Just money, no love, honey

Просыпаться под радостные крики девочек с утра должно быть самым замечательным ощущением, но как-то нет. Особенно когда прекрасные создания так далеко, что невозможность кинуть в них чем-нибудь тяжёлым расстраивает безумно сильно. Девочки из Girl’s Generation продолжают радостно выть из динамиков телефона — Чимин внезапно ощущает непонятную ненависть к агентству, что выпустило слишком крикливых певичек в люди. А ещё он испытывает почти такую же ненависть к планете Земля, которая, вот она лютая жадина, не могла оставить побольше часов на ночное время, чтобы у него была хоть малейшая возможность выспаться. Поющие птицы за окном бесят (с пением у него по утрам как-то не очень), мяукающая из-за двери кошка выводит из себя, а чёртовы айдолы продолжают орать в Чиминовы уши. К партии Джессики присоединяется мама. Её голос уж точно не гармонирует, особенно при учёте пищащих птиц и плачущего комка шерсти, которая определённо точно так же, как и Чим, хочет отрезать себе уши, чтобы освободиться от этого. Наверное, скосплеить Ван Гога будет не так плохо. Скосплеить Бетховена будет лучше. Правда, единственный, на кого он хочет походить — это Джордано Бруно, потому что «сожгите меня, я не хочу больше это терпеть». Громкость усиливается. Нервы уменьшаются. Возможность полежать ещё пять минут снижается до нуля. Нет, ну это невозможно. Крик матери из недр квартиры всё-таки заставляет проснуться совесть — приходится открыть глаза и дотянуться до телефона на полу, потому что ушное насилие должно пресекаться на корню. А Чимин ведь когда-то любил эту песню… Наверное, не стоило ставить её на будильник. И на звонок. И слушать каждый день на петле, пока добирается до университета. Теперь при слове «бейби» блевать хочется, а «джи-джи-джи» добивает остатки мозговых клеток, превращая их в тягучую лужицу, которая периодически вытекает через нос. Болеть весной — такое себе чувство, на самом деле. Он отскребает себя от постели с лёгким предчувствием скорого нервного срыва. Быть лучшим студентом сложно до ужаса. Учить до ночи, лебезить перед преподавателями и быть замечательным мальчиком с широкой улыбкой двадцать четыре часа в сутки. Быть любимым маминым сыном сложнее раз в тысячу. Нужно делать всё то же, что и для пункта «лучший студент», только при этом ещё помогать по дому и желательно завести какого-нибудь парня, а то «как же без пары, на нас уже странно смотрят». Быть омегой в принципе так себе. Просто без комментариев. Всякие гормоны, течки, отвратительное положение в обществе, стереотипы и унижение. Заверните, дайте два. Всё вместе делает жизнь просто невыносимой. А он ещё и простуду подхватил где-то. Тэхён, наверное, на хвосте принёс — у того иммунитет в последнее время какой-то слабенький совсем (как и мозги в черепной коробке). Чимину с ним вообще тяжко, между прочим, это не шутки, когда лучший друг — пидор. Но это так просто совпало. Пак сразу готов был поспорить, что тот, кто захочет с ним дружить, должен быть больным на голову. Поэтому Ким Тэхён с радостно распростёртыми объятиями взял в свой плен маленького Минни, нарекая того другом, товарищем, бро по жизни и соулмейта по странным совпадениям. В целом он отличный парень, конечно, да и сам Чимин себя адекватным бы не назвал. Просто Тэ это Тэ, этим всё сказано. Хотя более нежного существа Чим в жизни не видел. Тэхён пишет «доброе утро», скидывает тонну смайликов, что выливается ярким неоновым дерьмом в белки Чиминовых глаз, скидывает милую селку с выпяченными губками и добавляет «котик». Хуётик. Тэхён, если честно, омега больше, чем Чимин. При условии, что альфа. Но он в принципе пидор, так что Пак справедливо разрешает их розовой дружбе стать ещё более принцессочной и прекрасной. Их даже за парочку не считают, потому что сразу видно — идут два бро. А ещё