Хранители Равновесия

      На следующий день Тиани с Мароном решили провести запланированную встречу с Ныряльщиками урочища Дрейендаль. Марон намеревался в первую очередь поговорить с их командиром, но Тиани колебалась, не зная, не лучше ли обратиться непосредственно к Ключнику. Марон на это возражал: во-первых, совершенно не факт, что Ключник позволит найти себя в своем жилище, запрятанном где-то в горах; во-вторых, для командира Ныряльщиков то, что его сущность известна кому-то постороннему, в любом случае должно уже быть поводом выслушать собеседника.       – Ну хорошо, давайте сделаем так, – сдалась Тиани, – сперва пообщаетесь с этим командиром, а дальше – по обстановке. Я поеду с вами и буду наблюдать за разговором со стороны. Показаться Клинку я имею право, мне запрещено только самой говорить о некоторых вещах. Поэтому я появлюсь под конец вашего рассказа – для придания вашим словам большего веса.       – Договорились. Тогда отправляемся завтра прямо с утра, если у тебя есть такая возможность.       Тиани кивнула.              Добраться до Дрейендаля было не так-то просто. Кружной путь через три портала, потом две станции рельсоходом, и под конец – час пути пешком. Отправившись в дорогу сразу же после открытия корпуса, Тиани и Марон добрались к месту назначения только в полдень. Селение Дрейендаль представляло собой деревушку с числом жителей человек в восемьдесят, почти все из которых были сотрудниками отделения Лабораторий и стражниками. Командир местных Ныряльщиков так же, как и Марон, был капитаном Стражи и в данный момент сидел в караульном помещении форта, сменившись с ночного дежурства и почему-то не уходя в казармы.       Марон обратился к стражникам на входе в караульное здание с просьбой доложить о его прибытии командиру Свартстайну. Стражник связался с капитаном по коннектору и кивнул Марону, пропуская его внутрь. Марон незаметно оглянулся на Тиани, которая стояла в нескольких шагах позади, применив свою способность оставаться незамеченной, и вошел в полутемный коридор караулки.Тиани последовала за ним, внимательно глядя по сторонам и обычным зрением, и зрением Ключника – попасться на глаза кому-то из Ныряльщиков раньше времени ей не хотелось.       Марон постучал в дверь кабинета капитана и, услышав «Войдите», шагнул внутрь, притворив за собой дверь. Тиани встала у стены рядом с дверным проемом и напрягла слух.       – Доброго дня, – сказал капитан Свартстайн, поднимаясь из-за стола и обмениваясь с Мароном рукопожатиями. Тиани, не видя внешности командира, чутьем Ключника оценила его физические кондиции: возраст – около сорока пяти, ростом не уступает высокому Марону, сильный, гибкий… явно практикует, кроме фехтования, еще и какие-то виды боевых искусств без применения оружия.       – Братья и сестры, едины в одном, – без лишних предисловий вполголоса произнес Марон, – приветствую вас, коллега.       Тиани задохнулась от интенсивности охвативших Свартстайна эмоций: оторопь от неожиданности, невольный испуг, затем – недоверие, недоумение и просто удивление, смешанное с тревогой и подозрительностью.       – Не ожидал, – усмехнулся хозяин кабинета, – ну что ж, тем не менее, я очень рад. Прошу, садитесь. И представьтесь, пожалуйста. Мое имя вам известно, но все же повторю – Леден Свартстайн, капитан Стражи.       – Марон Редренн, капитан Стражи. Мы коллеги и по официальной работе, – Марон уселся напротив Ледена и положил ладони на стол. – Я пришел к вам с очень непростым разговором и не могу ожидать, что вы сразу же поверите мне. Но все же выслушайте и оцените то, что я вам расскажу, исходя из вашего собственного опыта.       