Мой Камминг

— Боже мой, Кэрол, ты себе не представляешь, как прекрасно я провела эту ночь! Пола сидела за столом и быстро поглощала завтрак, глотая овсянку, не жуя. Кэрол с кружкой в руках стояла возле окна и смотрела на зеленую лужайку. — Он просто… просто нереальный! Я таких раньше не встречала. Такой настоящий, без всяких там заморочек! Ничего не строит из себя. — И наверняка ничего из себя не представляет, — Кэрол села за стол. — Или я себе неверно представляю образ обычного жителя провинции? — Ты сегодня злая. Но я не буду обращать на это внимания. А знаешь, почему? Сегодня ночью у меня был самый классный секс в моей жизни! — О, Боже… — Ты знаешь, что он прекрасно делает? — Нет! Нет! Не хочу знать! — Все, абсолютно все! Я так долго ждала такого. Он как будто бы знал меня и чего я хочу, — Пола заиграла бровями. — Это… — Прекрати! — После этого я еще больше его хочу. Кажется, я окончательно влюбилась в него. — За пару встреч? Скажи, что ты сейчас шутишь. — Знаешь, эти бабочки в животе, и при одном его виде я просто с ума схожу. — Вы хоть разговаривали? Ну хоть о чем-нибудь? — А как же. О многом. Он неплохой собеседник, кстати. — У тебя плохих не бывает. — Не смотри так на меня. Это что-то другое. Такого раньше точно не было! — Так, может, ты еще и жить тут останешься, а? — Может, и останусь. Если у меня будет достаточно оснований. — Может быть, ты узнала его имя? — Зачем? — Пола удивленно открыла глаза. — Это же добавляет изюминку в наши отношения. — Ты ненормальная. А вдруг он маньяк? Пола, я совсем тебя не понимаю. Как так можно? Не зная человека, прыгать к нему в койку на первом свидании. Ты же… — Кэрол поморщила нос. — Ты же совсем ничего о нем не знаешь! — Ты зануда. Вот ты кто. Твоей подруге ночью было хорошо, как никогда, а ты! — Я переживаю за тебя, Пола! Ты хоть знаешь статистику сексуальных… — Ой, я тебя умоляю, не начинай про своих маньяков! — А инфекции? — Милая, презервативы придумали очень давно. — Извини, но мне сложно тебя понять. — Нет, с тобой совершенно невозможно разговаривать! — Прости… — Кэрол вздохнула и отпила кофе. — Это из-за всего этого и… ты же знаешь. — Кэрол, тебе пора проснуться. Пора вылезать из кокона. Ты слишком долго там находилась. — Я знаю. Я все знаю, но пока не получается. — Потому что ты ничего не делаешь для этого! Ты думаешь, что хоп, в одно прекрасное утро ты проснешься, а на душе будет легко и это навсегда? Нет. Жизнь идет, Кэрол. Люди появляются и уходят. Никто не придумал лекарство от смерти. Но быть счастливой или нет — зависит только от тебя. Иди и найди Дэрила! Вот просто так. Поговори с ним. Расскажи ему все. — Ты сумасшедшая, да? Я — не ты. Я так не смогу. — Это все потому, что… Пола не успела договорить. До слуха долетела трель дверного звонка. Подруги переглянулись. — Я открою. Кэрол, поправив пижамную футболку, вышла из кухни. Пола пошла за ней за ней следом. На пороге стоял Хершель Гринн. Кэрол узнала его сразу же. Он практически не изменился с момента их последней встречи. Лишь отпустил длинную седую бороду, отчего стал выглядеть гораздо старше своих лет. — Здравствуйте. — Кэрол… — он глубоко вздохнул. — Здравствуй. — Проходите. Кофе, чай? — Нет. Спасибо, — мужчина вошел в гостиную и сел на кресло. — Я ненадолго. — Что вы хотели? — Простите, Кэрол, за мой визит без предупреждения. Боялся не успеть. Я… я был на похоронах вашей мамы. Наверняка вы меня не запомнили. Оно и не удивительно. Тогда я не стал подходить. И решил зайти сейчас. У меня перед Грэйс есть долг, — он вытащил из кармана сложенный вдвое конверт. — Это был её последний заказ. Около года назад. Тогда она еще работала. Я не успел сразу отдать деньги, а потом она уехала лечиться. А потом… честно признаться, я боялся заходить. Так как ничего не знал толком. Боялся потревожить. — Спасибо. — Не за что, — он положил конверт на тумбу. — Соболезную вам, Кэрол. Моя жена, наверняка вы её помните, скончалась три года назад. Скоропостижно. Я повел себя тогда неправильно. Неверно. Но любовь к детям меня вытянула. Дала сил. Хершель замолчал, после чего продолжил: — Послезавтра у сына свадьба. Мы будем праздновать на ферме. И я бы хотел вас пригласить. Вас и вашу подругу, — он посмотрел на Полу и улыбнулся. — Церемония начнется в десять. — Спасибо, — Кэрол кивнула, — мы подумаем. — Не за что, — он