потому, что Тэхён красивый до безумия, а Чимин… Чимин это Чимин. Никому, наверное, и в голову не пришло, чтобы чудо ТэТэ мог бы быть с Паком. Ещё одна нечестная штука в его жизни. Первая — необходимость просыпаться по утрам. Просто… блять. Будильник на шесть утра, потому что жить за городом для студента — та ещё морока. Можно было встать позже, но, разумеется, нужно ещё соскрести себя с постели и попытаться не умереть от своей кислой мордахи в зеркале. Отражение выглядит, как всегда, потрёпанным, светит красными от воспалений светофорами, глаза потерялись в огромных мешках — просто, мать его, красавчик. Утренний идеальный Тэхён с покрасневшим носиком и длинными ресничками бесит ещё больше. Чимин пишет ему «ты чмо» и успокаивается. Глаза постепенно открываются — новорождённый котёнок. Он мечтал, если бы жизней, которые с шести утра, было бы всего девять. Но их бесконечность. sweetae95: ты такой злой с утра 😿😖😭👽💔🙈 👀🍆💦 parkjimin69:, а ты мерзкий parkjimin69: зачем ты блять кинул мне баклажан?.. sweetae95: (⁄⁄>⁄▽⁄<⁄⁄) parkjimin69: ебобо? sweetae95: я просто так тебя люблю!!! parkjimin69: ты никогда не найдёшь себе парня. sweetae95: (╥ω╥) Но из прекрасной дружеской атмосферы нужно вернуться в холодную реальность. Чёртов будильник, чёртов универ, чёртовы птицы и девочки-айдолы из группы. Проснуться в шесть это подвиг почти — надо успеть принять душ, намазать лицо тональником, хорошенько позавтракать и попытаться не умереть от собственной самооценки, которая за все проделанные операции больно бьет по сознанию, а зеркало в этом не помогает от слова совсем. Ну, да, подростковые проблемы с кожей почему-то не прошли ни в восемнадцать, ни в двадцать, и теперь,чтобы скрыть покраснения и воспаления, приходится использовать даже не тот крутой крем, который тон выравнивает, а чуть ли не маску наносить на лицо. Ну, да, душ два раза в день, ибо потеет кто-то со скоростью света, да и ладно, что не занимается ни чем почти — чёрт с этим. А кушать хорошо, это Чимин всегда любил. Кушать, маму и учиться. Три составляющих его жизни, которые константы и никак не меняются. Добавления тоже вряд ли будут — Чимин любит стабильность. Как писали в экономическом рапорте — только стабильность может гарантировать постоянный рост. (Только вырасти из своих 175 не получается). Он, конечно, кашу в детстве кушал хорошо, но видимо, просто природа решила тут отдохнуть. А в целом он идеальный мальчик, да. Лучший в группе, в университете, почти номер один в нации — дайте Чимину за это золото, он заслужил. Чего он явно не заслужил — прыщи, немного лишнего веса и проблему с высыпаниями. Но никто не идеален, верно? Нет. Он завтракает, мило улыбается маме — послушный сынок. Он заходит в автобус и помогает старичку усадиться на место — вежливый мальчик. Он заходит в университет и низко кланяется преподавателям — замечательный студент. Он видит своего лучшего друга и тихо под нос говорит «хуй тупой». Чимин немножечко лицемер, но хочешь жить, умей вертеться — быть омегой охеренно неприятно, надо всегда улыбаться, делать вид прилежной маминой девочки, подчиняться альфам и всё-такое. Общество вроде продвинутое, но у омег всё ещё права свиней. Наверное, у тех и того больше — их, по крайней мере, за лишний вес не стебут и не издеваются. Омега должна быть красивой. Но знаете что? Нахуй красоту. Пак Чимин кандидат против всех. И пускай он не выиграет, зато хотя бы пытался. Хотя Тэхён, вот как всегда, великолепно выглядит. Чимин смотрит на свою футболку и кардиган, которые совершенно обычные и не в паетках, как у самого мужественного парня на свете (ха-ха), и думает, что как-то лихо у них всё это повернулось. Тэ плюёт на все стереотипы об альфах, а Чим об омегах. Вместе они этакие рейнджеры, которые борются с несправедливостью, но ещё больше раздражают людей. Тупой хуй разговаривает с