Наемница

      Следующим утром я встала ни свет, ни заря. Потянулась, улыбаясь собственным мыслям и новому, надеюсь, более богатому на приятные события дню, а потом, совершив самые что ни на есть будничные процедуры, привела себя в порядок, подхватила оружие да направилась на ту полянку, где вчера произошел спарринг. И признание моих воинских качеств. Пожалуй, второе казалось мне особенно важным. Тем более, что своеобразная похвала исходила от человека, столь мастерски обращающегося с парными мечами. Если бы Сагра наградила меня крыльями, то я, вероятно, сейчас парила бы над землей.       В замке властвовала тишина: час стоял ранний, сонную челядь в минуемых мною залах можно было пересчитать по пальцам; гвардейцы, всю ночь патрулировавшие сад, парк и коридоры дворца, держались из последних сил, ожидая товарищей, обязанных вскоре сменить их. Но до того, как из комнат начали выходить первые из «свежих» серосиних, я уже очутилась вне толстых каменных стен, предвкушая встречу с гарракцем.       Как вскоре выяснилось, вчерашняя «площадка» отнюдь не пустовала — в самом ее центре, яростно препираясь друг с другом, стояли Делер и Халлас. Заметив появление постороннего в поле зрения, они прекратили спор и обернулись в моем направлении. Один— с приветливой улыбкой, другой — с хмурым выражением на бородатой физиономии. Мне удалось сделать вид, будто последнее меня не слишком смущает.       — Доброе утро, — поздоровался кто-то моим голосом, подойдя ближе да принявшись за растяжку. — Извините за вмешательство. Не думала, что здесь могут быть другие… посетители.       — Да ну брось, — добродушно хмыкнул карлик. — Не спится?       — Я всегда встаю рано, — еще не до конца согласные с пробуждением организма мышцы участвовали в разминке с неохотой, но, впрочем, быстро сдавались под напором привычки.       — Будешь железом махать? — наблюдая за моей «зарядкой» без особого энтузиазма, осведомился Халлас, раскуривая трубку, вызывая тем самым брезгливую гримасу на лице напарника.       — Да, это ведь… не возбраняется? — чуть замявшись, полюбопытствовала я. Нехорошо как-то было теснить тех, кто занял полянку в числе первых. К облегчению некой Йорунн, возражений не последовало. Зато мне, собрав всю решимость в кулак, посчастливилось-таки задать вопрос, терзавший меня в последнее время: — А вы за что во дворце отвечаете?       Отчего-то глаза карлика внезапно стали размером с блюдца, а гном поперхнулся табачным дымом и негодующе уставился куда-то в область моей переносицы. Гмм. Мне свезло затронуть какую-то нежелательную тему?       — А с чего ты взяла, что мы тут чем-то заведуем? — как-то нехорошо прищурился Халлас.       — Просто у вас лица такие знакомые, — пожала я плечами в замешательстве. — Будто мы где-то виделись прежде.       — Это вряд ли, деваха, — по-доброму прогудел Делер. — Наш отряд недавно в Авендуме. Впрочем, если ты бываешь частым гостем в Безлюдных землях…       В смысле? При чем тут ледяные просторы?       Девичьи глаза с легким, практически не заметным прищуром прямо посмотрели на карлика, подозревая замаскированную насмешку, но черные зенки иноземца напротив выражали спокойную уверенность и ничего более. В голове мелькнула и сразу же пропала неоформившаяся мысль, поймать которую не представлялось возможным. Скользнув недоумевающим взором по массивной фигуре Делера, я вздохнула от нелепости ситуации, возникшей, в общем-то, по моей вине, отвела взгляд… и с трудом подавила желание постучаться лбом о ближайшее дерево — на траве неподалеку лежали две потертые кожаные куртки с нашитыми на рукавах зубастыми сердцами пурпурного цвета. Передо мной находились воины из легендарного отряда. Того самого, чьего общества мне так хотелось избежать из-за страха показаться назойливой.       — Извините, — я неловко потерла горбинку на носу, пытаясь скрыть смущение, мигом залившее багрянцем лицо и шею. — Кажется, меня обмануло собственное воображение. По-крупному.       — Бывает, — на губах карлика появилась понимающая улыбка, от которой мне лишь сильнее захотелось забиться куда-нибудь в дальний угол.       Я несуразно улыбнулась в ответ и, стараясь преодолеть одеревенелость, охватившую тело в момент конфуза, прошла в самую дальнюю часть поляны, где, глубоко вдохнув, возобновила разминку, старательно забивая постыдные воспоминания физическими упражнениями.       