for victory/love?

      Чон смотрит на фотографии, которые достал из конверта. На них было запечатлено, как Тэхен заходит в какое-то ноунеймовское заведение, следующие фотки и вовсе показывают Тэхена в непристойном виде, сидящем на неизвестном человеке.       — И ч-что это значит? — юноша рассматривает фотографии, поднимая брови.       — Это то, что может… — директор самодовольно улыбнулся.       — Я уже видел эти фотографии. Скажу еще больше, я там был. Если присмотреться, я стою возле бара, вон там, — показывает пальцем на фотографию, директор ошеломленно смотрит на нее. — Чем вы хотели меня удивить? Вот именно… Ничем. Вы меня не остановите, если я не хочу участвовать, вы не в праве меня переубеждать. Это мое решение.       — Не думаешь, что эти фотографии навредят твоей репутации?       — Даже если и моей репутации… мне похую, честно. Я собираюсь уходить из публичной жизни, начать жить, как обычный человек. Не подчиняться каким-то долбаебам, которые ради денег готовы на все. Это не для меня. Если вы начнете нагонять на меня и Тэхена — я сделаю все, чтобы испортить эту компанию. Спасибо вам за мою популярность, прям от чистого сердца, — сделал вид, что поклонился. — А конкурс… Он мне не сдался. Насчет фотографий… Вы бы еще позже мне показали, я бы тогда точно удивился, почему у вас такие заторможенные нетизены. До свидания, надеюсь, мы больше не увидимся.       — Угроза на угрозу?       — Так и есть, — парень издал небольшой смешок и вышел из кабинета, оставив бывшего главного наедине со своими мыслями.

۞۞۞

      Тэхен стоял на кухне у Чонгука и готовил обед. Он знал, что второй пойдет к директору, чтобы сказать все на чистоту. Несмотря на запреты компании, родителей. Он все равно с Чоном. У него дома.       Тэ жарил картошечку с грибами, когда Гук вернулся. Ким ничего не слышал, ведь он стоял в наушниках, подпевая какую-то песню и мешая лопаткой еду. Чон, разуваясь, слышит, как поет Тэ. Пронзительно и красиво. «Отхватил вишенку на торте.» Он тихо проходит на кухню и резко обнимает сзади, пугая.       — О-ой… — Тэ дергается и бросает лопатку на пол. — Не надо меня так пугать…       Чон молчит и сильно обнимает возлюбленного сзади.       — Не сжимай меня так сильно…       — Не делай это, не делай то, что ты вообще хочешь? — Чон отстраняется от Кима и идет к столу.       — Ты что, обиделся? — юноша быстро поднял лопатку, убавил огонь и подошел к Гуку. — Ну я же готовил, а ты так резко подходишь и пугаешь…       — Мог бы подобрать и другие слова… — сделал обиженное лицо.       — Пожалуйста, не обижайся… Что ты хочешь, чтобы я сделал? — Тэхен опускается на коленки и внимательно смотрит на второго. Чон молча и безразлично глядит на него.       — Ты похож на щеночка, — расплывается в ехидной улыбке. — Хорошо же я играю, да? Даже мой бывший босс поверил. Зачем ты готовишь сам? — морщит брови.       — Я люблю готовить… — протяжная пауза. — Чонгук-ши, я думал, ты серьезно.       — Но ты меня обидел. Ты мне должен… сделать что-нибудь приятное, — притягивает Кима к себе, тот усаживается на бедра Гука.       — Уже на второй день?! Не думаешь, что это слишком рано? — глаза бегают из стороны в сторону.       — Я имел ввиду покушать, хах, а ты о чем? — дыхательные движения становятся частыми и глубокими.       — А-а… — Тэ смущается и, опустив голову, украдкой посматривает на «источник смущения». Дыхательные движения мгновенно становятся частыми.       — И если говорить об этом, то я намекал с самого начала нашего знакомства, — взгляд Чона направлен не прямо в глаза второго, а ниже лица. Тот начинает елозиться.       — Только пошлятина из тебя и прет, — хочет встать, но не дают. — Отстань, я пошел делами заниматься!       — Думаешь, в моем доме нет придворных?       — Есть, только я хотел… — Чон приблизился к лицу Тэхена так близко, что у того глаза расширились и округлились одновременно, щеки заполнились алым румянцем. Гук смотрит на него, даже не моргая, тем самым вызывает у Кима смятение, пульс учащается, а дыхание становится с перебоями.

۞۞۞