шаст узнал из разговора, поехал в супермаркет за алкоголем, который они забыли (как можно забыть купить алкоголь на Новый год?!) и ещё за некоторыми продуктами, блюда с которыми мама будет делать вечером, ибо отца можно не ждать ближайшие три часа.       За сей готовкой и праздничной суматохой на улице стемнело и вечер медленно наступил на город. Папа приехал около часа назад и привёз всё то, что просила мама, и ещё то, что купил сам, правда, непонятно зачем. Весь стол на кухне был занят салатами, какими-то пирогами, мясом и другими разнообразными блюдами, которые мама готовила целый день. Как Шастун узнал за нарезанием овощей, к ним сегодня придут какие-то гости, друзья матери и отца, какие-то дальние родственники. Антон на это никак не обратил внимания, ибо почти каждый год к ним кто-то да приходит. Через час в гостиной уже стоял стол специально для большого количества гостей. Майя постелила красивую белую скатерть. Времени уже было около девяти вечера, а это значило, что гости скоро начнут подходить. Шастун пошёл в комнату, достал два подарка (для мамы и папы) и приклеил на них открыточки, положив под ёлку. Родители заметили это. — Если хотите, можете открыть сейчас, а можете после курантов, — ответил Антон.       Родители переглянулись и решили открыть сейчас, пока ничем не заняты, а потом придут гости и подарки будут распакованы только на следующий день. Андрей присел и втянул из-под ёлки две коробки. Одна более квадратная, упакованная в красную бумагу с ёлочками, а вторая более плоская, в бело-синей бумаге. Шаст уселся в мягкое кресло, смотря на то, как родители присели на диван и начали снимать упаковочную бумагу. Андрей, увидев книгу, взметнул брови и достал её, покрутив в руках. Толстый переплёт, достаточно большая и увесистая. Он улыбнулся и открыл, а затем немного пролистал. — Спасибо, — поблагодарил отец сына и обнял его.       Мама тоже уже сняла упаковочную бумагу и открывала коробку. Там её взору предстали всякие формы и штуки для кулинарии и готовки. Её глаза сразу же засветились, а губы расплылись в улыбке. — Что ж ты мне раньше не подарил, я б приготовила что-нибудь. — Она улыбалась, обнимая Антона.       Родители были довольны, а это было главным. — Мы тоже тебе приготовили подарок, — хитро улыбнулась мама и побежала в спальню.       Мама принесла ему тоже коробку и положила ему на колени. Антон посмотрел на родителей и принялся её открывать. Сразу же показались две пары наушников: беспроводные капельки и большие. И это, знаете ли, недёшево. Да, у Шастуна наушники уже почти сломались – и одни, и вторые. Но он бы сходил да купил какие-нибудь за двести-триста рублей. — Спасибо, — улыбнулся Антон и обнял родителей.       Примерно через час раздался звонок в дверь. Мама побежала в прихожую, чтобы открыть дверь. На пороге была милая пара, примерно такого же возраста, как Майя и Андрей. Мама обняла мужчину и женщину и пропустила их в комнату. Они отдали свой подарок в пакете, где был алкоголь, какие-то мелочи родителям и шоколад Шастуну. Антон их поблагодарил с натянутой улыбкой и положил шоколадки в холодильник, ибо сладкого абсолютно не хотелось. Майя же опять пошла в свою спальню и вынесла оттуда подарок гостям. Те тоже поблагодарили, и начались разговоры. Шаст особо не вслушивался, а смотрел какую-то юмористическую программу на ТНТ. Он особо не любил всяких гостей и друзей родителей, буквально за исключением некоторых, но эту неприязнь Антон никак не показывал, а лишь натянуто улыбался этим людям и ждал, когда уйдёт сам или уйдут эти люди.       Пока родители о чём-то увлечённо разговаривали, Антон ушёл в свою комнату и включил ноутбук. Сейчас всё равно около десяти часов вечера и стол ещё не накрыт, так что делать в гостиной особо нечего, только если слушать скучные разговоры. Он решил послушать музыку, как раз испытает новые наушники. Висели разные сообщения в беседе класса, кто-то его в личке поздравлял с наступающим и один из этих «кто-то» был Арсений Сергеевич. Шастун открыл диалог и тоже поздравил учителя с наступающим. Диме Антон отправил бесплатный подарок, которые ВК давал каждый год. Серёжа же написал, что встретятся они примерно в полпервого или час ночи, там ещё спишутся или созвонятся. Шастун отправил смайлик и прошёлся по группам, в которых поздравляли с наступающим праздником. Сейчас у Антона немного угасло настроение, и не совсем понятно, с чем это было связано, но он надеялся, что когда он сядет за стол, услышит речь президента, а потом пойдёт гулять, то новогоднее настроение вернётся и всё будет хорошо.       