Swamp Magic

Chapter 3. The Loft

      Солнце только окрасило лучами крышу нового сарая — начало нового времени для игр и для выполнения своих обязанностей будильника. Бабл никак не могла определиться, кого же ей разбудить первым: Тэхёна или Чимина. Чимин лежал на боку, свернувшись и расплывшись щекой по подушке. Тэхён развалился на спине на другой стороне кровати, практически сбросив с себя покрывало и вытянув оголённые конечности поверх него.       А, точно. Третий вариант. Чонгук на полу. Чон словно бросал ей вызов: никаких одеял, прикрывающих собой зону для приземления. Бабл, взяв за цель его симпатичное лицо, тут же начала притопывать лапами по краю матраца. Сложная дистанция, вектор был немного смещён из-за неудобно расположенной подушки Тэхёна, блокирующей путь к лучшей точке прыжка. Кошка покачнулась, махнув хвостом и попав им по руке Тэхёна.       Готовься, целься, огонь.       Вся задействованная сила её лап позволила ей лишь слегка задеть плечо Чонгука. Когти передних лап зацепились за футболку на спине, а вот задние лапы приземлились на пол. Бабл попыталась отодвинуться и не смогла. — Мрр?       Чонгук чуть пошевелился. Бабл вновь дёрнула когтями. Чон повернулся на спину, чуть не раздавив её при этом. — Мряу! Мряу. Фрр…       Чонгук завёл руку за спину. — Бабл? — Мрр?       Чон мягко отцепил когти от футболки и сел. Бабл замурлыкала и изо всех сил наклонила голову, чтобы потереться об его руку. Кошка дотронулась ухом до запястья Чонгука и решила, что этого вполне достаточно. Её милый мальчик. — Разбуди этих придурков, — пробубнил Чонгук, усадил кошку вновь на кровать, потянулся, скривившись, и вышел из комнаты.       Бабл плюхнулась прямиком на шею Тэхёна и принялась ёрзать на нём. Тэхён с хихиканьем проснулся. — Привет, пушистый шарик. Что такое? Эй, Чимин, доброе утро. Твоя очередь готовить завтрак. — Чонгука, — протестующе простонал Чимин.       Бабл пробежалась и прыгнула ему на лицо, чтобы сделать пробуждение Чимина немного пушистее. По её мнению, это всегда меняло ситуацию к лучшему. — Очередь Чонгука? — переспросил Тэхён. — О, точно. А где он?       Чимин вытянул руку по покрывалу к тому месту, где обычно спал Чонгук. Бабл тут же набросилась на руку, куснула кольцо на пальце и следом лизнула его. — Его подушка на полу, — заметил Тэхён.       Чимин медленно сел, моргая сквозь завесу спутанных тёмно-русых волос. Он поднял руку, и Бабл оторвалась от кровати, вскарабкиваясь по конечности и вцепляясь в неё всеми четырьмя коротенькими лапами. — Я слышал звук слива в туалете, — добавил Тэхён, гладя кошку по голове. — Вот он где.       Чимин, уже выходя из комнаты, стряхнул Бабл в открытый ящик комода Чонгука. Какая мягкая гора одежды! Бабл запустила когти в ком носков без пальцев. Что-то царапнуло по дереву задней стенки ящика. Бабл замерла, утопая одной лапой в носках. Снова скрежет. Кошка опустилась на мягкие лапы и поползла дюйм за дюймом сквозь кипу белья к задней стенке ящика. Небольшой майский жук янтарного цвета неловкими лапками скрёбся в углу. Кошка, примеряясь, вытянула лапу и осторожно дотронулась до него. Жук опрокинулся на спину и ухватился за лапу острыми ножками. Бабл пискнула и, стряхнув его с лапы, ударила насекомое о стенку ящика. Никакого эффекта. Бабл схватила жука пастью. Крепкие ножки царапали её язык, кошка застыла, не зная, что делать с противником, и зарычала.       Ящик дёрнулся, толкая Бабл в груду носков. — Бабл, что ты делаешь в моём комоде?       Кошка глянула вверх. Большой Чонгук казался меньше на высоте четырех футов от пола. Жук заёрзал в её пасти. Бабл села, продолжая удерживать свой трофей. — Это что, майский жук? — спросил Чонгук. — Наверное, заклинание Чимина действует только на тараканов. Отдашь его мне?       Он вытянул руку. Бабл какое-то время изучала её, затем положила насекомое Чону на ладонь. Он отошёл и выбросил его в окно. Бабл наклонила голову. Эти жуки повсюду. Разве им место в их особняке?       Чонгук приподнял кошку и усадил её на кровать. Бабл прошлась в поисках нагретого Чимином места. Оно уже практически остыло, но всё ещё пахло им. Кошка перевернулась на спину, мурлыкая и ведя ухом на звук шелеста одежды, пока Чонгук переодевался. Странная привычка. Чимин постоянно делает так. Тэхён — реже. Бабл было любопытно, в чём смысл убираемого меха. Чимин большую часть времени предпочитал обходиться вообще без него.       Кстати о Чимине, он мог почувствовать необходимость в ней. Он не звал, к слову, но Бабл знала, когда тот жаждал немного пушистости и ласки, и всегда была готова осчастливить его. Бабл снова соскочила с кровати, взлетая в воздухе, как летучая мышь, парящая в ночи (как мешок с песком, срывающийся со стола), и убежала, чтобы спуститься по ступенькам — одна за одной. Сначала две передние лапы, затем осторожно две задние. Преодолевать лестницу было проще, когда она была ещё котёнком: ступеньки были шире, и с них было сложнее свалиться.       Чонгук подхватил её у подножия лестницы и отнёс прямиком на восхитительно тёплое колено Чимина. — Зачем ты оставил её у меня в комоде? — Ей нравятся комоды, — ответил Чимин, почёсывая кошку по носу, и, ох, это было так приятно, так потрясающе приятно.       Бабл погрузилась в ощущения, мурча так, что было тяжело дышать, и вслушиваясь в расслабляющие звуки человеческого шума на фоне урчания её мурчащего моторчика.

***

      Чимину нравилось, как Чонгук ладит с Бабл. Тот зашёл с кошкой, выглядящей ещё миниатюрнее в его мускулистых руках, и опустил мурлыкающую Бабл к Чимину на колени. Чон уже умылся и привёл себя в порядок, но всё ещё хмурился спросонья, такой утренний вариант Кукки. — Ты же знаешь, что ей тяжело спускаться с таких высоких поверхностей. — Ничего с ней не случится, — пожал плечами Чимин. — Она всегда так делает. Она у меня с семи лет, знаешь ли. Не надо рассказывать мне, как мне стоит обращаться с моим собственным фамильяром. — Иногда ты не слишком заботишься о том, о чём следовало бы, Чимин.       Чимин почувствовал, как Бабл напряглась от раздражения, и погладил, чтобы та расслабилась. Ему всегда казалось милым то, как она вставала на его защиту. — Чонгук, твоя очередь готовить завтрак. — Нет, твоя. — Я готовил завтрак вместо тебя два дня назад, — возразил Чимин. — Забыл? — Мы пропустили завтрак и ели хлопья! — А кто заливал эти хлопья, м? — ухмыльнулся Чимин. — Я их готовил для всех. — Это, блять, не считается.       Ругань сейчас не была так уж необходима. Иногда Чонгук обижался на всякие мелочи. Чимин откинулся на руки Тэхёна и через стол глянул на Чона. — Просто приготовь завтрак, малыш.       Взгляд Чонгука опасно потемнел, но он встал и сгрёб яйца из холодильника. Чимин почувствовал, что его ноги коснулось что-то холодное, и опустил глаза. Бабл облизывала полосы на его брюках и с любопытством их разглядывала. — Что ты делаешь? — хихикнул Чимин.       Кошка снова лизнула и выжидающе глянула на Чимина, затем вновь посмотрела на полосы. Чимин рассмеялся и провёл тёплой рукой по её спине. — Она облизывает мои штаны, — поделился Чимин с Тэхёном, тот поднял взгляд от телефона и зарылся головой в шею Чимина, отбрасывая гаджет, чтобы погладить Бабл.       Рука Тэхёна плавно перешла от поглаживания кошки к поглаживанию кубиков пресса Чимина под футболкой, лаская прохладными и огрубевшими от мозолей ладонями кожу над желудком Чимина, страдающим от тошноты и похмелья. Чимин застыл, слегка улыбаясь. — Меня мутит, — простонал Тэхён.       Только Чимин приоткрыл рот, чтобы согласиться с его словами, как Чонгук огрызнулся в ответ: — Не надо было так напиваться, придурок.       Чимин, накаляясь, резко выдохнул носом. Тэхён успокаивающе провёл рукой по его животу. — Ты сегодня спал на полу? — спросил он, осторожно переводя тему.       Чонгук с остервенением разбил яйцо в сковороду, выбрасывая скорлупу в мусор с большей силой, чем того требовалось. — Да. — Почему? — уточнил Тэхён.       Чонгук шумно выдохнул. — Потому что прошлой ночью после полуночи, когда вы двое, пьяные, ввалились в мою кровать, я попросил вас вернуться к себе в комнаты, так как хотел в кои-то веки поспать один, а вы просто скомандовали мне ложиться спать на пол.       О. Всего-то. Чимин опять принялся гладить Бабл. — Мы же шутили, — нервно усмехнулся Тэхён. — Ты на самом деле не должен был спать на полу.       Воцарилась тишина. — К сожалению, — чуть дрожащим голосом ответил Чонгук, — вы создали это дикое магическое соглашение, по которому я обязан делать всё, что вы мне скажете. Так что я спал на грёбаном полу, как вы мне и приказали.       Желудок Чимина ухнул вниз, старое знакомое чувство вины перед Чонгуком стянуло его горло. — О, нет, — пробормотал он, пряча лицо в ладони. — Вы не уточняли, что шутите. Вы сказали мне устраиваться на полу, а когда я попросил вас всё же позволить мне вернуться в мою собственную кровать, швырнули мне мою грёбаную подушку и вырубились. В моей постели. Вам приготовить яичницу с целыми желтками или нет, сэр?       Тэхён немного одеревенел, мысли застилало той же самой смешанной с виной паникой, что и у Чимина, туманными отголосками раздаваясь по эмпатической связи, и Чимин знал, что Чонгук, находясь на нынешнем расстоянии от них, тоже чувствует это, а они чувствуют его страх и закипающую внутри ярость, которые так не накрывали его с той ночи, когда они оба случайно натянули его цепь и чуть не свернули ему шею и ноги, дергая к себе через журнальный столик. — Ты не должен готовить нам завтрак, — тихо произнёс Чимин.       Чонгук с лязгом сдёрнул сковороду с плиты, выбросил две трети яиц в мусорную корзину и швырнул сковороду обратно на печь. Чимин, Тэхён и Бабл подпрыгнули. — Прости, — негромко проговорил Тэхён срывающимся голосом, в котором сквозило отчаянное извинение.       Чонгук промолчал.       Бабл спрыгнула с колен Чимина и засновала под столом у задней стены, как упитанная пушистая колбаска, преследующая свою жертву. — Равноценный обмен, — приглушенно выдал Чимин. — Мы должны что-то сделать, чтобы компенсировать тебе произошедшее. Как, например, новые ботинки, которые мы изготовили для тебя после того, как… эм… повредили тебе шею. Что тебе нужно? — Что мне нужно? Грёбаную защиту от вас. Пока я буду на работе, приготовьте мне комнату над сараем. С мебелью. Заберите её из ваших проклятых комнат, если придётся. И наложите все необходимые защитные заклятия. — Это не справедливый обмен, — возмутился Чимин. — Это тяжёлый труд. Он займёт, по меньшей мере, целый день, и у нас нет всех нужных материалов. Мы просто будем держаться подальше от твоей комнаты, когда ты этого захочешь. — Не пойдёт. Я абсолютно уверен, что то, что я хочу, вполне, блять, справедливо. И не только из-за сегодняшней ночи, но и из-за всего этого долбаного соглашения, — выдал Чонгук с набитым яичницей ртом. — Вы колдуны. Вы владеете магией. А я — нет. Очевидно, что я никогда не буду в полной безопасности. Вы словно медведи. Вы не осознаете, что у вас есть когти, пока случайно не располосуете меня ими. — Чимин сморщил нос от отвращения. — Знаю, вам нравится отправлять меня с поручениями в реальный мир, но наберитесь мужества и сделайте это сами. Сегодня я буду спать на чердаке сарая, подготовите вы его для меня или нет. И если там меня съедят исчадия ада, это останется на вашей совести. А вы можете слушать крики своего милого маленького питомца из собственного уютного домика. — Это была случайность, — выговорил Чимин, желудок которого скручивало от ужаса и возмущения. Это действительно было немного жёстко. Тэхён съёжился рядом, сминая пальцами его свитер. Чимин знал, что Чонгук отчётливо ощущал исходящее от Тэхёна затягивающее, как болотная топь, чувство вины, стыд, сжимающий сердце, тошнотворный от вынужденных извинений, но всё равно продолжал давить на больное. — Ты знаешь, что мы любим тебя. — Нет, не знаю, — Чонгук клацнул тарелкой о раковину. — Я знаю, что вы владеете мной. Вы любите себя, вы любите друг друга, но иногда мне трудно поверить в то, что вы любите меня.       Из горла Тэхёна вырвался первый всхлип, приглушённый плечом Чимина. — Потому что мы, будучи пьяными, случайно заставили тебя спать на полу? — ощетинился Чимин. — Это не честно! — Потому что я устал от того, что со мной обращаются, как с предметом! — заорал Чонгук.       На пороге кухни возникла Бренди, со стоящей дыбом шерстью и готовая встать на защиту.       Никто не имел права кричать на Тэхёна. Чимин следил за тем, чтобы этого не происходило. Возможно, незнакомые люди как-то и повышали на него голос, но никогда те, кого Тэхён любил, никто, кроме мамы Чимина, когда они обнаружили своё экспериментальное зелье в подвале, и Тэхён… отреагировал. После того случая никто не орал на него.       Чонгук никоим образом не мог узнать об этом, но он мог почувствовать волну страха, паники и стыда, заставляющую Тэхёна съёжиться в комок на скамье позади Чимина. — Я чуть не умер несколько раз, потому что вы, два мудака, думаете, что в порядке вещей использовать связь ради шутки! Однажды такое отношение уже чуть не убило Тэ, но это его всё равно не останавливает. Вы оба, блять, сделали это со мной! Ненавижу всё это! Если вы любите меня, то, блин, докажите! Дайте мне место, куда я смогу уйти, чтобы обезопасить себя от вас!       Бабл выскочила из-под стола и побежала прямиком к ногам Чонгука. Она поставила обе передние лапы на его новые чистые ботинки и потянулась к нему шеей, мяукая, невзирая на жука в пасти. Чон опустил взгляд, его ярость испарилась без следа. — Ещё один жук? Для меня? — кошка немного подпрыгнула на лапках, чтобы оказаться чуть ближе. — Спасибо, — устало добавил Чонгук, приседая и забирая насекомое у Бабл.       Та утешающе боднула его колено, и Чон провёл рукой по её боку, затем надел старую грязную кепку и вышел наружу, всё ещё держа жука в руках.       Тэхён свернулся калачиком и тихо рыдал, прикрыв лицо руками, пока Бренди пыталась протиснуться ему на колени. Чимин погладил его по волосам, притягивая ближе. — Мне жаль. У него не было повода кричать на нас так. — Был, — всхлипывая, возразил Тэхён. — А когда это связь чуть не убила тебя? — уточнил Чимин. — Демон страданий, — пробубнил Тэхён, и даже просто эти слова сжали сердце Чимина тисками страха. — Он смог обнаружить нас, когда я воспользовался цепью, чтобы осветить всё вокруг.       Чимин не знал, как реагировать на услышанное. — Ох.       Было ли это случайным совпадением? Не могло же всё быть настолько плохо. Бабл прикоснулась к его ноге, и Чимин приподнял её, чтобы та заурчала ему в живот. — Ладно, — наконец произнёс он. — Давай подготовим ему эту долбаную комнату, а затем удостоверимся, что у него никогда не будет нужды воспользоваться ею.