милой омежкой, которая перед альфой стелется просто. Чимин улыбается — другу всегда везёт на ухаживания, но ах, какая жалость, не того пола ухажёры. Злорадство переполняет Пака — так ведь намного приятнее: и ты не трахаешься, и лучшему другу не перепадает. Всё мы делим пополам, как говорится. Звание двадцатилетних девственников тоже. Только Чимина просто никто не кадрит, а Тэ ждёт своего принца на белом коне. Чим нисколько не врал, когда буквы ТХ превратились в то, во что они превратились. Ему подходит. Ну серьёзно, двадцать лет мальчику, а верит в прекрасную взаимную настоящую (голубую) любовь. Чимину иногда хочется сказать, что альфам ни в жизни не сдался такой же альфа — он ведь будет не милым домашним омегой, который на задних лапках перед мужем, а равным парнёром, который если что отпор даст. Плюсом запара с сексом и невозможность зачатия. Но только Тэ это всё знает. Продолжает верить всё равно. Дурак дураком, но каждый раз когда он с мечтательным взглядом и краснеющими щеками рассказывает, как же будет хорошо встретить своего человека, у Чимина сама по себе улыбка появляется и вера в будущее друга тоже. Просто потому, что уж кто заслужил такое счастье, то только наивный малыш ТэТэ. Тэхён задумчиво вертит в руках конверт. Девочка, которая вроде бы одногруппница (но он точно не помнит), улыбается ему смущённо, а потом прячет глаза. Конверт не вскрывается (в отличие от самого Кима, которому просто в горле комком стоят все эти омежьи признания). У него настроение с утра может даже хуже, чем у Пака. Отношений с омегами не хочется, не хочется вообще ничего — разве только поесть, поспать, провести пару дней за приставкой и заткнуть (по-доброму, конечно) маму, которая уже достала ныть, что как же сыночка без пары, а он ведь такой замечательный альфа (обхохочешься просто). И не скажет же он ей: «ой, мама, я тут вообще-то немножечко гей». Тэхён очень хочет дожить до старости. (Пока что). Чимин подсаживается к унылому альфе и чувствует запах гуччи. — Ёбанный стыд, ты на себя ведро что ли выливаешь? Только на духи и работаешь? Тэ закатывает глаза и показывает язык. Даже строя тупые рожи, тот такой милый на самом деле. Чим бы хотел поменяться — он бы отдал всю свою «омежесть», не задумываясь, а Тэхён, скорее всего, обменял свой узел на текущую задницу. Не срослось у них как-то. Природа ошиблась, может. Кто теперь узнает. — Зато ты пахнешь очень приятненько… Дай угадаю, мамины утренние поцелуи, нестираная футболка и детская присыпка для твоей сладенькой…? — Пошёл в жопу. — С радостью, рыбонька, — Тэ посылает ему воздушный поцелуй, подмигивает и улыбается во весь рот. Свой огромный рот. Чимин интересуется, сколько бы членов туда влезло. Тэхён больно бьёт его по плечу и ржёт. Он пока не проверял, но как выяснит, то обязательно оповестит. Чимин прикрывает глаза. Дружеская тёплая атмосфера. То, что надо вообще. Время начала пары. Все встают, приветствуя преподавателя. Тот просит Чимина отметить присутствующих, поэтому приходится покинуть прекрасного Тэхёна, оставив его на растерзание омежек из группы. Так ему и надо, придурку. Нечего из себя строить невесть что. Гуччи, ага. Вроде деревенский мальчик, а аппетиты как у элитной дорогой сучки. Чимин помнит его ещё дурачком с чёрным вихром на голове, плохими зубами и присутствием мерзкого диалекта. Иногда кажется, что тот до сих пор не понимает нихрена. Зато нашёл работу себе с чего-то вдруг. Секретарь в компании международной, при условии что у Тэ уровень английского на уровне «cat-dog». Очарованием взял, наверное. Он почти всё им берёт. Даже Чиминову дружбу когда-то. Ну невозможно же отказать, когда маленькое чудо (юдо) подходит с яркой улыбкой, протягивает конфету и щебечет что-то на непонятном языке, а потом берет мягко за руку и делится всеми игрушками, которые у него есть, забирая в