18. Драконий Камень
7 июля 2018 г., 14:48
Isn't it lovely, all alone Heart made of glass, my mind of stone Tear me to pieces, skin and bone Hello, welcome home
Billie Eillish х Khalid «Lovely» _________________________________
Разве это не прекрасно? Я совсем одна. Моё сердце хрупкое, словно стекло, моя голова тяжела, словно камень. Разорви меня на куски, оставь кожу да кости. Здравствуй, добро пожаловать домой.
Золотистые локоны Хэйден отбросило назад резким порывом ветра. Разрезанные до плеч рукава её платья цвета красного вина колыхались позади, подобно крыльям. Волосы принца, сидевшего впереди неё, были собранны в небольшой пучок и на этот раз не щекотали её лицо. Из-за ещё одного толчка морские брызги успели слегка намочить подол платья миледи. Никто из всадников не ожидал, что Шторм так резко спикирует. Огромные мощные лапы зверя впились в мокрый песок, оставляя на нём когтистые следы. Он издал оглушительный рёв и вытянул шею к небу, извещая всех присутствующих на острове о прибытии принца. Мейгон слез первым, ловко минуя шипы на спине и крыле дракона, помогая девушке спуститься. Как только принц и леди оказались на песке, зверь развернулся и расправил крылья, улетая обратно к воде, успев нырнуть и поймать несколько морских карасей. — Вы в порядке, миледи? Шторм иногда заигрывается, — спросил юноша с серебряными волосами, слегка разметавшимися от полёта. Они обрамляли его зауженное к челюсти лицо, придавая принцу абсолютно неземной вид. — Да, всё хорошо, — с лёгкой улыбкой на губах ответила ему леди Ланнистер. — Тогда прошу, — Мейгон согнул руку в локте, протягивая её девушке, и они вместе отправились далее. Принц и леди миновали песок, поднимаясь по каменным ступеням к огромным деревянным воротам с узором в виде чешуи. По обоим сторонам дверей дальнейший проход сторожили две драконьи головы, вырезанные из чёрного камня и оскалившие свои острые клыки. Мейгон толкнул ворота, а перед глазами леди Утёса возник невероятно большой замок из того же чёрного камня. Даже издалека она видела множество башен в виде драконьих изваяний, охранявших это древнее родовое гнездо Таргариенов. — Добро пожаловать на Драконий Камень, миледи, — принц ослепительно улыбнулся, его фиалковые глаза сверкнули, а Хэйден с упоением изучала это величественное, пугающее и завораживающее место. Они поднимались по узкому проходу, напоминающему хребет невиданного морского чудовища, оснащённому каменными ступенями, что вели к главному входу в замок. Принц тайком бросал взгляды на Хэйден, наблюдая её восторженное выражение лица и сияние сапфировых глаз. — Драконий Камень неприступен, — начал свой рассказ Мейгон. — Этот проход не предназначен для армии. Позади замка гора с действующим вулканом, слева, справа и там, где мы высадились, вода со скалистым морским дном — это всё природные препятствия. У любого, кто надумает атаковать мой замок, нет шансов, — принц говорил так, будто старался убедить леди Ланнистер в том, что безопаснее места для неё не найдётся на всём белом свете. — Осада невозможна, провизии здесь на четыре года. Лето подходит к концу. У кого будет четыре года, чтобы осаждать Драконий Камень? А даже если это случится, Шторм поможет мне разобраться с мятежниками. Хэйден ничего ему не ответила, лишь смерила вежливой улыбкой, слушая дальше увлекательный рассказ хозяина этой крепости. Девушка оценила старания принца, ближе придвинувшись к нему и рассматривая замок Таргариенов. Спустя несколько метров их пути по каменному хребту она увидела башни в виде крылатых рептилий. Та, что была справа, изображала кричащего дракона, широко разинувшего пасть в небесную глубь. — Это Ветрогон, миледи, — объяснил