Разговор длился больше часа. Тиани устала стоять и уселась на пол, поджав ноги, чтобы о них кто-нибудь не споткнулся. Вначале Леден молча слушал, и Тиани чувствовала волнами нарастающие в его душе недоверие, гнев и невольный страх. Затем он, не выдержав, перебил Марона и начал приводить свои аргументы против новой теории сосуществования миров и источника опасности, постепенно сдавая позиции под влиянием все новых и новых фактов, которые гость излагал в строгой временной и логической последовательности. Марон договорился с Тиани, что в первом разговоре не будет упоминать о Карсте, намекнет лишь на то, что поиск виновного ведется на самых высших уровнях. Однако он передал коллеге практически все сведения, полученные от Анны, Орсо и Ольги. Рассказ о заключении союза с пришельцами из-за Барьера поразил Ледена больше всего остального.       – Ничего себе, – изумленно произнес командир местных Ныряльщиков, – если все так и есть, как вы говорите… Нет, коллега, не думайте, что я подозреваю вас во лжи, просто… В это очень, очень сложно поверить. Понимаете, мы ни разу за все это время не встречали ни одного Чужака, хотя наш Ключник постоянно предупреждает нас о них. Мы выходим за Барьер с оружием, но нам ни разу не приходилось применять его. А у вас, оказывается, всего-то в сотне километров от нашего урочища все это время происходили такие жуткие вещи!       – Ваше счастье, капитан, что вам и вашим людям не приходилось встречаться с ними, сражаться и убивать или самим нести потери, – тяжело проговорил Марон. – Того, что я испытал, когда сам узнал правду, я не пожелаю испытать никому. У меня погибла подчиненная, едва не погиб родной сын. И ту, вторую сторону потери тоже не миновали. А оказалось, что мы должны были не враждовать, а стоять плечом к плечу. Я сам едва не утратил веру и решимость. Что уж говорить о моих ребятах…       – Я понимаю, – отозвался Леден, – и я благодарен вам за то, что вы пришли и поделились этой информацией. Хотя опять же – понятно, что вы не могли поступить иначе.       Тиани поднялась с пола и вошла в комнату.       – Доброго дня, капитан Леден, – сказала она, откидывая капюшон, – скажите, можете ли вы от моего имени поговорить с вашим Ключником?       Леден от неожиданности отшатнулся, но мгновенно совладал с собой и поклонился.       – Меня зовут Тиани Морттен, – представилась Тиани, – я не так давно стала Ключницей отряда Мастера Марона. Нам, Ключникам, запрещено встречаться и беседовать друг с другом, поэтому я вынуждена просить вас об этой услуге. Если вы поверили словам моего командира и готовы присоединиться к нашим поискам вместе со всем отрядом, я прошу вас выяснить позицию вашего Ключника по этому вопросу. Я прекрасно понимаю, что действовать вразрез с его указаниями вам будет непросто, если вообще возможно. Поэтому нам надо знать, можем ли мы на вас рассчитывать.       – Конечно, госпожа Тиани, – кивнул Леден, – я как можно быстрее поговорю с Виттом и немедленно свяжусь с вами. Не думаю, что он будет чинить нам какие-то препятствия. В конце концов, все Ключники должны получать примерно одни и те же знания вместе со своей силой.       – Я в этом сомневаюсь, – вздохнула Тиани, – но все же надеюсь, что вы правы. Давайте обменяемся контактами, – она достала из кармана коннектор, – и будем держать друг друга в курсе происходящего.              – Мне он понравился, – заметила Тиани, идя рядом с Мароном по заснеженной дороге к станции рельсовой дороги, – даже интересно будет познакомиться с его ребятами. Каков отряд при таком командире?       – Интересно, а какое впечатление о нашем отряде может сложиться после знакомства со мной? – усмехнулся Марон.       Тиани задумалась.       – Вы очень строгий, – наконец ответила она, – у вас обычно такой грозный вид… Но взгляд при этом добрый. Когда вы не ругаетесь, конечно. Поэтому, глядя на вас, можно предположить, что ваши подчиненные боятся вас до дрожи в коленках, но безгранично уважают за вашу справедливость, свято блюдут дисциплину, готовы за вас шагнуть в огонь, а в свободное время с удовольствием занимаются всякими глупостями, как дети, потому что вы – строгий, но не злой отец и позволяете своим детям многое – при условии, что они беспрекословно выполняют ваши указания на службе. А все именно так и есть у нас в отряде.       – Интересная характеристика, – хмыкнул Марон, и Тиани уловила, что он нисколько не обижен, а скорее доволен и рад услышать такое о себе.              