Ведьма

      Пробуждение было… резким и не самым приятным. Глаза внезапно распахнулись, возвращая из небытия мое сознание. В висках пульсировало, глаза слезились от тусклого света ламп, а в теле ощущалась дикая усталость. Подняться с постели не представлялось возможным, однако пить хотелось безумно. Мне удалось только слегка приподняться и облокотиться на спинку кровати, что оказалось самым неудачным решением на данный момент. Все тело окатило удушающим приступом боли. С максимальной осторожностью я протянула руку и прикоснулась к самой пострадавшей части тела. Бинты покрывали всю спину, но я больше ничего не чувствовала, значит, обезболивающее все еще действует и сейчас я просто не слишком удачно встала.       Интересно, что произошло в итоге? В порядке ли Белла? Как все прошло? Я плохо помнила последние моменты, лишь боль от укуса и многочисленных травм. Честно говоря, воспоминания начали обрываться после того, как я сожгла ищейку.       В груди сразу же пушистым котенком свернулось теплое, приятное чувство гордости, но за ним последовала паника. Я точно помню, что под конец за нами прибежала практически вся чета Калленов. Ох… Страшно представить, какая картина предстала перед ними в тот момент.       Внезапно напротив меня появился папа со стаканом воды в руках. Я даже не заметила, что до этого он безмолвно сидел на кушетке, присматривая за мной. — Как себя чувствуешь? — подавая мне спасительную жидкость, спросил он. Голос был тихий, немного хрипловатый, словно Карлайл долго не разговаривал. В его медовых глазах плескалось какое-то мрачное отчаянье, а между бровей пролегла глубокая складка. — Паршиво, — не став юлить, ответила я. События, что произошли вчера (а вчера ли?), и так содержат в себе кучу лжи и самоуправства, что умножать все это не хотелось.       Он поднес стакан к моим губам и помог отпить. Меня хватило на два глотка, а после горло стянуло болезненным спазмом. Забеспокоившись, отец отставил стакан на тумбочку у кровати и помог мне принять удобное положение. — Как Белла? — голос был сиплый, слова срывались с губ с трудом. Перед глазами всплыла отвратительная картина, как ищейка пытался меня придушить, а после, насмехаясь, резко отпустил. Пожалуй, было определенно то, что я бы не желала помнить. — С ней все будет хорошо, небольшое сотрясение и рассечение лба. Они с Эдвардом в соседнем номере. — А остальные?       Я всеми силами пыталась отсрочить неминуемый разговор о случившемся. Однако, мне это не удалось. Папа перевел на меня тяжелый взгляд. Именно с таким лицом он обычно и начинал меня отчитывать. Я тут же опустила глаза вниз, но нет-нет, да и поглядывала на мужчину из-под полуопущенных ресниц.       Конечно же, мне не в первой получать от папы или разговаривать на неудобные темы (уж больно часто мы с Эмметом любим пошалить), но относиться к этому проще у меня не получалось, а в особенности избегать этого. Хотя, что с меня взять. Всю жизнь была предоставлена самой себе, вот и выросла больно самостоятельной на свою голову. С другой стороны, такие ситуации позволяли чувствовать себя не просто обычным человек, а среднестатистическим подростком. Чего я была напрочь лишена в свою юность.       Не став отвечать на мой вопрос, папа решил начать. — Я жду объяснений, — решительно заявил он, облокачиваясь одной рукой на постель и закидываю ногу на ногу. Не только тон, но и поза выдавала его настрой.       Я жалобно глянула на отца, стараясь выглядеть максимально повинно и безобидно, однако взгляд его стал лишь холоднее. Но я точно видела, как дернулся кончик его губ, словно он пытался сдержать усмешку! Возможно, я ещё смогу оттянуть этот неприятный разговор. Беспомощно показав на больное горло, я неловко развела руками, как бы безмолвно говоря: «Простите, но сейчас я не готова отвечать. Посмотрите, я несчастна, ранена, мне нужна забота». Но, определенно, годами привыкший к моим выходкам вампир так просто не воспринял мой отказ. Немного покопавшись в карманах, он достал небольшой, примерно размером с мою ладонь, флакон, заполненный серебряной жидкостью. В свете флуоресцентных ламп, жидкость практически ничем не отличалась по виду от ртути, но стоило спрятать её в полутьме, как та начинала излучать нежно-голубой свет. Неужели его длинные вампирские руки добрались до моих запасов? Он достал из сумки или шкафа? Почему тогда он не напоил меня ей сразу? Это воспитательные меры? Мне определенно не нравится.       