Разогрев почти подошел к концу, когда на «площадке» появился гарракец. Обменявшись приветствиями с гномом и карликом, он сразу же направился в мою сторону.       — Доброе утро, — и снова от его голоса по коже пробежали мурашки.       — Доброе, — отозвалась я, останавливаясь, и, не будучи в силах преодолеть искушение, прогулялась взглядом по очертаниям его фигуры. — Надеюсь, тебе удалось выспаться?       — Относительно, — Угорь, как и в предыдущие наши встречи, был немногословен. — Готова?       Меня тут же, что называется, повело без лишних слов: клинок покинул ножны, тело приняло «Гневную стойку»*. И все же атака мужчины оказалась стремительной. Я едва успела отбить укол «сестры», уклоняясь от режущего замаха «братом», направленного мне в шею. Не оставшись в долгу, ударила слева, в плечо, но в последний момент изменила траекторию, из-за чего полуторный меч оказался в опасной близости от бедра гарракца. Тот проворно «сместил» мое оружие, тут же контратаковал, но застать меня врасплох не смог — я отпрыгнула назад, внимательно следя за парными клинками, совершающими в воздухе оборот.       Еще один выпад, под который мне удалось плавно поднырнуть, при этом парируя удар «брата». Полуторник попытался уколоть Угря в грудь. Он играючи отбил лезвие «сестрой». И мы снова закружились в схватке. Хотя это сильно сказано — крутилась в основном я, а вот мой визави, легко и непринужденно поддерживая заданный темп боя, оставался невозмутим, как статуя. Что начинало знатно выводить меня из себя. Медленно, но верно во мне росла злоба на этого совершенного воина, на его безупречное владение оружием. Пребывая в столь зыблемом состоянии, я, вполне вероятно, вскоре совершила б крайне фатальную ошибку, поставившую бы в спарринге жирную точку, однако Угорь успел прервать поединок. В какой-то момент он внезапно остановился, просто опустив клинки, чем заставил меня удивленно замереть в ответ.       — Что-то случилось? — недоуменно спросил кто-то моим голосом, дыша надрывно, так, будто только-только без остановки пробежал марафон от родной северной деревушки до Авендума.       — Ты легко поддаешься гневу, Йорунн, — еще не полностью восприняв смысл слов гарракца, белокурая голова все же мгновенно остыла, едва услышав, как его бархатный голос произнес знакомое имя. — Хочешь выжить в бою — забудь об эмоциях.       — Да… да, поняла, каюсь, — до меня все же дошла абсолютно, бесповоротно верная мысль воина, и мне пришлось приложить свободную ладонь к груди, постепенно успокаивая дыхание. Осмотрев поляну да приметив, что Делер с Халласом вновь увлеклись разгоревшимся меж ними очередным спором, я, мысленно глубоко вдохнув, кое-как набралась смелости поднять рискованный вопрос: — Кстати, эм, Угорь, хотелось уточнить. В будущем, когда-нибудь, мы сойдемся в спарринге снова?       — Почему нет? Ты способный боец.       — Спасибо, — красиво очерченные брови мужчины практически незаметно приподнялись, выражая вежливое удивление и немой вопрос: «За что?» — За то, что готов уделить время, — пальцы сами собой застенчиво потерли переносицу. В очередной раз ощутив загрубевшую от частых тренировок с оружием кожу, я тут же поморщилась. Тьма, надо отучаться от этой привычки!       Стараясь не пересекаться взором с гарракцем, девичьи глаза скользнули ниже, на его торс, после чего мне с немалым изумлением довелось осознать, что рубашка Угря, как и моя собственная, влажная от пота. Это я так постаралась? Правда? Просто не верится.       — Если научишься владеть собой, пойдешь вровень с самыми искусными мастерами меча, — прочитав меня, будто раскрыв попавшуюся под руку книгу, усмехнулся мой недавний противник.       — А ты надолго здесь? — пока мозг подсчитывал желаемое количество встреч с южанином, рот самостоятельно брякнул нетактичную ерунду. И сразу же стыдливо скривился — некультурно лезть в чужое дело.       — Зависит от воли короля, — отзыв мужчины был туманным.       Я кивнула в ответ и, вложив оружие в ножны, ступила по направлению ко дворцу, рассудив, что уже становлюсь назойливой. В конце концов, пора и честь знать. Но, совершив этот злосчастный шаг, неудачно запнулась об особо крупный пучок травы. Мгновенно среагировавший гарракец ухватил меня за плечо, не давая упасть.       — Извини, — пролепетала некая Йорунн, не представляя, куда деваться от шквала захлестнувших эмоций, среди которых особенно бушевало смущение, подстегиваемое растерянностью, злостью на собственную неуклюжесть да желанием провалиться сквозь землю. Однако в означенном месиве проглядывалась и другая ипостась: крошечная толика удовольствия от еще не пропавшего ощущения прикосновения сильной мужской руки, только-только выпустившей из своей крепкой хватки. Не знаю, что тогда застлало мне разум, но уже в следующий момент я, покраснев обильнее прежнего, внезапно ляпнула: — А у тебя девушка есть?       От подобного вопроса безупречная маска спокойствия гарракца дала слабую трещину: в серых глазах, безусловно, проявилось изумление, брови обескураженно приподнялись. Тем не менее он промолчал, на мое счастье, даже не продемонстрировав всю неказистость и неуместность поднятой темы довольно обидным жестом, коим меня в ином месте, надо сказать, обязательно одарили бы. Но нет, воин не стал крутить пальцем у виска.       Откуда-то сбоку послышались откровенные смешки. Подняв глаза, я почувствовала, как от в миг накатившей неловкости вовсе становлюсь похожей на перезревший помидор — оказалось, «площадка» успела пополниться новыми лицами.       — Эй, Угорь, смотри-ка, совсем девушку вымотал — аж на ногах не стоит, — добродушно хмыкнул мужчина-великан, которого мне уже посчастливилось видеть в компании Делера и Халласа. Точно-точно, они толпились в дверях одной комнаты после вопиющей шутки зеленого проходимца, той, с крысиным трупом. Значит, он тоже из Диких Сердец. Но… Раз эти четверо знакомы, а сталкивались мы с ними лишь в последнее время…       В голове будто что-то щелкнуло.       — Ты — Дикий? — мигом переведя «оза­рен­ный» взгляд на гарракца, тихо охнула я.       — Да, — лаконичный, невозмутимый ответ.       Смуглое лицо снова «замкнулось», обросло маской беспристрастности, не позволяя что-либо прочесть. На мое же, наоборот, наползла вдохновленная улыбка, скрыть которую мне стоило немалых трудов. Упражняться с воином элитного отряда — это большая честь.       — Уж пусть лучше с Угрем тренируется, — заметил Делер, обращаясь к Медку. — Если б деваха «танцевала» с тобой, от нее осталось бы только воспоминание.       Солдаты рассмеялись, отчего меня накрыло неприятное ощущение робкой неловкости. Однако это, как ни странно, придало мне смелости.       — Эй, шляпа, — Халлас пихнул карлика локтем в бок. — Заткнись, а то Йорунн напластает тебя на десяток ломтей для мясной вырезки. Вона как страшно зырит.       — А с чего это вы, уважаемый, так решили? — проигнорировав слова гнома, притворно-грозно спросила я рыжеволосого Дикого, подходя ближе. Помимо прочего во мне с новой силой взыграло любопытство — столь весомый шанс получше узнать тех, кто вызывал у меня жгучий интерес вперемешку с трепетом, выпадал не каждый час.       — Да с того, что Медок у нас — мастер в обращении с огр-шачем**, — с легкостью «отбился» Делер.       — О, ну тогда понятно, — я с уважением посмотрела на молодого великана, чьи волосы своим цветом вызывали яркую ассоциацию с липовым медом. Зуб даю, полученное прозвище настигло его по указанной причине. — С таким противником мне не тягаться.       — Да глупости, — простецкое лицо воина, сразу выдававшее в нем выходца из деревни, озарилось искренней улыбкой. — Мы же видели, как ты сражалась. А я не так уж и хорош.       Моей мгновенной реакцией на такие слова был только недоверчивый хмык — среди Диких Сердец плохих бойцов днем с огнем не сыщешь. Тот, кто не в состоянии искусно обращаться с оружием, никогда не вернется из Безлюдных земель.       — О! Кто эта красавица, парни? И чего вы ее спрятали за своими широкими спинами? — к нам подошел еще один воин, до сих пор стоявший в отдалении, занятый беседой с каким-то бородатым мужчиной.       Загорелый, лысый житель Пограничья, чей лоб пересекал тонкий, едва заметный белый шрам, с живым интересом окинул взором мою фигуру, особо задержавшись на груди. Красноречиво, деловито оправил кольчугу, накинутую прямо поверх голого тела. Я вспыхнула.       — Умерь аппетиты, Арнх***, — рядом со мной материализовался Угорь. Его голос был… холоден? — Йорунн — телохранитель наследника короля. Не нашего полета птица.       — Бывший телохранитель, — удалось возразить мне. Незримая поддержка смуглокожего Дикого придала уверенности. Впрочем, некоторое смущение я тоже испытала, во дворце за меня нечасто вступались. Только принц, если быть точной. Так, стоп, забыли о Жасмине. Но подождите-ка. Когда это гарракец успел прознать о моей должности, пусть и прошлой? Не припомню, чтобы упоминала о ней в наших немногочисленных и кратких беседах. — Король посчитал, что мне нужно заняться иным, не менее важным делом.       — Каким? — тут же вскинулся Арнх.       — Отчего бы тебе не спросить напрямую у Его Величества? — сверкнув глазами, коварно осведомилась я. В этот раз переход на «ты» получился естественным.       Пограничник мигом поперхнулся, закашлялся. У меня едва хватило выдержки подавить смешок.       Вскоре к нам подтянулись и остальные Дикие. Познакомиться. Так что уже через пяток минут мы все могли окликнуть друг друга поименно. Ух, а они оказались не такими страшными, как я себе изначально представляла. И совершенно не заносчивыми.       Однако не все стражи севера произвели на меня приятное впечатление. Например, Горлопан, субъект с вытянутым, словно огурец, лицом, мне не понравился сразу. Весь этот недовольный вид, брюзгливый тон… Моя исконно женская сущность, близко знакомая с поведением и некоторыми приемами господ дворян, так и вопила: «Фальшивка!» Всмотревшись пристальнее в затуманенные сонной поволокой глаза воина, я отметила мелькнувший лишь на долю секунды наблюдательный взгляд. Такой, который просто не мог пропустить ни одной мелочи. Этому человеку определенно было, что прятать от мира.       Дядька — немолодой, но все еще крепкий и кряжистый, как старый дуб, показался мне мужчиной добродушным, но строгим, ласковым, но способным применить силу. Он представлялся… как бы сказать… почти отцом. А еще был десятником этой разношерстной компании. Его сверкающую на солнце лысину (до «шевелюры Арнха» ей, конечно, шагать и шагать) обрамляли седые пучки изрядно поредевших волос, переходящих в густую, похожую на свалявшуюся овечью шерсть бороду. Светлые глаза обозревали окружающее пространство с веселым ехидством, словно Дядька замечал то, чего не видели остальные.       Кот оказался этаким толстячком с резким голосом и усиками по филандской моде. Пожалуй, с полученным прозвищем его объединял лишь последний «штрих». Ни присущих котам повадок, ни все той же небезызвестной настороженности мой взгляд не приметил. Впрочем, кто может знать, почему Кота назвали Котом? Я ведь впервые его вижу, а спрашивать вот так, что называется, с порога — верх неприличия.       Сурок своей посредственной внешностью не цеплял взор совсем. Ну, не сразу. Ибо больше самого воина меня поначалу заинтересовал линг — мохнатый зверек из Безлюдных земель, похожий на крысу, только куда больший по размеру. Он довольно скоро потянулся ко мне, шевеля розовым носом, а потом — чем немало удивил присутствующих — вообще запрыгнул на мое плечо. Его хозяин, пухлый, голубоглазый, почти сравнявшийся со мной по росту, но все же перешагнувший эту черту, только растеряно почесал затылок.       — Обычно Непобедимый не признает чужаков, — поделился Сурок причиной всеобщего замешательства. — А к тебе вот так запросто…       — Животные меня всегда любили, — отозвалась я, поглаживая линга. — Мой конь, Аркелл, тому подтверждение. Любого другого сожрет, как пить дать.       — Это, часом, не та чалая норовистая сволочь в дальнем деннике? — внезапно осведомился Медок.       — Он самый, — догадаться, что произошло, было проще простого. Губы сами собой сложились в ухмылку, не скрывая одолевшего меня веселья. — Перепало от него?       — Не то слово, чуть руку не отхватил.       Мне не удалось удержать рвущийся наружу смешок. Да, Аркелл такой. Зато я могу быть уверена, что его не украдут в один прекрасный день.       