Мой Камминг

— Почему ты тут стоишь? Дэрил начал диалог, и Кэрол, мимолетно взглянув на него, отвернулась, отчаянно ища, на чем можно сосредоточить свой взгляд. — Не знаю. Правда. Там столько людей, я… не хочу там быть. — Это из-за фотографии? — Нет, вовсе нет. Фотография очень красивая и мне очень приятно, что она висит на этой выставке. Просто, — Кэрол замолчала и улыбнулась, — ты же знаешь, я не люблю толпы незнакомых мне людей. — Как же ты работаешь? — Работа — это совершенно другое. Люди обращаются ко мне за помощью. И я им помогаю. Они не знают меня. Совсем. Кто я и чем живу. Здесь все иначе. — Почему ты до сих пор в городе? — Это допрос? — Кэрол вновь мимолетно посмотрела на Дэрила, который пялился вперед и даже не думал поворачивать голову к ней. — Мне стало интересно. Ты же вроде работаешь там. — Не работаю. Уже не работаю. — А как же твой муж? — У меня нет мужа. Должно быть, Мерл донес до тебя ложную информацию, — съязвила Кэрол. — У меня есть парень. И у него все в порядке. — Ты так и не ответила на мой вопрос. — Мне нужно немного разобраться в себе. — И как этому способствует Камминг? — Ты даже не представляешь, как. Тут так тихо, что слышно собственные мысли. — То есть уезжать ты не собираешься? — Не знаю, — честно ответила Кэрол. Она и сама не знала, что собирается делать, а что нет. В голове клубок непонятных мыслей. В сердце — непонятных желаний. Первая просит быть её осторожнее и чаще думать, второе кричит прыгнуть в омут с головой. Как в такой ситуации не сойти с ума? Кэрол закусила губу и посмотрела на Дэрила. Внутри все снова сжалось от такой близости. В мыслях до сих пор не укладывалось, что она встретила его. Они стоят рядом и разговаривают с лживой непринужденностью. Когда-то она думала, что он и на шаг её не подпустит или, в лучшем случае, проигнорирует. Но все оказалось иначе. — Так, может, ты еще и останешься тут? — Может, и останусь. Кэрол и сама не поняла, почему так ответила. Еще и плечами равнодушно пожала для пущей убедительности. Что она творит? — Я думал, что никогда тебя больше не увижу. — А хотел? Он повернулся к ней. Кэрол замерла, чувствуя, как по телу ползут мерзкие, противные мурашки. Сердце быстро заколотилось в груди. Делая огромные усилия над собой, она повернулась к нему и посмотрела в глаза. — Нет. — Ты до сих пор злишься на меня? — Если бы ты не уехала, у меня бы не было Ким. — Это не ответ на вопрос, — Кэрол нахмурила брови. — Я не знаю, как еще попросить у тебя прощения. — За что? Ты никогда не думала о том, что наша жизнь могла бы сложиться намного хуже, чем та, что есть сейчас? Она грустно улыбнулась. Думала ли она? Ну, конечно, думала! Думала столько дней и ночей, что ему, наверное, представить сложно. Думала ли она?.. Она и до сих пор не может выкинуть эти паразитические мысли из головы! Куда уж хуже? — Ты бы не добилась того, чего добилась. Ты же об этом мечтала? — продолжил он. — У меня бы не было этой работы и дочери. А еще бы не было тысячи ночей, наполненных слезами и криками в подушку. Не было бы консультаций у психотерапевта и бесконечного, сжирающего чувства вины. Не было бы дикой, до боли ощутимой тоски. Возможно, Грэйс и Джулия бы были живы, если бы не её решение! Но вместо этого Кэрол лишь вяло махнула головой: — Я рада, что у тебя есть ответы на все вопросы. Я рада, что ты смог отпустить ту ситуацию, если ты не врешь, конечно, — она нервно улыбнулась. — Мне это все так легко не далось. — Легко? — он повысил тон, и Кэрол поняла, что надавила на больную точку. — Прости, если обидела. Но ты так легко рассуждаешь. И так правильно. Я не могу так просто… я не могла забыть тебя долгие годы. В первое время я постоянно порывалась приехать назад. Бросить колледж и вернуться в город. И если бы не моя уверенность в том, что ты никогда и ни за что на свете не простишь меня, я бы так и сделала. Кэрол резко замолчала, понимая, что она наговорила сейчас столько лишнего, что сегодняшнюю ночь просидит без сна, коря себя за вспыльчивость и болтливость, но поток мыслей, выливающихся в слова, было не остановить. — Я сходила с ума от чувства вины. Я боялась, что ты с собой что-нибудь натворишь. Я боялась, что в один прекрасный день мне позвонит мама и