Хранители Равновесия

      

***

      – Уже семь. Пойдем вниз?       – Ты иди, – отозвался Орсо, не отрывая взгляда от шкалы прибора, – я кое-что закончу и приду. Через часик.       – Хорошо, – Ольга слезла с табурета и направилась к выходу. Остановившись в дверном проеме, она обернулась и на мгновение замерла, глядя на Орсо, сосредоточенно склонившегося над столом, заставленным приборами и лабораторными склянками. Ее охватило странное чувство: она боялась выпускать его из виду, оставлять одного.       Тихо вздохнув, Ольга прикрыла за собой дверь. Медленно спускаясь по винтовой лестнице, она прислушивалась к себе, пытаясь разобраться в своих ощущениях.       Нет, конечно, Орсо – не Бьёрн. Та боль осталась с ней, никуда не исчезла, и тот человек с синими глазами, с непростым, но сильным характером, с замечательным чувством юмора, с острым умом и храбрым сердцем ушел навсегда, оставив в ее сердце и в ее мире незаживающую рану. Ольга вспомнила тетради с четкими строчками на шведском, беспомощный взгляд Васи, письмо герра Улофссона – и с коротким вздохом перекрыла выходы слезам, которыми начала сочиться вдруг подтаявшая ледяная глыба горя внутри.       Кто такой Орсо? Почему он вдруг оказался таким близким, таким важным? Он сам не мог объяснить, как и когда к нему пришла часть воспоминаний и ощущений человека, которого он никогда не видел и не мог знать – человека из другого мира. Но Ольгу он узнал – это совершенно точно. Смутно помнил и Василия, и их совместные тренировки – во всяком случае, мог безошибочно назвать Ольгины слабые места в технике боя. Но все это не так уж важно. Откуда это странное ощущение столетнего знакомства и едва ли не родства, возникшее меньше чем за сутки? Ольга остановилась на ступеньке и вцепилась в перила. Как хочешь, так и понимай, никто тебе не подскажет. Будем считать, что Бьёрн каким-то образом прислал весточку, попросил незнакомого ему человека присмотреть за ней. Ольга печально улыбнулась и продолжила спускаться на пятый ярус.       Тиани уже была в «гостиной», заваривала кофе. Больше никто из отряда пока не появился, но у нее было уже все готово к тому, чтобы перед началом дня напоить кофе и чаем весь личный состав.       – Привет, – сказала Тиани, – садись, давай попьем кофе и поговорим в тишине, пока мужчины не набежали, – она усмехнулась. – А где Орсо?       – Заканчивает какой-то там эксперимент, – Ольга махнула рукой, – я так и не понимаю почти ничего из того, что он там делает.       Тиани вдруг мягко взяла Ольгу за руку и повернула к себе.       – Ну-ка, посмотри на меня… В тебе что-то изменилось. И в метке, и просто в лице… Что он там с тобой сделал, экспериментатор наш? – она улыбалась, но в голосе и взгляде пряталась тревога.       – Ну, – Ольга замялась, – я не уверена, что я вправе рассказывать в подробностях о его работе, но суть в том, что я стала еще сильнее. И он подсказал мне направление. Ты ведь знаешь, что он какое-то время был Оружейником. Значит, он – именно тот, кто знает, как до них добраться. И теперь я пойду искать Алдейна.       Тиани тихо ахнула.       – А мне и в голову не приходило…       – Неудивительно, – кивнула Ольга. – Сам Орсо не имеет возможности проникнуть в мир Оружейников – он добровольно отказался от их силы. И поскольку никто из вас, посвященных, такой силой изначально не обладал, то и смысла говорить об этом не было. А вот я теперь обладаю. Благодаря его экспериментам.       – Ты уйдешь сегодня? – еле слышно спросила Тиани, отворачиваясь.       – Нет, вряд ли. Соваться туда без подготовки – глупо. Есть же разница между трезвой оценкой собственных сил и самонадеянностью…       – Слова Орсо, – улыбнулась Тиани.       – Мне он такого не говорил. Сама додумалась, – Ольга усмехнулась и вдруг помрачнела, провела по лицу рукой и повернулась к Тиани. – Вот еще что. Оказалось… Не знаю, как объяснить. Просто не могу слова подобрать. В общем, Орсо – это Бьёрн. Отчасти.       Тиани ошеломленно уставилась на нее.       – Как это может быть?       – Понятия не имею. Я просто узнала его сразу, как только увидела. И он узнал меня. В общем-то, учитывая все эти случаи унаследования памяти Старых Хранителей, мою собственную историю Евдокии – я уже не должна бы ничему удивляться. И все же… Это оказалось так странно, – Ольга глянула на Тиани из-под руки и беспомощно улыбнулась.       – Но это ведь скорее хорошо, чем нет? – улыбнулась сестра.       – Еще бы… Но и пугает немного.       – Боишься новых потерь?       – И это тоже. Но в основном я боюсь за него. Я ведь собираюсь на довольно-таки опасное сражение. А он не может пойти со мной. Мне-то не будет страшно – я буду просто выполнять свою работу. А он… останется и будет ждать. Это намного хуже.       – Зато он помог тебе. Повысил твои шансы на победу.       – Умом мы всегда всё понимаем. А что мы при этом чувствуем – совсем другой вопрос.       – Ох, да…              Один за другим в «гостиную» подтягивались Ныряльщики. Первым появился взъерошенный и засыпающий на ходу Белклив, пробормотал что-то вроде «дбрутр», взял сразу две чашки кофе и уселся, нахохлившись, на табурет в углу. Ольга насмешливо покосилась на него.       – Что, налетчик тебе совсем кофе не оставил?       Белклив выглянул из-под спутанной челки и усмехнулся.       – Ага, он сказал, что его гостье требуется очень, очень много кофе, и утащил всё, что нашел.       – Нет, ну вы слышали? – Ольга с притворным возмущением развела руками. – Он еще и грабит, прикрываясь моим именем! Ну все, появись только, разбойник реттенский!       – Кто – разбойник? Что тут происходит? – заинтересовался вошедший Ридан, как ни странно, с виду вполне выспавшийся.       – Да так, один сумасшедший ученый вершил сегодня ночью разнообразные черные дела, – ответила Ольга, – и мы, его невинные жертвы, собираем войско, чтобы дать ему отпор.       – Не знаю, кому и за что, но я с вами, – на пороге комнаты возник улыбающийся Вайри.       – Нет, тебя не возьмем, – строго сказал ему Ридан, – ты зачет по транспозиционной лингвистике не сдал.       – И что?.. Я никого превращать в табурет и не собирался!       – Главное – что когда он тебя самого превратит в табурет, я тебя расколдовывать не буду, потому что ты лодырь и разгильдяй!       – Ах так! Я вызываю вас на поединок! – Вайри принял горделивую позу… и тут же получил подзатыльник от неслышно подошедшей Кэли.       Ольга и Тиани, переглядываясь, смотрели на все это безобразие и тихо смеялись. Камень с души не исчез, но хотя бы ненадолго стал чуть менее холодным и тяжелым.       Наконец в «гостиной», небрежно кивнув всем, появился Марон, и подчиненные сразу поспешили принять серьезный вид. Марон оценивающе глянул на Ольгу.       – Каковы твои планы?       – Сегодня я поработаю с Мастером Орсо, – ответила Ольга. – У него есть кое-какие соображения относительно дальнейших действий. Существует способ проникнуть в пространство Доррена и Оружейников, но для этого мне нужно будет еще основательно подготовиться.       – Пространство Оружейников? – зрачки Марона вспыхнули режущим белым сиянием.       – Совершенно верно, – ответил вместо Ольги Орсо, входя в «гостиную». – Третий слой, если использовать принятую нами терминологию.       – Почему ты никогда не говорил нам о нем? – Марон резко обернулся к Орсо.       – До определенного момента я вообще мало о чем мог вам рассказать. Это теперь, – Орсо покосился на Ольгу, – с меня сняты абсолютно все ограничения. На самом деле мне очень стыдно признавать, что я оказался настолько слабым, но, когда я отказался от силы и связанных с ней обязательств, я лишился и возможностей, которые она давала. Поэтому, пока не пришла та, кто может взять мои знания, сложить со своей силой и своей храбростью, от меня было мало толку.       Ольга молчала, опустив голову и чувствуя на себе взгляды Ныряльщиков. В «гостиной» собрался весь отряд, за исключением Ворта, который с восьми часов заступал на патрулирование.       – Не считайте меня храброй, – она подняла глаза, трехцветное пламя плеснуло из зрачков, – не считайте меня храбрее вас самих. Просто... – она покачала головой и беспомощно улыбнулась, – это ощущение называется «а куда деваться». Уж если мне даны все эти силы, то не остается ничего, кроме как идти туда, куда они меня подталкивают.       – Тут ты не права, – возразил Орсо. – Твоя храбрость отнюдь не в том, чтобы покорно идти туда, куда тебя направляет судьба. Главное – что ты будешь делать, когда окажешься на месте. А вот тут и проявляется твой характер. Сделать все возможное – и даже больше.       – Ну, может, и так, – с сомнением протянула Ольга.       – Точно. Именно так, – твердо сказал Орсо. – Я знаю.              – Я забираю Ольгу в форт, – объявил Орсо после завтрака, – я обещал позаниматься с ней фехтованием, да и остальные наши вопросы лучше всего решать в моей тренерской, там безопаснее всего. С сегодняшнего дня я на связи, чуть позже дам расписание тренировок и дополнительных занятий.       – Ура, – пискнула Кэли.       – Увидимся вечером, – Ольга поднялась из-за стола и кивнула всем.       Идя рядом с Орсо по улицам Реттена, Ольга вдруг поймала себя на мысли, что воспринимает эти неровные мостовые и непривычную архитектуру домов, странную одежду прохожих и даже красное небо и серо-черный снег под ногами как нечто намного более привычное и родное, чем бензиново-асфальтовые дебри города в ее слое, в котором она не так давно искала новых Клинков. Определенно, этот мир должен существовать. Он просто не имеет права исчезнуть, а она сама не имеет права допустить ни малейшей ошибки.       – С чего начнем? – спросил Орсо, открывая дверь тренерской и пропуская Ольгу вперед.       – Пока голова еще относительно ясная после кофе, давай начнем с самого важного, – сказала Ольга. – Я бы, конечно, предпочла тренировку… Но сразу после завтрака это как-то не совсем то, что требуется.       – Верно. Садись, – Орсо указал ей на диван и сел рядом. – Эта комната, – он обвел рукой стены, увешанные оружием, – благодаря точно рассчитанному расположению каждого из клинков неплохо защищает от проникновения различных магических полей. Но, как ты сама могла убедиться, защищает далеко не от всего. Поэтому нам нужно быть готовыми к нападению. Я буду говорить о таких вещах, которые явно не понравятся Доррену. И не понравятся настолько, что… его ночная атака покажется нам сущим пустяком.       Ольга молча кивнула.       – Итак, слушай. Дай руку, я постараюсь сразу же и показать тебе…       Ольга закрыла глаза, сосредоточилась на прикосновении холодной ладони и позволила негромкому глуховатому голосу Орсо увести ее за пределы комнаты, форта и самого этого мира.       – Представь себе горы, поля, знакомое тебе ущелье без единого дерева, без стебелька травы, без единого зверя, птицы, насекомого. Это не мертвый мир, как ты можешь предположить. Это мир-основа, мир-форма. Мы живем в его копиях, и они, естественно, отличаются от образца, по которому они отлиты: если форма – вогнутая, то отливка непременно выпуклая; если форма глиняная или гипсовая, то отливка может быть из любого металла любого цвета и твердости. Понимаешь?       В этом мире нет живых растений и существ, только их проекты, если можно так сказать – схемы, наброски, чертежи. Обычный человек не сможет выжить там. Ни пищи, ни воздуха. Вода, возможно, и имеется – как химическое соединение, но вряд ли она пригодна для питья – она не предназначена для этого. Это мир чистого разума, в нем нет места человеческим существам с их телами, способными испытывать боль, с их душами, несущими смятение и колебания, нарушающие установленный порядок и не укладывающиеся в стройные схемы.       Когда человек становится Оружейником, он лишается телесной оболочки. Вернее, она остается при нем на тот случай, если ему необходимо пребывать в человеческом мире. В том же слое, где обитают Оружейники, где их настоящий дом, тела не нужны – они не могут там функционировать. Когда я попытался покончить с собой, вскрыв вены, я выпустил субстанцию Света из своей физической оболочки и сохранил живое тело, а если бы я до этого хоть однажды пересек тот Барьер и принял силу Оружейников до конца, думаю, случилось бы противоположное – погибло бы как раз мое физическое тело, а мой разум продолжал бы существовать в виде чистой энергии Солнца. Думаю, подобным образом был создан Доррен – из сознания какого-то могучего воина древности…       – И как мне попасть туда? Как я могу выйти из тела?       – Я помогу. Смотри…       Ольга протянула следящую нить к метке Орсо. В ее сине-лиловой глубине зародилось желтое свечение, постепенно поглотило все остальные цвета и окружило Ольгу золотистым облаком. Где-то впереди из единого центра, как круги от брошенного камня, расходящиеся на гладкой поверхности стоячей воды, возникали и медленно расширялись кольца яркого, почти белого огня.       – Загляни за порог, но не перешагивай, – не услышала, а почувствовала Ольга. Осторожно двинувшись вперед, она приблизилась вплотную к точке, откуда расходились круги, и протянула к ней одну из следящих нитей.       Сердце приятно замерло, сознания коснулось странное, волнующее ощущение: как будто в детстве, пытаясь понять, как устроена игрушка, и уже полчаса вертя ее в руках, Ольга наконец догадалась, что и как нужно нажать и сдвинуть, чтобы добраться до скрытого внутри механизма. Ощущение победы, удовлетворенного любопытства – и острая, страстная потребность немедленно найти и успешно разгадать еще одну тайну…       – Стой, – мягкое давление остановило Ольгу, помогая справиться с почти нестерпимым желанием сделать еще один шаг. Ольга отдернула следящую нить, отступила, коротко вздохнув, и вышла из энергетического поля.       Орсо крепче сжал ее ладонь, и Ольга поняла, что рука ее слегка дрожит.       – Понимаешь теперь? – Орсо заглянул ей в глаза, вдруг наполнившиеся слезами непонятного сожаления. – Это чудовищный соблазн. Это очень, очень опасно.       – Так видят мир Оружейники? – дрогнувшим голосом спросила Ольга. – И вот от этого ты отказался?       Орсо усмехнулся.       – Тот, кто хотя бы раз заглянул за этот Барьер, не имеет другого выхода, кроме как стать ученым, исследователем. Хотя я и так был ученым… Но теперь охота за тайнами стала для меня в каком-то смысле вопросом жизни и смерти. Иначе можно просто сойти с ума, сгореть в пламени неудовлетворенного любопытства.       – «О, я-то знаю, как сладостно манят тайны. Теперь только честная смерть принесет тебе исцеление…»* – ожидаемо вспомнила Ольга и поежилась.       – Ну, надеюсь, до этого не дойдет, – усмехнулся Орсо. – Но все же будь очень осторожна. Главная опасность заключается в том, что ты поддашься зову тайн – и не захочешь возвращаться.       – Я понимаю, о чем ты говоришь. Я почувствовала эту опасность, – Ольга уставилась на Орсо горящими глазами. – А ты уверен, что я справлюсь?       – Уверен? Нет, конечно, – Орсо неожиданно улыбнулся и развел руками. – В такой ситуации говорить, что ты абсолютно уверен – значит добровольно обманываться. Я помогу тебе всем, чем смогу. Ты сделаешь всё, что сможешь. И даже больше, как я уже говорил. А там – будь что будет.       – Это очень хороший подход, по-моему, – кивнула Ольга. – Честный… и заставляющий выложиться еще сильнее.       – Попробуешь еще раз? Или сделаем перерыв?       – Давай продолжим. Проведи меня еще раз, а потом я попробую сама. Кажется, я уловила направление, но лучше повторим вместе.       – Хорошо. Закрывай глаза.       Второй, третий взгляд за порог обитаемого мира. Разрывающий душу азарт, звенящее в венах нетерпение. «Спокойно, внимательно… Вот так. Отступи пока. Все хорошо. У тебя получится. Выходи».       – Теперь сама. Я подстрахую.       Так, с чего начать? Надо увидеть собственную метку. Посмотреться в энергетическое поле, как в зеркало. Познакомиться с собой. О, хорошие цвета! Бледно-розовый, сиреневый, синий – оттенка васильков. И по самому краю – темное вытянутое пятно, похожее на зарубцевавшуюся рану. Туда лучше не заглядывать…       «О, я-то знаю, как сладостно манят тайны…». Тайны, такие прекрасные и недосягаемые для простых смертных. Ответы. Мне нужны ответы. Впусти меня, Доррен, я пришла за ответами. Ничего мне больше в жизни не нужно и не интересно, только твои загадки и ответы.       