Мой любимый фотограф.

      Прошло полгода с того дня, как они переспали. Парень смотрит на экран компа и честно отбирает фотографии для японского журнала «RTX». Осаму уже остыл от того, что было тогда, забыл про влечение, которое на ноуте дома всё еще имеет место. Но шатен перестал думать о Чуе ещё тогда, когда взял отпуск и написал, что нашёл работу получше. Полный разрыв отношений с этим местом, мог подпортить портфолио фотографа, но этого не произошло.       Сидя за столом в достаточно поздний час и получая оповещения, что ему пора домой, парень сглатывает. Не особо он и хочет ехать к этому надоедливому кретину Сарухико, который любит доминировать во всём. Как так вышло, что Осаму с ним? Никто не знает, ведь шатен сам не понял, что произошло в начале июня. Хотя думать было неприятно.       Сарухико Тошинару или же очкастый лицемер — офисменеджер этого же журнала. Парень любитель сделать всё, как ему хочется не считаясь с чувствами других. Тут даже спокойный Осаму, который мог позволить дизайнеру такие слова, мечтал придушить брюнета. Не стоит говорить столь громкие слова, как «от ненависти до любви», ведь это ровно ничего не даст. Дазай шипел, когда ему писал Сару, хотя понимал, что сам вляпался.       Взглянув на сообщение, фотограф приятно удивлён, что наконец-то не какие-то там нотации, а встреча с дизайнером, который работает тут два месяца.       «…личная фотосессия…» — вырвав из контекста эту фразу, шатен задумался. А кому это надо? Зная всех дизайнеров, что тут работают и приезжают, никто конкретный в голову не лез. Отметая всех кандидатов, парень хочет уже узнать этого странного, но интересного человека.       Решив, что домой он не едет. Осаму собрал вещи и поехал в свою квартиру, которая находилась не очень далеко. Всё же будет хорошо, ведь теперь Дазай сам по себе. Но почему-то сердце сжимается, как будто это знакомый и приятный человек, вроде даже родной. Всего-то предчувствие, но скорее всего судьба сегодня благосклонна к нему.       В своей, почти уютной, квартире шатен закрывается и быстро идёт в душ. Он на взводе, хотя не понимает почему. Парень отдохнёт и завтра всё узнает, завтра он удовлетворит своё любопытство.       Утро в Японии началось пасмурно, хотя вскоре тучи рассеялись и солнце выглянуло. Грело так, что сказать, вот она — осень.  Осаму три раза посмеялся и сентябрь назвал «продолжением лета». И был прав. Как назло было жарко, отчего уже с самого утра было душно на улицах. Конечно, он быстро доедет до работы, где узнает, кого он сегодня снимает. На удивление, желание увидеть неизвестного, напоминает детское любопытство, но всё портит телефонный звонок.       Сарухико тихо говорит, что Осаму — последняя тварь и что их отношения без обязательств устраивали самого очкарика, но не шатена. Дазай спокойно отключает вызов и быстро доезжает до работы.       Всем интересно, кто тот таинственный дизайнер, что работает тут уже два месяца и очень знаменит. Конечно, любой бы догадался о ком речь, но не Дазай, не тот, кто вычёркивает из жизнь боль. Или он смог догадаться?       Осаму стоит около старого сада, что внутри здания. Сакура круглый год, всегда тепло и улыбка на лице сама появляется. Фотограф спокойно шёл по саду, пока не услышал чьи-то голоса. Один знакомый, а второй просто родной, отчего сердце в пляс. Он не верит, что слышит голос человека, которого не видел полгода, не верит, что ненависти к нему нет.       Может всё же парень — дурак? Хотя Осаму осознает, что такого не может быть. Чуя не мог работать тут, он ведь в Париже. Но это предположение бьётся на части, когда к фотографу подходят мужчины.       Секретарь директора — Хитоми Шизуки, вечно хмурый парень лет тридцати, шел рядом с рыжеволосым дизайнером, который смотрел в сторону. Чуя ничуть не изменился, хотелось бы так сказать, если бы не два «но». Рыжие волосы были завязаны в хвост и были ниже лопаток, на нём была голубая рубашка и портупея. Шатен долго боролся с желанием пойти и заорать на себя, ведь мысли опять крутятся вокруг рыжего, вокруг той ночи и резко фантазия подкидывает порцию пошлых сцен, как дизайнер занимается любовью с Осаму.       