Вернувшись в Университет, Тиани зашла в «прибежище» переодеться и обнаружила, что Кэли еще не приехала от родителей. С завтрашнего дня начинались занятия, и все студенты и преподаватели должны были вернуться с каникул сегодня вечером. Тиани вздохнула, представив, какие напутственные речи, наставления и проповеди сейчас приходится выслушивать сестренке.       Тиани захватила тетрадь, намереваясь остаток вечера провести в лаборатории у Ридана, и по дороге заглянула в «гостиную» выпить кофе. Самого Ридана она обнаружила как раз там – сидящим на подоконнике и глубокомысленно рассуждающим о философском подтексте недавно прочитанной им книги о жизни общинных насекомых, в частности, термитов и муравьев. Заметив Тиани, он величественно кивнул ей, изображая профессора, великодушно позволяющего опоздавшему студенту пройти в аудиторию, где до этого момента присутствовал всего один благодарный слушатель – Вайри. Тиани, усевшись в уголке и налив себе кофе, покатывалась со смеху, в очередной раз поражаясь разносторонности интересов своего коллеги и наставника, одержимого ученого и дисциплинированного бойца, известного своими острым умом, отвагой и умением концентрироваться на поставленной задаче в любой ситуации. А тут он с ужасно серьезным видом, рассказывая об устройстве термитника и подкрепляя слова пафосными жестами, вдохновенно нес такую восхитительную ахинею, что слушать его без смеха было просто невозможно.       Вайри, который сидел на диванчике, тоже от души хохотал и, изображая студента на лекции, время от времени нарочито подобострастным тоном задавал Ридану вопросы, выслушивал ответы и начинал смеяться еще громче. Тиани боялась отхлебнуть кофе, чтобы не поперхнуться, и сквозь смех уговаривала их прекратить ее смешить, позволить спокойно перекусить и пойти заниматься делами. Ридан, переключив внимание на нее, немедленно устроил ей экзамен на знание принципов устройства муравьиной общины. Получив заслуженное «неудовлетворительно», Тиани демонстративно опечалилась и, собрав все самообладание, все-таки вернулась к процессу пития кофе.       – Что вы тут ржете на весь коридор? – раздался от двери тоненький веселый голосок. В «гостиную» вошла Кэли, улыбаясь и переводя взгляд с Ридана на Тиани. Заметив сидящего на диване Вайри, с которым она не была знакома, Кэли смутилась и робко проговорила: – Здравствуйте…       Вайри обернулся и встретился с Кэли взглядом. Тиани словно тряхнуло разрядом молнии, дыхание перехватило, как от порыва ледяного ветра – она внутренним зрением увидела протягивающиеся между своей сестрой и сыном командира невидимые прочные нити, ощупывающие пространство, стремящиеся друг к другу, встречающиеся, сплетающиеся, связывающиеся прочными узелками… Эти двое сами еще ничего не успели понять, а Тиани уже проследовала за этими нитями к месту их прочного соединения и далее, просчитала вероятности… и с беззвучным криком полетела в бездну безысходности, чувствуя, как сердце сковывает тяжелое оцепенение.       – Тиа, что с тобой? Ты меня слышишь? Эй… – сквозь тяжелый, гулко стучащий в висках звуковой туман донесся до Тиани голос сестры.       – Да ничего, ничего, Мышонок, все со мной в порядке…              Тиани решила ничего не говорить ни Кэли, ни Вайри, ни тем более Марону. Она прекрасно понимала, что любые предупреждения, угрозы, запреты могут сделать ситуацию только сложнее. Еще не осознанная самими молодыми Клинками взаимная привязанность – или, точнее, зависимость – уже легла дополнительной тяжестью на плечи Ключницы, в очередной раз осознавшей свою полную беспомощность перед лицом опасности, нависающей над ее подопечными.       Единственным, с кем она могла поделиться, оказался опять же Орсо. Тиани каждый раз ужасно стеснялась беспокоить его, но ничего не могла с собой поделать: ей было страшно и одиноко наедине с собственной силой, а он был хотя бы отчасти знаком с ее проявлениями и мог оказать неоценимую поддержку всего одной короткой точной фразой. Поэтому Тиани, сокрушенно вздохнув, набрала на коннекторе сообщение: «Простите за беспокойство. Можно к вам зайти?». Через полминуты, показавшиеся ей получасом, коннектор, тихонько звякнув, принес ответ: «Через час в тренерской».              