Черновик.

Уже больше недели родители упрекают тебя в чрезмерной рассеянности, говорят, что это все из-за книг, которые ты читаешь пачками, часами не выходя из комнаты. Но как им объяснить, что книги — это единственное, что еще вселяет в тебя хоть какое-то желание жить? Да, миры на бумажных страницах невероятны: они полны эмоций, приключений и какого-то недосягаемого счастья. В реальном мире же этого нет, нет ничего, что хоть отдаленно будет напоминать захватывающие рассказы, описанные Рэем Брэдбери, трогательные и полные романтики истории Шарлотты Бронте, в жизни даже трагедия скучная, не то, что на страницах Чака Паланика. Тебя вгоняет в тоску мысль о том, что жизнь — это лишь бесполезное существование, наполненное одним сплошным ничем. Ты не можешь найти в себе силы делать хоть что-то, просто нет желания и мотивации, как будто все, чем ты хочешь заняться, изначально обречено на провал. В тебе не осталось даже слез и грусти, настолько бессмысленным казался мир вокруг. Ты все чаще задерживала свой взгляд на отцовском лезвии, которое он, будучи ужасным консерватором, предпочитал электронным бритвам, а что в этом плохого? Для тебя будет удивительным чудом испытать еще раз хоть что-то кроме полного безразличия, а какая эмоция может быть ярче и насыщенней боли? Только, наверное, долгожданная и освобождающая смерть. Ты не можешь точно сказать, по какому принципу выбрала этот заветный для тебя день, скорее всего, просто подгадала, когда оба родителя решат составить компанию своими снобами-друзьями, так великодушно пригласивших их на какую-то «взрослую и невероятно заумную» пьесу. Ты бы хотела сделать все быстро и без лишних прелюдий, в конце-то концов, зачем раздувать из мухи слона? Однако какое-то неведомое чувство, напоминающее агонию, подтолкнуло тебя к тому, чтобы последний раз оценить место, в котором ты уже через час будешь бродить под ручку с Меган, пугая новых жильцов. Снаружи апартаменты выглядят совершенно тоскливо: холодный красный кирпич, серая мрачная крыша, множество небольших окон, придающих ему вид муравейника, а в скором времени и притон для призраков. Романтика реального мира. Ты огибаешь здание по кругу, находя глазами окна твоей квартиры и еле заметно улыбаясь, скоро ты вернешься туда и уже не выйдешь. Заходя за угол, ты неожиданно для себя столкнулась с Ларри, который мирно стоял у входа в подвал и выпускал тонкие струйки дыма. Ты уже было хотела развернуться и уйти, как парень заметил тебя и в удивление поднял брови. -Смотрю, ни мне одному не спится. Деваться некуда, киваешь ему и подходишь ближе. Ларри. Хм, грустно, что именно он и будет тем, кого ты последним увидишь в своей жизни. В нем нет ничего примечательного: худощавый, слишком высокий, с этим неестественного вида волосами и вечно не выспавшимся взглядом, его руки, как и у любого музыканта, в мозолях, а пальцы, длинные и костлявые, как-то уж слишком умело для его возраста держат сигарету. Он точно не тот, кому бы хотелось сказать последние в твоей жизни слова, пусть вы и друзья. Да чего уж там, вы невероятно близкие друзья, однако, как ты недавно поняла, доверие между вами было слишком преувеличенно, ведь друзьям, вроде как, сообщают о своей приближающейся смерти. А вот ты не сообщила. -Трудный день? — нарушает он твое размышление своим хрипловатым голосом. -Не труднее, чем все остальные, — честно отвечаешь ты и приваливаешься спиной к кирпичной стене, ощущая через старую клетчатую рубашку холодный камень. -Понимаю, — Ларри говорит это и делает еще одну, только более глубокую затяжку. Ты не сомневалась в том, что он понимает. Вот только способен ли он понять твое желание закончить все самым неестественным и кардинальным способом? Ты бросила на него изучающий взгляд: Ларри смотрит куда-то вдаль, периодически затягиваясь. Нет, он не из тех, кто умирает на своих условиях, Ларри — человек искусства, таким нужна история и последний аккорд. Но почему-то желание все ему рассказать за минуту выросло до предела, толи ты надеялась найти единомышленника, толи в тайне хотела, чтобы кто-то тебя остановил. Причина неизвестна, однако сил сдержать секундный порыв у тебя не нашлось. -Завтра меня не будет, — все также спокойно сказала ты. На лице Ларри сначала отразилось замешательство, а затем непредвиденное тобой возмущение. -Какого черта, чел? Ты же говорила, что останешься с матерью! Он не понял. Наивно посчитал, что ты собираешься отправиться с отцом в годовую командировку в Германию. Винишь себя, что не выразилась более корректно, теперь придется все объяснять. От чего же ты просто не согласилась с его версией? -Ларри… я, — почему-то именно сейчас ты не находила слов, — ты