принц, видя заинтересованный взгляд Хэйден. Башня слева представляла собой более умиротворённого зверя, безмятежно глядящего вдаль. — А это Башня Морского Дракона, — он указал рукой на каменное изваяние. — Там находятся покои мейстера, воронья вышка, а слева от неё конюшня. Помимо изобилия драконов, чем ближе они подходили к замку, тем больше леди Ланнистер встречала их каменных друзей. Здесь были грифоны, горгульи, мантикоры и другие существа, предназначенные для устрашения и отпугивания забредших сюда душ. — Возможно, после роскоши Утёса Кастерли, вы не посчитаете это место уютным, — произнёс принц, изучая глазами каменные изваяния демонов и горгулий, обрамивших вход в замок и думая о том, что было бы неплохо всё это убрать. — Превосходный замок, — леди посмотрела на принца с сиянием в глазах и лучезарной улыбкой на устах. — Он окутан древней магией. Он не менее притягателен, чем Утёс Кастерли. Двое стражников у входа с трёхглавым драконом на нагрудниках поприветствовали Мейгона и его гостью, отворив тяжёлые врата. Перед взором Хэйден оказался огромный просторный зал, названный Внешним Чертогом, со свисающими на стенах знамёнами Таргариенов и множеством свечей в канделябрах почти в человеческий рост. — Мой принц! — Им навстречу быстрым шагом приближался высокий лорд в небесно-голубом камзоле и с серебряными волосами, собранными в хвост. Его глаза напоминали Хэйден цвет моря у самого его берега — они были такого же зеленоватого оттенка. — Едва ли ворон из Королевской Гавани успел прилететь, как вы уже прибыли. Добро пожаловать домой! — Миледи, это лорд Монтерис Веларион, кастелян Драконьего Камня и мой ближайший помощник, — Мейгон указал рукой на мужчину. — Милорд, познакомьтесь с леди Хэйден из дома Ланнистеров, моей невестой. — Большая честь для меня, леди Ланнистер, — он коснулся своими шероховатыми губами ладони девушки, изучив её пронзительным взглядом. — Рада знакомству с таким прославленным адмиралом, лорд Веларион, — ответила миледи, пристально глядя мужчине в глаза, вынуждая его чувствовать некий дискомфорт. — Вы очень похожи на свою почившую тётушку Серсею, — как и было задумано Хэйден, Веларион отвёл взгляд в сторону. — Когда я был гораздо моложе, я провёл некоторое время при королевском дворе и имел удовольствие сблизиться с ней. — Как интересно, — глаза Хэйден сверкнули в свете факелов. — Удивительно, что вы остались живы, милорд. Веларион оглушительно расхохотался, держась рукою за пряжку на ремне в виде коня: — А наша будущая леди не лишена чувства юмора, как её отец. Я не был так хорошо знаком с… — Не леди, Монтерис, — Мейгон перебил кастеляна и обнял девушку за талию, не отрывая от неё пристального взгляда фиалковых глаз. Он поднёс ладонь Хэйден к своим губам и нежно поцеловал её. — Принцесса. Остаток дня Таргариен и Ланнистер провели только вдвоём, не отрываясь друг от друга. Мейгон устроил для невесты своего рода экскурсию по Драконьему Камню, их будущему совместному дому. В Дальнем Чертоге, где их встретил Монтерис Веларион, находилась септа без Семи Ликов, заботливо сожженных предыдущим владельцем замка. Справа от неё виднелась Арка, ведущая в одно из самых удивительных мест крепости — Сад Эйгона. Едва Хэйден вошла в него, она почувствовала невероятный запах хвои, смешанный со сладковатым цветочным ароматом. Высокие древние тёмные деревья не давали шанса солнечным лучам проникнуть сюда и коснуться хоть чего-либо, поэтому в Саду было значительно прохладнее, чем у морского берега, где они недавно приземлились. Помимо обильной растительности в виде хвойных кустарников, диких лилий и роз Сад Эйгона украшали резные каменные лавы и фонтаны, а между