Желтое сияние пробивается сквозь синий фон метки, обволакивает, заставляет сердце трепетать от азарта и предвкушения. Порог все ближе, все сильнее разливающийся вокруг сладостный звон, обещающий раскрытие чудесных, неописуемых тайн. Сотни, тысячи вопросов, стонущие в нетерпеливом ожидании ответов. Теплое сияние абсолютного знания в недостижимой дали – оно все ближе, все сильнее манит, опьяняет…       Назад.       Ольга, не дожидаясь команды учителя, легкого напоминающего касания или хотя бы просто предостерегающего жеста, отступила назад, втягивая следящие нити, отрывая их – не без труда! – от контура сияющих золотом врат в идеальный мир. Пульс стучал в висках, глаза были мокрыми, ладони – ледяными, когда Ольга, судорожно вздохнув, очнулась и вернула себе обычное зрение. Обхватив себя руками, она мелко дрожала и медленно приходила в себя. Орсо обнял ее, прижал ее голову к своей груди, прикосновениями и дыханием постепенно согревая и возвращая к реальности.       – Сложно… – наконец выдохнула Ольга, высвобождаясь и садясь прямо.       – Ты отлично справилась, – Орсо отвел влажную прядь волос с ее лба. – Мне даже не понадобилось ничего делать. Ты сама все контролировала. Это не означает, что я уже готов отпустить тебя за порог… Но самое трудное позади, поверь.       – Еще потренируемся, – Ольга слабо улыбнулась.       – Но не сейчас. Тебе надо отдохнуть. Ложись прямо здесь и поспи немного, – Орсо поднялся с дивана, принес с вешалки у двери свой и Ольгин плащи, сложил один валиком вместо подушки, второй набросил Ольге на плечи. – Не хотелось бы тебя пугать, но я все еще жду какой-либо реакции от Доррена. Не может быть, чтобы он не обратил внимания на нашу активность… Поэтому я прошу тебя отдохнуть и восстановить силы, а сам просто посторожу, – он уселся на пол и прислонился спиной к дивану. – Ложись, – он погасил шарик-светильник. Комната погрузилась в темноту.       – Слушаюсь, – пробормотала Ольга и улеглась на жесткое сиденье. Она и вправду чувствовала себя вымотанной до предела – еще и после бессонной ночи. Устроившись поудобнее, она осторожно вытянула руку вдоль края дивана – и получила то, на что втайне надеялась: прохладная ладонь Орсо накрыла ее кисть и слегка сжала пальцы.              – Сколько я проспала? – Ольга резко приподнялась, вглядываясь в темноту. Орсо по-прежнему сидел на полу возле дивана, его ладонь лежала поверх Ольгиной руки.       – Минут сорок, – отозвался он и поднялся на ноги, – и я очень удивлен, что все до сих пор тихо. Такое ощущение, что Доррен решил затаиться и нанести удар тогда, когда мы не будем его ожидать.       – Это весьма логично, я бы сказала, – усмехнулась Ольга. – И что будем делать?       – Разомнемся, пожалуй, – Орсо зажег шарик света, подошел к стене и снял с креплений меч – примерно такой, какой хранился у Ольги под топчаном в окованном железом ящике. – Тебе надо освоить это оружие.       Ольга зачарованно уставилась на клинок, казавшийся ей угольно-черным с багровым отливом.       – Боевой?..       – Это – боевой. Просто возьми его, почувствуй, привыкни. Работать будешь с тренировочным, такого же размера и веса.       Ольга приняла от Орсо меч и вышла в полутемный зал, на упругое покрытие. Повторив несколько известных ей упражнений и атак, она тихонько засмеялась.       – Чувствую себя такой неуклюжей… Я так хочу учиться, – сказала она Орсо, который внимательно следил за ее движениями, стоя у стены, – и я так рада возможности поучиться у тебя! Надеюсь, ты во мне не разочаруешься.       – Я уже говорил, – Орсо скрылся в тренерской и тут же вернулся, неся пару тренировочных мечей, – работать есть над чем, но в целом неплохо. У тебя был прекрасный учитель. Очень жаль, что я не имел возможности помериться с ним силами…              Спустя два часа Орсо, выразительно покосившись на часы на стене, убрал меч в ножны и поклонился. Ольга неслышно застонала – она устала, как не уставала на тренировках уже очень давно, но ни за что не призналась бы в этом, не согласилась бы прервать это восхитительное издевательство, от которого все ее тело болело, а душа – пела от восторга.       