Мой Камминг

Просидев пять часов в душном помещении, наполненном незнакомыми людьми, Кэрол наконец дождалась своей очереди и, обсудив с нотариусом все вопросы, вырвалась на улицу, жадно глотая свежий воздух ртом. Как же она ненавидела подобные муниципальные учреждения крохотных городков, где нет ни кондиционеров, ни нормальной вентиляции! Где людей, словно скот, загоняют в маленькую комнату, заставляя томиться в ожидании не один час. На двадцать человек — один стул и полторы табуретки, крошечное немытое окно где-то под потолком, пропускающее пару лучей света, рамы которого невозможно открыть даже при большом желании. Изначально она хотела заплатить пару сотен и не мучиться вовсе, но о платных услугах тут никто никогда не слышал. Прав был Эд — гадский сервис! Отдышавшись, Кэрол присела на ближайшую свободную лавку, рассуждая, куда ей сейчас лучше пойти. Контора находилась на самом краю Камминга. Она могла пройтись пешком или уехать на автобусе — остановка находилась в паре метров от здания — стоило лишь определиться, куда. Набрав номер Полы, она выслушала череду длинных гудков и нажала на кнопку отбоя, разочарованно понимая, что подруга снова поставила бесшумный режим. Она постоянно забывала включить звук. Если подумать, то Кэрол могла ей дозвониться один раз из десяти. Конечно, через полчаса Пола перезванивала, божась, что в следующий раз она будет внимательнее. Но следующего раза не наступало. Пола оставалась все такой же забывчивой, какой была всегда. Еще познакомившись с ней в университете, Кэрол поражалась её безответственности, взбалмошности и умению выкручиваться из любых ситуаций, выходя победителем. Она никогда не сидела ночами за учебниками, никогда не писала конспекты, но всегда сдавала экзамены. Могла не посещать занятия вовсе, при этом показывая отличные результаты тестов. Ей казалось, что, если бы подруга прикладывала усилия, то стала бы уникумом. Но учеба Полу никогда сильно не волновала. Она, в отличие от самой Кэрол, умела радоваться жизни и радовалась ей, даже если обстоятельства складывались не в её пользу. Кэрол вновь взяла телефон в руки и принялась отвечать на все сообщения, что пришли к ней за последние дни. Сейчас у неё на это появилось время и даже немного желания. Начиная каждое с «Здравствуйте, извините за долгий ответ…», она пыталась вникнуть в каждое слово, отвечая как можно подробнее. Пола позвонила как раз в тот момент, когда она писала доктору Дениз. Выругавшись, Кэрол нажала на кнопку приёма вызова: — Алло, где ты снова пропадаешь? — Кэрол, извини, клянусь, в следующий раз я возьму вовремя. У тебя что-то случилось? — Нет, я просто закончила все дела и сейчас нахожусь на севере города. А ты где? — В самом центре. Знаешь я тут… слушай, давай я к тебе подъеду… Да нет, я не тебе! Кэрол услышала, как подруга заливисто смеется, и нахмурилась: — С кем ты там разговариваешь? — Алло, Кэрол! — Да, я слушаю тебя, что там у тебя происходит? — Ой, я потом тебе расскажу. Давай через час я к тебе подъеду, диктуй адрес. — Давай встретимся в центральном парке, через час. Я видела там пиццерию, сразу пообедаем, я голодная, как волк. — Договорились. Встав с лавки, Кэрол засунула телефон в сумку и, поправив ремень на поясе брюк, двинулась вперед к остановке. Разглядывая идущий навстречу народ, она думала, что их лица ей знакомы. Она не могла сказать, как их зовут, да и где могла их видеть, ответить бы тоже затруднилась. Но память упорно подсказывала, что все они когда-то давно так же проходили мимо неё, оставляя глубоко в голове еле заметное воспоминание. Опустив голову, она отвернулась от потока пешеходов и перешла на другую сторону улицы. Встав под знаком остановки, вновь достала телефон, надеясь дописать сообщение Дениз. Подошедший автобус отвлек. Она подняла голову и, увидев номер автобуса, вздохнула. Не тот маршрут. Отступив на пару шагов назад, чтобы не мешать людям, оглянулась назад и гулко выдохнула. У здания мотеля, ровно под козырьком, стояла Андреа. Судя по тому, как часто она смотрела на циферблат наручных часов и поворачивала голову в одну и ту же сторону, её ждала встреча. Кэрол подошла ближе к толстому фонарному столбу, пытаясь скрыться от взгляда бывшей одноклассницы. Она не знала, насколько сильно изменилась за эти годы (возможно, Андреа и вовсе не узнала бы её), но быть замеченной ей в любом случае не хотелось. Наверное, глупо было прятаться, но иначе Кэрол не