Softer than Before (All the Second Chances)

Воспоминания о Лос-Анджелесе, отцы и дети, двое на одного во тьме ночной, провал Кагами в роли персонажа манги, опасность подслушивания, спонтанные признания, воспитание домашних любимцев, важность употребления технической терминологии, неподдельное удивление Куроко, лингвистические казусы, несовершенство клубничного ароматизатора, статистика теории отношений, очень короткий сон Аомине и первый компромисс. Тайга обнаруживает Аомине на новой баскетбольной площадке, и слух предупреждает его даже раньше, чем зрение: ритмичный стук мяча по твердой земле будет всегда ассоциироваться с лос-анджелесскими улицами и безжалостно раскаленным летней жарой асфальтом, обжигающим даже сквозь подошвы кроссовок, если ты достаточно долго стоишь на одном месте. Аомине собирается бросать, когда Тайга появляется на площадке. Он замечает его, но все равно совершает бросок и устремляется вслед за отскочившим к ограде мячом. – Как насчет игры один на один? – спрашивает Дайки, пасуя ему. – Давненько мы не практиковались. Тайга ловит мяч, но не двигается с места: – Ты собираешься уйти из команды? Аомине пожимает плечами. – Посмотрим. Так ты играешь или как? – Позже, – он отправляет мяч в обратный полет. – У мамы сегодня день рожденья, пойду позвоню ей, пока не забыл. "Посмотрим? Он действительно настолько зациклен на своем стиле волка-одиночки? Тренер был прав, мы уже не дети". Наверху Куроко устроился на диване с журналом научной фантастики, перекинув ноги через спинку. Нигоу уже летит навстречу Тайге, чтобы поприветствовать или попускать слюни ему на шорты – Кагами не особо разбирается в собачьей психологии. – Он воспринял все на удивление спокойно, – Тайга почесывает песика за ушами. – Я-то думал, Аомине будет бегать по комнате и орать, будто он – это лучшее, что случалось с этим миром после жареного тофу. – Ты зря так к нему относишься, – Куроко откладывает журнал и смотрит на Тайгу в упор. Его перевернутое лицо выглядит довольно забавно. – Ему просто нравится подталкивать людей к самому краю, чтобы выяснить, как далеко они могут зайти. – А какие у вас на самом деле отношения? – ляпает Тайга, прежде чем успевает прикусить язык. "Ох, черт". Куроко снимает ноги со спинки и усаживается прямо: – Что ты имеешь в виду? – Ну, э-э… Помнишь, как ты мне про коробку с порно рассказывал? У него там твои фотки. Целый альбом. – "Какого хрена я об этом говорю?" – Мне показалось, что это слишком личное, так что я видел только парочку. – "А еще я по-идиотски вру". – Он все еще их хранит… – Куроко отводит взгляд, улыбаясь той особенной улыбкой, которую Тайга хотел бы видеть обращенной только к себе. – Прости, я влез не в свое дело, – он уходит в спальню, чтобы позвонить матери, по пути чуть не падая через Нигоу, который провожает его насмешливым взглядом. *** Когда он возвращается в гостиную, Куроко там уже нет. Слегка расслабившись, Тайга выходит на балкон. Он собирается просто проверить на площадке ли Аомине и присоединиться к нему, но вместо этого, завороженный, наблюдает, как Дайки забрасывает мячи один за другим. Солнце уже растаяло в вечерних сумерках, и иногда одетая в темное фигура словно растворяется в тени деревьев. И тогда мяч будто материализуется прямо из воздуха и каждый раз поражает корзину. "Блядь, как же он хорош!" Включается автоматическое освещение, и тени рассеиваются. Аомине ведет мяч до самой ограды, вытягивается в струнку и бросает через всю площадку. Мяч отскакивает, и он бежит за ним, взгляд сосредоточен, ноги блестят от пота. Он, как пуля, разит без устали и промаха, забрасывая мяч обратно в корзину с запасом времени. "Блядь, как же он горяч!" Во рту у Тайги пересыхает, пульс учащается, и он не может отвести взгляд от крепкого тела. – Тебе нравится смотреть на Аомине-куна, не так ли? – Блин, а ты здесь откуда? – дергается Тайга от слов стоящего рядом Куроко. Давно с ним такого не случалось. – Я был тут с самого начала. Мне тоже нравится наблюдать за ним. Светло-голубые глаза Куроко следуют за Аомине, и Тайге слишком хорошо знакомо их выражение. Сердце пропускает удар: – Куроко? – Да? – Ты помнишь тот вечер после выпускного? – он в панике. Он в абсолютной панике, потому что как бы ни хотел заполучить их обоих сразу, уступить Тецую Аомине он попросту не может. "И почему я завел речь об этих дурацких фотках?" – Как я могу его помнить? Я безобразно напился и отключился у тебя на диване, Кагами-кун. Еще раз извиняюсь за доставленное беспокойство. – Нет, я не это имел в виду. Я хочу рассказать тебе кое о чем, что случилось… – Эй, засранцы! Спускайтесь-ка сюда, сыграем двое на одного, – зовет их Аомине, размахивая руками. Разговор закончен. Что Аомине хочет – то он получает. На их долю выпало слишком много вспышек раздражения Дайки, чтобы отказывать ему в чем-то, но мытья посуды это не касается. Тайга идет у него на поводу, потому что сколько бы они ни ругались, все равно любит Аомине, хотя ни один из его поступков не способен вызвать ответную улыбку на смуглом лице. Он никогда не задумывался, почему уступает Куроко, но теперь понимает и его причины. Это просто убивает. Они разгромно проигрывают Аомине, и Тайга понимает, что дальше так продолжаться не может, потому что сегодня его чувства впервые вмешались в игру. Не было ни концентрации, ни драйва, только отчетливое желание встать посреди площадки и заорать прямо в небеса, как какой-нибудь банальный отчаявшийся персонаж манги: "Я люблю вас обоих, вы, гребаные ублюдки!" Он до сих пор не уверен, пойдет ли в профессионалы вслед за Куроко и Аомине или станет управлять семейным бизнесом в Японии, как того хочет его старик, но в любом случае ничто не может встать между ним и баскетболом. Даже эти двое. Тайга хотел бы избавиться от этой тяги к совершенно разным людям, он хотел бы отмотать назад время и не соглашаться жить с ними под одной крышей, но он – большой мальчик и должен взять на себя ответственность. В реальной жизни нет больше места инфантильным фантазиям, а избавиться от них можно либо отказывая себе в удовлетворении желаний, либо переключив их на другой объект. Иными словами, настало время завести настоящего парня.