Орсо с понимающей улыбкой осмотрел ее с головы до ног.       – В этом тоже надо знать меру.       Ольга спрятала меч и низко поклонилась учителю. Орсо забрал у нее ножны и направился в тренерскую.       – А знаешь, это очень мне поможет в моем предстоящем деле, – заметила Ольга, практически падая на диван. – Оказывается, на двадцать пятый раз научиться отражать твою атаку – гораздо большее удовольствие, чем заглянуть в идеальный мир чистого знания…       – На двадцать пятый? Ты себе льстишь, – ехидно усмехнулся Орсо. – Я, конечно, не считал, но… – он развел руками.       – Я сейчас разрыдаюсь, – предупредила Ольга, силясь сохранить серьезное и скорбное выражение лица.       – Не думаю. Уж если ты не разрыдалась еще во время боя, когда полетела на пол в какой-то там шестидесятый раз…       – Тогда мне было некогда, а вот сейчас…       – Ну, если считаешь это необходимым, можешь и разрыдаться, – Орсо уселся на диван рядом с Ольгой и откинулся на спинку, – для закрепления урока, так сказать.       – И все-таки ты настоящий злодей, – вздохнула Ольга, поворачиваясь к нему, – именно то, чего мне всю жизнь не хватало.       – Ты странно на меня действуешь, – серьезно сказал Орсо, бросив на Ольгу взгляд из-под полуопущенных век, – обычно я совсем не такой. Это чем-то напоминает… твоего первого учителя?       – Отчасти, – Ольга отвела взгляд. – Но не совсем.       – Меня, если честно, это немного пугает, – Орсо наклонился вперед, сложив руки перед собой и уставившись в пол. – Это очень странно – не знать, чего от себя ожидать. Такое чувство, как будто теряешь контроль.       – Понимаю, – тихо отозвалась Ольга. – Но… я ведь скоро уйду. И всё встанет на свои места. Если причина во мне, конечно.       Орсо вскинулся, быстро глянул на нее, но ничего не сказал и снова перевел взгляд на шестиугольные плиты пола.              После часового сеанса игры с Барьером Оружейников Ольга почувствовала, что желтые круги плавают перед глазами уже и наяву, и, схватившись за голову, сокрушенно ею покачала.       – Больше не могу. Давай сделаем перерыв.       – Ты и так выдержала дольше, чем я ожидал, – сказал Орсо. – Я и сам собирался прервать занятие. На сегодня хватит, результат я могу назвать очень хорошим, но тратить все силы – нерационально, нам еще, скорее всего, придется отбиваться от Доррена.       – Время еще только обеденное. Чем собираешься заниматься?       – Можно вернуться в Университет, – задумчиво сказал Орсо, – в лабораторию. В конце концов, потренироваться можно и там – в седьмой комнате на пятом ярусе. Оружие там есть. Еще мне надо составить расписание занятий для отряда и студентов. Пока я буду занят, ты отдохнешь, пообщаешься с ребятами. Ты планируешь сходить в Дрейендаль?       – Не знаю, – Ольга пожала плечами. – Теперь большого практического смысла я в этом не вижу. Посоветуюсь с Мароном. Если он сочтет нужным – схожу.       – Я бы не хотел отпускать тебя далеко от себя, – пояснил Орсо. – Доррен может явиться по наши души в любой момент. И лучше встретить его вместе.       – Тогда пойдем в твою лабораторию. Я там уже как-то обжилась. Отдыхать можно по очереди. Вряд ли я пробуду здесь долго… Как ты думаешь – сколько дней мне потребуется на подготовку?       – Сложно сказать. Я вижу, что ты неплохо справляешься. Но пока еще ты не переступала порог. Готова ли ты к тому, что будет за ним – судить пока рано. Давай не будем загадывать. Три, пять дней… Я не отпущу тебя раньше, чем буду уверен – хотя бы процентов на восемьдесят. Больше – это уже непозволительная роскошь.       – Торопиться я не собираюсь. Это не игра, и в случае чего я не воскресну у костра или у лампы… Доверюсь тебе. Пойду, как только скажешь, что я готова. ______________________ *"A corpse... should be left well alone. Oh, I know very well. How the secrets beckon so sweetly. Only an honest death will cure you now. Liberate you, from your wild curiosity." (Lady Maria of the Astral Clocktower / Bloodborne™, Old Hunters DLC)