журчанием воды можно было расслышать уханье филинов. За Дальним Чертогом следовал Центральный. Он был меньше и светлее предыдущего за счёт большего количества свечей. Здесь располагалась оружейная, ведущая напрямую к Башне Морского Дракона, Большой Зал, выполненный в форме дракона, лежащего на брюхе и кухня в виде дракона, свернувшегося клубком. Когда принц и леди подходили к этому причудливому каменному строению, из ноздрей дракона повалил печной дым, а в глазах можно было различить языки пламени. Хэйден, никогда в жизни не видевшая ничего подобного, удивлённо рассмеялась, наблюдая как ловко кухарки орудуют своим снаряжением. Одна из них высунулась в небольшое окошко, искоса поглядывая на принца и леди, приложила палец к губам и протянула Мейгону небольшой плетёный коробок. Как только парень забрал его, она тут же исчезла. Отойдя немного от кухни, принц открыл его и протянул леди Ланнистер одно из лимонных пирожных, лежащих на дне коробка. — Превосходно, — сказал принц, смакуя каждый кусочек. — У Аэрин всегда потрясающие десерты. — Но почему так тайно? — спросила у него Хэйден, наслаждаясь невероятным лимонным вкусом. — Видите ли, миледи, главный повар очень чувствительный и ранимый человек. Он тяжело переживает, если к десерту приступают ранее основного блюда, — произнёс юноша, — он всегда хватается руками за голову, мечется по кухне и кричит, что ему здесь не место, раз драконий принц предпочитает объедаться сладким из рук второсортной кухарки, игнорируя его кулинарные шедевры. — Невероятно, — задумчиво произнесла Хэйден, откусывая кусочек сладкого угощения и улыбаясь. — Как же сильно они вас любят. — Я не хочу, чтобы в моём доме царила скверная атмосфера. Здесь есть дети, здесь будут расти и мои дети. Я не хочу видеть страх и презрение в глазах людей, готовящих мне ужин, заправляющих мою постель и вымывающих полы в моём замке. Они все до единого добросовестно выполняют свою работу, а я стараюсь справедливо относиться к каждому обитателю Драконьего Камня … и конечно хорошо им платить, — принц улыбнулся после этих слов, закрывая пустой плетёный коробок. — Вы добры к простолюдинам и прислуге, отважны, цените любую человеческую жизнь. Что вы за принц такой? — спросила леди с улыбкой на устах. — Самый счастливый в мире, — Мейгон коснулся губами щеки Хэйден, обнимая её и чувствуя, как она охотно поддаётся навстречу ему. Следующим и заключительным этапом в экскурсии по Драконьему Камню был Внутренний Чертог, где располагался вырезанный из скалы трон первых Таргариенов. Не смотря на все отговорки, Мейгон заставил невесту занять его. От прикосновения холодной породы Хэйден даже не вздрогнула, она гордо и достойно восседала на нём, изучая взглядом Чертог. Принц подал миледи руку, и они посетили не менее удивительное и легендарное место замка — Палату Расписного стола. Это было просторное помещение с двумя большими люстрами под самым потолком. Огромный дракон на всю стену, вырезанный из камня, приветствовал её широко раскрытой пастью. Одна из стен, противоположная от входа, отсутствовала, открывая невероятной красоты вид на Узкое море. Волны бились о скалы у самого берега, чайки кричали, а солнце не спеша опускалось на воду, обагряя её. Девушка провела ладонью от Северных гор до Солнечного Копья, обогнув резную деревянную столешницу, прикоснулась к Драконьему Камню и остановилась. — Теперь вы дома, миледи, — Мейгон улыбнулся, вовлекая леди Ланнистер в объятия.***