Заметив мой осуждающий взгляд, мужчина немного стушевался: — Я не был уверен, в каком соотношении нужно принимать это зелье, поэтому хотел дождаться, когда ты очнешься, — протянув мне бутылек, Карлайл явно не ожидал, что я схвачу его и за раз выпью все содержимое.       Солоноватая жидкость мягко растекалась по телу, принося с собой долгожданное умиротворение. Я чувствовала, как раны, зудя, начали затягиваться, а боль отступила окончательно. Накатила легкая сонливость и сильное желание почесаться. — Что ж, теперь ты готова мне отвечать, не так ли? — на его тонких губах заиграло подобие улыбки, но, от чего-то, мне стало немного страшно. Тяжело сглотнув, я кивнула и медленно начала свой рассказ: — Я подслушала разговор Беллы и ищейки. Он говорил, что схватил ее маму и шантажировал ей. Он хотел заманить Беллс одну в студию и там убить. Грозился, что если она приведет вас, то ее маме не поздоровится. Отпустить ее одну я не могла, но и об этом кому-то тоже боялась. Вдруг ее мама действительно была в руках у ищейки. Пришлось импровизировать, — тут я перевела дыхание, — воспользовалась зельем, чтобы избавиться от запаха, и заклинанием невидимости. Отвлекла Элис и Джаса, а потом отправились на встречу, — на этом я решила закончить рассказ, так как остальное он знал и сам.       Во время рассказа я не смотрела на папу. После таких выкрутасов, я действительно чувствовала вину перед ним за то, что подвергаю себя большому риску, но, тем не менее, не считала, что поступаю неправильно. Вернись обратно, не задумываясь, поступила бы так же. Каменное лицо отца подсказывало, что он категорически не согласен с моими мыслями, хоть и не слышит их. Однако, тут он шумно выдохнул и опустил одну руку на одеяло поверх моих ног. — Предполагаю, ты ждешь нравоучительной речи, в которой я говорю, какая ты безответственная и как я разочарован в тебе? — Что-то в этом роде…       Он слегка улыбнулся и взял мою руку в свою. — Я никогда не разочаруюсь в тебе, потому, что ты моя дочь, и я очень тебя люблю. Да, я беспокоюсь и забочусь о тебе, несмотря на то, что тебе уже не первая сотня лет. Но это, потому что я твой отец и хочу всегда быть рядом с тобой, чтобы не произошло. Конечно же, я зол и обеспокоен из-за недавних событий, но понимаю причины, по которым ты так поступила, — теперь в его голосе слышалась привычная мягкость, а от этих слов, ложащихся на душу, словно бальзам, на глазах навернулись слезы. Не выдержав, я резко подалась вперед, обнимая его за шею.       Прохладные руки аккуратно, стараясь не задеть ран, обняли за талию и еще крепче прижали к мускулистому телу вампира. Предательские слезы все-таки полились по лицу, от чего я посильней уткнулась в его шею, вдыхая чудесный запах дорогих духов и чего-то родного, того что нельзя описать словами. Счастье для меня пахло именно так. Я хотела многое сказать, я строила целый монолог в своем сознании, готовый сорваться с губ: «— Я тоже очень сильно люблю тебя. Ты, наверное, думаешь, что это не так, но ты, в самом деле, спас меня. У меня не было никого, а ты подарил мне не только свою любовь, но и такую замечательную семью. Прости, что я всегда впутываюсь во всякие неприятности и беспокою всех».       Но вместо этого получилось лишь сдавленно «угукнуть» глотая слезы.       Он мягко отстранил меня от себя, продолжая придерживать за талию. Белоснежная рука мягко вытерла слезы со щек, от чего я слегка прикрыла глаза. Столько отцовской любви было в этом жесте. Тут раздался короткий стук в дверь, и, не дождавшись ответа, в комнату ворвалась Элис, а за ней, верным стражем, следовал Джаспер. Несмотря на все произошедшее, сестра была весела и излучала позитив. Она тут же бросилась меня. — Как же я рада, что с тобой все хорошо, — ее руки, не смотря на чрезмерную силу, были нежны. Я с радостью прижалась к ней. Ее живая энергетика мертвого расшевелит и заставит ходить с ней по магазинам. Маленький ураганчик, который я обожаю всей душой. — По-другому и быть не могло, я же Каллен. — От пожизненного наказания тебе отделяет только то, что оно действительно будет долгим, — послышался насмешливый голос Эдварда.       