Последний из Диких, Фонарщик, почти не участвующий в разговоре тщедушный человечек невысокого роста, с перехваченными тонкой полоской ткани длинными волосами, все это время опирался на гарду биргризена, огромного двуручного клинка почти с него размером. На рукояти оружия красовался золотой дубовый лист — знак Мастера Длинного Меча. Что ж, не скрою, Мумр в тот момент удостоился моего откровенно уважительного взгляда — чтобы махать такой оглоблей, нужна недюжинная сила и реакция — слишком велика вероятность стать трупом в первые же секунды боя. А уж получить золотой лист за красивые глаза и вовсе невозможно. Так что даже нелепая шляпа, похожая на соборный колокол, с первых же секунд не понравившаяся мне от слова «совсем», ничуть не уменьшила моего немого восхищения этим человеком.       За душевной болтовней мы совершенно не заметили, как перебрались ближе ко дворцу, в маленький садик с небольшим фонтаном и засыпанным песком фехтовальным плацем посередине. Некоторые Дикие рассредоточились по указанной площадке, другие остались рядом со мной, не желая прерывать беседу, ведь, как оказалось, у нас нашлось много общих тем для более чем приятного разговора.       Идиллия длилась ровно до той поры, пока вне замковых стен не показался Кли-кли. Нахлынувшее было на меня безмятежное настроение мгновенно улетучилось, уступив место неукротимо вспыхнувшей подозрительности. Но на этот раз, к моему немалому изумлению, зеленое чудо не обратило никакого внимания на скромные персоны первоклассных воинов. Проводив шута взглядом, я довольно быстро определила причину необычного поведения гоблина — в саду появился незнакомец, к которому королевский шут был явно неравнодушен.       Молодой мужчина воровской наружности сидел на ступенях крыльца чуть поодаль от нашей компании. Его темные глаза с лукавым интересом поочередно оглядывали присутствующих, черные волосы на солнце отливали практически незаметной рыжиной, отчего в них время от времени словно бы проскальзывали огненные искры. Хотя, возможно, мне лишь мерещились подобные специфичные блики. Щеки и подбородок пришедшего покрывала двухдневная щетина, под глазом красовался внушительный синяк. Возле незнакомца лежала темно-зеленая сумка, а за его спиной висел миниатюрный арбалет довольно странной конструкции, что наводило на определенные мысли. Поймав мой взгляд, мужчина, не переставая слушать что-то вдохновленно вещающего ему Кли-кли, усмехнулся, но как-то ядовито-гадко, и я поспешно отвернулась.       Вскоре беседа с новыми знакомыми настолько овладела мной, что охота бдеть за происходящим позади меня исчезла на корню. Чему там можно было поразиться? Тому, как Горлопан спал в тени дерева или как Сурок сидел у фонтана вместе с вернувшимся к нему лингом? Халлас и Делер, притащившие откуда-то целый ящик вина и дегустировавшие последнюю уцелевшую бутылку, вообще напоминали мне о ненавистных пирах. Дядька, Медок, Арнх и Кот играли в кости неподалёку, время от времени участвуя в нашем с Угрем и Фонарщиком разговоре, а оттого находились, что называется, на виду.       Но в жизни ведь не все так просто, понимаете? Внезапно за моей спиной вспыхнуло алое зарево, на мгновение окрасившее замерших Диких Сердец неприятно-красным оттенком крови. Спустя пару секунд потрясенного молчания, откуда-то сбоку раздались разъяренные вопли. Я оглянулась через плечо, успев заметить, как гоблин со всех ног залетел в двери замка, а за ним со зверским выражением лица быстрым шагом проследовал незнакомец. Четверо гномов, до того возившихся поодаль со своим драгоценным детищем, засорившейся пушкой, потрясали вслед королевскому дураку кулаками, оглашая пространство вокруг бранью на родном языке. На подобное губы сами собой сложились в усмешку — теперь Сталкон точно оторвет Кли-кли голову. Особенно, если тот не сумеет объяснить неожиданное исчезновение столь дорогого и габаритного оружия.       — Йорунн, тебя желает видеть король, — минуту спустя передо мной с мученическим видом возник маркиз Вартек. — Немедленно.       — Иду, — я оправила рубаху и прицепила ножны с мечом к поясу. Перед определенными людьми нужно выглядеть подобающе.       — Поторапливайся, — недовольно прогудел белобрысый дворянчик.       — Ага, угу, — буркнул кто-то в ответ моим голосом. — И без вас знаю, что Его Величество не любит ждать.       Аристократ мгновенно вытаращился на меня с откровенной злобой, но я, нацепив на лицо маску «Мне все равно», с беспечным видом направилась во дворец.