Выслушав Тиани, учитель отошел к стене, сложив руки на груди, уставился на свой любимый покрытый узорами клинок и долго молчал, застыв абсолютно неподвижно и, казалось, даже не дыша.       – На вашем с Мароном месте я бы отправил кого-то из них, скажем, в отряд к Свартстайну, – наконец глухо проговорил он, – но они оба студенты, и ссылать их в эту глушь без веских тому обоснований – жестоко. Не поймут. Будут сопротивляться. И будут правы. Да и попытки ломать и переворачивать чужую судьбу никогда еще не приводили ни к чему хорошему, – он повернулся к Тиани, поникшей, раздавленной. – Изучай свою силу. Это единственное, что тебе остается – вдруг ты нащупаешь ту нить, за которую можно аккуратно потянуть, чтобы отвести занесенный меч в сторону.       – Думаете, такая нить существует? – безжизненным голосом проговорила Тиани, не глядя на учителя.       – Не знаю, – Орсо неуловимым движением оказался рядом, опустился на пол перед Тиани и положил ей руку на плечо, – но я хочу, чтобы ты верила в это, – он заглянул ученице в лицо, оранжевые лучи впились ей в зрачки, излучая силу и тепло. Тиани взглядом поблагодарила учителя и тихо всхлипнула.       Орсо поднялся на ноги, отошел и уселся на пол у стены.       – Ты должна поставить в известность Марона, – жестко сказал он, – он так же, как и ты, имеет право знать, наблюдать и где-то, возможно, подстраховать. Понимаешь? – Тиани кивнула. – Следует ли что-то говорить им самим? – не торопись. Подожди проявления более явных признаков взаимной привязанности. По сути – ты со мной согласна? – совершенно неважно, произойдет между ними что-то или нет. Ты сама видела нити, которые их соединили. Теперь любой удар, который получит один, неминуемо почувствует и второй.        – Ох, не знаю, как я смогу рассказать это Марону, – пробормотала Тиани, закрыв лицо рукой, – вроде бы и вины на мне никакой нет, и почему-то так страшно смотреть ему в глаза…       – Вот что, – Орсо снова поднялся на ноги и заходил по комнате, – есть у меня одна гипотеза. Займись ее проверкой. Луна требует от тебя аккумуляции и передачи эмоциональной энергии. Для этого она будет постоянно устраивать людям в твоем окружении различные встряски, как правило, негативного характера. А ты научись получать энергию из других источников. Изучи ее природу, найди в себе ее хранилища, пойми, как и чем можно их заполнить. Возможно, я смогу помочь тебе – обучу дополнительным методикам концентрации. И даже если у тебя ничего не получится – ты все равно узнаешь много важных вещей о своем даре. Но если эксперимент окажется удачным – ты найдешь замену той энергии, на которую Луна рассчитывает, нанося удары по твоим близким. И тогда все эти встряски окажутся ни к чему.       Тиани подняла на Учителя глаза, сияющие ровным бело-красным светом.       – Спасибо, – прошептала она и, сложив руки перед грудью, с благодарностью поклонилась.              Цель была определена. Методы ее достижения предложил Мастер Орсо. Тиани погрузилась в исследование своего дара с такой же одержимостью и сосредоточенностью, как и в эксперименты по изучению свойств воды. Теперь она почти все свободное время проводила в зале тренировок в форте. Орсо учил ее различным методикам концентрации, медитации и управления внутренней энергией. Через три недели она уже могла отчетливо проследить потоки энергии внутри своего тела, усилием воли изменить их направление, задержать, накопить и выплеснуть ударом или импульсом. Пока еще ей было непонятно, поможет ли это чем-то в ситуации с Кэли и Вайри, но в целом польза от этих занятий была неоспоримой. Тиани постепенно расширяла границы своих возможностей применения силы Луны без риска навредить другим. Она лечила легкие простуды, головную боль и небольшие ушибы у Ныряльщиков, помогала найти потерянные вещи, восстанавливала сломанные или разбитые предметы. Все это умели и водные маги различных профилей, но Тиани для осуществления этих действий пользовалась не энергией воды, а своими внутренними ресурсами, которые она училась бережно расходовать и безопасно восстанавливать.       