Шаст списался с Димой и уточнил, где тот живёт. Позов скинул адрес, и Шастун понял, что это буквально соседняя остановка. Они достаточно близко живут. Антон подумал пару секунд, а затем написал: Антон Шастун, 22:12 Хочешь сегодня погулять? Дмитрий Позов, 22:12 Во сколько? Антон Шастун, 22:13 Где-то в полпервого или в час. Дмитрий Позов, 22:13 Ну ок. Антон Шастун, 22:13 Я зайду за тобой.       Антон подумал, что Серёжа особо-то против и не будет, с учётом того, как они общаются. Ну, возможно, Шаст просто надумал себе и преувеличивает, а на самом деле ничего нет. Хотелось бы верить, хотя и Антон не лучше. Парень как бы есть, а он сосётся с другим мужиком.       Антон через наушники услышал, что хлопнула дверь, а это означало то, что пришли ещё одни гости. Сейчас уже половина одиннадцатого, а значит, скоро все будут рассаживаться за стол. Ну, так обычно у них каждый год. Шастун лично был рад, ибо хотелось есть. Антон прикрыл ноутбук, но не выключил его и, сняв наушники, вышел из комнаты. На кухне слышался весёлый хохот и громкие разговоры. Антон подошёл к кухне и медленно подошёл к тумбе, где была мисочка с фруктами. — Ой, как вырос! А похорошел-то как! — услышал Шаст и развернулся.       Сейчас на него были обращены все взгляды с этой кухни, а женщина, которая это говорила, видимо, какая-то двоюродная сестра-тётя мамы или что-то такое. Антон никогда не знал всех родственников и не запоминал, как кого зовут и кто кому кем приходится. Пока ещё кто-то не начал что-то спрашивать, Шаст ретировался в гостиную и сел в кресло, захватив телефон в комнате. — Антош, помоги перенести сюда всё, — попросила мама, когда гости начали усаживаться в гостиной на диване, стульях и в креслах.       Шастун мысленно закатил глаза, но поднялся с дивана, положил телефон куда подальше, чтобы кому-нибудь в голову не пришло посмотреть его, и пошёл на кухню. Мама вместе с сыном носила блюда в гостиную на большой стол, а когда места уже не осталось, то решила что-то перенести попозже, когда будет место. Позже мама посчитала всех людей и принесла столько же обычных чистых пустых тарелок и столовых приборов. Было очень шумно, и именно это Шастун и не нравилось, но скорее всего из-за того, что большая часть людей подбухнула, а сам Антон нет. Если родители и дадут алкоголь, то только бокальчик шампанского, как они это говорят каждый год. Но потом Шастун откроет или найдёт открытую бутылку вина или коньяка и перельёт себе. Родители не заметят, а утром подумают, что сами выпили. Как говорится, всё гениальное просто.       Время близилось к двенадцати, все сидели и уплетали за обе щеки мамину стряпню. Ну, ещё бы, она невероятно вкусно готовит даже самую обычную еду. Шаст уже поел разных салатов, взял себе мяса и сидел со стаканом спрайта, а лучше бы вина. Родители со всеми весело что-то обсуждали, а Шаст лишь листал разные соцсети. — Антош, а ты в этом году будешь загадывать желание? — спросила мама, когда уже было двадцать три сорок пять. — Не знаю, — ответил Антон, не отвлекаясь от телефона.       Через десять минут отец уже открыл шампанское и под веселые возгласы аккуратно налил по половине в бокалы. Антон немного повеселел, а после этого как собака накинулся сделал маленький глоток шампанского. Через десять минут все уже слушали речь президента в руках с бокалами, кто-то пытался написать желание и кинуть пепел в алкоголь, а Шастун мысленно загадал желание и под бой курантов осушил бокал.       Куранты пробили, и все начали радостно что-то восклицать. Шаст лишь улыбнулся на это, как ему в руки дали большую хлопушку. Он посмотрел на маму, а та улыбалась и показала на ёлку. Антон встал с кресла и подошёл к ёлке. Шастун прокрутил нижнюю часть хлопушки, и с громким хлопот на ёлку и вокруг неё полетели конфетти. Кто-то что-то прокричал, а кто-то радостно хлопнул в ладоши. Шаст лишь выкинул пустую трубу. После он решил, что пойдёт гулять всё-таки в полпервого, ибо ему очень быстро станет скучно. Антон Шастун, 00:09 Пошли в полпервого. Серёжа Матвиенко, 00:09 Ну ок.       