***

      Слишком много жуков. Остановившись, чтобы прислушаться, Бабл улавливала их присутствие во всех уголках особняка. У неё был исключительный слух. Бабл могла растянуть границы воздействия большинства своих чувств на всё, что находится поблизости. Это очень помогало, когда Чимин был ещё маленьким и постоянно попадал в переделки. Ей всегда удавалось найти его раньше, чем его матери, и она всегда знала, когда стоит улечься на землю и начать мяукать, чтобы отвлечь Чимина от направления в опасное место. Бабл не была уверена, догадывался ли Чимин о её уловке, но всё было в порядке.       Однако то, что она могла услышать копошение жука вверху на полке и заметить, как он ползает между двумя книгами в шести футах от пола в темноте, не означало, что она могла добраться до него. Крошечным лапкам Бабл хватит сил лишь поднять её на такую высоту, и только. — Мрр?       Чимин проигнорировал Бабл. Он и Тэхён сидели в гостиной на полу с альбомом, раскрытым между ними, и спорили о… занавесках? — Да кого волнуют эти шторы! — сказал Чимин. — Не сбивай меня. Кровать, комод… что ещё? — Помимо штор? Думаю, всё. Мы можем сделать ему остальное со временем, а до тех пор у нас достаточно вещей, чтобы удовлетворить его требования. — У нас есть запасные простыни? — Да. Один набор, слишком большой для запасного матраса, но они мелкие, а матрас паршивый. — Он не говорил о том, что вещи должны быть качественными. Он сказал, что они просто должны быть, — бухтел Чимин. — Я дам ему самые дерьмовые светильники в доме, пока у нас не будет времени сделать ему новые. — Мяу! — … ты не в духе, — проворчал Тэхён. — Он перешёл все границы, — огрызнулся Чимин. — И не заслужил приличных вещей. Он получит их со временем, но нам придётся поработать над этим. Он всё равно будет оставаться здесь большую часть времени. — Мррряу. — А что если нет? Что если он сыт по горло и решит оставаться там каждую ночь? — Мррр. — Не решит. Он не настолько склонен драматизировать. — Он очень-очень зол, — тихо сказал Тэхён. — Это не продлится долго, — возразил Чимин. — Мряу! — Господи, Бабл! Что? — Бабл уселась на задние лапы и уставилась на полку, затем, как сова, повернула голову к Чимину. — Ладно, иду.       Чимин отпустил руку Тэхёна и подошёл к кошке, чтобы поднять её на полку. Бабл несколько минут пыталась просунуть морду между книгами, чтобы добраться до жука, пока парни обсуждали бюджет. Наконец она раздвинула книги подальше друг от друга, просунула лапу и ударила по жуку. Тот упал с полки на пол. Бабл приготовилась к аварийному спуску. Боже, как высоко. Она наклонилась, нацеливаясь на жука, оттолкнулась, сжалась в прыжке и элегантно приземлилась на спину. — А! Бог мой, Бабл напугала меня, — выдохнул Тэхён. — Звук был такой, будто она сбросила книгу с полки.       Бабл прогарцевала к личному выходу из дома, шатающейся доске под столом с цветочными ящиками, которую нужно лишь отодвинуть, чтобы выбраться наружу. Отверстие было слишком маленьким даже для Бренди, чтобы та смогла протиснуться туда. На улице над травой все ещё клубился утренний туман. Луна низко висела над кипарисовым лесом, зелёным и утопающим в дымке, короткие ветви скрывались под густым покровом испанского мха.       Чонгук не терпел жуков в доме. Бабл избавится от всех жуков, и тогда он опять будет счастлив. Кошка выбросила майского жука с крыльца в высокую траву, которую Чонгуку следовало бы покосить, потому как на Чимина и Тэхёна надежды не было никакой, и опять побежала внутрь.       Колдуны принялись складировать вещи в гостиной, сверяясь со списком. — Да, он сказал, с мебелью, но разве мы не можем просто развесить записки с надписями «зеркало», «часы» в качестве обещания, что в будущем они появятся, когда у нас будет время их сделать? Я бы предпочел сэкономить на мебели, чем на защитных заклинаниях, которые займут у меня весь день. Я уже начал чертить границы. Соль кипит на кухне рядом с зельями, которые мне пришлось отложить из-за этой ерунды. И эта ерунда должна сейчас стать первоочередной задачей и отнять некоторое время, чтобы разобраться с ней. Мы не можем потратить слишком много времени, стоя посреди «Таргет» и ведя дискуссию. — Почему мы вообще собираемся в «Таргет», если «Волмарт» в пятнадцати минутах езды отсюда? — «Волмарт» — зло, — засопел Чимин. — Я их не поддерживаю. И в «Таргет» интереснее выбор. Для Куки — только самое лучшее.       Тэхён гордо улыбнулся. Бабл пробежала мимо его ноги и шмыгнула под диван. — Смотрите-ка, у тебя уже есть собственное мнение о немагических магазинах. Мой малыш так вырос.       Ответ Чимина для Бабл потонул в звуках скрежетания жука о пол. Она прокралась вперёд, уставившись сузившимися голубыми глазами на цель. Жук опрокинулся на спину, пытаясь заползти на ковёр. Лёгкая мишень. Он вяло боролся, пока кошка подхватывала его у стены. — Я принесу простыни, — произнёс Тэхён, когда Бабл вернулась обратно, нацелившись на жука, копошащегося в цветнике на окне. — И два средних светильника из гостиной. Я принесу сюда один свой, пока мы не заменим их. — Нет, — простонал Чимин. — Просто возьмём один из сарая! Всё равно мы им не пользуемся!       Бабл вскочила на стул и, подтянув задние лапы следом за передними на край цветника, кинулась под листья в поисках жука. Одно из растений принялось невозмутимо охватывать кошку побегами, словно не хотело, чтобы та обнаружила жука. Бабл зашипела на растение и выронила насекомое. — Я не хочу, чтобы он взбесился ещё больше, чем уже сейчас! — запротестовал Тэхён. — В сарае есть старая книжная полка. Ты можешь очистить её, и мы выделим Чонгуку несколько книг. Думаю, ему это понравится.       Чимин запустил руку в цветник и, выудив оттуда Бабл, поставил её на пол. — Ты слишком увлёкся, Тэхён. Нам всего лишь нужно сделать пассивно-агрессивное заявление.       Тэхён нахмурился: — Я более чем уверен, что единственное заявление, которое мы таким образом сделаем — «Нам плевать на тебя».       Чимин сел на диван и потёр рукой глаза. Бабл развернулась, подбежала к нему и боднула головой его ногу. — Я просто разозлился из-за того, что он так накинулся на нас. Существует уйма способов обсудить всё цивилизованно, не запугивая вся… Ай! Жук!       Чимин отшатнулся от Бабл, подскакивая на диване и отдёргивая ногу из пределов её досягаемости. Бабл вздохнула, являя хозяину абсолютно невпечатленное его криком выражение на морде с сузившимися голубыми глазами, и выскользнула из комнаты с жуком, зажатым в пасти. — То есть ты собираешься сделать своё пассивно-агрессивное заявление о том, что тебе не нравятся его методы общения, при этом выполняя его просьбу с минимальными усилиями и раздражая тем самым ещё больше, — изумлённо резюмировал Тэхён.       Бабл толкнула дверцу и уже не слышала ответ, но она почувствовала стыд, охвативший Чимина.       Когда кошка вернулась обратно в дом, Чимин разглагольствовал о том, какие книги они могут отнести в комнату Чонгука. Тэхён толкнулся лбом в лоб Чимина и чмокнул его в щёку. Чимин слегка отпихнул его, но улыбнулся в ответ.       «Безнадёжные идиоты», — с любовью подумала Бабл.       До того, как появилась Бренди, оба парня были её мальчиками, она наблюдала за тем, как они годами ходили вокруг да около, прежде чем впервые поцеловаться. Сейчас, с появлением Чонгука, они целовались гораздо чаще.       Бабл поставила на ступеньку первую пару лап. Это займёт много времени.