Что касается упомянутых Кэли и Вайри… Тиани поговорила с Мароном. Тот был точно так же, как и сама Тиани, совершенно раздавлен и ошеломлен, однако согласился с ней в том, что вмешательством в эти сложные материи можно сделать только хуже.       – Что ж, будем наблюдать… и ждать, – заключил командир, растерянно глядя на Ключницу тускло светящимися глазами.       Сами же молодые люди, не подозревая, каких переживаний стоит близким их растущая взаимная симпатия, просто с удовольствием проводили свободное время в обществе друг друга, перебрасывались сообщениями через коннекторы в перерывах между занятиями, вставали в пару на тренировках, без конца подшучивали друг над другом – в общем, вели себя так, как и все юные, беззаботные, питающие друг к другу слабость парочки во все времена и во всех уголках всех миров. Тиани, глядя на них, не могла не умиляться, несмотря на витающее над этой идиллией темное облако недобрых предчувствий.       Вечерами Кэли, сидя в «прибежище» за уроками, то и дело заглядывала в экран звякающего коннектора, хихикала и быстро набирала ответные сообщения. После окончания занятий (Вайри учился в корпусе факультета боевой магии за городской стеной, а медицинский факультет Кэли располагался во втором корпусе, связанном с главным галереей-переходом) Кэли никуда не уходила до тех пор, пока ее друг не появлялся в «гостиной», после чего они, выпив кофе и вполголоса обсудив в уголке произошедшее на занятиях за день, вместе бежали на тренировку, в библиотеку или по каким-то неведомым общим делам. Марон, становясь свидетелем этих проявлений дружбы, только с каменным лицом отворачивался и пытался делать вид, что ничего не заметил. Тиани горько вздыхала и думала, не настал ли момент, когда следовало бы уже поговорить с Кэли.       Забот хватало и без того. Свартстайн передал Марону сообщение от их Ключника: тот был благодарен коллегам за предоставленную информацию и всецело готов сотрудничать. Леден со своим заместителем Астри прибыли в Университет и познакомились со всем отрядом. Марон и Ридан, в отсутствие Ворта ставший заместителем командира, начали разрабатывать совместную с Дрейендалем программу исследований и наблюдений. Ридан с Белкливом посетили дрейендальский форт и провели совместную тренировку по фехтованию с тамошними Ныряльщиками, после чего Ридан выпросил пять дней отпуска за свой счет и снова отправился туда – перенимать у Ледена техники боя без применения оружия. Вернувшись, он признался, что уже очень давно не получал такого удовольствия, раз за разом проигрывая тренировочные поединки. Марон заинтересовался и пообещал откомандировать Ридана в Дрейендаль на более длительный срок, когда у того будет отпуск на основной работе.       Ранним утром предпоследнего дня второго месяца зимы Тиани, собираясь на занятия, вдруг ощутила изменение в энергетическом поле, формируемом эмоциями Клинков. Прислушавшись и определив направление, она всплеснула руками и схватила коннектор.       – Мастер Марон, доброго утра, – торопливо проговорила она, – вы не могли бы сходить сейчас к форту или отправить туда кого-то из ребят, кто свободен? К нам перешел кто-то с той стороны Барьера. Нужно встретить его, а у меня занятия…       – Хорошо, – отозвался Марон, – я сам схожу. Кто прибыл, ты определила?       – Судя по оттенку сигнала, это точно не Ключник, то есть не Ольга. Получается, это Василий. Попросите его дождаться меня, пожалуйста! Я освобожусь в двенадцать.       – Понял тебя, – сказал Марон и отключил связь.       После окончания занятий Тиани бегом бросилась на пятый ярус. Влетев в «гостиную», она с облегчением убедилась, что гость не ушел до ее прихода: полупрозрачный силуэт Василия был отчетливо виден на фоне дивана. В углу на табурете сидел Белклив и пил чай, Василий тоже держал в руке синюю чашку, выглядящую очень странно на фоне его призрачно-белого тела. Тиани перенастроила зрение и рассмотрела гостя, так сказать, в цвете: он оказался темноволосым и кареглазым, по возрасту – примерно ее ровесником. Увидев Тиани, Василий быстро поднялся с дивана и коротким поклоном поприветствовал ее.       – Привет. Рада тебя видеть. –Тиани кивнула в ответ. – Как у вас дела? Ты просто так пришел или… Ты, наверно, уже всё рассказал Марону. Но повтори, пожалуйста, для меня хотя бы самое основное.       – Основное… – вздохнул Василий, снова садясь на диван. – Основное, пожалуй – то, что Оля стала Ключницей. И с тех пор ей исключительно худо, и с каждым днем все хуже и хуже, – он сокрушенно опустил голову, – и я ума не приложу, что с ней делать и как помочь.       Тиани села рядом с ним.       – А в чем это проявляется? – тихо спросила она.       Василий вполголоса рассказал ей о своих наблюдениях и предположениях.       – Сама-то она никогда не жалуется, не позволяет себе показывать слабость. Прямо как Бьёрн… – Вася тяжело вздохнул. – И я боюсь, что она просто выгорит вся, понимаешь? Так нельзя. Она, конечно, сильная, она получила зрение Четырех Глаз и все такое… Но я-то ее знаю. Она просто человек, мягкий, добрый... Никакое не оружие, что бы она сама ни говорила по этому поводу. Что мне делать, как вытащить командира за уши из хандры? – Василий с беспомощной улыбкой заглянул Тиани в лицо.       – Пожалуй, я могу тебе помочь, – медленно проговорила Тиани. – Конечно, очень жаль, что я не могу поговорить с Ольгой сама. Придется тебе запомнить все как можно точнее. А может, даже что-то и записать… Дело в том, что у меня были точно такие же сложности. Но мне помогли нащупать опору. И я постараюсь передать Ольге всё, что знаю. Слушай…       Тиани рассказывала о своих тренировках по управлению внутренней силой, о методиках концентрации, которым ее научил Орсо, о своих успехах и неудачах. Василий слушал, впитывая информацию, боясь пропустить хоть слово, и в конце концов и в самом деле попросил лист бумаги и карандаш и начал коротко записывать некоторые моменты рассказа Тиани.       – Не знаю, справится ли она без наставника, – задумчиво сказала Тиани, закончив рассказ, – мне-то повезло – у меня есть замечательный учитель…       Василий опустил глаза, Тиани почувствовала, как в нем всколыхнулась боль.       – Знаю, – извиняющимся тоном сказала она, – прости. Мне очень жаль, что я не знала вашего учителя лично. Но я понимаю, что он был хорошим человеком и прекрасным наставником для вас.       – Я думаю, Оля справится, – сказал Василий, просматривая свои записи, – в конце концов, Бьёрн всегда очень ее хвалил. Она все схватывала на лету. И в этом, думаю, разберется, – он бережно сложил листок и спрятал в карман. – А у вас тут что происходит? Капитан мне рассказал о вашем объединении с другим отрядом, о том, что его сын вернулся в строй… Не хочешь еще что-нибудь передать Ольге?       Тиани, немного поколебавшись, все же рассказала Василию о том, о чем не стал упоминать Марон – о возникшем взаимном увлечении Кэли и Вайри. В конце концов, Ольге предстояло набирать в отряд новых Клинков, и она тоже может рано или поздно столкнуться с подобной проблемой среди своих подчиненных.       – Сочувствую тебе, – пробормотал Василий. – Даже не знаю, что тут еще сказать.       – А что тут скажешь, – вздохнула Тиани, – это жизнь, никуда не денешься. Будем как-то ее жить, пока все мы еще живы.       Василий вернулся к себе, раз двадцать поблагодарив Тиани за советы для Ольги. Тиани искренне надеялась, что они в самом деле окажутся полезными. Она чувствовала страх и боль Василия, который понимал, что Ольга, его единственный оставшийся напарник и ближайший друг, медленно угасает, выгорая изнутри, рассыпаясь пепельными хлопьями тоски. Понимал и сам сгорал от отчаяния и бессилия, от мучительного сопереживания и неспособности помочь.       Да, мы просто люди, мы не можем стать холодным и прочным оружием. Мы и не хотим им становиться. Наша боль есть символ нашей человечности, и мы ни за что не откажемся от нее.              