Оторвавшись от Элис, я увидела его на пороге вместе с Беллой. Девушка выглядела вполне здоровой. Только забинтованный лоб и болезненная бледность выдавали в ней пострадавшую. Брат со своей девушкой стояли рука об руку, на миловидном лице Беллы играла печальная улыбка, а в глазах явно отпечатался след вины. Я не знаю, что она могла себе надумать, наверняка, винила себя за случившееся, однако для меня это была не настолько уж и трагичная ситуация… Когда-то было хуже. Намного хуже.       Эдвард ободряюще улыбнулся ей, приобнимая за плечи, и Белла перевела слегка растерянный взгляд на него. Смотря на эту чудесную парочку, я все больше убеждалась в правильности своих решений. — А ты только и рад, что все шишки мне достаются. Между прочим, во всем виноват именно ты, — фыркнула я, насмешливо окидывая взглядом юношу. — С чего вдруг? — Эдвард удивленно приподнял брови, словно припоминая, что он успел сделать: напасть на вампира сильнее него, убить вампира сильнее него или сбежать из дома с человеком. — А вот не надо было такую хорошую девушку выбирать. Я бы и не стала ее прикрывать, а теперь берегись, — подмигнула я Белле, а та только слабо улыбнулась на наше баловство.       Было видно, что несмотря на то, что умом-то девушка, может, и понимала, что все закончилось и все в порядке, но подсознательно все равно продолжала опасаться. Похоже, что единственной, кому больше всех нужна была помощь врача, была отнюдь не я.       Эдвард опустил руку на талию Беллы и бросил на меня предупреждающий взгляд, обозначающий, что не даст нам секретничать. В ответ посмотрела на него с нисхождением, что он полный глупец, если думает, что сможет нам противостоять. — Не хочу прерывать ваши гляделки, но думаю, что нам пора возвращаться обратно домой, — начал Джаспер, — Эсми с Розали очень волнуются и, если мы задержимся еще немного, то они примчаться сюда.       Это был отличный шанс, чтобы слинять в любимую обитель под покровительство мамы, которая уж точно не даст отцу меня сильно наказать. — Я полностью согласна, — вмешалась прежде, чем папа успел сказать свое слово. Зная его, он захочет остаться со мной, чтобы я оклемалась после драки. Меня же это не устраивало. Дома можно повредничать и отмазаться от некоторых вещей, а вот наедине я буду полностью под его неусыпным контролем. — Ты еще слаба, — твердо заявил отец. — Я же не собираюсь идти до Форкса пешком. К тому же дома мне будет намного лучше, и мама не будет волноваться. Слышал же — родные стены лечат.       На это он только покачал головой, понимая, что оставить меня тут ему не удастся.

***

      Дорога до дома заняла целый день. За рулем мерседеса был папа, а на заднем сидении разлеглась я. Остальные же поехали на джипе. Из-за своей слабости я проспала почти всю дорогу, просыпаясь только, чтобы попить воды или перекусить. Тот флакон, выпитый мной, позволил мне, относительно спокойно, валяться на спине, и боль не напоминала о себе за все время по дороге домой. Однако все равно очень сильно хотелось почесаться, но через бинты такое сделать было немного проблематично. К тому же, лежать все равно было неудобно — как бы мне не нравилась папина машина, но матрас в моей комнате был все же по удобнее, и места там было больше. От одной мысли о том, что всё, что ситуация с ищейкой не была обычным кошмаром пробивала нервная дрожь и захотелось пару раз невзначай выглянуть в окно. Мало ли, я увижу, как его размытая тень побежит за машинами, скалясь и так знакомо сверкая алыми глазами.       И сразу же на глаза попала Белла. Она сидела, низко опустив голову, практически не обращая внимания на статичный пейзаж за окном. Из-за мелкого дождя, её отражение было плохо видно, и сейчас девушка все больше и больше напоминала призрака. Тонкая, бледная, полупрозрачная. Мне показалось, что если я сейчас отведу от неё взгляд, то та исчезнет. Рассыплется под гнетом страха и пережитого кровавого вечера. Честно говоря, я её не винила — слишком много пережил обыкновенный ребенок, который даже до переезда в Форкс не знал о существовании вампиров. Возможно, мне стоит дать ей зелье забвения? Она бы забыла и о похищении, и о том, как мы играли в баскетбол. Было бы неплохо, оставь мы лишь хорошие воспоминания, связанные с нами.       