***

— Тут действительно всё красное и белое, — бубнел Чимин, пока парни шли в «Таргет».       Тэхён достал из кармана порядком потрёпанный список и подхватил тележку. — Ты всерьёз думаешь, что тебе удастся запихнуть сюда кровать? — фыркнул Чимин. — Кровать запакована по частям в коробки, по приезде домой надо будет просто собрать все детали вместе. — Придётся — что? — у Чимина вытянулось лицо. — Я сам всё сделаю. Не парься.       Тэхён пытался одеть Чимина по-нормальному, но тот настоял и заявился в магазин в кожаных брюках, армейских ботинках и гламурном балахоне из меха лисы, что создала его мать. Балахон окутывал его узкие плечи и тонкую талию, переходил в рукава в три четверти и подчёркивался шёлковым подкладом красного цвета поверх простой широкой майки. Наряд не сочетался. Запястья Чимина утяжеляли серебряные браслеты. Он также надел чокер с ониксом и свой обычный набор подвесок с перьями и кристаллами. Уши усыпали камни и кольца. Даже в магическом обществе Чимин выглядел бы аляповатым, чересчур ухоженным и женственным. В «Таргет» он смотрелся всего лишь нелепо. Тэхён чувствовал себя до неприятного заметным, даже несмотря на собственные самые простые джинсы и чистейшую, максимально не потрёпанную белую футболку. — Всё такое банальное, — восхищённо произнёс Чимин. — и, ну, однотипное. Простое. — Чимин, пожалуйста, не говори так громко.       За несколько минут они потерялись окончательно. — Тэхён, а что оно делает? — Это «Кериг». Для приготовления кофе. — Типа кофемашины, которую ты мне как-то показывал.       Тэхён нервно глянул на покупателя в дальнем углу зала. — Да, только вместе с этой тебе придётся купить эти капсулы на разовую порцию. Вон картинка одной из них. Кладёшь капсулу наверх, вот сюда, машина прогоняет через нее кипяток, как сквозь сито, сюда ставишь кружку и получаешь одну порцию кофе. — Ого! — воскликнул Чимин, обхватывая руками коробку с кофемашиной, словно она была величайшим открытием в мире. — Тэхён, я хочу её! — Она работает от электричества, — добавил Тэхён. — О, — Чимин отдёрнул руки от коробки. Парень, закупающийся в их секторе, выглядел совершенно озадаченным, его голова была слегка повёрнута в их сторону, так, будто он изо всех сил старался не показать, что подглядывает за ними. Тэхён почувствовал прилив неприязни. — Пошли найдём мебель, Чимин. — Ахамм. — Бренди! Нет! Брысь из магазина! Тебе нельзя быть здесь! Иначе нас выставят отсюда!       Бренди медленно моргнула, сузив глаза, и испарилась. — Чёрт. Теперь она злится на меня, — бросил Тэхён, усаживаясь на пол.       В этот раз парень определённо пялился на них. Он наверняка считает их психами. Возможно, он заметил Бренди, однако простые люди очень редко могли увидеть её. С момента появления в их жизни Чонгука Тэхёну, конечно, было интересно, как далеко распространялась эта магия, но он не был готов узнать это прямо здесь и сейчас. Единственное кольцо на пальце Тэхёна тихо завибрировало, сигнализируя о враждебных мыслях человека позади и заставляя сжать зубы. — Ой, да конечно. Бренди никогда не злится на тебя больше часа, — не проникся Чимин. — А вот на меня она может злиться целый месяц, стоит мне только дотронуться до неё. Надеюсь, Бабл в порядке. — Всё с ней в порядке! — огрызнулся Тэхён.       Парень в открытую глазел на Чимина. Чимин уставился в ответ, окидывая парня разочарованным взглядом. Он выглядел оскорблённым. Тэхён ухватил Чимина за локоть и потащил прочь.       Пока Чимин отвлёкся на стойку с косметикой, Тэхён поймал служащую магазина. Он был твёрдо уверен, что им не стоило направляться прямиком к отделу продовольственных товаров, но Чимину было весело. — Где у вас находится мебель? — На полпути к центральному проходу и налево. — Взгляни на эту помаду, — выпалил Чимин, вновь появляясь позади него, рыжий мех лисицы безжалостно конкурировал с ярко-красным оформлением «Таргет». — Она вроде как практически нюд, но слегка розовая. Посмотри на мои губы. — Выглядит неплохо, — ответил Тэхён. — В-вы теперь должны купить её… мисс? — предположила служащая. — Должен? — удивился Чимин. — Ты не можешь попользоваться помадой, а затем просто поставить её обратно на полку, — вздохнул Тэхён.       Чимин выдавил хитрую ухмылку. — Что ж, видимо, мне придётся купить эту помаду.       Сотрудница универмага кивнула, скомканно пробормотала слова прощания и удалилась. — Сколько помад ты опробовал, Чимин? — Примерно пятнадцать, — они двинулись в сторону мебельного отдела.       Парни заглянули в отдел со шторами, минут десять пререкаясь по поводу того, какие занавески понравятся Чонгуку, пока Чимин периодически переключался на узоры на ткани. — Как наносят эти принты? Почему они все идентичны? Здесь нет швов? Как они добиваются такой аккуратной вышивки? — Это всё машины, Чимин, — пояснил Тэхён, с беспокойством оглядывая беспорядок, что учинил Чимин на демонстрационном стенде с образцами штор. — Люди используют машины. — Я в курсе, — отозвался Чимин, — в теории, по крайней мере, но не могу представить, как оно работает на практике. Убедись, что у нас верный размер карнизов. — Не важно. Мы повесим их на гвозди, вогнанные в стены. Не стоит заморачиваться на этом. — Ладно. Давай купим ему новое постельное. — У него стандартная полуторка. Читай ярлычки. — Синее? Под цвет штор? — Конечно. — Кажется, ты на взводе, — пробурчал Чимин. — Меня это определенно не забавляет так, как тебя.       Бренди была поблизости. Тэхён ощущал её присутствие в радиусе двадцати футов, прямо по главному проходу, кошка всё ещё оставалась невидимой. Вдалеке прошла молодая пара. В десять утра «Таргет» ещё не был забит покупателями, и каждый раз, когда к ним приближался кто-то посторонний, Тэхён ждал, что они подойдут и выскажут что-то нелицеприятное. Конечно, никто так не поступал, но его плечи всё равно были сдвинуты, руки засунуты в карманы, а глаза зыркали в ответ на любую попытку установить зрительный контакт. — Не дёргайся так, — посоветовал Чимин, закидывая постельное в тележку и обхватывая рукой талию Тэхёна. — Это ты здесь монстр из леса.       Тэхён прикрыл глаза и позволил Чимину мягко поцеловать себя в уголок губ. Кто-то наблюдал за ними. Кольцо Тэхёна зажужжало на пальце. Бренди, невидимая, крутилась у их ног. Чимин ухмыльнулся Тэхёну в губы, на руке, что покоилась ниже талии Тэхёна, завибрировало кольцо. — Кто-то здесь хочет меня, — пробормотал Чимин. — Давай уже купим грёбаную мебель и уйдём отсюда, — рыкнул Тэхён. — Ладно, — глаза Чимина сверкнули. — И ты трахнешь меня на кухонном столе, если у нас будет время днём, да?       Сотрудники, наконец, попались им в секции мебели, пока Чимин хихикал и тыкал пальцем на светильники, висящие в проходе, говоря: — Все они выглядят одинаково, но есть небольшие различия, например, рисунок на этом смещён на полдюйма вниз. Как они добиваются этого? — Вам требуется помощь? — задал вопрос один из консультантов. Вторая сотрудница, с которой они ранее столкнулись в косметическом отделе, неловко прикрылась локтем, словно они излучали опасность и ей требовалась защита. — Я ищу комоды, — ответил Тэхён. — Так что — нет. Я уже вижу их. Чимин, как думаешь, ему нужен комод с тремя или четырьмя ящиками? — С тремя. У него не так много одежды, к тому же, у него уже есть комод в доме.       Сотрудники немного отступили и пошли к главному проходу, перешёптываясь друг с другом. — Чёрный или белый? — Чёрный.       Тэхён попытался снять комод с полки и чуть не сорвал себе спину. Он встал, потянулся, чтобы выпрямить позвоночник, затем присел на корточки, чтобы ноги оказались ниже уровня ящика, и попробовал поднять его снова, но с грохотом поставил обратно. Тэхён обернулся и увидел ухмыляющегося Чимина, опирающегося на противоположную полку с руками, засунутыми в карманы. — Ладно. Давай ты.       Чимин скинул свой меховой жакет. — Если вам требуется помощь, — возвращаясь, сказала консультант из косметического отдела, — то у нас есть машины, которые мы обычно использу… ой.       Чимин упёр ящик с комодом себе в плечо и без особых усилий поднялся, обнажая руки, выпирающие мускулами из-под серебряных браслетов. До продавцов наконец дошло, что Чимин — не девушка. Глаза сотрудника-парня выкатились из орбит, а челюсть отвисла. Лицо немного побелело. Девушка позади него, заинтересовавшись, подалась вперёд. Тэхён понял, почему Чимин производил впечатление даже без руны силы над пробитым пирсингом пупком. — Кровати дальше по проходу, так? — уточнил Тэхён. — Д-да. — Ясно, спасибо.       Они зависли уже на периферии, так как Чимин был взбудоражен концепцией двухъярусной кровати с футоном на нижней койке. — Мы купим ему одну из них. Ему нужен диван-кровать! — Они выглядят такими замороченными, — заныл Тэхён. — Мы можем просто взять ему обычную кровать? — Диван-кровать! Диван-кровать! — Чимин подскакивал с ящиком на плече, содержимое грохотало внутри.       Ящик был очень тяжёлым. Служащие, хотя и предложили помощь в первую очередь, казалось, уже горько об этом пожалели. Тэхён принялся излучать магию запугивания, раздавая свои самые сладкие улыбки и действуя совершенно легкомысленно — его извечный любимый трюк. Консультанты выглядели расстроенными и смущенными, отвечая всё тише и тише. По шее сотрудницы отдела макияжа заструился пот. — Не стоило делать этого, — сказал Чимин уже в машине. На улице было слишком жарко для его дурацкого мехового жакета, но, видимо, в него было вложено какое-то охлаждающее заклинание, так как Чимин чувствовал себя вполне комфортно. — Эти несчастные работники на минимальной ставке всего лишь выполняют свои обязанности. Мы и правда выглядели слегка подозрительно.       Бренди уселась Тэхёну на шею, заставляя кожу покрыться испариной. — День будет жарким. — Не увиливай от разговора. Зачем ты сделал это? — Мне нравится понимать, что я их пугаю. — Это манипулирование, — вздохнул Чимин. — Злоупотребление силой.       Тэхён чуть не захлёбывался всем тем, что он хотел высказать: жестокими, полными ненависти и злобы словами о лишённых магии свиньях с их взглядами, их моральным превосходством, осуждением и дебильной привычкой отторгать всё отличающееся от них и демонизировать всё то, что сильнее и могущественнее их. То, как они окружали его. Злоупотребление силой. То, как они заставляли его чувствовать себя таким маленьким и уродливым.       Чонгук панически боялся магии. А они всё равно использовали её, чтобы привязать его к себе. Они всё время использовали её. Когда магия Тэхёна не была обузой для тех, кто его окружает? Горло саднило. Внутри груди ныло. Глаза жгло. Чимин, сидящий рядом, напрягся. Тэхён ненавидел то, что теперь Чимин знает, что именно он чувствует. Тэхён всегда был за наличие личного пространства. Прошедшие месяцы сблизили их, но и привнесли долю переживаний. Иногда они специально оставались в разных комнатах и избегали разговоров в отчаянной попытке вернуть свою частную жизнь. И хотя Чимин не мог игнорировать расстроенные чувства Тэхёна, он просто сидел, вцепившись в сиденье и уставившись на свои колени, пропуская через себя эмоции Кима, хотел он того или нет.       Зачем они привязали к себе слугу вместе? Зачем они вообще связали себя со слугой? Какого чёрта он решил, что это отличная идея?       Дорога расплывалась перед глазами. Тэхён свернул на обочину и остановился. — Тэхён? — Садись за руль, — ответил Ким. — Ч-что я сделал? — нервно пискнув, переспросил Чимин. — Прости. Я сказал это просто так, я не имел в виду… — Всё в норме. Я просто не могу… — Тэхён уронил голову на руль и зарыдал, надрывно всхлипывая. — Тэ, — выдохнул Чимин.       Бренди прижалась к рукам Тэхёна, тот зарылся лицом в её мех, сотрясаясь всем телом в такт рыданиям.       Слёзы иссякли так же быстро, как и начались, оставляя его судорожно вдыхающим глотки воздуха и опустошённым. — Пожалуйста, сядь за руль, — повторил Тэхён. — Не могу, — ответил Чимин. — Мама не позволила мне выучиться на права.       Ну, конечно. Как он мог забыть. Мать Чимина была одной из тех, кто считал автомобили слишком опасными и продолжал всей семьёй использовать мётлы. Его собственная мать считала мётлы слишком магическим изобретением и не позволяла держать их в доме. Полёт был основным магическим умением, которое Тэхён так и не смог освоить втихушку самостоятельно, основываясь лишь на собственных чарах. — Ладно. Дай мне минуту. Дело не в тебе. Прости.       