Девушка с золотыми локонами шла по пустынному коридору. Со стен за ней наблюдали факелы в виде человеческих рук и знамёна Таргариенов. Она знала, что эта затея ужасно нелепа, но ничего не могла с собой поделать. Хэйден настолько хотелось увидеть принца, что она упорно игнорировала все правила благовидности. Небольшой серебряный подсвечник в её тонкой руке украшали рубины, пламя хорошо освещало путь к заветной комнате, дверь которой была слегка приоткрыта. Тонкая полоска света на полу становилась всё ближе, будто маня девушку. Хэйден осторожно толкнула дверь и увидела принца, сидящего за письменным столом напротив открытого окна. Он не обернулся на звук её шагов, возможно потому, что не расслышал их из-за приглушающего любого движение мягкого, ворсистого ковра. Леди Ланнистер в лёгком чёрном ночном платье на запах поставила подсвечник на ближайший столик и тихонько откашлялась. Ей показалось, или юноша слегка шевельнулся? В любом случае, голову он не повернул, и девушка сделала несколько шагов ближе к нему. — Мой принц, прошу простить меня за этот ночной визит, — ласково произнесла она, положив руки парню на плечи, и наклонилась к нему. Но как только волосы Хэйден коснулись Мейгона, она с ужасом на лице и диким воплем отпрянула от него. Вместо фиалковых глаз в окно таращились две зияющие дыры, из которых до сих пор сочилась кровь, рот был разорван от уха до уха наподобие улыбки, а горло перерезано до самого позвоночника. Рубашка принца была пропитана красной жидкостью, стекающей по его туловищу. — Нет! — выкрикнула леди Ланнистер. — Нет, нет, нет! Это невозможно! Нет, Мейгон… Я не верю! — по её щекам градом лились слёзы. Она коснулась ладонями лица принца, пачкаясь его кровью и стирая её, как будто надеясь, что от этого все раны юноши тут же исчезнут. Волосы, руки, платье девушки были залиты красным. Ясные сапфировые глаза опухли, губы искривились, а тело содрогалось от всхлипов. — Кто сотворил это с тобой?.. Чьи-то сильные руки одним властным движением легли на её талию и прижали девушку к себе. Хэйден рассмотрела лишь чёрный дорожный плащ, а лицо человека было скрыто капюшоном. Дыхание обжигало девушке кожу, когда незнакомец приблизился к её уху и таким знакомым нежным голосом произнёс: — Моя леди, ты соскучилась? — Как ты мог? — кричала златоволосая девушка, едва держась на ногах от горя. — Ты убил его, Рэндалл! Ты чудовище! — Не сразу, любимая. Когда я выкалывал ему глаза, драконий выродок ещё был жив. Он неистово вопил, ты разве не слышала? — Бэйнфорт скользил холодными губами по шее миледи. — Когда я разрезал ему рот, он тоже был жив, всё имя твоё кричал. Как трогательно, — парень наигранно сочувствующе вздохнул и продолжил. — Но когда я перерезал ему глотку до самой трахеи, ублюдок сразу же замолчал. Слабоват оказался. — Я не хочу это слышать… Боги, что ты наделал… — Хэйден всхлипывала, глотая собственные слёзы, глядя на изуродованного принца. — Я сделал всё ради тебя, — шептал юноша, лаская её тело. — Ради нас. — Нет никаких «нас», — она взревела, стараясь высвободиться из его цепкой хватки. — Я ненавижу тебя, Рэндалл! — Это временно, дорогая, — его ладонь проникла под платье миледи, поглаживая бёдра с внутренней стороны. — Когда мы вернёмся домой, ты всё забудешь. В Гибельной Крепости уже все ожидают лорда Бэйнфорта и его будущую леди-жену. — Ты психопат! — Хэйден старалась дотянуться руками до его лица, желая изорвать его в клочья, изуродовать так же, как он поступил с принцем. — Отпусти меня немедленно! Я убью тебя, слышишь? — Никогда, любимая, — Рэндалл сильно стиснул рёбра девушки, что та еле устояла на ногах. Миледи не хватало воздуха, сознание покидало её. Нет, только не сейчас. А безумец продолжал шептать, сжимая её в объятиях. — Теперь ты навеки моя. — Отпусти! Отпусти меня! Его хохот эхом раздавался в ушах Хэйден, а прикосновения оказались настолько реалистичными, что девушка