Тоже самое Шаст написал Диме, но дописал, чтобы тот захватил бухла. Поз ответил, что это не так-то просто и, возможно, не получится. Однако Шаст в это время пошёл на кухню и, посмотрев, что никто не идёт на кухню, унёс бутылку алкоголя в свою комнату. Это было вино. Нести прям эту бутылку неудобно, ибо с неё не получится нормально выпить, ибо менты спокойно могут её забрать, ещё и в участок увезут, поэтому Антон вышел из комнаты и нашёл в кладовке пустую литровую бутылку и две бутылки объёмом 0,5. Вспомнив слова Димы, что он, возможно, не сможет взять дома алкоголь, Шаст взял две бутылки поменьше. Он вернулся в комнату и откупорил бутылку вина. Гости шумно себя вели, поэтому никто не услышал звука выскакивающей пробки. Антон для надёжности закрыл дверь и быстро перелил вино по бутылочкам и положил их в рюкзак, а стеклянную бутылку от вина спрятал под кроватью и решил, что потом её поставит у мусорного ведра дома, будто бы это выпили родители.       После своих махинаций Шаст открыл дверь и вышел в гостиную. — Мам, я схожу погулять, — сказал, он подходя к маме, которая держала в руке рюмку. — Да-да, хорошо, но ненадолго, — ответила ему она. — Хорошо, — улыбнулся Шастун и ушёл переодеваться.       Каждый год Майя говорит, чтобы Шаст долго не гулял, но даже ему не звонит, когда проходит два или три часа. Антон обычно в новогоднюю ночь приходит под утро, где-то в четыре или пять часов утра. В прошлую новогоднюю ночь он гулял вдвоём с Серёжей, а до знакомства с Матвиенко он проводил это время с Оксаной и Ильёй, которые сто процентов будут вместе сегодня на площади.       Антон собрался и, взяв на полочке в прихожей ключи, вышел из дома с рюкзаком, в котором был литр вина. Хоть что-то хорошее за эту ночь. Шаст набрал Диме и пошёл дворами к другу, прикуривая сигарету, которую нашёл в рюкзаке. Боятся нечего, разве что алкашей, которые тут постоянно, а не только в Новый год. Все сейчас либо на площади, либо во дворах на лавочках распивают бутылочку водки. Антон говорил что-то Позову, а сам двигался к его дому. Серёжа сказал, где они встретятся, чтобы потом куда-нибудь пойти. Да, Антон всё ещё не сказал про Диму. Дойдя до его дома, Шастун присел на холодную скамейку и, спрятав подбородок, губы и нос в шарф, а руки в карманы, принялся ждать его. Позов вышел примерно через пять минут. — Ну чё? Смог взять? — сразу же произнёс Антон, когда увидел друга. — Неа, — ответил Дима. — Ну, ничего, — хитро улыбнулся Шаст, и они пошли на ближайшую автобусную остановку, надеясь успеть на последний автобус.       По дороге они радостно разговаривали: Дима говорил про подарки, которые подарил он и которые подарили ему. Всё сопровождалось весёлым смехом, а пару раз Антон кидался в Позова снежками. Дима лишь качал головой, но всё-таки улыбался на такие выходки Антона. Через десять минут они оказались в нужном месте. Дима просто шёл рядом с Антоном и что-то ему говорил, а Антон сейчас направлялся к Серёже. Да, он опять его узнал по шапке. Подойдя к нему, Шаст поздоровался. — Здрасте, — сказал он и улыбнулся, как чеширский кот. — Привет, а ты чего… — начал Серёжа, но сразу же заметил Диму. — Здрасте, Сергей Борисович, — протянул Позов и посмотрел на учителя с испугом, а потом с каким-то недоумением на Антона. — Антон? — услышал удивлённый голос Шаст и повернул голову. — Арсений Сергеевич? — сейчас улыбка с лица спала, и на смену ей пришло удивление. Видимо, не один Антон сделал сюрприз, блин. — Ну, что ж, — прокашлялся Серёжа. — Идёмте отмечать? — он всё-таки улыбнулся, и все пошли дальше.       Поначалу было немного неловко, но то Арс что-нибудь скажет и разбавит обстановку, то Серёжа, то Дима, да и Антон старался не молчать. Все разговаривали и смеялись. По дороге Шаст достал две бутылки вина и одну протянул Диме. Он открутил крышечку под серьёзный взгляд Арса и невозмутимого Серёжи и сделал глоток. — Это что? — спросил Попов, став по левую сторону от Антона. — Вино, хотите? — ответил ему Шастун. — Нет, спасибо, — произнёс Арс, но от Шастуна не отошёл.       Так и прошла эта новогодняя ночь под весёлые разговоры, под громкий смех и хорошую дружескую обстановку, хотя были ученики и учителя. И хоть тут какой-то любовный четырёхугольник, на сегодня об этом все попытались забыть и расслабиться.