Наследие Ланнистеров

Lover, hunter, friend and enemy You will always be every one of these Fleurie — Love and War ______________________________ Любовник, охотник, друг и враг — Ты всегда будешь каждым из них

      Санса не видела летнего снега около пятнадцати лет. В её воспоминаниях днём он обычно он таял, не долетая до земли, но сегодня Винтерфелл встречал леди Ланнистер белым покрывалом из миллиарда снежинок. Они хаотично срывались с тяжёлого серого неба, опускаясь на огненные волосы женщины. Её тёмно-синий плащ с волчьей шкурой на плечах и застёжками под горлом в виде льва и лютоволка слегка припорошило, а носки ботинок из чёрных превратились в белоснежные. Просторное одеяние слегка увеличивало леди Ланнистер в размерах, но худое, изнеможённое лицо с глубокими тёмными кругами под глазами говорило о том, что за последние недели Санса исхудала.       Крутые ступени, ведущие в крипту, местами обвалились. Не смотря на ярко горящие факелы, ей приходилось приглядываться, куда шагнуть, чтобы не полететь кубарем вниз. И на одной из таких уничтоженных временем ступенек Санса едва ли не поскользнулась, если бы чьи-то крепкие руки не схватили бы её.       — Миледи, осторожнее, — над самым ухом леди Ланнистер прозвучал голос Квентина Бэйнфорта.       — Благодарю, милорд, — тихо и хрипловато отозвалась Санса, слыша, как бешено стучит её сердце в груди. Ещё один шаг, и она бы лежала на холодном каменном полу со свёрнутой шеей.       — Ради вашей же безопасности, — он протянул ей правую руку, согнутую в локте, держа факел в левой.       — Вы очень добры, лорд Квентин.       Теперь они медленно опускали вдвоём, немного задерживая процессию позади. Яркое пламя хорошо освещало путь, а когда их ноги коснулись твёрдой земли, рука Сансы плавно выскользнула, как будто она вовсе не прикасалась к мужчине. Оказавшись в крипте, женщина тяжело выдохнула. Со всех сторон на неё смотрели мёртвые Старки с каменными лютоволками у их ног и мечами на коленях. Бартоган Старк, погибший, подавляя мятеж на Скагосе, Берон Старк, встретивший смерть в бесконечных войнах с железнорождёнными, Виллам Старк, убитый одичалыми в одной из самых кровавых битв за всю историю Севера, Эдвилл Старк, ставший жертвой кровавой расправы Болтонов, Рикард Старк, сожжённый заживо и наблюдавший за кончиной собственного сына, Брандон Старк, удавившийся, пытаясь спасти отца, Лианна Старк, невеста короля Роберта Баратеона, сбежавшая на юг вместе с принцем Рейгаром Таргариеном — опрометчивый поступок, погубивший жизни тысячам невинных людей и перечеркнувший ход всей истории, Эддард Старк, её отец, несправедливо казнённый за измену бастардом королевы. И теперь на пути женщины была следующая, но пока пустующая гробница без каменного изваяния… Санса сжала губы в тонкую линию, подходя к тому месту, где лежал король. Свет факела озарял его бледное лицо, исполосованное тонкой сеткой морщин, блестящие карие глаза, что были закрыты навеки, густую чёрную бороду с лёгкой проседью и глубокую бескровную рану в горле, оборвавшую жизнь Джона. На него напали со спины… Короля Вестероса трусливо зарезали, как свинью на убой. Как Робба и маму…       Не смотря на истинное происхождение Джона, его плащ был белым, как у всех Старков, Королей Зимы и лордов Винтерфелла, а не чёрным, как у королей Таргариенов. Санса подошла ближе, провела ладонью по шерстяным складкам одеяния, коснулась плеча брата, наклонившись к нему, и поцеловала ледяной лоб. Слеза выскользнула из уголка глаза, леди Ланнистер поспешно её стряхнула.       — Я надеюсь, ты встретился с нашим отцом, и не держишь зла на мать, — еле слышно произнесла она. — Теперь твой дозор окончен, лорд-командующий.       Санса отошла от каменного гроба брата, увидев боковым зрением четыре серебряные макушки. Жена и дети короля обступили тело Джона, прощаясь с ним. Как и леди Ланнистер, они поочерёдно наклонились к её брату, и отошли в сторону, давая дорогу Старкам. Рикон, облачённый полностью в чёрное с густой тёмно-рыжей бородой и Ширен, держащая за руки двух мальчиков.       — Нед, Станнис, — тихо обратилась матерь к ним. — Попрощайтесь с дядей Джоном.       Пока Старки стояли у каменного гроба, рядом с Сансой, как тень, бесшумно возник Бэйнфорт. Он посмотрел на свою леди тяжёлым взглядом чёрных, как ночь, глаз. «Наверное, боится, что я опять брошусь к трупу в слезах» — подумала женщина, отводя глаза от лорда Квентина на статую короля.       В отличие от их отца, Джон был похож на самого себя. Зачёсанные назад на северный манер волосы, плащ с вочьей шкурой на плечах и Длинный Коготь в руке. Согласно последней воле, его валирийский меч должен был вместе с ним вернуться на север и перейти к действующему лорду Винтерфелла, а от него к следующему, как это было со Льдом четыре века. Однако фамильный меч Старков после смерти лорда Эддарда так и не достался Роббу, зарезанному на Красной Свадьбе. Теперь Лёд это Верный Клятве, отнятый Сансой у Бриенны Тарт после Великой Войны, и Вдовий Плач, хранящиеся в Утёсе Кастерли.       За своими мыслями, леди Ланнистер не сразу расслышала шаги, раздававшиеся гулким эхо в стенах крипты. К ней приближалась невысокая фигура, придерживающая рукоять тонкого меча на поясе. В темноте было невозможно определить, кто же это, но едва ли услышав голос, принадлежащий фигуре, Санса облегчённо выдохнула:       — Это правда? Наш брат мёртв? — громко произнесла Арья Старк.       Все, кто стоял у каменного гроба, обернулись, взирая на младшую сестру короля. Её волосы, достающие до груди, были уложены так же, как и всегда. Такую причёску носил их отец, Джон и Рикон. Не смотря на то, что сёстры не виделись около двадцати лет, Арья выглядела так же, когда покинула Винтерфелл ранним зимним утром, ничуть не изменившись за это долгое время.       — Я была в Чаячьем городе, когда услышала, что король мёртв, — вновь раздался голос младшей волчицы, и она повернулась к сестре. — Леди Ланнистер, не вы ли приложили к этому руку?       — Лишь косвенно, — холодно отозвалась женщина с рыжими, как осенняя листва, волосами. — Услуги Безликих недёшево стоят, но на то и нужно золота Утёса Кастерли.       Лица обеих девушек смягчились, губы дрогнули в улыбке, и Арья крепко обняла старшую сестру. Санса ответила на жаркие объятия, зажмурившись и стараясь изо всех сил сдержать слёзы. Всё было так же, как и много лет назад — две сестры Старк воссоединились в жуткой крипте Королей Зимы.       — Ещё один Ланнистер? — спросила младшая дочь Неда Старка, с улыбкой глядя на живот сестры. — Не пора ли остановиться?       — Этот будет последним, — тихо ответила ей Санса.       — Джейме..?       — Да, — леди Ланнистер не дала сестре договорить и отвела беглый взгляд в сторону.       — Мне жаль. Я видела, как ты была счастлива с ним, — после паузы произнесла Арья.       — Видела?       — На именинах моей племянницы. Не думала же ты, что я это пропущу? — усмехнулась она.       — Какая удача, что ты нас не отравила, — сказала леди Ланнистер, ухмыльнувшись.       — Я передумала в последний момент.       Санса вновь улыбнулась, отступая в сторону вместе с лордом Квентином и давая возможность младшей сестре попрощаться с их братом. Арья Старк медленно приблизилась к каменному гробу, всматриваясь в лицо короля. Подобно Сансе она коснулась его плаща, провела ладонью по груди, касаясь тонкими пальцами застёжек на камзоле в виде лютоволка. Она не плакала, но лицо её исказила гримаса жгучей боли. Арья никак не решалась отойти от брата, девушка хотела провести ещё немного времени с ним и восполнить утраченное. Когда уголки глаз начало щипать, она поцеловала погибшего брата и отошла к Сансе, давая каменщикам закрыть его могилу.       Когда статуя короля заняла своё место, Старки, Ланнистеры, Бэйнфорты и Таргариены покинули крипту. Лорд Винтерфелла пригласил всех в Великий Чертог для прощального пира. Знамёна великих домов были задрапированы чёрным, а зал украшали зимние розы — любимые цветы матери короля. Во главе стола сидел Хранитель Севера с Арьей, Ширен и сыновьями. Слева от него расположились Ланнистеры и Бэйнфорты, а напротив Рикона Старка восседала королева Дейенерис с принцами и принцессой. Обед проходил в гробовом молчании, слышно было лишь скрежет приборов и стук кубков о деревянную поверхность. Не притрагивались к ним лишь Санса и Дени. Леди Ланнистер безжизненно ковыряла вилкой оленину, заставляя себя съесть хотя бы небольшой кусочек, и посмотрела на королеву. Она была бледна подобно призраку, опухшие красные глаза наполнены слезами, стекающими по щекам и подбородку, руки дрожали. Слева от неё Мейгон бросал взгляды на Хэйден Ланнистер, сидящую рядом с Рэндаллом Бэйнфортом. Маленькая львица тоже нерешительно посматривала на принца. Хэйден не плакала, не всхлипывала и вела себя достойно. «Она уже выплакала все слёзы, когда хоронила отца» — подумала про себя Санса.       Королева немного откашлялась, медленно вставая со своего места, и обвела всех присутствующих взглядом. Когда она выпрямилась, леди Ланнистер увидела слегка округлившийся за четыре месяца живот Дейенерис Таргариен. В крипте, когда она была облачена в просторный плащ, этого не было заметно, но чёрное бархатное платье плотно облегало тело Дени. Санса скептически сузила глаза, слушая её речь.       — В этот тяжёлый для всех нас момент я рада видеть свою семью. Спасибо, что сегодня вы все со мной, — тихо произнесла она. — Джон нашёл покой, я верю в это. Я знаю, как он любил каждого из вас. Лорд Рикон, мне очень жаль, что у короля не хватило времени познакомиться с племянниками. Мальчики чудесны, — она улыбнулась Ширен и маленьким Старкам, но у леди Старк губы даже не дрогнули в ответной улыбке. — Дети это наше будущее. Несмотря на страшную потерю, мы должны продолжать жить и строить новый, прекрасный мир для них.       — Отец был суров и справедлив. Он был хорошим королём, — сказал кронпринц Джейгон, поднимая в его честь серебряный кубок.       — Все отцы более суровы к детям, нежели матери, — ответил ему Рикон, подняв в ответ свою резную чашу. — Они могут наказать, но делают это лишь от того, что сильно любят.       — Наш отец не был суров, — едва слышно произнесла доселе хранящая молчание Хэйден Ланнистер. — Он никогда не наказывал ни меня, ни Кристарда.       — Да, не был, — отозвалась её мать. — Когда ты только родилась, твой отец первым взял тебя на руки, не я. — Санса опустила вилку, так и не притронувшись к тушёной оленине, и обернулась к дочери. — Мейстер Алфард говорил, что у нас будет мальчик, я тоже так думала. Но только Джейме всегда знал, что мы ошибаемся. Тем утром он держал тебя как самое ценное сокровище этого мира. Он посмотрел на тебя с такой любовью во взгляде и сказал: «Хэйден. Её зовут Хэйден Ланнистер. Она наследница Утёса Кастерли», — по щеке женщины прокатилась слеза. Теперь она смотрела на тонкое пламя свечи и продолжила после короткой паузы. — Я помню, как он поздней ночью, склонившись у твоей колыбельки, шептал: «Моя девочка… Моя маленькая девочка… Я защищу тебя от всех мирских бед. Ты всегда будешь в безопасности, моя маленькая рассветная львица».       Он научил тебя ездить верхом, ты помнишь? Пока я выбирала платья для тебя, отец вложил меч в твою руку. Он не мог тебя ни за что наказать, даже если бы очень захотел. Отец любил тебя так сильно. Свою маленькую девочку.       А эта женщина… Убийца, — Санса перевела полный злобы и гнева взгляд на Матерь Драконов. — Из-за неё погиб тот, кто так любил своих детей. Она отняла у меня мужа и осиротила тебя и Кристарда. Она осиротила не рождённое дитя, — её ладонь коснулась живота. — Дейенерис Таргариен. Королева костей, пепла и разрушительница семей. Сколько детей лишилось отцов по её милости?       Минуту в Великом Чертоге стояла звенящая тишина. Дени недоумевающе смотрела на золовку, отчаянно надеясь, что всё это ей лишь почудилось. Она упиралась ладонями в стол, стоя на ногах из последних сил.       — Санса, что ты такое говоришь? — нарушила молчание королева.       — Я умоляла тебя. Я стояла перед тобой на коленях и умоляла не забирать Джейме, — в голосе леди Ланнистер звучала ужасающая боль и скорбь. Она буравила Дени холодным взглядом, вцепившись пальцами в подлокотники стула. — Ты знала, что я жду ребёнка, ты знала про каждый кошмар, что я пережила и как мне невыносимо быть без единственного, кто мог меня защитить. Но ваша милость лишь сладко улыбнулась в ответ на мои мольбы, заверив меня в том, что никакой угрозы нет. А теперь мой муж и отец моих детей гниёт.       Ширен Старк позвала служанку и велела отвести маленьких северных лордов в их комнаты, пока семейный скандал не превратился в бойню. Когда Эддард и Станнис покинули Чертог, королева тихо ответила:       — Я понимаю, ты в отчаянии, но я тоже потеряла мужа. Мои дети остались без отца…. и он тоже будет расти без отца, — Дени дотронулась к не рождённому Таргариену, поглаживая живот. — Джон и Джейме погибли из-за жестокости врагов, но они помогли тысячам ни в чём не виновных людей. Благодаря их жертве они будут жить не в рабстве, а как свободные люди, — воодушевлённо закончила она.       — Они погибли из-за твоей глупости, Дейенерис! — выкрикнула Санса, чувствуя, как слёзы катятся по её лицу, на котором выступил румянец. Леди Ланнистер тоже поднялась со своего места и тяжело дышала, ощущая, как сердце бешено колотится в груди от нахлынувшей злобы и ненависти. — Мой муж и брат были убиты в никому не нужной войне! Какое мне дело до твоих рабов на востоке, если я лишилась тех, кого любила?       — Мне кажется, вы позволяете себе много лишнего, тётушка, — прошипел кронпринц, вставая рядом с матерью и сжимая рукоять меча.       — Дай мне только повод, — произнёс Рэндалл, поднимаясь из-за стола, становясь с леди Ланнистер и отцом, тоже поспешно вставшим возле своей леди. Парень завёл руку за спину и достал из ножен валирийский кинжал, подаренный Хэйден на именины. Сверкнула острейшая в мире сталь и Бэйнфорт крепко сжал рукоять из драконовой кости. — Клянусь, детский мечик не спасёт твою шкуру.       — Санса, я прошу тебя, остановись, — умоляюще произнесла королева, стараясь подойти ближе к леди Ланнистер, но замерла, не решаясь приблизиться к Бэйнфортам. — Мы все пострадали из-за этой войны.       — Ты хотела отнять мою дочь. Ей исполнилось едва ли полгода, как ты завела разговор о браке, — гневно шипела Санса. — Но ты забрала у меня Джейме. Больше ты никого не заберёшь.       — Да что ты такое…       — Я разрываю помолвку Хэйден с твоим сыном, — твёрдо произнесла леди Ланнистер.       — Нет, — послышался голос принца. Мейгон встал со своего места, но к оружию не притронулся. Он смотрел на Сансу умоляющим взглядом нежно-фиалковых глаз. — Пожалуйста, тётушка. Мы с Хэйден любим друг друга.       — Следи за языком, драконий выродок! — гневно выплюнул младший Бэйнфорт. — Тебя навязали Хэйден с самого детства. Думаешь, пара полётов на крылатой твари покорит её сердце? Держи карман шире!       — Рэн, прекрати! — воскликнула маленькая львица, схватив его за руку.       — Его мать убила твоего отца и дядю. Его брат сжёг заживо ни в чём не виновную женщину, когда тому было пять лет отроду, — кричал Рэндалл, тыча кинжалом в сторону Джейгона. — Элли осталась без матери, потому что кронпринцу было скучно!       — Мейгон здесь не причём, — процедила Хэйден. — Он не такой, как его семья.       — Хэйден, — обратилась к ней королева. — Милая, ты тоже считаешь, что это моя вина?       — Я любила моего отца, — произнесла девушка, чувствуя, как на ясных сапфировых глазах выступают слёзы. — Клинок принадлежал другому человеку, но вогнали его вы, ваша милость.       Ощущая лёгкое головокружение от происходящего, леди Ланнистер вцепилась пальцами в спинку стула, стараясь крепко держаться на ногах. Она сверлила королеву ненавидящим взглядом, желая разорвать её в клочья, причинить ей такую боль, от которой она будет умолять о смерти. Как Сансе было противно это заплаканное бледное лицо с красными глазами, это притворное сожалеющее выражение лица и каждое содрогание хрупких плеч Дейенерис. Ей не было жалко ни королеву, ни принцев с принцессой, ни ещё не рождённого Таргариена. Всё, что хотела леди Ланнистер это принести в их дом пламя и кровь.       — Санса, это могло произойти когда угодно, — произнёс лорд Старк. — Джон и Джейме прошли много войн.       — Если бы ты погиб сражаясь на другом континенте на войне, которая никому не нужна, я бы тоже винила зачинщика, — тихо возразила мужу Ширен Старк, глядя на королеву, и девушка тоже поднялась со своего места. — Тебе легче от того, что миэринцы живы, а твой брат лежит в крипте?       — Джон был моим первым другом. Он был моим братом больше, чем остальные. Теперь он мёртв, а его королева хочет мира с разгневанной семьёй, — Арья встала следом за ней, бесстрастно взирая на Дейенерис.       Четыре винтерфелльские волчицы не сводили взглядов с Таргариенов. Дени инстинктивно обхватила руками живот, отступая назад и тихо плача, не веря, что её семья ополчилась на неё. Она хотела как лучше. Она хотела спасти невинных мужчин, женщин и детей, разделаться с тиранами и принести всем мир. Чтобы ни один ребёнок на свете больше не вырос со страхом быть закованным в цепи и ошейник. На каждой войне есть жертвы, в данной ими стали король и лорд Джейме, но разве есть в этом её вина? Как они не поймут, Дени думала лишь об общем благе.       — Вам не рады на Севере, ваша милость, — изрекла Арья.       — Не ищите поддержки в Штормовых землях, — твёрдо сказала Ширен.       — Западные земли не потерпят, чтобы убийца их сюзерена ещё раз там появилась, — произнесла Санса. — Наш дядя, лорд Речных земель и Трезубца, тоже не согласится на такое. Гаррольд Аррен, Арианна Мартелл и Сэмвэлл Тарли надеются заполучить благосклонность дома Ланнистеров и скрепить этот союз браком с наследником Утёса Кастерли. Сколько королевств у вас останется, ваша милость? Вы помните, что было, когда Старки, Баратеоны, Аррены и Талли объединились? Помните, что было, когда лев вошёл в столицу? Ваш род был перебит.       — Мы расправимся с повстанцами и не оставим от ваших домов ничего, кроме пепла! — с вызовом выкрикнул Джейгон. — Драконы непобедимы!       — Но здесь их нет, так ведь? — с лёгкой улыбкой спросила Арья. — И что стоит между тобой и моей Иглой? — она с нежностью провела по небольшому эфесу меча.       — Мы не поднимаем восстание. Если тебе нравится сидеть на железном стуле — сиди, «управляй великой страной», — издевательски ухмыльнулась леди Ланнистер, становясь рядом с Бэйнфортом. — Но никакого золота, армий и кораблей вы больше не получите, ваша милость.       — Как ты можешь так говорить, — сдавленно прошептала королева. — Мы семья.       — Мы перестали ею быть, когда ты отправила моего мужа и брата на войну, — процедила рыжеволосая женщина.       — Санса…       — Поспешите, ваша милость. Вас ждёт не летняя дорога, — произнёс лорд Квентин Бэйнфорт.       Джейгон Таргариен вылетел первым из Великого Чертога Винтерфелла. Следом за ним вышла его сестра Лианна, бросив прощальный взгляд на Старков и Ланнистеров. Мейгон вёл мать под руку. У самой двери они обернулись. Лицо Дейенерис было мокрым от слёз, а в глазах принца застыли всё те же боль и отчаяние, когда он услышал о разрыве помолвки. Не в силах больше смотреть на невесту, парень толкнул дверь, и Таргариены покинули Винтерфелл.       Санса молча шла по снегу, раздумывая о произошедших событиях. После того, как она выплеснула всю накопившуюся злобу и боль, внутри было пусто. Это нельзя было назвать облегчением или чудесным избавлением, ведь ничего не поднимет Джейме и Джона из могил. Теперь на ней лежала огромная ответственность — Санса Ланнистер была вдовой верховного лорда Западных земель и стала главой великого дома. Она ответственна за жизнь каждого человека, живущего в них. Она должна жестоко наказывать провинившихся и милосердно относиться к тем, кто нуждается в защите. Она должна подарить жизнь маленькому Ланнистеру, научить править сына и выдать дочь за достойного мужчину. Возможно, когда она справится с этим всем, боги проявят к ней милосердие и заберут к себе. Санса вновь увидит Джейме и они будут счастливы. Он обещал, что они ещё увидятся, а значит этому суждено сбыться. «Надо только подождать» — подумала леди Ланнистер, грезя о прекрасном моменте воссоединения с любимым.       «Алая Волчица» приветствовала прибывших кровавыми парусами. Матросы уже спустили шлюпку, чтобы забрать Ланнистеров и Бэйнфортов и доставить их в Ланниспорт. Много лет назад этот корабль стал первым из многочисленных подарков лорда Джейме для неё. Сколько воспоминаний связано с их морским путешествием. Тогда на палубе они очутились друг к другу настолько близко… Они рассказывали друг другу легенды, Джейме показал ей Железные острова.       — Миледи, — раздался рядом голос Квентина Бэйнфорта. Он подал женщине руку, помогая забраться в лодку. Его тёмно-синие глаза блеснули ликованием, мужчина поднёс ладонь Сансы к своим губам и произнёс. — Дома вас уже заждался сюрприз.