ответ сердце, душу и ещё нервов немножечко. То, что тогда маленький Пак заключил сделку с дьяволом, он понял только в средней школе. Но уже было поздно. Чимин удаляется забрать журнал, а Ким печальными глазками провожает спину своего друга. Паку всегда доставляло, что как бы они с Тэ друг друга не оскорбляли, никогда не могли перестать так сильно любить. Тэхён правда его лучший друг — понимающий, добрый, милый, тактильный и по-детски наивный. Самый лучший в мире. Безграничная поддержка и море любви, дружеские шутки и братская забота. Когда Пак возвращается на место, Тэ ныряет под его руку и кладёт голову на плечо. Шепчет «я соскучился» и начинает втягивать Чиминов запах. Он его всегда успокаивал. Чимин чувствует лаванду на тэхёновых пепельных волосах и закрывает глаза. Он всегда любил лаванду. В ней нотки нового года, потому что, особенно когда альфа сердится или возбуждён, от него терпко и горько пахнет еловыми ветками. А Тэхён ощущает, как рядом расцветают ярко-жёлтые тюльпаны, переливаясь с пыльцы до сладкого цитруса. Цветочные мальчики, даже тут сошлись. Разница лишь в послевкусии. На логике и теории аргументации Чимин отвечает, зарабатывает уважение преподавателя и отличную оценку. Тэхён ловит мух, получает новые конвертики и предложение провести течку от милого мальчика, с которым они вместе ходят в группу английского. Кто выиграл непонятно. Чимин иногда немного жалеет, что изысканность альфы не передаётся по воздушно-капельному, может, и он тогда бы стал эффектным красавчиком? Мечты, мечты. Хотя Тэ говорит, что он красивый. Часто любуется, гладит взъерошенные крашеные волосы, гладит большими пальцами пухлые щёки, иногда даже целует маленькие Чиминовы ручки (но это по праздникам, и когда у них обоих хорошее настроение). Просто, наверное, чтобы в Чимина влюбиться, надо его хорошо узнать. Ну, это он так думает. А Тэхён говорит, что просто нужно оторвать голову от занятий и увидеть, что в реальности на него много кто смотрит, только уверены все, что кроме зубрёжки и учебников ему не надо ничего. Ему и не надо, в общем-то. Просто накатывает иногда, когда вот весна, и хочется любви и нежности, а у него хуй с маслом. Даже хуя и нет. Даже масла (потому что мама сидит на какой-то крутой диете, и теперь в доме кроме овощей и фруктов ничего). У Тэхёна любви и внимания всегда хватало. Омежьего. Девчонки и мальчишки (а также их родители) пачками кидаются в ноги, на самом деле, за ним даже довольно зрелые омеги пытались ухлёстывать. Но он у них как Снежная Королева всего университета — красота и ледяное сердце. Не разобьёшь никак, а растопить и не выйдет. Тот отказывает парню, смотрит, как бедный мальчишка пытается принять это, почти слышит в его голосе проявляющиеся слёзы. Но он, наверное, даже не сможет что-то сделать с омегой в течку. Если у него и встанет, то вряд ли дело продолжится. Скорее всего, он заплачет и вызовет скорую. Тэхён у них та ещё драма квин со своими заёбами. Дай Чимину сил с этим всем справится. Пак чихает, когда на праве объявляют списки студентов, получивших стажировку. Пак Чимин — первый, направлен в Министерство Юстиции. Вау. Просто он даже не надеялся на такое, думал, что все места там будут раздарены деткам всяких крутых шишек, которые у них учатся, но сейчас, надо же, всех распределили честно и объективно. Специализация — судебная защита. Только подумать, он познакомится во всеми этими людьми, которые осуществляют безумно важную роль в их стране. Может, ему даже доверят своё дело! Он уже ждёт, когда сможет приступить к своим обязанностям. Мистеру Ким Тэхёну волноваться о стажировке не стоило, его компания почему-то вдруг решила пойти на помощь студенту и подписать все документы, чтобы его работа засчитывалась за практику. Вот только деньги ему платить не перестали. Чимин уже думает, что-либо у Тэ там