медленно встал с кресла. — Мне очень жаль, что вашей мамы больше нет в живых. Она была прекрасным человеком. Кэрол сжала зубы, чтобы не заплакать: — Спасибо. Я знаю. Хершель кивнул и вышел из гостиной. Кэрол проводила высокую фигуру взглядом и, взяв конверт со стола, повертела его в руках. — Кто это? — Хершель Гринн. Он живет за городом. У него своя ферма. Хороший человек, мама всегда покупала у него продукты. — Нам нужно подобрать наряды на свадьбу, — Пола подмигнула. — Я так понимаю, в каблуках по навозу не походишь? — Я еще не дала своего согласия! — Кэрол, о чем мы только что с тобой говорили? — Пола, я не знаю… — Так, даже слышать ничего не хочу, — девушка закрыла уши ладонями и пошла к лестнице. — Сейчас же собирайся! Где у вас тут платье можно купить? Для Кэрол вечер наступил быстро. Весь день они ходили с Полой по магазинам. Подруга была достаточно привередлива в выборе и никак не могла решить для себя, что стоит выбрать на фермерскую свадьбу. Она обошла все возможные отделы, заглянула в каждый уголок всех торговых центров в округе. Кэрол костюм не выбирала. Она даже не думала о том, что завтра наденет на мероприятие. Встреча с Дэрилом не выходила из головы. Она думала о нем весь вечер, всю ночь и все утро. Назойливые, надоедливые мысли не хотели отлипать, преследуя её. Момент встречи плотно засел в голове. Его удивленный взгляд, приоткрытые губы и длинная челка. Кем он стал? Неужели он входит в число лучших фотографов штата и сейчас приехал в этот городок только для выставки? Или он фотограф-любитель? Быть может, он работает в Камминге фотографом и никогда не покидал пределы городка? Что стало с его жизнью? Какой он стал сейчас? Кэрол злилась от этих мыслей, постоянно пыталась отвлечь себя от потока ненужных вопросов, но ничего не выходило. Конечно, Пола отвлекала её. Своими разговорами, рассуждениями, советами, наставлениями. Она замолкала, лишь когда пряталась за ширмой примерочной. Но, когда возвращалась, начинала болтать снова. С каждым разом проявляя все больше настойчивости. Под конец похода Кэрол взвыла от усталости, как физической — ноги налились тяжестью и болели, так и моральной — нежный голосок подруги казался шумом перфоратора, который уже битый час грохочет в самые уши. — Я думаю, что этот костюм подойдет… — Пола крутилась у зеркала в примерочной. — Хотя не знаю, там же ферма… — Там ферма, а не свалка! — Кэрол сидела на низком пуфе и махала на себя рукой. — Пола, я сейчас умру от жары, определись! — Ладно. Ладно. Не кричи на меня. Ты бы лучше сама себе что-нибудь выбрала. — Что-нибудь я подберу себе дома. — Как хочешь, пошли на кассу. А потом в кафе. В холодильнике пусто. Они зашли в то самое кафе, в окна которого Кэрол заглядывала еще несколько дней назад. Внутри было красиво и прохладно. Официанты в синей форме ловко бегали между столиками, разнося еду. В дальнем углу играл живой оркестр. Все здесь располагало для хорошего ужина. Заказав бокал вина, Кэрол расслабилась, откидываясь на высокую спинку кресла. Рядом сидела Пола и разглядывала страницы местной газеты, комментируя прочитанное: — Ну ничего себе, в этом году фермерские хозяйства города под угрозой из-за набега саранчи. Ох, в полицейский участок поступил звонок о бомбе. Сигнал оказался ложным. Нарушитель найден. Школьные выборы старосты класса… Им что, совсем не о чем писать? — А о чем еще? Тут каждое изменение привычного режима — сенсация! — Школьная форма. Центральный парк. Галерея искусств. О, а вот и о выставке написали, ну надо же, — Пола перелистнула страницу и нахмурилась. — А вот это интересно даже. Вид казического жука оказался под угрозой вымирания. Фу… какой страшный. Экологическая катастрофа неминуема. Статья Бона Фореста о значимости личинок в период миграции завушкового журавля… Кэрол, смотри… Пола протянула газету, указывая пальцем на мелкий шрифт под фотографией птицы. Кэрол сощурилась: — Фотограф Дэрил Диксон. Что это значит? — она посмотрела на Полу. — Он местный или нет? — Не знаю, — девушка сложила газету вдвое. — Может быть, он фотограф-натуралист. Тогда почему вчера был в студии? Давай позвоним в издательство. — Нет, стой! Кэрол замахала руками, но Пола прервала её вопли жестом руки. Достала телефон и, полистав газету, набрала номер редакции: — Алло. Здравствуйте. Вас беспокоит фотограф Пол… Поллиана, — она