***

      Ожидая начала вечерней тренировки, Тиани бесцельно бродила по корпусу в попытках разогнать тяжелый туман в голове. Спустившись на третий ярус, она применила к себе эффект незаметности и медленно двинулась по кругу, обходя галерею вдоль перил и задумчиво глядя вниз, к подножию центральной колонны. Ей необходимо было хотя бы немного побыть одной. Никак не удавалось вернуть самообладание после разговора с Василием. Сколько ран на душе этого простого паренька, никакого не героя и не сверхчеловека… Сколько он уже вынес и сколько ему еще предстоит? Найти родную душу – Анну – и потерять, причем уже дважды. Найти друга и учителя – и потерять. Обрести нового друга – и беспомощно наблюдать, как она страдает, мечется в агонии и медленно угасает. Почему Василий до сих пор не стал Ключником? У него не будет иного выхода, если с Ольгой что-то случится. Но Тиани подозревала, что Василий может такого исхода просто не пережить.       Где лежит предел человеческой прочности? Мысли Тиани переключились на Орсо. Человек, которому уже нечего терять, всеми силами старающийся вновь не подпустить кого-то слишком близко, не обрести того, что снова сделает его уязвимым. Тиани бесконечно восхищалась Орсо, была ему безгранично благодарна за помощь, поддержку и наставления, любила его так сильно и беззаветно, как только можно любить учителя, наставника, отца. Она искренне желала ему преуспеть в стремлении избегать новой боли. Он был дорог и необходим ей – но она не могла в полной мере считать его своим другом, слишком велика была дистанция между ними.       Тиани мысленно перебирала примеры глубокой привязанности, которые могла найти в своем окружении. Марон и Вайри. Узы крови – но не только. Отец и сын были и настоящими друзьями, вдвоем составляли единое целое, легкий характер сына отлично уравновешивал закрытость и суровость отца. Вайри и Кэли… Тут пока без комментариев. Все еще зыбко и туманно, легко и поверхностно, как дыхание юной девушки. Тиани видела, что на данный момент нити вероятностей знают о происходящем между этими двоими намного больше, чем они сами.       Кэли и сама Тиани, сестры, подруги с самого раннего детства. Отношения «старшая – младшая», «лидер – хвостик». Получавшие от родителей не так уж много тепла, сестры всегда были друг для друга поддержкой, отдушиной и безопасной тихой гаванью. Одна без другой будет чувствовать себя как иголка без нитки, как ключ без замка. Вроде бы жива – но зачем?..       Маяни и Сайн. Насколько глубоко было чувство Сайна? Он не стал Ключником, внешне он совершенно оправился, но Тиани знала – теперь она могла это отчетливо видеть своим особым зрением – что рана в его сердце так полностью и не зажила. Маяни и она сама. Безусловно, эта потеря была первой из тех, что породили нынешнюю Ключницу. Ни с кем Тиани за всю свою жизнь не испытывала такого единения, такого взаимопонимания с полуслова, с полувзгляда, с малейшего намека на движение руки – ни с кем, кроме…       Тиани остановилась и прислушалась к беззвучной вибрации энергетического поля вокруг. Нет, ничего, просто показалось. Или?.. Она отошла к стене, закрыла глаза и сосредоточилась, пробираясь между переплетающимися незримыми нитями, связывающими ее с Клинками. Нет, никаких новых сигналов. Но все же – что-то изменилось. Или – Тиани широко раскрыла глаза и уставилась пылающим взглядом в пространство, в никуда, внутрь себя – просто наконец-то пришла пора что-то изменить?