могла. Пускай она поступала по-детски. Пускай по-глупому. Но говорить с кем-то из своих одноклассников сейчас у неё не было никакого желания. Даже с Харрисон, которая когда-то ей казалась самой нормальной из всей той компании. Поэтому, когда подъехал автобус, Кэрол быстро запрыгнула в него, пройдя по салону до самого конца. Заняв свободное место, гулко выдохнула и, достав телефон, посмотрела на часы. На душе стало легче. Она спряталась от наполненных народом улиц. Сейчас остается нацепить на лицо солнечные очки, распустить копну волос и тогда её точно никто не узнает. Уже когда автобус тронулся с места, громко рыча мотором, Кэрол обернулась и увидела, как Андреа обнимает какого-то мужчину. В горле пересохло, а ладони вмиг стали влажными. Кэрол резко отвернула голову. Андреа обнимала Филиппа. Это лицо Кэрол узнала бы даже спустя пятьдесят лет, когда оно покрылось бы сеткой глубоких морщин и ободком седины. Внутри все похолодело. Шрам на груди заныл. Воспоминания того дня ворвались в сознание, впиваясь в каждую клетку иголкой. Паника, злость, стыд, унижение — все это огромным булыжником обрушилось на голову. От этого невозможно было избавиться даже спустя пятнадцать лет. И сейчас, когда она увидела его лицо, которое расползалось в улыбке, эти чувства возникли вновь, заставляя тело дрожать. Значит, он в Камминге. Значит, он здесь. Кэрол сцепила кулаки и мысленно взвыла, пытаясь успокоиться. Сколько можно жить прошлым? Когда она наконец сможет попрощаться со всеми этими воспоминаниями и перестанет воспринимать все, будто бы это случилось вчера, а не много лет назад?! Пола ждала её у входа в парк. Завидев подругу, она тут же рванула с места: — Кэрол, я тут, походу, у вас задержусь! Ни «здравствуй» ни «как дела». В этом была вся Пола. Начинала тараторить без умолку с самого порога на волнующие ее темы. И имела суперспособность не замолкать ближайшие полтора часа, если тема была особенно личной и волнительной. — О Боже, что на этот раз? Кэрол осмотрелась по сторонам и, увидев вывеску пиццерии, подцепила подругу за руку. — Ты себе не представляешь, с каким мужчиной я познакомилась, — она выждала слишком длительную паузу, словно пыталась подобрать максимально точное и нужное слово. — Мечта! — Я, знаешь, почему-то была в этом уверена. — Издеваешься, да? — Пола толкнула подругу локтем. — Я серьезно влюбилась. Почти с первого взгляда, вернее, слов. Кэрол, если бы ты слышала его голос. От такого тембра мои бабочки в животе просто с ума сошли, честное слово. Я сначала услышала его. И влюбилась. Ты можешь мне не верить, но после того, как до моих ушей долетел его чарующий голос, мне было абсолютно неважно, как он выглядит! Это судьба. Не веришь мне? — Я слышу эту фразу сотый раз, как думаешь, верю или нет? — Ты зануда, — Пола скривилась, — впрочем, от тебя я другого не ожидала. Не спросишь, какой он? Ладно, я сама расскажу. Его голос, да, он такой ровный и спокойный. Про таких сразу думаешь: за ним, как за каменной стеной, можно ничего не бояться. Я не могла, понимаешь, просто не могла! — Что не могла? — Отказать ему в свидании. — Ты неисправима. — Ну почему нет? Это будет что-то типа курортного романа. Мне большего не нужно. Пара встреч, без какого-либо намека на серьезные отношения. — Значит, завтра ты не будешь ужинать дома? — Ужинать точно не буду. А вот ночевать — как получится. — Сразу в койку? — Мне не семнадцать, хотя… я и в семнадцать себя так вела. Неважно! Тем более секса у меня не было уже полгода. Это тебе хорошо, Эд под всегда рядом. — А как же тот итальянец? Фер… Реф… Рефижио? — Ремиджио. Не вспоминай, — Пола истерически захохотала, — это был не секс. Хотя, ухаживал он так красиво. Но не хочу ударяться в воспоминания. Сейчас у меня намечается что-то намного интереснее! Я прямо чувствую это! Кэрол ничего не ответила, ощущая урчание в животе. Она уже не могла дождаться, когда они наконец дойдут до пиццерии и сделают заказ. Пола, к ее удивлению, тоже замолчала, разглядывая грязные носки своих ботинок. А потом, будто бы опомнившись, заговорила: — Как ты съездила, все в порядке? — Да. Я проторчала там три часа и чуть не грохнулась с обморок от духоты. Но все дела улажены. — Ты решила, когда будешь продавать дом? — Нет, — Кэрол отрицательно махнула головой, — понятия не имею, что делать. Не хочу. Или хочу. Не знаю. — Тогда не продавай. Оставь. — А зачем? Жить я тут не буду. В аренду отдать не