Чимин неловко сжался на пассажирском сиденье, уставившись в лобовое стекло. — Поехали устроим долбаные апартаменты для нашего грёбаного парня-придурка, который нас ненавидит, — наконец произнёс Тэхён и завёл двигатель, стараясь игнорировать то, что Чимин, не отводя глаз от окна, безмолвно утирает струящиеся по лицу слёзы.       Когда они подъехали к дому, Бабл как раз вышла на крыльцо и выбрасывала в траву что-то мелкое и коричневое. — Да что она прицепилась к этим жукам? — удивился Чимин. — Ну, по крайней мере, это лучше, чем заедание стресса. — Как мы перенесём всю эту мебель в его комнату? — задался вопросом Тэхён. — Пойду найду свою палочку, — внёс предложение Чимин.       Тэхён стоял на верхней ступеньке приставной лестницы на чердаке и наблюдал, как Чимин убирается в помещении с помощью бабушкиной волшебной палочки, прута из тёмного дерева, сплошь покрытого резьбой и с небольшим кристаллом, выступающим на его навершии. Магия Чимина всегда поражала Тэхёна, такая точная и быстрая, сметающая опилки с новых досок и вычищающая мельчайшие паутинки из углов. Всего лишь одним движением Чимин охладил здесь раскалённый послеобеденный воздух. Мать Пака вырастила лучшего во всех штатах колдуна, специализирующегося на домашнем хозяйстве, и вот где он оказался: в топорно отстроенном сарае в болотах Южной Джорджии, всецело принадлежащий Тэхёну.       Чимин также озаботился защитными заклинаниями, вырисовывая на полу круги с помощью барьерного зелья: соль, пепел и магический фиксатор, способный годами удержать заговор на месте, не давая ему ослабевать. Он приклеил заговорённые карты по стенам и выжег руны на двери.       Работа Тэхёна была куда менее эффектной. — Мне лишь нужно прочесть инструкцию. — И как, чёрт возьми, это тебе поможет? — озадачился Чимин, окидывая взглядом чёрно-белые схемы сборки и детали кровати, разложенные по всему полу. — Мне нужно понять, как эти детали соединяются и в каком порядке. Можешь подержать для меня схему?       Чимин неуверенно взял инструкцию. Тэхён поднял руку, и первые детали кровати, словно они все были на верёвочках, отделились от груды остальных. Он взглянул на схему и ввернул нужные шурупы в соответствующие отверстия. Чимин в трепетном восхищении наблюдал за тем, как в воздухе постепенно обретает свои очертания кровать. Тэхён установил её к стене, откинув оставшиеся детали к краю лофта и на первый этаж постройки, чтобы разобраться с ними позже, и развернулся к комоду. — Где ты научился этому? — воскликнул Чимин. — Когда мы с Чонгуком строили этот сарай. Он давал указания, а я магически расставлял всё по местам. Это сродни точечному телекинезу. Возможно, если бы ты тогда вышел и помог нам вместо того, чтобы оставаться целый день в доме и печь печенье, ты бы увидел это собственными глазами. — Лаймовое печенье, — с негодованием уточнил Чимин. — И ты съел тогда практически всё. Не понимаю, с чего бы тебе жаловаться.       Чимин с энтузиазмом помог Тэхёну собрать вместе все детали комода, и Ким гордо, с долей смущения, улыбался. Сборка комода была проще, детали легко соединялись друг с другом. Комод опустился на пол, один из ящиков распахнулся. Чимин отбросил инструкцию в сторону и обхватил Тэхёна за талию. — Ты потрясающий, Тэ. Это было просто великолепно. А теперь раздень меня.       Тэхён фыркнул и скинул с плеч Чимина балахон из лисьего меха. Чимин стянул майку, чудесным образом избавляясь от всех своих украшений, хотя Тэхён явно подозревал, что здесь не обошлось без магии. — На спину, — скомандовал Чимин. — Хочу объездить тебя.       Зад Тэхёна шлёпнулся на пол с рекордной скоростью. Чимин скинул ботинки и брюки и забрался к нему на колени, задирая футболку Кима до подмышек, чтобы, постанывая, втянуть в рот его сосок. — Чёрт, Чимчим, — выдохнул Тэхён, охаживая взглядом гладкую выточенную спину Чимина, венчающуюся изгибом его ягодиц. — Тащи свой аппетитный зад сюда, чтобы я смог растянуть тебя. — Сперва я хочу тебе отсосать, — мурлыкнул Чимин. — Блять. Давай.       Чимин дёрнул брюки Тэхёна вниз по бёдрам, высвобождая член, и тут же насадился на него горлом, чуть ли не давясь им. — Чим, помедленнее, — прохрипел Тэхён, поджимая пальцы ног. — Бог мой. — Угмммм, — простонал Чимин, не отрываясь от члена и скользя языком по его задней части. Тэхён приложился головой о пол, прикрыл глаза и раскинул руки, концентрируясь на мучительно-приятном удовольствии, обволакивающем его член. — Ты такой ленивый во время секса, — отстраняясь, хихикнул Чимин. — Вообще-то я каждый раз занимаюсь подготовкой. Иди сюда. — Как тебе удаётся создавать что-то без амулетов? — поразился Чимин. — Так круто. — Не в курсе. Просто как-то попробовал, и у меня получилось. — А ты можешь, ну, создать много за раз или это твой предел? — спросил Чимин, разглядывая тонкий слой смазки, окутывающий пальцы Тэхёна. — Знаешь, — усмехнулся Тэхён, — я ни разу не пытался создать больше, чем столько. Надо? — … нет. — Ну и ладно, — захихикал Тэхён. — Тэ.       Тэхён поднёс пальцы к сфинктеру Чимина и разом воспроизвёл огромное количество смазки, на которое только был способен. Чимин ойкнул и подскочил. Смазка с громкими хлюпающими звуками разлеталась повсюду, заляпывая ягодицы Чимина и усеивая брызгами бёдра Тэхёна. Ким громко хохотал. — Тэхён, ты гад, — пронзительно вскрикнул залившийся румянцем Чимин, шлёпая Тэхёна по груди. — Ты всё испортил! Я просто хотел потрахаться, а ты что делаешь!       Тэхён продолжал смеяться, скрючившись под Чимином и вполсилы защищаясь. — У тебя с яичек капает. — Да иди ты! Я чувствую! — продолжал возмущаться Чимин. Смазка испарилась. — Давай заново, придурок.       Тэхён толкнулся внутрь двумя пальцами, вынуждая Чимина поджать мышцы живота. Ким с благоговением провёл свободной рукой по сочным бёдрам Пака. — Тут всё ещё влажно. — Фу, не будь таким грубым. — Не веди себя как принцесска. — Давай быстрее.       Тэхён притянул Чимина повыше, чтобы было удобнее растягивать, улыбаясь тому, каким блаженным было его выражение лица. Чимин насаживался на пальцы Тэхёна, постанывая от неудовлетворения. — Хочешь ещё? — Да, — промычал Чимин.       Тэхён послушно толкнулся внутрь третьим пальцем. В последнее время растяжка всегда проходила довольно легко. — Когда Чонгук трахал тебя последний раз? — поинтересовался Тэхён. — Три дня назад, — выдохнул Чимин, запрокидывая голову назад и прикрывая веки, — на кухне, пока я пытался приготовить ужин. Он раздел меня, оставив только фартук, и трахнул на кухонном столе. — М-м. И как тебе? — Полная антисанитария, — отозвался Чимин, подвески позвякивали в такт его движениям. — А ещё мне пришлось отчищать фартук. — Тебе понравилось? — Очень, Тэ. Нам стоит выпустить ту смазку-зелье, повышающую чувствительность, что я как-то приготовил. Она так классно работает. Я кончил дважды. — А почему он трахал тебя на кухне? Ты дразнил его, Куколка? — спросил Тэхён и тут же ухмыльнулся от реакции Чимина на ласковое прозвище, которое ему дал Чонгук: дрожь прошила его бёдра, а плечи свело от напряжения. — Да, — проскулил Чимин.       Сейчас, когда он скинул пиджак, его кожа влажно сияла в свете, льющемся из окон, а по лицу струился пот, пока он скакал на пальцах Тэхёна. — Плохой мальчик, — вырвалось у Кима.       Чимин, задохнувшись, оттолкнул руку Тэхёна и двинулся к его члену. — Очень плохой, — произнёс с усмешкой Чимин и насадился на член с пошлым хлюпаньем.       Тэхён попытался засмеяться в ответ, но из лёгких словно выбили весь воздух. Чимин вновь принялся скакать на Тэхёне, а тот развлекал себя, поглаживая внутреннюю часть бёдер Чимина, вынуждая того сбиваться с ритма, и хватаясь пальцами за серебряное кольцо на правом бедре. Он перекинул всю коллекцию кулонов за спину Чимину, чтобы те не мешались. Больше всего Тэ нравился секс с Чимином в те редкие моменты утра, когда Пак снимал все украшения на ночь, оставаясь таким нежным, беззащитным и уязвимо-обнажённым. Однако секс с Чимином, сверкающим и переливающимся в падающем на него свете, таким могущественным и ошеломляюще великолепным, тоже был потрясающим. — Давненько мы не делали с тобой этого, — сказал Чимин, замедляясь до плавного, дразнящего ритма. — Только ты и я. — Странно заниматься сексом с одним из вас, когда рядом нет другого, — ответил Тэхён. — Правда? — удивился Чимин. — Я часто трахаюсь только с Чонгуком. Ты разве нет? — Неа, — возразил Тэхён. — Я не такой озабоченный, как вы двое. — Ого, что ж. Звучит так, словно ты хочешь, чтобы я прервался и кончил сам. — Ты этого не сделаешь, — заявил Тэхён. — Почему нет? — Чонгук не умеет делать так, — проговорил Тэхён и принялся вбиваться в Чимина, направляя магию через свой член прямо в его внутренние стенки.       То же самое он делал с членом Чимина, напрямую действуя на рецепторы и вытворяя что-то схожее со своим обжигающим трюком. Он научился этому приёму ещё в двенадцать и постоянно экспериментировал с ним не только в магическом плане. Чимин навалился сверху, дрожащими руками упираясь в грудь Тэхёна. — Чёрт. Чё-ёрт. — Скучал по этому, да? — выдохнул Тэхён и перевернул их.       Чимин бессильно дёрнулся на полу, с расфокусированным взглядом широко раздвигая ноги и роняя руки за голову.       Тэхён низко простонал и начал толкаться глубокими медленными фрикциями, оставив руку на члене Чимина. — Т… ты… определённо… бог секса, — ахнул Чимин. — Я ещё не показывал этот трюк Чонгуку, — рыкнул Тэхён. — Подумал, что это может его напугать, и парень кинется защищать свои причиндалы. — Поверь мне, — простонал Чимин, — никто, — он прервался, чтобы судорожно вдохнуть из-за магии Тэхёна, пронзившей его соски, — никто не откажется от такого.       Тэхён растянул действие магии на свой член, создавая давление, словно в горле Чимина, когда тот усердно отсасывал ему, и тут же потерял контроль над своим тазом, что начал жёстко и грубо вколачиваться в податливое тело Чимина. Пак выгнулся дугой, заскулил и кончил, заляпывая голый живот и покрывая каплями спермы серебряное кольцо-артефакт в пупке.       Тэхён отменил действие заклинания на тело Чимина и щёлкнул его по кольцу в пупке. — Очень горячо. — Вообще я собирался проколоть сосок, — выдохнул Чимин. — А мне нравится, что оно здесь, — признался Тэхён. — Украшает твой пресс.       Он вышел из Чимина и оседлал его бёдра, надрачивая член с помощью магии и целеустремленно двигаясь навстречу оргазму. — Люблю, когда ты ведёшь себя как развратный маленький мальчик, — ухмыльнулся Чимин. — Замолчи, — рыкнул Тэхён. — Словно мы тут меряемся членами и длиной струи, — продолжал Чимин. — Хочешь, чтобы я нассал на тебя? — спросил Тэхён, быстрее толкаясь в кулак. — Нет! — рассмеялся Чимин, сотрясаясь прекрасным телом.       Тэхён был свидетелем того, как меняется его тело с тех пор, как Чимин был ещё тощим ребёнком, затем неуклюжим пухлым тинейджером, круглым в ненужных местах, с дурацкой причёской и жирной кожей. Он наблюдал, как Пак тренировался и увлекался вредными диетическими зельями, пока его тело не стало идеальным, как у порнозвезды. Затем он следил за тем, как Чимина бросало в объятия каждого горячего парня, что попадался ему на пути, пока Тэхён не затащил его в глухие болота Джорджии, и он стал принадлежать только ему. Ему и Чонгуку, весь сверкающий серебром и брызгами белёсой влаги.       Тэхён кончил, глуша низкие стоны в безупречную тонкую талию, прямо в руну силы на ней. Чимин глядел из-под полуприкрытых век взглядом с поволокой, затраханный и очаровательный. Какой-то миг они переводили дыхание, а затем Тэхён шлёпнул рукой по лужице спермы, разбрызгивая её повсюду. Чимин взвизгнул, отпихнув Тэхёна, и взмахом руки подозвал палочку, одним движением убирая весь бардак и окидывая Кима негодующим взглядом. Тот, хохоча, развалился на полу. — Засунь свой член обратно в брюки! — Засунь себя обратно в одежду, Чимчим! — О, Чонгук уже дома, — заявил Чимин, наполовину натянув ботинки.       Тэхён телепатически уточнил у Бренди, вернулся ли Чонгук, и получил утвердительный ответ. — Бабл считает, что он ещё бесится, — добавил Чимин. — Конечно, бесится. А нам всё ещё нужно закончить обустраивать эту комнату. Давай примемся за дело.       Тэхён остановил Чимина у лестницы, сжал в руках его мягкие щеки и оставил на губах крепкий влажный поцелуй. — Люблю тебя, — произнёс Тэхён и сбежал вниз по лестнице, Чимин остался на чердаке, нежно улыбаясь.