улыбнулась Кэрол. — Я бы хотела кое-что обсудить с вашим штатным фотографом Дэрилом Диксоном. Да… нет на месте? А когда он бывает в редакции? О, я благодарна вам. Спасибо. — Ну что там? — Кэрол выжидающе смотрела на подругу. — Он работает у них. Он штатный фотограф газеты Камминга. Кэрол сглотнула тугой комок и взяла в руки газету, проводя пальцами по странице. Она столько времени думала о нем, о том, как сложилась его жизнь и стал ли он кем-то. Рассуждала, фантазировала, предполагала. Провела десятки бессонных ночей за этими мыслями. А сейчас она узнала правду и почувствовала глубокую удовлетворенность внутри. Словно бы она переступила финиш поставленной цели. И добилась победы. От мыслей отвлек звонок мобильного телефона. Кэрол достала трубку и, увидев на экране фото Эда, нажала на кнопку приема вызова: — Да. — Привет. Ты выставила дом на продажу? Сходила в бюро? — Нет, я не сходила еще. Не выставила. — Почему? Есть причины? — Эд, я еще не решила, стоит ли. Я не знаю, сколько времени мне понадобится… — Может, пора определиться? — Не злись, пойми меня… — Что понять?! Кэрол, мне порядком уже надоело слушать от тебя, что ты никак не можешь определиться. Это я слышу от тебя, у которой всегда и все проблемы решались за две, максимум пять минут! — Эд, если ты сейчас продолжишь со мной разговаривать в таком же тоне, я прерву этот разговор. Не нужно кричать на меня. Кэрол выключила телефон и посмотрела на Полу: — Трубку бросил. — Не удивительно. Блин, какой чувствительный! — Я тоже виновата, — Кэрол вздохнула, — тяну резину, сама не знаю почему. На свадьбу послезавтра какую-то собралась. А зачем? — Послушай, даже если это и так, он не имеет никакого права на тебя орать, слышишь? Ни-ка-ко-го! — Мы живем вместе. Мы зависимы друг от друга. Все-таки я неправильно поступаю. — Нет, вот я каждый раз поражаюсь, — Пола взмахнула руками, — как он умеет тебе за три секунды внушить такие мысли. У меня иногда ощущение, что тебе самой нравится бегать у него на поводке! — Это не так. — Я говорю, как это смотрится со стороны. Он тебя не жалеет. И сама ты себя не жалеешь, а надо бы научиться жить для себя, а не заглядывать ему в пасть. Там бездонная яма, что ни кидай — ему все мало будет. А ты у себя одна. И нужно любить себя такой, какая ты есть. Чувствуешь, что тебе нужно побыть здесь еще — будь столько, сколько посчитаешь нужным. Можешь вообще домой не возвращаться! — Это неправильно. — А что правильно? Насиловать себя правильно? Делать своими же поступками себе плохо — правильно? Кэрол, правильно — понятие относительное. А слабость — не порок. Ты можешь позволить это себе в сложившейся ситуации. И не нужно меня переубеждать или говорить, что я взбалмошная и неправильно живу. — Я и не буду. Я тебя ругаю, а сама завидую. Мне бы так уметь. — Все в твоих руках. Тебя никто и никогда не сможет заставить быть такой, какой ты быть не хочешь. — Понимаешь, я с ним вижу свое будущее. Может, ради этого стоит немного быть такой, какой он хочет меня видеть? — Если только в постели, — Пола улыбнулась. — Нет, Кэрол, тогда у тебя не будет нормальной жизни. Ты постоянно будешь играть роль примерной жены, домохозяйки, любовницы, матери. Этот театр будет бесконечным и лишь по одному щелчку его пальца. Тебе нужно было сразу расставить все точки над «i». Но даже сейчас не поздно это сделать. Дай ему понять, что твоё мнение не зависит от его прихоти. Тем более, когда его причины не обоснованы. Почему, скажи мне, он хочет, чтобы ты как можно быстрее продала этот дом? — Чтобы я скорее вернулась домой. — Зачем? — Не знаю… может быть, он хочет, чтобы я была рядом. — Что-то я не заметила от него великой поддержки или внимания в тот вечер, когда он приехал. Тебе незнакомые люди больше сочувствуют, чем этот чурбан. А сейчас он даже не спросил, как у тебя дела. Не поинтересовался, как ты себя чувствуешь. Это любовь, Кэрол? Это уважение? Связь? Так себя ведут люди, которые заботятся друг о друге и решают вскоре связать свои жизни раз и навсегда? — Пола… — Так, знаешь, что, — она глубоко вздохнула. — Я снова завелась. Сейчас мы поужинаем и будем говорить только на приятные темы. Я предлагаю обсудить Мистера Совершенство! Кэрол громко засмеялась, глядя на Полу, которая закусила нижнюю губу и сжала кулаки, показывая, насколько ей вчера ночью было хорошо.