связи какие-то, либо он со своим начальником спит. Хотя и то и другое по сути бред — у Кима в Сеуле вообще никого, из крутых родственников только дедушка-фермер в Тэгу, а Ким Сокджин, начальник Тэ, альфа альфой, да и старше намного. Сколько там у них разница? Десять, пятнадцать лет? В любом случае, Чимин уверен, что Сокджин, как и все вокруг малыша Тэ, попал под очарование и теперь жалеет бедного мальчика, вот и решил помочь по доброте душевной. Чим ещё представляет себе этого Ким Сокджина как старого лысеющего дядечку с пузом, тремя детьми и мужем, который ждёт работящего альфу дома. Пирожки, памперсы, идиллия. Он его на самом деле не видел никогда, а Тэхён, партизан, про него никогда ничего не рассказывает. Только «опять завалил работой», «мне нужно сегодня сидеть допоздна и разбирать чёртовы документы». Но при этом без жалоб и криков на босса. Наверное, и Тэ понимает, что очень многому обязан страшему. Хотя бы тому, что взял на работу третьекурсника без опыта. Но Чимин-то, Чимин! Он пойдет в Министерство! Будет ходить в своем темно-синем костюме и раздавать юридические советы. Вот это просто его мечта! Он скорее хочет домой, чтобы сказать маме и отцу, чтобы они быстрее начали им гордиться! На обеденном перерыве Чимин кушает рис с говядиной, а Тэ уминает салатик. Всего лишь салатик, потому что кто-то умудряется жрать почти на каждой паре, а потом, с умилённой грязной моськой, извиняться перед преподавателями, которые не могут не простить человека с запачканным носиком и слезящимися глазками. Актёришка сраный. И бочка бездонная. Как в него влезает всё? И при этом умудряется ещё не толстеть. Ким Тэхён официально признаётся жителем какой-то другой планеты, ну или хотя бы Чиминовым ангелом, потому что друг прыгает и радуется за него даже, наверное, больше, чем сам Пак. — Ты после этой стажировки сразу сможешь работу крутую найти! Это же так круто, Чимин-ни! Ты заслужил, блин, самого лучшего места! Я бы ругался, если бы ты не получил его, — Тэ засовывает рукколу в рот, жует, как козлёночек и блеет во весь голос. Ну мало ли кто в универе ещё не знает про самого чудесного студента Пак Чимина. Тот смеется, краснеет немного, потому что похвала от альфы льётся рекой, а сладкий запах лаванды слышится намного отчётливее. Тэхён, значит, очень за него рад. Приятно. Весь ланч проходит в какой-то эйфории. Улыбка остаётся на Чиминовом лице на постоянное место жительство, а переполняющее счастье отказывается сдавать комнату кому-то ещё. Например, здравому смыслу. Поэтому он забывает в столовой сумку, а потом, на паре, не отвечает на вопросы преподавателя, а только смотрит в окно на светящееся солнце и думает, что, возможно, сегодня утром он погорячился, ведь день-то оказался намного лучше всех ожиданий. Ещё две пары и всё. Ещё пара часов и Тэхён пойдёт на работу. Ещё пара часов и Чимин побежит домой обрадовать родителей. Через пару часов Чимин стоит на пороге кухни и не знает, что делать. У отца на столе подписанный контракт. У матери мечтательное лицо, хоть в нём и находятся немного жалости и сожаления. «Прости, дорогой, но ведь ты сам знаешь, как нам тяжело сейчас». «Ты же понимаешь, что мы просто хотим, чтобы ты жил лучшей жизнью». «Он очень хороший альфа, мы бы не стали делать этого, если бы господин Мин не заверил нас»… У отца на столе контракт. Там нет пункта, что Чимина продали. Почему-то. Хотя по сути должен быть. Интересно, за сколько его купили? Сколько вообще стоит подарить омегу по современным меркам? Не стадо коров и мешки зерна, а что-то другое, соизмеряется в деньгах или… в престиже. Смотря на счастливого отца, у которого на столе подписанный трудовой контракт, ответ находится сам. — Эта стажировка, она поможет вам сблизиться, господин Мин также обещал твоему отцу должность в… — мать видит пустые глаза сына и не продолжает. Чимин