***

      Король обнаружился в своем кабинете, где уже находились и другие важнейшие лица государства: магистр Арцивус, глава Ордена магов Валиостра, да граф Алистан Маркауз, правая рука Сталкона Девятого, капитан гвардии и опора трона. А еще — темная эльфийка (вот так сюрприз!), шут да недавно виденный мною неизвестный. У последнего при моем появлении на лбу сразу же нарисовался явный вопрос: «За каким демоном сюда пригласили это?» Я лишь неприязненно хмыкнула себе под нос и поклонилась.       — Вы звали, Ваше Величество?       — Присаживайся, Йорунн, — Сталкон указал на стул, стоящий рядом с незнакомцем. — Позволь представить: леди Миралисса из дома Черной луны и Гаррет — твои спутники в грядущем путешествии.       — Рада знакомству, — повторный поклон. Только на этот раз — эльфийке. Окончание «сса» в ее имени говорило о принадлежности женщины к королевскому роду.       — Взаимно, — голос у Миралиссы оказался низким и неожиданно приятным. — Его Величество отзывался о вас, как о мастере меча.       — Мне льстит столь высокая оценка моих скромных умений, — я заняла указанное место, терпеливо ожидая дальнейших распоряжений.       — Любезности на потом, — поморщился Сталкон Девятый. — Завтра на рассвете отряд покинет замок и отправится в Заграбу, за Рогом Радуги.       — Что мне нужно знать? К чему готовиться? — новость о походе до древних Могильников не стала для меня неожиданностью — уже две экспедиции сгинули в проклятых Костяных Дворцах, но наш король был не из тех, кто легко сдается, отступая от задуманного. Тем более, когда на кону лежало благополучие целой страны.       — Вместе с Дикими Сердцами и Алистаном ты будешь охранять Гаррета во время этого небольшого путешествия. Тебе придется стать тенью вора, чтобы уберечь его от всевозможных бед, — продолжил Его Величество.       На лице графа Крысы, как называли того недруги, после вышеупомянутых слов появилась кислая мина, словно первый меч королевства заставили целиком сжевать лимон. Длинные, по моде Низины, усы неодобрительно свисали капитану на грудь, рука небрежно покоилась на эфесе батарного меча. Я едва удержалась от позабавленного фырканья — весь внешний облик Маркауза кричал: будь его воля, Гаррет уже болтался бы в объятиях Тощей Вдовы****, а не сидел, довольно вольготно, надо сказать, перед монархом.       — Значит, стану, — загасив ухмылку, удалось бесстрастно ответить мне.       Расположившийся рядом вор негодующе уставился на Сталкона, а потом и на меня:       — Можно подумать, десятка Диких на моей шее недостаточно, — возмутился тот, но как-то вяло.       Настала очередь некой Йорунн буравить «соседа» взглядом.       — Я хочу быть уверен в удачном завершении миссии, — голос нашего правителя уподобился стали.       — Надеюсь, мой… телохранитель не собирается спать со мной? — теперь слова Гаррета оказались полны яда.       — Если понадобится — соберусь, — отрезала я, задетая явственно прозвучавшими в его тоне сомнениями. И тонким отрицанием приказа короля. — Особенно, если рядом будет крутиться Кли-кли.       — К сожалению, меня оставляют в замке, — пропищал шут. На плутоватой физиономии отчетливо проявилась скорбь.       — Слава всем Богам! — удержать язык за зубами мне не довелось. Тут же ойкнув, я перевела взгляд на Сталкона Девятого: — Простите, Ваше Величество, — тот лишь отмахнулся. — Мы свободны? — мои глаза непроизвольно покосились на дверь.       — Ты — да. А с Гарретом нам еще предстоит обсудить пару деталей.       — Жди нашего вора на конюшне, его нужно научить ездить верхом, — вставил свое веское слово гоблин, на что король, к моему удивлению, уверенно кивнул.       Я встала, сызнова поклонилась и, не говоря больше ни слова, вышла из кабинета.       * Гневная стойка — одна из боевых стоек в фехтовании на двуручных или полуторных мечах. Руки вытянуты вперед и немного согнуты в локтях. Острие угрожает лицу и шее противника. Это жесткая оборонительная стойка, удерживающая соперника на расстоянии.       ** Огр-шач (орск.) — огролом. Оружие, внешне напоминающее тяжелый цеп. Та часть, которой наносится удар, имеет грушевидную форму, на ней также находятся шипы.       *** Арнх (орск.) — Шрам.       **** Тощая Вдова — виселица.