Лисьими тропами

— Креван, проснись! Креван! Ты опять заснул в лаборатории. Этот голос, который он никогда ни с чьим не перепутал бы, доносится до него словно сквозь толщу воды; вырывает его из небытия, и Аваллак’х открывает глаза. Все так и есть: он снова заработался прошлой ночью и выпал из этой реальности, не вставая из-за стола. — Лара? Что ты здесь делаешь? Прекрасная Лара упирает руки в бока и смотрит на знающего, как на умалишенного. — Креван, ты что, уже забыл, что сегодня обещал понянчиться с детьми, пока я занята? Аваллак’х пытается вспомнить, о каких детях идет речь — безуспешно. — С детьми? Какими детьми? — С моими, конечно! Рианнон, Фиона и Мюриель. Ты забыл? — Забыл, — кивает знающий. — А почему ты сама не можешь с ними посидеть? — Ох, — Лара тяжело вздыхает и разводит руками, — горе ты мое. Да потому что: мы с Крегом опять уходим на Спираль. Не можем же мы детей с собой тащить. Аваллак’х усиленно моргает, пытаясь переварить услышанное. — Так… это ваши с Крегом дети? — Ну естественно наши! А чьи же еще — уж всяко не твои. Нет, я признаю твой вклад в их воспитание: ты, им можно сказать, как второй отец. Да и времени ты с ними проводишь побольше, чем мы с мужем. Креван, что с тобой? Ты что-то бледен. Тебе нехорошо? — Да нет, все в порядке. Я просто слишком много проспал в неудобной позе: поясницу ломит. — Как я тебя понимаю, — в первый раз улыбается Лара. — У меня уже тоже ломит, — она опускает руки и поглаживает большой круглый живот. — Совсем скоро ты получишь четвертую воспитанницу: мы уже и имя придумали — Адалия. Знающий смотрит на Ларин живот и его трясет — от гнева, неверия, ужаса. — Это все неправда, — шепчет он, — этого не может быть. Так не бывает. Пусть это будет только сон!

***

Его разбудил телефонный звонок. Не разлепляя век, Креван нащупал на прикроватной тумбочке сотовый. — Аллё. — Креван, привет, ты спишь? — на другом конце провода защебетал Цирин голосок. — Спал. А что случилось? — Прости, что я тебя разбудила, но у меня к тебе просьба. Большая-пребольшая! — Надеюсь, она меня не раздавит. — Да нет, он на самом деле не тяжелый. Ощутив легкий приступ паники, Аваллак’х открыл глаза. — Так что от меня требуется? — Понимаешь, у нас сегодня с Эредином годовщина и запланирован романтический ужин и… нам сына деть некуда. Его должен был забрать на ночь мой отец, но… так вышло, что он не может. Кроме тебя, я не знаю кого просить. Ты ведь наш лучший друг. У тебя же все равно вечер, как всегда, свободен… Ну Креван, что ты молчишь? Скажи что-нибудь? Аваллак’х сжал трубку изо всех сил. — Креван, это только на этот раз — обещаю. А прошлый раз не в счет — ты ведь сам вызвался. Сотовый полетел в угол комнаты, шмякнулся о стену и разлетелся на составные части. Аваллак’х упал лицом в подушку. — О, Богиня, я этого не вынесу! Пусть это будет всего лишь сон!

***

— Креван, проснись! Ты бормочешь во сне! Мне страшно!