Мотнув головой и проклянув мир, за то, что Чуя Накахара слишком сексуальный и слишком бесячий. Дазай смог выдохнуть и посмотреть тому в глаза. Пустой взгляд ледяных омутов смотрел на фотографа с безразличием. Хотелось сразу же умереть от этого, ненависть вскипала, а карие глаза смотрели теперь куда спокойнее. Они так простояли минут пять, чтобы привыкнуть друг другу. Но на деле каждый друг друга обматерил, сказал пару колкостей, но делалось это мысленно.       Вот насколько надо быть идиотами, чтобы загоняться так? Наверное, полностью запутаться в себе и придумывать всякого. Скорее всего даже напридумывать хватит им, но нет, они же добьют друг друга. Самобичевание это конечно плохо, ведь так и до срыва недалеко, хотя оба будут стоят на своём и видеть то, что сами придумали. Дурацкие законы мира, которые стоит избегать, когда двое влюблённых мучают себя или они уже не любят?       Осаму спокойно смотрит, больше он не способен на что-то. Но вот и подстава вселенной. Блондинка с тем самым писклявым голосом, которая пыталась заполучить шатена, сейчас целует Накахару. Аполлин переходила границы, которых как бы нет, но у Дазая они резко появились. Мысленно убив Дюбуа, парень привлёк её внимание к себе и попросил с секретарём удалиться.       «Ещё раз я не дочитаю сообщение, можно будет вешаться, — Фотограф расстроен и злится, хорошая погода сегодня оказалась не под настроение шатена. Он был в ярости, отчего нацепленная улыбка на лице его бесила. Осаму подошел к аппаратуре и стал смотреть на то, как её подключили, убедившись, что правильно, парень смог начать. — Так непривычно снимать его не тайком»       Чуя всё это время стоял около сакуры и смотрел на дерево. Казалось, что тот жалеет её, отчасти это так, но не всё так просто. Накахара просто пытался отвлечь себя от Осаму. Сердце билось как бешеное, отчего контролировать себя нормально не получалось. Парень был удивлен, что так реагирует, но улыбка на лицо просто просилась. Он всё ещё хочет быть с ним, хочет быть с фотографом, который всегда приятно манит к себе, но есть преграда, у него девушка, которая заколебала его ещё в Париже.       И вот началась фотосессия. Парни молчали, отчего неловкостей стало больше. А с чего им начать разговор? Оба не знают, точнее Чуя, Осаму же пытается прикусывать язык, если вообще появляется желание сказать хоть что-то.       Стоя у кустов с цветами, Накахара решает поправить хвост, как его тут же снимают.       — Хей, я же хвост поправляю!!! — Беззлобно прикрикнул дизайнер, который смотрел на шатена.       — Зато вышло это естественно, если ты ещё этого не понял. Фотографии должны быть живыми, а не искусственными, хватает подделок и в жизни. — И вот у них завязался разговор, который они оба поддерживали разными темами, но не касались той, которую очень хотелось затронуть. Почему они не хотят этого? Что тормозит каждого? Или кто? Но ответ очевиден. Накахара не знает, а стоит ли её затрагивать вообще, если они вновь хорошо общаются? Не стоит, и он решает выкинуть её из головы раз и навсегда.       Так они общались долго, фотосессия пролетела незаметно, но так не хотелось уходить, как в тот день, когда Осаму обнял дизайнера и попросил остаться. Но надо, у них много дел, но к чёрту их.       — Эм… Осаму, если хочешь, то давай вечерком в кафе поболтаем ещё. — Простое предложение, просто чтобы Осаму ответил.       — Хорошо, тогда в семь.       Договорились они конечно, что сегодня вечером они будут оба свободны и встретятся в кафе, но все это выглядело, как назло очень сдержанно. Хотя это не то общение, что было раньше, не было того спокойствия, которого так хотелось.       Обидно было ужасно, что разговор был натянут, но так бы и произошло в итоге. Они не виделись полгода, они не затронули ту тему, которая их волнует, отчего оба сейчас страдают. Всё было же так замечательно, ведь они вновь говорят не на повышенных тонах, но это не приносило простой радости.       Чуя покинул сад, который ему понравился и сказал Осаму, что теперь будет чаще сюда проходить, чтобы тому не было скучно. Замечательно? Да, но в душе когти сомнения скреблись. А все потому что фотограф зарыл главную тему разговора, которая его волнует.       