смогу. А без ухода дом загнется. Просто знать, что где-то он стоит… не знаю. — Может, поживешь еще немного тут? — Не знаю. Если только еще пару недель. Это максимум, который я могу себе позволить. — Как вариант. Я могу побыть с тобой. — Тебе же нужно искать работу? И дома тебе вроде пара хороших мест подвернулась. — Значит, не таких хороших, раз я тут, — она махнула рукой. — Сейчас я доверилась своей судьбе. И хочу тут задержаться, хотя бы на пару обозначенных тобой недель. Хотя бы из-за этого мужчины. — Кстати, а как его зовут? — Он не назвал мне своего имени. — Неужели? — Честное слово! Назвал себя Мистером Совершенство! — Какая самооценка! — Может быть, он не пустословит, — Пола закусила губу. — В любом случае, проверить, правда это или нет, я собираюсь завтра вечером, максимум, ночью. — Ты ненормальная, — Кэрол засмеялась и указала пальцем на дом. — Нам туда. — А у тебя на работе точно все в порядке? — Они давали мне это время. Но позвонить в ближайшее время мне все равно туда нужно. Чтобы сказать, что пробуду тут по максимуму. Ещё Эд… — Эд, как заноза в заднице. Прости, Кэрол, прости. Но он не имеет никакого права лезть в эти дела. — Я правда так не считаю. Мы живем вместе. Мы связаны. Значит, и дела у нас общие. — Нет, где-то ты права, но с его отношением к этой ситуации я бы слушала его в последнюю очередь. Он будет, конечно же, настаивать на срочной продаже и твоём отъезде. — Он ведь где-то прав. — Где? Я считаю, что ты должна полностью принять решение сама. Хотя бы для того, чтобы потом не винить его в том, что твоя жизнь сложилась не так, как хотелось бы. — Наверное, ты где-то права. Но что я могу поделать? У него такой характер. — А ты покажи свой характер. Не будь тряпкой. Сейчас ты согласишься продать дом, потом выйти замуж, затем уйти с работы. Нет. Кэрол, так не пойдет. — Я иногда думаю… просто думаю, что он прав. — Не допускай даже таких мыслей. Ты слишком много усилий приложила, чтобы ставить крест на своей карьере. Ему нужно — вот пускай он и увольняется. Сидит с детьми. Следит за домом. Что ты улыбаешься? В последнее время это нередкое явление, когда с детьми сидят отцы. Ведь, если подумать, ты тоже достаточно зарабатываешь, чтобы обеспечить ваше безбедное существование. Почему ты должна жертвовать всем, а он ничем? — Он ни за что не согласится. — Вот и ты не соглашайся. — Пола, я знаю твоё отношение к Эду. — Которое возникло, к слову, не просто так из воздуха. Он слишком властный, Кэрол. А ты… Ты же такая сильная, волевая, а ему порой ответить ничего не можешь. Нельзя вот так прогибаться под него. Нужно отстаивать своё мнение. — Тогда мы никогда не придем к компромиссу. — Компромисс — это вообще вещь классная. Но почему, скажи, всегда должна идти на уступки ты, а не он? — Потому что это не в его правилах, а я… — Ага, а тебе и так нормально. Он вообще хорошо устроился. Можно не думать о других совершенно. Раз тявкнул — и уже все по его. — Пола, хватит. Ты же знаешь, как он мне помог… — И что, ты теперь всю жизнь за это его боготворить будешь? Брось, Кэрол, я могу сказать тебе еще миллион раз: ты достойна большего! И я уже не знаю, что сделать, чтобы ты наконец поняла это. — Я уже все решила по части Эда. Он надежный, умный и… — И? — И вообще, пошли быстрее, есть очень хочется. — Кстати, — Пола залезла в карман джинсов и достала прямоугольную визитку. — Сегодня раздавали. — Что это? — Фотосессия на двоих. Ну, как смотришь? — Не знаю… — Перестань! Пошли! Нас там накрасят, оденут, поставят, сфотографируют, отдадут фото и все за такую смешную цену. Акция продлится два дня. Кэрол взглянула на картонку. «Фотосессии. Лучшие фотографы штата! Данный купон дает вам право воспользоваться скидкой 50%». — Ну? — Пола вопросительно посмотрела на подругу и выхватила визитку из её рук. — Пошли, Кэрол. Тебе нужно развеяться! Закажешь какой-нибудь откровенно-эротичный стиль. Она закусила губу и сжала ворот кофты в кулак: — И Эду отправишь. — Вряд ли ему понравится, что меня кто-то увидит в таком виде, — Кэрол скривила губы. — Ой, брось, увидит тебя в таком виде и все забудет. Да и, в конце концов, вы еще не женаты! — Пола, это несерьезно! У нас с ним длительные отношения. — Ладно. Мы не будем ему отправлять. Мы отдадим тому, кто оценит. — Пола! — Ладно, ладно. Не хочешь так — не фотографируйся. Но я тебя умоляю, пошли просто развеемся! — Хорошо, завтра после завтрака. — Отлично! А теперь есть!