***

      Бабл встретила Чонгука на крыльце с очередным жуком в зубах. — Бмрр, — мявкнула она и выплюнула насекомое в траву. — Я сохранил твоего утреннего, — сообщил кошке Чонгук и вытащил уже мёртвого жука из кармана.       Бабл глянула на Чона, моргнула огромными голубыми глазами, бросила взгляд на траву, куда она недавно вышвырнула жука, затем вновь посмотрела на насекомое в руках Чонгука и уселась на крыльце, выглядя абсолютно выбившейся из сил. — Ты охотилась за ними по дому весь день? — удивился Чонгук.       Бабл хлопнулась на бок, что, видимо, означало «да».       Чонгук улыбнулся и поднял её на руки, чмокая в голову. — Ты замечательная, правда?       Бабл громко замурлыкала ему в лицо. — Такая милая. Трудяга, — на самом деле, Бабл являлась самым ленивым членом семьи, но говорить ей об этом напрямую было бы очень грубо. — Где парни?       Кошка глянула в сторону чердака сарая. Чонгук ощутил слабые отголоски игривого возбуждения. — Просто потрясающе, — проворчал он.       Его плечи и поясница до сих пор ныли от проведённой на полу ночи. Сегодня он вычистил четыре двора безо всякой магии и, естественно, без Оуэна, так что у Чона была уйма времени наедине с собственными мыслями, чтобы попытаться вспомнить последний раз, когда он чувствовал себя самим собой, а не рабочей лошадкой Оуэна или одним из орудий для колдунов. Это было больше года назад. А до этого он был собственностью своей кошмарной семейки. Ему было жарко, он вспотел, вымотался физически и всё ещё злился, а эти идиоты трахались в сарае, будто ничем лучше заняться они не могли.       Примерно в середине процесса принятия горячего душа, Чон с помощью эмпатической связи ощутил всплеск любви и радости. Мило. Он уселся на дно ванны на ножках и откинулся спиной на бортик, подставляясь под струи воды. Ванна была настолько глубокой, что холодный фарфор прижался к его ноющим плечам, даря волшебное облегчение. Душевая занавеска прилипла к ногам и облепила бока, но Чонгуку не было до этого никакого дела. Он сто лет не был в ванне, достаточно длинной для его ног. Возможно, ему просто следует набрать воду и полежать.       Дверь широко распахнулась. — Малыш? — Чимин? — Хочешь помочь нам в обустройстве?       Единственное, что хотел сейчас Чонгук — свернуться клубочком на кровати и год не двигаться. И он предпочёл бы делать это в своих примирительных апартаментах. — Нет. — Уверен? Будет весело, — Чимин отдёрнул занавеску, чтобы уставиться на Чонгука с надувшимся выражением.       Чон откинул со лба мокрые пряди волос и мрачно глянул в ответ. Чимин был одет в свой помпезный балахон из меха лисы. — Уверен. — Всё в порядке? — Устал. — Тяжёлый день на работе? — Тяжёлый день в принципе. — Ладно, ладно. Понял. Ухожу. — Спасибо. — Как грубо, — отозвался Чимин, и Чонгук ощутил, что того это действительно слегка задело.       Чонгук спустился двадцатью минутами позже и подхватил с полки записи матери Чимина с лекарственными рецептами, чтобы отыскать какое-нибудь болеутоляющее. Рецепт был одним из первых и самых простых. Чёртовы колдуны живут, не страдая от обычной боли. Ну, по крайней мере, у них бывают приступы магической. Чонгук сейчас страдал от обеих. Ему точно требовался джин Тэхёна.       Чимин подошёл сзади, когда Чонгук нарезал корень фэйри, лукообразный отросток ярко-голубого цвета, обычно отходящий от растения, похожего на мутировавшую поганку. Чимин обвил руками талию Чона и прижался щекой к его плечам. Сердце Чонгука немного смягчилось. — Куколка? — М-м… С возвращением.       Чонгук буквально слышал его улыбку. На кухню ввалился Тэхён, скинул охапку книг на стол и обвил собой левый бок Чонгука, потираясь лбом о его висок. Оба парня были покрыты потом и пахли сексом. — Как обстоят дела с ванной в моем новом лофте? — поинтересовался Чонгук и тут же почувствовал волну ужаса от обоих. — Шучу, — усмехнулся он, и колдуны с облегчением расслабились. — Мы были в «Таргет», — гордо объявил Тэхён, и Чонгук улыбнулся. — И напугали сотрудников.       Чонгук ощутил смешанную тревогу Чимина, за которой последовала на удивление горькая злость Тэхёна. Ким устало глянул на Пака и, подхватив книги, вихрем унёсся с кухни. Чимин мигом закрыл свои эмоции, но Чонгук успел зацепить его беспокойство и чувство вины. — Что это было? — уточнил Чонгук. — Не уверен, что могу говорить об этом. — Отлично. Это ваши секреты. Только для вас двоих. Не моё дело. Не то чтобы я эмоционально был частью этих отношений. Я здесь для того, чтобы другие чувствовали своё превосходство. — Он даже со мной об этом не говорит, а мы росли вместе, — возразил Чимин. — Я не могу сказать тебе что-то, не обсудив сперва с ним. — Ясно, — вздохнул Чонгук. — Прости. — Я собираюсь пойти повесить занавески в твоей комнате. Ты даже представить не можешь, какой угрозой для отношений может стать обычный выбор штор.       Однако Чонгук не был в настроении смеяться над шуткой. Он бросил порезанный корень в котёл и довёл зелье до кипения.       Долгий летний день вступал в свой апогей под палящим солнечным светом, с цикадами, громко стрекочущими в болотах, влажным зноем, создающим ощущение, что ты медленно жаришься заживо, и терпким запахом опавших сосновых иголок и кипарисов. Чонгук сидел на крыльце в кресле-качалке с болеутоляющим зельем в чашке, похожим по вкусу на листья и слишком горячим, чтобы пить его в такую жару. Чонгук всё равно пил, понимая, что, пока грудь покрывается испариной, из конечностей постепенно исчезает боль. Он надвинул кепку на глаза, закинул ноги в самодельных кожаных ботинках на перила, нашёл кантри-канал на "Спотифай" и с чувством глубокого удовлетворения погрузился в атмосферу, о которой мечтал каждый из пухлых краснощёких мальчишек из его старшей школы. — Ты похож на провинциала, — заявил Чимин, поднимаясь на крыльцо откуда-то с пыльного двора. — Янки, — ухмыльнулся Чонгук. — слоуво, коутоорое теибе нужна — этоу «диеривенщинаа». «Проувинциал» гаварят на Сриеднем Западее.       Чимин шлёпнулся на верхнюю ступеньку и рассмеялся. — Я вообще не понял, что ты сказал. Что? — Слово, которое тебе нужно — это «деревенщина». «Провинциал» говорят на Среднем Западе. — Упс. А я-то думал, что у тебя и так заметный акцент.       Чонгук сдвинул с глаз кепку. — У меня нет акцента. — Вообще-то есть, — скептически глянул на него Чимин. — Он не сильно режет слух, но ты добавляешь странные дифтонги и сильно тянешь гласные, особенно в конце предложений и когда ты бухтишь.       Чонгук скорчил гримасу глубочайшего отвращения. — Пожалуйста, скажи мне об этом в следующий раз, чтобы я мог поправить себя. — Мне нравится твой акцент, — покачал головой Чимин. — Он очень мягкий.       На крыльцо поднялся усталый Тэхён с фонарём, покрытым ржавчиной. — Тэ, у меня есть акцент? — Небольшой, — пожал тот плечами. — Блин. — Ты очарователен с ним, — добавил Тэхён.       Чонгук вновь скорчил гримасу и надвинул кепку на лоб ещё ниже. — Я потратил годы жизни, пытаясь не быть похожим на всех этих людей, — заныл он. — Но от тебя так и веет Джорджией! — сказал Чимин, обнимая Чона за ногу и пристраивая подбородок на его колене.       Чонгук глотнул ещё обезболивающего зелья и поёжился от дискомфортного ощущения раскалённой лавы, стекающей по его горлу. — Да уж, думаю, есть вещи и похуже, — ответил он. — Типа как не быть колдуном, ахаха! — вставил Тэхён и скрылся внутри.       Мгновение Чонгук сидел в замешательстве, чувствуя, как Чимина охватывают шок и неодобрение, и понимая, что его сейчас очень грубо подкололи, а затем сдвинул кепку с глаз. — Почему он так сказал? — произнёс он на повышенных тонах срывающимся голосом, в котором сквозило расстройство. В груди саднило, но ему не хотелось больше ни капли проклятого болеутоляющего. — Пожалуйста, не принимай это на свой счёт, — тихо сказал Чимин. — Как я могу не принимать это на свой счёт? — Мне очень жаль, — продолжал Чимин. — Пожалуйста, не злись. И, пожалуйста, не кричи на него. Не надо на него кричать. — Не то чтобы я собирался, — Чонгук устало провёл рукой по лицу. — Просто какой-то момент становится последней каплей, знаешь ли. — Не надо кричать. Пожалуйста, не кричи. Мне кажется, ты чуть не сломал его сегодня утром. — Я не мог оставить всё, как есть. — Почему нет? — немного раздражённо задал вопрос Чимин, как если бы основной задачей Чонгука в отношениях как раз и было закрыть рот и смириться со всем происходящим, как если бы Чимина вполне устраивало отсутствие счастья Чонгука, лишь бы ему самому и Тэхёну не пришлось страдать.       