Дазай глупец, но старается разобраться во всем, что он испытывает к дизайнеру, почему прощает чёртово изнасилование, хотя стоп…нет, он не прощает. Парень вновь злится, он вновь чувствует, как тёплые пальцы рыжего играются с его плотью, как тело горит, а он вырывается. Вот, что он испытывает.       Но почему-то к этому нет злости как таковой, есть жар в теле, который мучает шатена. Фотограф зарывается пальцами в свои волосы, проводит их подушечками по коже головы и успокаивается. Он должен держать себя в руках.       Время летит быстро, а работы прибавилось только. Осаму очень боялся опоздать на встречу с Чуей, отчего взял ноут и сам написал Сару, что сегодня не придёт к нему, потому что работа. Врать нехорошо, но сейчас Дазаю пофиг, он может наконец-то узнать, зачем Накахара с ним так поступил, зачем тот причинил боль, почему встречается с той шлюхой Дюбуа?       Столько вопросов он никогда не задавал никому, даже себе, но сейчас есть шанс узнать всё. И надо воспользоваться им, пока есть такая возможность. Фотограф пришел в чайную, что недалеко от фотостудии и журнала «RTX ».       Ему очень понравился тут интерьер, который просто создавал домашнюю атмосферу. Это очень круто, когда красные перегородки, сочетались с прекрасными оранжевыми диванами, что были тут самыми яркими, парень улыбался теплее. Красиво, уютно и хочется сохранить на память.       Дазай спокойно снимает это на телефон, смотрит на то, как пару официанток ему подмигнули. Их он тоже сфотографировал, ведь те были одеты в кимоно.       Появления Чуи тут было очень крутым. Рыжик был одет уже иначе, никак днем. Голубая рубашка сменилась футболки с v-образным вырезом в облипку, но с тем, какой был парень этого не было заметно. На шее появился чокер с каким-то узором, но шатен не разглядел его. Волосы были распущены и немного вились.       Наверное, шатен честно пожалел, что перед встречей не попросил кого-то дать ему выпить, ведь теперь такой образ дизайнера просто создавал грязные фантазии. Почему грязные? Да потому что приличными или пошлыми их не назовёшь. Таких поз, желаний и тупо оказаться под этим сексуальным Накахарой хотелось больше обычного. Вот тебе и попытка вычеркнуть рыжего из жизни.       Осаму честно признал Накахару Чую наркотиком, который восполняет разум и хочется сразу всё. Жарко становится моментально, как только Накахара садится напротив.       — Прости, давно ждешь? — Опять эти слова, опять милая улыбка и, блять, невероятные любимые глаза. Голубые омуты озера, которые так теплы сейчас. Хотя вскоре тепло стало вновь льдом.       — Нет, пришел десять минут назад. Засмотрелся на интерьер и… — Чуя сам заканчивает вместо Дазая.       — Стал снимать. Заметно, твои глаза горят, когда тебе что-то нравится. Давно не видел твой взгляд. Хочется прям сесть рядом и уткнутся носом в твое плечо. — Дизайнер смотрит на шатена, который отвел взгляд и стал смотреть на рекламный постер с его работой. Чуя просто проследил за взглядом шатена, а дальше вырвался вопрос сам: — Долго искал ракус, чтобы снять её так живо?       Фотограф продолжает молчать, хотя так хочет ответить. Но не знает, как лучше начать. Простое «да», ну это не тот случай, Накахара вправе знать, но не хочется говорить о работе. Надо придумать что-то, что не будет связано с ней. И тут всплывает то, как одна блондинка целовала рыжика.       — Давай не о работе, мне хватает Сарухико. — Шатен запинается, но замечает как взгляд Накахары изменился. Поник и резко вспыхнула злость. — Давно встречаешься с Аполлин?       Как легко портить отношения друг с другом, когда голос Чуи дрожит то ли от злости, то ли от обиды. Но парень просто готов набросится на Осаму. А что он такого спросил? Всего-то про то, в каких отношениях состоит дизайнер с той моделью. Но результат вышел странный. Не такой, как ожидал парень.       Попросив прощения, Дазай заказал чай и стал смотреть в бок. Ну и что дальше? Они опять пришли в тупик. Фотограф прям понимает, что они два идиота, которые не могут нормально поговорить. Опустив голову, Осаму считал секунды, которые казались вечностью. Молчание затягивалось, которое надо было прервать.       Тут к ним подошла официантка, которая извинилась за задержку и поставила чай. Горячая чашка обжигает ладони, но было приятно, ведь шатен смог немного успокоится.       