с трудом оправилась после этого ужасного сна. Она взлетела с постели, преодолев всю комнату и рассматривая себя в резном серебряном зеркале в полный рост. Ни на руках, ни на волосах, ни на ночной сорочке не было следов крови. Только капельки пота стекали по лбу девушки, которая огромным усилием воли старалась успокоить себя. «Просто сон… Обычный кошмар… Рэна нет здесь, он в Утёсе Кастерли» — повторяла она про себя. Её сердце выпрыгивало, грудь высоко вздымалась. Дрожащими пальцами она коснулась ручки двери, широко её распахнув и замерла, как статуя. Принц так же замер с поднятой рукой и сжатыми в кулак пальцами, видимо, намереваясь постучать. — Миледи? — удивлённо спросил он, видя вспотевшую, дрожащую и испуганную Хэйден. — Миледи, я… — Боги, ты жив, — забыв про все правила приличия, она бросилась к принцу, крепко обняв его. Сильные руки юноши обняли её в ответ, заботливо прижимая к груди. Мейгон поглаживал спину Хэйден сквозь шёлковую ткань платья девушки. Он коснулся губам её макушки, чувствуя, как дрожь в теле леди Ланнистер постепенно стихает. Принц сделал шаг в её покои и закрыл за ними дверь. — Как же он напугал меня… И ты тоже, — лихорадочно шептала миледи, согреваясь в руках принца. — Кто напугал вас? Что здесь случилось? — недоумевающе спрашивал парень с тревогой в голосе. — Мне приснилось, что Рэндалл выколол тебе глаза и перерезал глотку. Боги, всё было как наяву, — девушка подняла сапфировый взор на юношу. — В Утёсе, до нашего отъезда в Королевскую Гавань он говорил, что сделает это. Что отнимет жизнь у любого, если он встанет между нами. Я знаю, он говорил о тебе. — В каком смысле «встанет между нами»? — возмутился принц. — Как он смеет обращаться подобным образом с наследницей Утёса Кастерли и моей невестой? — Мы много лет провели вместе. Мы охотились, сражались, ездил верхом. Он всегда был сильным, решительным, убедительным. Мы влюбились друг в друга, — отрешённо произнесла Хэйден, отпуская Мейгона. — Я не хотела и не знала другого, пока ты не приехал с дядей Джоном на мои именины. Нескольких часов с тобой хватило, чтобы перечеркнуть все чувства к Рэну. Он заметил, что я отдаляюсь и решил сделать всё, чтобы этого не произошло. — Ты… любишь его? — с горечью спросил парень с серебряными волосами. Его лицо исказилось, глаза потемнели, а всё тело напряглось. — Когда он сказал, что убьёт тебя, моё сердце сжалось… Когда я увидела тебя окровавленного, убитого, оно остановилось. Я захотела умереть вместе с тобой, лишь бы снова увидеть твои фиалковые глаза без капли гнева и безумства, — едва слышно выдохнула леди Ланнистер, будто не слыша Таргариена. Мейгон не отрывал взгляда от невесты. Тонкая, будто стрела, едва достающая ему до плеча, содрогающаяся от всхлипов, поспешно вытирающая слёзы, но при этом решительно смотрящая на него. Принц сделал несколько шагов навстречу Хэйден, пропустил пальцы сквозь её мягкие золотые локоны. Другой рукой он гладил её щеку, провёл по шее, чувствуя, как девушка поддаётся навстречу прикосновениям и исследует ладонями его торс. Прохладные худые пальцы Хэйден потянули за шнуровку чёрной рубашки принца, обнажая его по пояс. Юноша коснулся шёлковых тесёмок на плечах девушки, опуская их вниз. Лёгкая ткань скользнула по телу леди Ланнистер и осталась у её ступней. Локоны прикрывали грудь девушки, лёгкий румянец покрыл её щеки, а принц коснулся её бедер, усаживая леди на постель. Мейгон провёл ладонями по внутренней части ног, плавно раздвинул их, устроившись между них, наблюдая, как Хэйден тяжело дышит, и коснулся губами её заветного места. Принц положил ноги девушки на свои плечи, лаская её чувствительную точку языком, чувствуя, как