Чонгук встал, отодвигая ногой Чимина, и последовал в гостиную за Тэхёном, который сидел на полу комнаты с опущенной головой, отвернувшись ото всех. Бренди с комфортом устроилась рядом. Чонгук с усилием подавил в себе желание автоматически извиниться за всё, что бы он ни натворил. Почему, чёрт возьми, Тэхён выглядит таким расстроенным? Что его расстроило?       Тэхён, должно быть, почувствовал присутствие раздражённого Чонгука за спиной. Он сжался ещё сильнее. Чонгук ненавидел моменты, когда он видел страдающего Тэхёна, но ничем не мог ему помочь. Он завалился на кровать и уставился в потолок, чувствуя себя надувшимся ребёнком, пока к нему не пришёл Чимин, чтобы позвать посмотреть его новую комнату. Парни провели его сквозь дверь и вверх по лестнице, выглядя, как двое детей, демонстрирующих своей матери лишь частично убранную комнату. — Мило, — немного удивлённо выдал Чонгук. — Диван-кровать. Как в «Лего фильм». Круто.       Шторы радовали глаз приятным холодным оттенком синего, сочетающимся с постельным бельём. Они поставили светильник на поцарапанный столик, который в своё время запихнули в дальний угол сарая, чтобы убрать его из гостиной. На старой резной книжной полке ютились несколько книг из библиотеки. Колдуны наклеили стикеры на некоторые предметы, которые пообещали заменить в будущем на вариант получше.       Тэхён выглядел вполне счастливым от результата, не считая припухших глаз и того, что он, немного потерянный, держался позади Чимина, засунув руки в карманы. — Всего лишь мило? — Чимин явно не был удовлетворён таким ответом. — Здесь… уютно? — заморгал Чонгук. — Не мог бы ты выказать чуть больше восторга? — насупился Чимин. — Мы целый день убили на это.       Тц. — В качестве извинения! Боже. Всё, выметайтесь из моего лофта. Надеюсь, вы не трахались на моей кровати? — Мы постоянно трахаемся в твоей постели! Это наша мебель! И — нет — мы трахались на твоём полу. Священная неприкосновенность твоей грёбаной кровати в безопасности. — Спасибо за комнату, — бросил Чонгук, плюхаясь на кровать. — А теперь уходите. — Ну уж нет, — рыкнул Чимин. — Встань…       Чонгук ощерился на приказ, но рывком поднялся на ноги, хотя изо всех сил старался не делать этого. — … и, блять, поговори уже с нами. У нас есть работа этим вечером, и ты не останешься здесь дуться, как маленький ребёнок… — ХВАТИТ МНЕ ПРИКАЗЫВАТЬ!       Тэхён, съёжившись, присел на корточки. Чимин подскочил, глянул на Кима, а затем оттолкнул Чона на пару шагов. Чонгука всегда настораживало то, сколько силы было в его руках. Это было неправильно. Наверняка, это магия. Скорее всего, он пользуется магией. — Что, чёрт возьми, я говорил тебе, когда мы были на крыльце? — спросил Чимин, оставаясь подозрительно спокойным. — Прекрати воздействовать на меня магией! — рявкнул Чонгук. — Я даже не могу защититься от этого. — Посмотри, что ты сделал с Тэхёном!       Ким свернулся на полу в клубочек, обхватив голову руками. — Мне всё равно! — заорал Чонгук. — Вечно я у вас третий лишний! Вы двое всегда защищаете друг друга, а я постоянно пытаюсь защититься от вас обоих, но не могу! Не могу, блин! Выметайтесь из моего лофта! — Мы выросли вместе! — взорвался Чимин. — Чего ты ожидал? Как ты не поймёшь это? Ты слуга, связанный с нами! Пора бы уже привыкнуть! — Если я ваш слуга, значит, я не ваш парень!       Тэхён съёжился у стены, опустив голову на колени. С лица Чимина сошли все краски. — Ты можешь быть и тем, и другим, — отчаянно взвизгнул он. — Ты должен! Мы не можем отменить заклинание! — Так не может продолжаться, Чимин! Половину времени я не чувствую себя человеком! Я не ваш питомец! В этих отношениях есть серьёзные проблемы, и все они валятся на меня. Вы двое даже не понимаете этого, а я чувствую себя совершенно одиноким. Прекратите использовать магию, чтобы контролировать меня! Ненавижу это!       Тэхён охнул, его начало трясти, дыхание участилось. — Заткнись! — в панике закричал Чимин.       Чонгук сделал глубокий вдох, чтобы продолжить, и не смог, как будто его голос действительно исчез. Чимин мигом осознал, что же он натворил. — Ох, чёрт. Прости. Я не имел в виду…       Тэхён издал странный задушенный звук, выплёскивая силу, которая впечатала мебель в стену и распахнула окна. Выброс силы болезненно швырнул Чонгука в его двухъярусную кровать, приложив головой о металлический поручень. Чимин, перевалившись через край чердака, рухнул вниз.       В голове Чонгука звенело. Комната кружилась перед глазами. Он увидел, что Тэхён стоит на четвереньках напротив него, скрючившись, как какое-то чудовище, рвано дыша распахнутым ртом и невидяще уставившись стеклянным взглядом. Чонгук потянулся по эмпатической связи и ощутил звенящий, опустошающий страх. Чон попытался подползти к Тэхёну, но комната словно встала с ног на голову.       На краю чердака показались руки Чимина: тот легко, как гимнаст, подтянулся наверх, мрачно озираясь вокруг и останавливаясь взглядом между ними. Чонгук видел обоих парней как будто издалека, из-за головокружения воспринимая их как нечто кошмарное, словно в любой момент они могли превратиться в лесных монстров со светящимися глазами и пылающими руками. Чон обессиленно сжался на кровати. Чимин, конечно же, пойдёт к Тэхёну. А затем, когда убедится, что с тем всё в порядке, Пак доберётся до Чонгука и накажет его.       Однако Чимин этого не сделал. Он поднял руки, и Чонгук вздрогнул, но окна плавно захлопнулись, а мебель скользнула на место. А потом Чимин сжал в руках Чона, успокаивающе гладя его по затылку, унимая боль и очищая разум от галлюцинаций. — Чонгук, всё хорошо. Прости.       Чон принял сидячее положение, в голове прояснилось. — Он в порядке? Что произошло?       Тэхён всё ещё тяжело дышал, пьяно раскачиваясь на четвереньках, взгляд метался, не фокусируясь ни на чём. — В старшей школе на него часто кричали и травили, — признался Чимин. — И его мать тоже. Она ненавидит его магию. Он ещё со школы всегда реагировал магической паникой на крики, но никогда раньше — так сильно. Его родители постоянно ссорились, когда его отец приезжал к ним. — Почему никто не просветил меня об этом? — спросил Чонгук, перед глазами всё поплыло. — Откуда мне было знать? — Прости, — прошептал Чимин. — Я не виню тебя. Я заберу его в дом и успокою. Ты собираешься остаться здесь на всю ночь? — Ага. Я всё ещё зол на вас. — Мы со всем разберёмся, — мягко ответил Чимин и нежно прикоснулся губами к волосам Чонгука. — Если у нас проблемы, мы решим их. — Если, — фыркнул Чонгук. Чимин поджал губы, но не стал настаивать. — Ты уверен, что с ним всё будет в порядке? — Успокаивающее зелье поможет, — кивнул Чимин.       В голове Чонгука было до приятного прохладно и чисто. Все драмы и страхи испарились, остались лишь три идиота на чердаке сарая, два из которых препирались, а третий изо всех сил изображал контуженного барсука. — Поможешь мне с ним? — уточнил Чимин. — Я останусь тут до завтра, — покачал головой Чонгук.       Чимин грустно вздохнул. — Мы любим тебя, — сказал он, целуя Чона в голову. — Так что мы со всем разберёмся. Ты прав. Наши проблемы не должны задевать только тебя. Мама говорит, что я иногда забываю примерять свои заклинания на чужие волшебные палочки.       Чонгук растерянно глянул на лицо Чимина, озарённое мудростью. — Типа «влезь в чужую шкуру»? Такой смысл? — Хм. Да, думаю, это тоже подходит. Никогда не слышал. — Странно.       Только после того, как Чимин ушёл с Тэхёном, перекинутым через плечо, Чонгук понял, что ничего не ел и не захватил в сарай ничего, что ему нужно на ночь, однако он был слишком горд, чтобы вернуться в дом, хотя до заката оставалась ещё пара часов. Чон забрался на верхнюю койку, укрылся одеялом и приготовился к долгому вечеру зависания в собственном телефоне.