Чуя сильно изменился за полгода. Особенно внешне. Но это не мешает Осаму привстать и оказаться в опасной близости с лицом дизайнера. Всматриваясь в глаза Накахары, парень невольно поддаётся вперёд и соприкасается губами к чужим. Лёгкий поцелуй, который не обязывает к чему-то.       Рыжик удивлён, но не стремится оттолкнуть шатена. Он уже забыл, что целоваться с Осаму — лучшее, что может быть. Но не правильно. Наверняка у Дазая есть кто-то.       Фотограф виновато отстраняется и прикрывает глаза. Парень ощущает себя глупым, ведь так нельзя. Чуя же изнасиловал его, он сделал больно, а сейчас они опять на те же грабли.       — Думаю, я пойду. — Накахара хватает того за руку и смотрит со страхом.       — Нет, опять на полгода исчезнешь. — Голос дрогнул, а в глазах страх. Может стоит попробовать всё заново? Осаму и так мучил себя, стоит дать себе чёртов шанс.       — Я домой, если хочешь то вот, — Осаму дал свой номер телефона, записав на салфетки. — пиши в любое время. Отвечу сразу.       Возможно это и лучше. Они просто станут друзьями. А то, что было забудется, наверное, но не фига. Забыть чувства, которые так сильны? Это что за мазохизм? Он не может так. Осаму слишком сильно любит рыжика, а последний так же фотографа.       Шатен идёт домой с тяжёлыми мыслями, а размышления крутятся о недосказанности. Стоит ли вообще было спрашивать о Аполлин? Стоило, ведь надо понять, где граница дозволенного. Да и поцелуй, хоть и лёгкий, скорее всего, жалость. Не надо было вообще встречаться, чтобы не грузиться ещё больше.       Подходя к дому, Дазай смотрит на тёмный силуэт, что тут стоит. Сарухико смотрит зло, ему хочется высказать всё своё «фи», но руки делают всё быстрее, отчего фотограф не сразу осознаёт, что происходит.       Боль пронзает всё тело насквозь, перед глазами всё на секунду темнеет. Тяжело вдохнув, отчего Осаму понимает, что задыхается. Ноги сами подкосились и колени ударилась об асфальт. Разбиты, это ясно и так, но мутный взгляд цепляется за брюнета, который так жестоко обошёлся с Дазаем.       Время превратилось в патоку, ведь тянулось очень медленно, а сил встать нет. Стоит задать вопрос «за что?», но сложно, пока не вздохнул нормально.       С какой силой его ударил Сару? Шатен долго думает над этим, пока не понимает, что удар пришёлся на солнечное сплетение. А дальше сознание докручивает самостоятельно. Тот в бешенстве, зол и явно не спроста бьёт шатена. А голове мало мыслей, тело ломит и сильно болит оно. Стоит встать, как Тошинару бьёт с ноги в грудь и вновь удар.       Больно, тяжело встать, но надо. Телефон Осаму разрывается от звонков, а ответить невозможно. Пока что не сейчас. Когда брюнет уходит, фотограф еле встает с земли, слёзы сами кажется рвутся наружу, но он глотает их.       В голове всё ещё крутится «мне кто-то звонил », достав смартфон и глянув на дисплей. Неизвестный номер, который звонил больше десяти раз. Кто это? Но ясно кто, просто не верится, что Чуя позвонил.       Набрав номер, парень сглатывает, ведь боится бури, которая может быть будет. Фотограф ждёт, ведь гудки длинные, сводящие с ума. И вот, наконец, Накахара ответил.       — Осаму, чёрт, почему так долго? Я же говорил тебе, что позвоню тебе, чего устраиваешь… — Но дальше шатен не слушает, ведь просто хриплый голос дизайнера утешает. С трудом подавив дрожь парень говорит.       — Прости, я просто ещё не дома. — Хрипит, причём очень сильно, рыжик начинает докапываться, что случилось же, но Дазай врёт, а потом и вовсе старается уйти от темы. — Чуя, всё хорошо со мной, просто вымотан и я потом тебе позвоню.       Отключая вызов, а потом и сам телефон, Осаму собирается до своей квартиры. Ноги дрожат, перед глазами появляются и резко исчезают чёрные пятна. Заперевшись на все замки, он идёт в спальню и просто падает на кровать.       Ему больно и он хочет оказаться в царстве Морфея побыстрее. Отчего, засыпая он не слышит звонок в дверь и что в неё стучат.       Накахара же смотрит на телефон и просто не верит, что Осаму не сказал, что живут они в одном доме. Но рыжик всё видел из своего окна. И паника охватывает его с головой. Может стоит ему всё выяснить?