не так все понял. -Тогда, блять, объясни все нормально! -Я хочу умереть! — ты ответила криком на крик, выпалила все, как и нужно было сделать с самого начала. Ларри отпустил на шаг назад, а сигарета выпала из его, внезапно онемевших рук. Он хотел что-то сказать, но не мог подобрать слов, стоял как вкопанный, смотря на тебя, как на совершенно чужого человека. -Мне пора, — холодно сказала ты и, развернувшись, быстро пошла ко входу в апартаменты. Вдруг ты почувствовала, как кто-то бесцеремонно схватил тебя за предплечье и с силой дернул на себя, оборачивая. -Чего ты, мать твою, хочешь? — это был Ларри, но теперь на его лице играла совершенно иная эмоция — насыщенная и чистая ярость. -Не делай вид, что ты не понял. Ты не хотела оправдываться или извиняться, тебе хотелось лишь поскорее оказаться дома, подальше от его гневного допытывающегося взгляда. -Совсем ебанулась? — Ларри все еще не отпускал твою руку, напротив, сильнее сжимая ее. Ты молчала, а он все также прожигал тебя своими огромными карими глазами, пытаясь найти хоть что-то, говорящее о том, что это идиотская шутка. -Сука, — вырвалось у него, когда он сплюнул на землю и ударил кулаком о стену, — больная идиотка, совсем мозгов нет? Ты смотришь на него, ожидая, когда он перестанет метаться из стороны в сторону и начнет мыслить трезво. Вот только почему ты стоишь, а не уходишь, пока есть такая возможность? -Лучше тебе сейчас сказать, что ты врешь, — достигнув пика своей злости, сказал Ларри, останавливаясь напротив тебя. Но ты снова не проронила ни слова, этого ему было достаточно, чтобы снова схватить тебя за руку и потащить тебя за собой. -Отпусти меня! — выкрикнула ты, когда боль от его хватки стала невыносимой, а ноги не поспевали за ним. Хм, странное дело, но эта боль не была той, о которой ты так страстно мечтала. Но мечтала ли вообще? -Заткнись! — Рявкнул он, все еще тянув тебя за собой. Ты перестала сопротивляться, когда поняла, что все твои попытки освобождения тщетны. Вы прошли его домик на дереве, в котором однажды летом просидели всю ночь, играя на гитаре и болтая о всякой ерунде. Но почему эти воспоминания не согревали тебя, а лишь подкрепляли уверенность в принятом тобой решении? Прошло немалое количество времени, когда вы, наконец, дошли до совершенно незнакомой тебе местности, заполненной каким-то шипящим звуком. Вы оказались на открытом гористом пространстве, освещенном только луной и миллиардом ярких звезд, дорога все это время шла на подъем, а ноги покалывала сухая трава, с каждым шагом звук усиливался, пока ты не поняла, что он исходит от огромного потока бурлящей воды. -Это городская дамба, — отрезал Ларри, подводя тебя к высокому забору на самой вершине холма, за которым расстилалось небо. Ларри приоткрыл для тебя разрез в металлической сетке, пропуская вперед. Ты несмело ступила на бетон, начинающийся от края забора и уходящий куда-то очень-очень далеко. Но когда ты подняла взгляд, тебе открылся совершенно безумный вид: огромное бетонное сооружение уходило стеной вниз, а вырывающиеся из нее потоки воды с адской силой били впереди и опадали куда-то вниз; дна и края дамбы не было видно, настолько высокой она была. Голова кружилась от страха и переполнившего душу восторга, от края тебя отделяли всего несколько метров, один неверный шаг и ты канешь в водяную бездну. Ларри стоял сзади, с вызовом смотря на тебя. -Хочешь сдохнуть? Ну, так дерзай, — сказал он и легко подтолкнул тебя к краю. Его голос заглушали сильнейшие потоки воды, но ты отчетливо все услышала, и внутри тебя вырос огромный ком, мешающий дышать. -Чего стоишь? Ты же, блять, этого и хотела, — крикнул он, и толкнул тебя еще сильнее, медленно наступая. Ты невольно сделала шаг вперед и оказалась на самой границе между жизнью и смертью. Мелкие капли воды ударяли в лицо, а глаза безотрывно смотрели на адскую по своей величине конструкцию. Твои глаза начали заполнять слезы, а вся смелость и решительность улетучилась, уступая место поглощающему страху и ознобу. Внезапно Ларри схватил тебя за плечи и приложил силу к тому, чтобы чуть наклонить твое тело над водой. -Мне отпустить? — с яростью крикнул он тебе в ухо. -Нет, пожалуйста, нет! — со слезами выкрикнула ты, забывая обо всех проблемах и думая лишь о своем страхе. Уже через секунду ты была прижата к груди Ларри, а сильные руки так сильно прижимали к себе, что воздуха просто не хватало. Ты рыдала от нахлынувших эмоций: страха, холода и собственного бессилия. -Дура, если ты снова решишь сдохнуть — я, не колеблясь, убью тебя, — еле слышно пробурчал Ларри, чмокнул тебя в макушку и повел прочь отсюда, все также прижимая к себе. Он теперь никогда тебя не оставит.