влага миледи сочится по его подбородку. Ладонь Хэйден коснулась его серебристых волос, собранных в пучок, и сжала их. Девушка робко стонала от смущения, смешанного с удовольствием. Мейгон был очень нежен, даже когда прикусывал клитор девушки, сразу же вылизывал место укуса, сопровождая это поцелуями. Юноша проник языком в дырочку миледи, вылизывая её внутри, ощущая, как она сжимает его волосы. Хэйден упала спиной на шёлковую постель, выгибаясь навстречу ласкам. Её стоны наполнили комнату, а глаза застлала пелена удовольствия. В один момент это прекратилось, тело принца накрыло её, вжимая в постель. Мейгон упирался чем-то твёрдым в её живот, покрывая поцелуями грудь девушки и покусывая чувствительные набухшие маленькие соски цвета малины со сливками. — Мейгон, — простонала девушка, задыхаясь от возбуждения. — Моя принцесса, — парень горячо выдохнул в шею леди Ланнистер. — Нам… нам нельзя. — Ты моя невеста. Мы обещаны друг другу, — шептал он, взглянув в её глаза. — Я люблю тебя, Хэйден, я так люблю тебя. — Я тоже… Я тоже люблю тебя, мой принц, — смущенно ответив на признание, произнесла маленькая львица. — Мы поженимся завтра же, милая, — ладони юноши скользили по всему телу девушки, вынуждая её выгибаться навстречу каждому прикосновению. — Я так долго ждал тебя и наконец-то ты моя. А я твой. — Не останавливайся, — одними губами произнесла миледи, потянув за шнуровку штанов принца. Хэйден почувствовала, как что-то твёрдое скользит по её чувствительному бугорку, раздвигая складочки. Член принца взмок от влаги маленькой львицы, он подставил головку к её дырочке и плавно вошёл вовнутрь. Хэйден закричала от боли, глаза наполнились слезами, она инстинктивно дёрнула бёдрами, желая отстраниться, сделав себе ещё больнее. — Тш-ш-ш, — зашептал принц. — Просто расслабься, милая. Вот так. Вот так, всё хорошо. Доверься мне. Прости, это скоро пройдёт. — Так… больно, — едва слышно выдавила из себя леди. — Можешь исполосовать мою спину, — произнёс юноша с нежной улыбкой, когда ладони Хэйден коснулись его плеч. — Нужно немного потерпеть, только доверься мне. Принц коротко поцеловал её губы, толкнувшись ещё раз и ощущая, как ногти миледи впились в его спину. Она опять вздрогнула, но расслабилась куда быстрее. С каждым толчком девушка всё меньше вскрикивала, и начала сама поддаваться навстречу Мейгону, ощущая, как острую боль сменило наслаждение. Её губы растянулись в улыбке, стоны срывались из приоткрытого рта, когда юноша ускорился. Он подхватил девушку на руки, усаживая на постель и вжимая её спиной в стену. Хэйден послушно раздвинула ноги, наблюдая, как принц устраивается между них и опять глубоко проникает в неё. От его резких толчков спинка кровати звенела и ударялась об стену, шатая прикроватный столик, с которого только что свалился графин вина вместе с кубками. Принц крепко держал девушку за бёдра, наблюдая, как она кусает губы и вскрикивает от наслаждения. Хэйден плотно обхватила мышцами член юноши, чувствуя близкую развязку, и он с протяжным стоном излился в неё, обессилено падая на её хрупкое тело. Леди Ланнистер лежала на груди принца, прижимаясь к горячему телу щекой. Мейгон играл с её локонами, целуя макушку и обнимая за плечи. Усталость навалилась на них, глаза то и дело закрывались, но ни один из них не хотел засыпать. Обоим хотелось ещё немного побыть в сознании, побыть друг с другом. Укрывшись одеялом и удобно устроившись в объятиях принца, миледи счастливо улыбнулась юноше, коснувшись его губ. Всё было идеально. Они вместе, они любят друг друга, а в скором времени она станет Хэйден Таргариен, принцессой Драконьего Камня, женой лучшего в мире мужчины. Разве это не прекрасно?