скажет, что тебя не стало. А потом еще очень долго я пыталась бросить вредную привычку думать о тебе каждую минуту! А ты сейчас стоишь такой спокойный… — Не много ли переживаний? — Не много ли переживаний? Ты же знаешь, как тяжело мне далось то решение. — Мне всегда казалось, что не очень сложно. — Не могу поверить, что ты мне такое говоришь. — А что я должен тебе говорить? Что мне было легче поверить в то, что ты меня никогда не любила, чем в то, что ты просто уехала? Он сказал это тихо и спокойно. У Кэрол сжалось сердце и руки сами потянулись к нему. Но она тут же их опустила, сжимая легкую ткань платья замерзшими пальцами. — Мне было правда плохо, Дэрил. И, если наказание существует, то, поверь, я уже испытала его в полной мере. Мне очень жаль… — Кэрол почувствовала, что голова идет кругом. — Я не знаю, как просить у тебя извинения. Правда, не знаю. — Просто уезжай. — Это не спасение, — она старалась отвечать спокойно, хоть и не совсем понимала, почему он сказал эти слова. — И легче от этого не станет никому. Я уже один раз сбежала, не разобравшись. Больше я такой ошибки не допущу. — Так все-таки ты считаешь это ошибкой? Кэрол пристально посмотрела ему в глаза. Неужели он сам не видит, как она мучается? Неужели он никак не может понять, насколько ей тяжело? Неужели до него не доходит, что она несет этот груз пятнадцать лет и никак не может сбросить эту ношу, которая уже вросла под кожу? И никакими прощениями её оттуда не вытащить. Она до конца жизни будет помнить, что натворила и как это повлияло на их судьбы. Она до конца жизни будет осознавать, что упустила единственный шанс стать по-настоящему счастливой. — Да, — Кэрол несмело подошла к Дэрилу и дотронулась до его плеча. — Я не знаю, как долго еще пробуду в городе. Не знаю, увидимся ли мы еще. Я просто хочу, чтобы ты знал: то, что было, было настоящим. Я правда любила тебя, Дэрил. Наверное, так, как никого и никогда больше не полюблю, — она замолчала, но тут же заговорила дальше, лишь бы не слышать его ответа. — Если бы я смогла сейчас все вернуть, то никогда бы не уехала из этого города. И я очень рада, что этот разговор состоялся. Хочется верить, что после него мне наконец-то станет легче, хотя я никогда на это не надеялась. Спасибо. Она хлопнула его по плечу и, задержав там руку на несколько секунд, скинула её.  — Выставка прекрасная. Ты молодец. Кэрол быстрым шагом вышла из здания и тут же поймала такси. До дома она доехала быстро. Лишь переступив порог своей комнаты, она упала на кровать и уткнулась носом в подушку. Хотелось кричать, что-нибудь разбить, а еще пореветь. Но делать этого, она, конечно же, не стала. Пустить пару слезинок, глубоко вздохнуть, шмыгнуть носом — максимум, который она себе сегодня позволит. Провалявшись на кровати около полутора часов, Кэрол наконец смогла заставить себя сходить в душ. Теперь она знала, что чувствовал Дэрил все эти годы. Как и всегда, он был немногословен, но этого хватило, чтобы все понять и прочувствовать. Возможно, отчасти потому, что она сама испытывала что-то подобное. Он хотел её простить и не держать внутри обиду — но не мог. Он пытался отпустить всю эту ситуацию, но у него не получалось. Новая жизнь не дала желанного забвения, так же, как и ей самой. Возможно, за проблемами и заботами, с плавным течением времени, что-то притуплялось, и иногда он чувствовал, что поставил точку в этой истории, но вскоре становилось понятно, что это обман. Накинув огромный белый халат, Кэрол спустилась на кухню и, достав миску с салатом, отправилась в гостиную, надеясь немного развеяться за просмотром телевизора. Наверняка Пола сегодня будет ночевать у Мерла, и она всю ночь проведет в одиночестве. Сейчас хотелось, чтобы сон пришел как можно быстрее, но ни через час, ни через два усталости не было. Кэрол подумала о том, что ей срочно пора выходить на работу, иначе организм перейдет на ночной режим бодрствования и тогда войти в нормальный ритм ей будет сложнее. Время показывало одиннадцать вечера, когда в дверь постучали. Очень тихо, так, что она еле-еле расслышала. Запахнув полы халата и затянув покрепче пояс, она подскочила с дивана, не без опаски раздумывая над тем, кто мог к ней прийти в такое время.