Последний поворот, и спустя еще сотню метров мы оказались на подъездной дорожке дома. На лестнице уже ждала мама вместе с Розали. Они были все так же прекрасны, словно греческие богини, сошедшие с книг античного мира. Мой пучок и помятая одежда уж точно не вызывают такого же восхищения. И пусть они вампиры, но почему-то мне кажется, что, будучи людьми, они выглядели не хуже. Не успела я выйти из машины, как тут же попала в мамины объятия. — Как хорошо, что с вами все в порядке, дорогие, — поглаживая меня по голове, словно маленького ребенка, сказала мама, улыбаясь самой ласковой улыбкой на свете. На мгновение мне показалось, что от нее исходит слабый белый свет, будто она была небесным ангелом. Пришлось слегка мотнуть головой, чтобы скинуть ведение. Уж больно реально оно выглядело. Или у меня действительно начались галлюцинации, и я схожу с ума, что вполне возможно, учитывая, какая у меня была биологическая мама. — По-другому и быть не могло, — уверенно произнесла я, прижавшись к ней еще ближе. Ее слегка сладковатый парфюм приятно щекотал нос. Неожиданно сильные руки буквально выдрали меня из маминых объятий, чтобы прижать к огромному и сильному телу вампира. Понадобилось пару секунд, чтобы понять, кто посмел так поступить. Эммет. — Мишка, неужели, ты по мне скучал? — весело спросила я, обвивая его шею руками.       Он не остался в долгу и весело рассмеялся. — Конечно! Я даже не сомневался, что ты надерешь задницу этому засранцу. Ты же моя сестра, — на его лице сияла улыбка абсолютной гордости. Я лишь радостно рассмеялась, наслаждаясь происходящим.       Сейчас меня окружала вся моя семья. Папа нежно обнимал маму за талию, стоя возле нашего дома. Золотистые глаза блестели от счастья и безграничной любви. Элис не могла сдержать радостного писка, повисая на своем муже. Милая Розали стояла рядом с нами и просто наслаждалась хорошим исходом событий. Я знаю, как она переживает за всех, хоть и не очень это показывает, но такая уж она. За это я люблю ее еще больше. Она не притворяется, а остается самой собой. Смотря на всю эту картину, я ни капли не жалела о своих решениях. Каждое из них шаг за шагом приводило меня к моей настоящей семье. Ради такого можно и в сам Ад спуститься.       В это время Эдвард уехал, провожать Беллу, он отказался покидать девушку до тех пор, пока не удостоверится, что она будет в безопасности. Это натолкнуло меня на какую-то мысль, та, пощекотав меня длинным хвостом, исчезла, но у меня не было времени на раздумья, мне предстояло сделать еще кое-что. — Мишка, отпусти меня, пожалуйста, — брат без слов отпустил меня на землю. Я быстренько встала на ступеньки, чтобы сказать им кое-что важное. Сделав максимально, серьезное лицо я начала: — Я хочу сказать, очень важную вещь, а так как серьезной я бываю крайне редко, прошу слушать внимательно и не перебивать.       Семья недоуменно переглянулась, но послушно посмотрела на меня. — Я знаю, что не идеальная дочь и сестра. Постоянно доставляю проблемы и неприятности, ввязываюсь в опасные авантюры и рискую собой, заставляя вас переживать. У меня отвратительный характер, который, к сожалению, уже не исправить. Эта ситуация тому пример. Большую часть жизни я была предоставлена самой себе, и поэтому привыкла решать все сама. Вам это не нравится, я понимаю. И благодарна, что вы, несмотря на это, любите меня именно такой, какая я есть. Вы самая лучшая семья на свете. Спасибо вам, — под конец я, чтобы сдержаться, крепко сжала кулак, едва не протыкая ногтями изнеженную плоть.       Если я и сейчас расплачусь, то это позор на мою ведьмовскую голову. Где это было видно, чтобы старая ведьма в годах плакала практически по любому поводу, словно неразумный ребенок? Нет-нет-нет. Необходимо собраться. Хватит мне на сегодня этого.       Спустя мгновение, меня окружили вампиры, затягивая в дружные объятия.       Слова были излишни.       Теперь все будет хорошо.