***

      У Бабл закончились жуки. Она слонялась по кухне в поисках, чем бы себя занять, ластясь к ногам Чимина, пока тот метался от плиты к Тэхёну, что сидел, сгорбившись, за столом с чашкой чая, как травмированный пациент. Чимин ступал мелкими шаркающими шажками, как он обычно передвигался по кухне, загребая ногой на поворотах и случайно задевая пальцами хвост Бабл. Та передвинула хвост ближе, наблюдая, сделает ли он так снова. Сделал. Кошка потёрлась о щиколотку Чимина, когда тот повернулся с полным тушёного рагу горшком в голых руках, на запястьях сверкали охлаждающие чары. Чимин грациозно споткнулся, едва не наступив на Бабл, и с громким лязгом поставил горшок на подставку, обрушиваясь на него следом. Тэхён чуть подскочил. — Бабл, пожалуйста, сядь на стул или куда-нибудь ещё, — вздохнул Чимин.       Неужели ему не нравится ощущение её пушистого меха, касающегося его ног? Кошка фыркнула и убежала за дверь облизывать лапы. — Милая, не сердись на меня. Но ты путаешься под ногами.       Бренди не говорили, что ей нужно куда-то сесть, и она определённо путалась под ногами, крутясь у обнажённых голеней Тэхёна и лениво моргая, её раскосые жёлтые глаза мерцали в тени от его стула. Никто и никогда не говорил Бренди, что ей делать. И она не любила ласку. Глупая Бренди не знала, что такое — наслаждаться жизнью. Она просто появлялась, когда хотела, чтобы люди пялились на неё с любопытством и удивлением, а затем вновь скрывалась в лесах, когда весь дом погружался в сон.       Бренди напоминала ей тихую сторону Тэхёна. Ту, что сбегала в лес на три недели, когда им было по тринадцать лет, ту, что в хорошую погоду спала в каноэ в болоте с аллигаторами вокруг или не спала вообще, проводя время на кухне с банкой пиявок и горшком телячьей крови, пытаясь разработать зелье со свойствами яда мухи цеце. Тихая сторона Тэхёна никогда не удосуживалась погладить Бабл. Плохое влияние. — Милая, сделаешь кое-что для меня? — спросил Чимин.       Бабл послушно вбежала назад. Пора продемонстрировать Бренди, как ведёт себя настоящий фамильяр.       Чимин присел с коробочкой, перевязанной платком, в руках. — Немного тяжеловато. Справишься?       Бабл обхватила пастью узелок и попробовала поднять. Груз с трудом оторвался от земли. Бабл сделала несколько шагов и остановилась в ожидании указаний. — Хорошая девочка. Отнеси это Чонгуку.       Чимин проводил кошку до двери, придержал её, и Бабл припустила по потрескавшейся красной земле, коричневой траве, растущей у края тропинки и пробивающейся клочками то тут, то там между домом и новым сараем. Уши уловили присутствие ещё нескольких майских жуков. Ладно уж, пусть себе жужжат. Чонгук сохранил её жука. Бабл до сих пор не знала, что это означало. Насекомое погибло, и Чона это не волновало, но, может быть, ему нравятся жуки больше, чем она предполагала. Кошка присела у порога, опустила свою ношу и громко мяукнула. В болоте громко стрекотали цикады. Где-то вдалеке ревел аллигатор. Красная глина жгла лапы. — Мрр?       Ей показалось, что в доме приглушённо играет музыка. Бабл поскреблась в дверь. Ничего. Бабл кинула взгляд сквозь стену на чердак. Чонгук свернулся на диване в одних боксерах, подпирая телефон коленом и улыбаясь проигрывающемуся видео. — Прр!       Бабл вновь поскреблась в дверь. Телефон тренькнул входящим сообщением. Чон остановил видео. — Бабл? — Мяу! — Иду.       Чонгук слез с чердака. Затем дверь приоткрылась, Бабл заморгала, фокусируя зрение на пространстве перед собой, и вбежала внутрь. — Пришла в гости? — спросил Чонгук. Бабл присела в ожидании у подножия приставной лестницы. Чон подхватил её и усадил в широкую корзину, стоящую на земле. К ручке корзины был привязан канат, конец которого обвивал балку. — Жди здесь. Я подниму тебя наверх.       Бабл скептически ждала, с трудом выглядывая за край корзины. Та резко дёрнулась, кошка пискнула и взяла себя в руки. Корзина мягко поднималась наверх, канат тёрся о деревянную балку, пока в зоне видимости не показался Чонгук, осторожно вытаскивая Бабл из корзины.        Чон поставил корзину на пол чердака и улыбнулся. — Думаю, парни использовали её сегодня для того, чтобы поднимать и спускать вещи. Надеюсь, я не напугал тебя. Не хотелось карабкаться по приставной лестнице, держа в руках и тебя, и то, что ты там принесла.       Кошка сложила ношу у ног Чона и гордо улыбнулась. Посылка доставлена. Миссия успешно выполнена.       Чонгук развязал узел, и к его ногам выкатилась стеклянная бутылка, полная воды. Сверху был какой-то пузырёк. По тёмно-фиолетовому оттенку Бабл без труда распознала в жидкости зелье от контузии и с любопытством наклонила голову. Что такого интересного она пропустила, что и Чонгук, и Тэхён сейчас пили зелья по избранным рецептам мамы Пак? Чон беспрекословно проглотил варево и с облегчением откинул голову назад. Чонгук открыл коробку, слои тонких бамбуковых полос были украшены резьбой в виде стрекоз, чтобы подчеркнуть лакированное тёмное дерево под ним — одна из поделок Тэхёна в ленивое послеобеденное время. Чимин наполнил ёмкость рисом и рагу. Бабл шагнула вперёд и принюхалась. — Хочешь немного? — поинтересовался Чонгук, уже копошась в пище инкрустированной кристаллами ложкой.       Бабл наклонилась и ухватила большой кусок мяса прямо с верхушки. — Ладно, — Чонгук отложил немного на крышку.       Кошка ела очень аккуратно, стараясь не запачкать свой мех. Чонгук ел далеко не так изящно: сгребал еду в рот, вытирал подбородок тыльной стороной ладони, следом облизывая её.       Мальчишки. Грязнули.       Как только Чонгук покончил с ужином, Бабл свернулась клубочком у него на коленях и, уютно устроившись, замурлыкала. — Хочешь вернуться в дом? — спросил Чонгук. — Мрр.       И слезть с такого удобного колена? Ни за что. Бабл прикрыла нос лапой. Чонгук почесал её голову. — Я могу лечь на диван?       Чон приподнял кошку и улёгся животом на диван, примостив её в сгиб своей руки и продолжив просмотр видео на телефоне. Бабл растянула свой слух до Чимина на кухне, обнявшего Тэхёна и прислонившись лбом к его лбу. Тэхён бормотал что-то о демоне, бормотал что-то о Чонгуке. Он выглядел расстроенным. Бабл чувствовала вину Чимина и его беспокойство даже со своего нынешнего местонахождения. Правда, с ним всё хорошо. У него есть Тэхён. Чонгуку тоже нужно немного любви, и раз уж у него нет собственного фамильяра, Бабл и Бренди должны заполнить этот пробел.

***

      Чимин сильно переживал. Не очень хороший признак. Бабл сдвинулась и потёрлась о его подбородок, горячий до удушья и липкий от испарины. Не помогло. Кошка сонно подняла голову, чтобы понять, в чём проблема. Проблема была в том, что это был не Чимин. — Мрр?       Чонгук что-то тихо промычал. Бабл забралась к нему на руку, а затем запрыгнула на спинку дивана, чтобы посмотреть в окно. Наступила ночь. На другой стороне двора за закрытым окном спальни Чонгука сидел Чимин, вглядываясь в сарай снаружи. Бабл прижалась носом к стеклу и послала максимально возможное ментальное успокоение. Чимин взял телефон и показал на него, затем указал за окно.       У Бабл не было телефона. Она постаралась передать свою растерянность. Чимин покачал головой, вновь указал на телефон, а затем вновь указал на Бабл. Он хочет, чтобы она вернулась? Уже ночь. Ни за что. Она носа наружу не высунет. Чимин пару раз стукнулся головой о стекло. Словно в подтверждение мнения Бабл, справа грузно прошёл орк, волоча по земле дубину и в замешательстве переводя взгляд с сарая на дом. Бабл и Чимин наблюдали за ним, пока тот не ушёл. Чимин вновь повторил свой жест. Бабл фыркнула и спрыгнула на плечо Чонгука, поскользнулась и свалилась ему на лицо. Чон, дёрнувшись, проснулся и сощурился, вглядываясь в темноту, затем разблокировал телефон и включил фонарик, ослепив им Бабл. — Прости, милая. Прости, — фонарик погас. Экран засветился белым, и Бабл вновь зажмурилась. — Мрр. — Да, знаю. Слишком ярко, — сказал Чонгук. — Чимин хочет, чтобы ты вернулась. Мне кажется, немного поздновато для этого.       Кошка принялась укладываться спать. — Мне нужно в туалет.       Да что ж такое.       Чон спустился по лестнице. Бабл услышала плеск в ведре, Чон забрался обратно и уложил её на верхнюю койку. Ночь была слишком жаркой, чтобы укрываться одеялом, особенно в душном сарае без распахнутых окон и системы охлаждения, кроме небольшого заговора, наложенного Чимином на дверь. Чонгук отбросил покрывало и стянул футболку, откинул подушку к краю кровати и вытянулся. Бабл вытянулась позади него, не прикасаясь. Она родилась холодной зимой, и ей хватало меха.       Чонгук сонно почесал кошке животик, с нажимом и ласково. Кошка мурлыкнула в ответ. — Спокойной ночи, милая, — пожелал Чон.       Бабл приоткрыла глаза, вглядываясь в темноту и наблюдая, как Чонгук, нахмурившись, лежит без сна. Бабл вздохнула и запустила свой урчащий моторчик на частоте, убаюкивающей людей — ещё один из трюков, который Чимин так и не раскусил. Через пару минут Чонгук заснул. Дело сделано. Бабл позволила себе погрузиться в глубокий сон.