хмыкает. Он заслужил, да? Кто вообще такое заслужить может. Он знал, конечно, слышал все эти истории про браки, которые заключают по расчёту, видел передачи про выданных насильно омег и думал, что хуже этого не может быть ничего. Кроме, разве что предательства семьи. А ещё непонятно, с чего вдруг Пак Чимин, у которого ни компании, ни денег, ни внешности, с чего вдруг его да самому сыну Генерерального прокурора Мина, блять, Юнги? — Его отец сказал, что хотел бы видеть в семье умного омегу, который сможет справиться с делами, но также будет… соответствовать некоторым критериям, — отец будто понимает, почему Чим смотрит так вопросительно. — Критерии? — голос хриплый, больной. И это, наверное, не простуда виновата. — Там их много, но главными были скромность, вежливость, почтение и невинность. Чимин закрывает глаза. Непородистую шавку купили только за то, что та не кусала ласкающую руку хозяина. Отвратительно. Безумно отвратительно и до ужаса плохо. Перед глазами пульсирующие желтые огоньки, в груди стучит, а в голове отдаётся сердцебиение. Он чувствует, что на него вылили помои, а потом наказали ходить так всегда. Они оценивали омег как вещи. Отбирали тех, кто подходил, и, наверняка, осуждали тех, кто не подошёл. Кто дал им власть, чтобы так делать? Кто, мать их, дал право на то, чтобы распоряжаться чужими телами и жизнями? Негодование растёт с каждой минутой. Он смотрит на мать и больше не видит в ней ничего материнского. Он смотрит на отца и видит жалкого человека, который не может больше стараться, чтобы добиться повышения самостоятельно. Он смотрит на свою семью и понимает, что как бы не хотел, как бы он не старался, никогда больше не посмотрит на них так как утром. Девочки из Girl’s Generation уже с шести дали ему понять, что стоит сбежать из дома, города, из страны даже. Они предупредили, что день будет не очень, но тот поверил во внезапно подвернувшуюся удачу. Чёрт. Чимин разворачивается, уходит в комнату, слышит «ему просто нужно время», но ему не надо. Он собирает свои вещи, складывает одежду в чемодан, берёт рюкзак и ноутбук и просто выходит из дома, где два его официальных хозяина продали его за кусок бумажки другому рабовладельцу. Двадцать первый век начинается странно. У него простуда, а на улице март. У него нет сил, но борьба только началась. Он оставил дома любимую кошку, а ещё своё сердце, которое так больно разбилось о родительское предательство. Он пролетает несколько кварталов в один миг, но успевает много раз подумать над ситуацией. Тэхён в растянутой майке, какой-то грустный и с засосами на смуглой шее, открывает дверь в непонятках. Смотрит на влажные глаза Чимина, который открывает рот, но вместо слов выходит только плач. Он подхватывает его, почти держит в крепких руках, а Чимин зарывается носом в тёплую шею и вдыхает любимый запах лаванды и ели. Тэ укачивает его, целует невесомо в макушку, ногами выпинывает чемодан в квартиру, а рюкзак с плечей осторожно снимает и кидает куда-то на пол. Мин коалой виснет на друге и рыдает тому в плечо, у Тэхёна разодранная почти в кровь шея и искусанные губы. От Тэхёна пахнет не только лавандовыми ёлками, но ещё почему-то чистотой и горьким шоколадом. Сочетание странное, никак не вяжется с его собственным запахом и от этого у Чима просыпается обеспокоенность. Они стоят так ещё пару минут, а потом Тэ тихо предлагает чай и пирожные. С кухни доносится тот аромат шоколада и только что постиранных вещей, а на столе много пирожных, которые явно делались своими руками. На кухне у Тэхёна пахнет кем-то, а ещё пахнет злостью и горечью. От самого Чимина пахнет страхом и обречённостью. И злостью тоже. Злость - это то, что у них всегда общее. Тэхён большими пальцами вытирает Чиминовы слёзы с щёк и пытается улыбнуться. Не выходит совсем. Им много нужно друг другу рассказать.