***

      Тэхён проснулся от солнечного света, бьющего ему прямо в лицо. Он перевернулся и, пошатываясь, сел, вяло опираясь на руки. Чимин лежал на другой стороне кровати, откинув одеяло, его кожа блестела от пота. Чонгук всё ещё был в сарае. Тэхёну нужно было обнять его и извиниться. Он поднялся и толкнул дверь. Футболка прилипла к спине.       Чонгук уже сидел на кухне, поглощая тарелку хлопьев. — Ты уже проснулся! — удивился Тэхён. — У меня был будильник, — ответил Чон, указывая на Бабл, устроившуюся у него на коленях. — Чимин сильно перепугался, когда она не вернулась прошлой ночью, — заметил Тэхён, медленно прохаживаясь по кухне, прижав руки к груди. — Он подумал, что я её похитил? — спросил Чонгук.       Тэхёну нравилось, когда тот источал опасность, когда его нежный, заботливый взгляд становился тяжёлым и агрессивным, а голос — низким и тихим. Ему нравилось, когда с них обоих слетала одежда, и Чонгук нависал над ним, пуская сердце Кима вскачь. Но ему не нравилось наблюдать это в уютной кухне, когда всё, что Тэхён хотел — чтобы Чонгук чувствовал окружающие его тепло и безопасность. — Он думал, что Бабл злится на него, — пояснил Тэхён. — Такого ещё не случалось. Ну, случалось однажды, когда Чимин привязал воздушный шарик к её хвосту, и Бабл чуть не хватил удар, пока она удирала от него. Она не разговаривала с ним целых два дня, и, честно, я уж думал, он этого не переживёт.       У Чонгука была действительно самая очаровательная улыбка. — Прости. Я не собирался выплёскивать всё это на вас прошлой ночью. Я запаниковал. Я не понимал, кто вы. Прости.       Чонгук покачал головой и протянул руки. Тэхён шагнул в раскрытые объятия и, обхватив голову Чона, прижал её к груди. — Я не виню тебя, — сказал Чонгук. — Но, возможно, тебе следовало сказать мне о том, что ты паникуешь, когда на тебя кричат? Пожалуйста, впредь говори мне о чём-то подобном. — Хорошо, — прошептал Тэхён, проводя рукой по волосам Чона.       Чонгук поцеловал Кима в грудь и прижался сильнее. — Чонгук, — замялся Тэхён, надеясь, что его нервозность не слишком заметна, когда они так близко, и понимая, что так оно и есть. — Ты вправду ненавидишь магию? В смысле, насколько она пугает тебя?       Чон упёрся подбородком в грудь Тэхёну, чтобы смотреть ему прямо в глаза. — Я не ненавижу её. Я огорчаюсь, что не могу пользоваться ею. А я хотел бы. Я не боюсь магию и считаю, что магия — это реально круто. Я боюсь того, что она может сделать со мной, а я не могу сделать ничего, чтобы защититься. Я боюсь быть использованным. — Я так боялся, что ты всерьёз ненавидишь магию, — вздохнул с облегчением Тэхён.       Чонгук помотал головой, прижатой к груди Кима. — Ты считаешь мою магию ужасной? — продолжил расспросы Тэхён. — То есть конкретно мою? — Нет. — Ну, она дикая и кошмарная, иногда я не могу её контролировать, и она вредит людям. У меня есть целый арсенал приёмов, которые больше не может использовать никто, однако я не могу делать то, что умеет каждый, и есть уйма таких же тёмных колдунов, так что, бывает, даже владеющие магией люди, встречая меня, глядят с опаской. А Бренди сильна до ужаса. Мне иногда даже страшно. — Вообще-то твоя магия кажется на порядок невиннее, чем магия Чимина, — отмахнулся Чонгук. — Ты — не зло. И магия твоя — тоже. Она опасна, но не такая уж пугающая. Всё в порядке. — Ты сказал бы мне, если бы всё было плохо? — уточнил Ким. — Думаю, ты бы заметил, если бы я считал твою магию злом, — ответил Чонгук. — Я бы реагировал на тебя так, как реагирую на бесов.       Тэхён тихо и с облегчением хмыкнул, сильные душевные переживания потихоньку улеглись.       В кухню ввалился Чимин с взлохмаченными от сна волосами и лицом, блестящим от пота. — Куки, ты можешь установить кондиционер? — Нет. — Бабл! — воскликнул Чимин и живо опустился на колени, чтобы кошка могла забраться вверх. Печь рядом с ним полыхнула огнём. — Сегодня у нас прорва дел, — объявил он, поднимаясь. — Нужно отправить кучу посылок и выполнить двухдневную работу с растениями. Тэхён, Бренди сможет помочь нам? — Конечно, я отправлю её на прополку или что-нибудь такое. — Чонгук, как думаешь, сможешь вернуться домой пораньше и помочь нам? — Да, думаю, я смогу уладить это. Чимин… — Эм, ладно, да. Нам нужно кое о чём поговорить, — Чимин не смотрел на парней, погрузив руки в ведро с растениями и готовя их к обработке. — Чонгук, ты привязанный к нам слуга, так что в ближайшие пять лет каждый раз, когда мы тебе что-то говорим делать, тебе придётся делать это. И мне жаль, но нет ни одного способа разорвать это. И это именно то, кем мы хотели, чтобы ты был. — Но при этом я ещё и ваш парень, так? — уточнил Чонгук. — Да, так и есть. Ты и то, и другое.       Чонгук тяжело вздохнул куда-то в живот Тэхёну: — Не думаю, что отношения так работают. Я автоматически нахожусь с вами не в равных позициях и постоянно испытываю дискомфорт и неудовлетворенность положением дел.  — Ты хочешь порвать с нами? — задал вопрос Чимин. — Нет, — выдохнул Чонгук, будто этот ответ стоил ему всей его гордости. — Если мне приходится отказаться от свободы воли, мне хотелось бы, как минимум, получить любовь в ответ, знаете ли.       Тэхён утвердительно заворчал, вспоминая, как мама в конце лета упаковывала его вещи и отправляла его в школу с обычными людьми, а он безропотно собирался, зная, что направляется в презрение и жестокость и что у него нет выбора, если он хочет, чтобы его родители продолжали любить его.       И Чимин, и Чонгук, ощутившие эту волну эмоций, удивлённо глянули на Кима. Тот неловко поёжился, и парни отвернулись, будто бы давая ему немного личного пространства, но краем сознания Тэхён всё равно чувствовал их смущённую тревогу. Его лицо вспыхнуло. — Хотел бы я, чтобы мы никогда не делали этого с тобой, — обратился он к Чонгуку. — Чтобы мы подружились, помогли тебе и подвели тебя к этому плавно или что-то в этом роде. Знаешь, позволили тебе сделать наши отношения твоим выбором, а не единственным решением. Мне жаль.       Чонгук посмотрел на Тэхёна блеснувшими от слёз глазами.  — Спасибо, — пробормотал он, и Ким поцеловал его в лоб.       Чимин чувствовал себя преданным. Они оба могли чувствовать это. Парни посмотрели на Пака, и тот отступил назад, оставаясь в одиночестве на другой стороне кухни. — Ес-сли бы мы не привязали тебя к нам, ты бы никогда не вернулся назад, — пробубнил он. — И мы бы потеряли тебя. — Ты не знаешь этого наверняка, — сказал Тэхён. — Точно, — фыркнул следом Чонгук. — Простите, парни, — мягко начал Чимин, сожалея о том, что он остался в меньшинстве. — Наверное, я пришёл сюда немного из другого мира, и наверняка рассуждаю эгоистично, но я всегда очень хотел иметь привязанного ко мне слугу. Я ни разу не видел ситуацию, в которой это бы не срабатывало, но, вероятно, я рассматривал всё с точки зрения не слуги, а колдуна. Однако я так воспитан. Мне действительно нравится, что ты привязанный к нам слуга, Чонгук. Я всерьёз проникся этой идеей, и мне трудно ее отпустить. — Просто… — Чонгук расстроенно потёр лицо о футболку Тэхёна. — Никаких приказов, ладно? С этого момента если вы чего-то хотите, просто попросите. Вы знаете меня. Скорее всего, я сделаю это. Если поймаете себя на том, что указываете мне, остановитесь. Я всего лишь хочу иметь возможность сказать «нет», даже если не буду поступать так часто. — Хорошо, — вздохнул Чимин. — Для тебя, малыш, я сделаю это. Я очень постараюсь для тебя. Мне интересно, как мама примет это. — Меня это должно волновать? — проворчал Чонгук. — Совершенно не должно, — расхохотался Чимин. — Пожалуйста, не думай, что ты должен произвести на неё впечатление, или что она должна будет одобрить тебя. Просто она владеет привязанным к ней слугой последние тридцать лет, а у её родителей было два слуги. Один — целых пятьдесят лет, второй — всего двадцать, но она погибла при дорожной аварии, что, кстати, является одной из причин, почему моя семья не пользуется автомобилями. Моя мама — свидетель того, что эта система работает без сучка и задоринки. Я больше переживаю за то, что она будет вести себя некрасиво по отношению к тебе, чем за то, что она будет размышлять, как у нас идут дела. — А я правда должен знакомиться с ней? — заныл Чонгук.       Парни с энтузиазмом закивали. — Она наша мама! — воскликнул Тэхён. — Мы должны представить тебя своей семье. — Класс, — простонал Чонгук в футболку Тэхёна.       Чимин улыбнулся своей очаровательной улыбкой, вырисовывающей его пухлые щёки. Он держал в руках пучки магической лаванды, спутанные тёмно-русые волосы лежали беспорядочными прядями, и Чонгуку буквально усилием воли приходилось заставлять себя продолжать на него злиться. — Так мы собираемся исправить нынешнее положение вещей? — уточнил Чон. — Ты перестанешь говорить мне, что я должен смириться с этим и просто привыкнуть? — Да, приятель, серьёзно, — подхватил Тэхён. — Это не нормально.       Чимин перестал кивать и уставился на Кима. — Тэ, ты тоже приказал мне спать на полу. Ты ни разу не невиновен.       Тэхён выглядел наивно-смущённым. — Тэ, — продолжил Чонгук. — За то, что прошлой ночью ты швырнул меня об кровать, я хочу магический массаж спины вроде того, что ты делал мне тогда в лесу.       Тэхён немедленно принялся за дело, и Чонгук тут же впечатался лицом в его плоскую грудь, ощущая, как все его мышцы на спине расслабляются, и счастливо застонал. Он чувствовал, что Чимин и Тэхён мысленно воркуют, умиляясь им, но ему было всё равно. Всё замечательно, два парня хлопочут над ним в жаркой кухне летним утром, все липкие и цепляются друг к другу.       И, возможно, они не идеальны, но они могут поработать над этим, и Чона это устраивало. Через четыре с половиной года всё закончится, и они просто станут его парнями. Он любит их. Он подождёт.

***