Шут, Император и Повешенный

      «Это был сон…»       — Гермиона! — позвал меня громкий мужской голос. В колени впивались какие-то ветки, и я поняла, что стою на них. Голова раскачивалась из стороны в сторону — чьи-то руки трясли меня и колотили по плечам.       — Люциус!.. Хватит! Разве ты не видишь?.. Её глаза! — воскликнул позади мужчины женский голос. Сумбурное движение прекратилось, и я заморгала, восстанавливая зрение.       — Мистер Малфой?       — Слава Мерлину, мисс Грейнджер, мы уже подумали… — сбивчиво проговорил Люциус Малфой, ослабляя хватку на моих плечах. Он легко поднял меня на ноги, и я увидела, что прямо за его спиной стоит Нарцисса с фонарём в поднятой руке.       — Ты не ранена, Гермиона? — спросила она. И тогда я разглядела в свете фонаря, что её лицо вымазано в чём-то на подобии сажи, а на щеках — бледные мокрые дорожки, должно быть, оставленные слезами. Я замерла в недоумении, и посмотрела на мистера Малфоя, который, наконец, отпустил меня и сделал шаг назад. Его лицо тоже было перепачкано, но место слёз занимала запёкшаяся кровь, стекавшая вниз с левого виска. От изодранной одежды шёл слабый запах палёной шерсти.       — Где я? — выдохнула я, понимая, что грязна не меньше их, но не от копоти, а от обычной земли. Мои руки были в грязи, два ногтя обломаны до крови. Под рваным подолом юбки я разглядела собственные босые ступни, разбитые и покрытые грязью. В волосах чувствовалось что-то постороннее: листья, сучки, какой-то сор. Рубашка порвалась в нескольких местах, её левый рукав наполовину отошёл от шва и болтался на плече.       За моей спиной возвышались деревья, за Малфоями же простиралось бесконечное поле. Однако, когда я посмотрела направо, то увидела оранжевое зарево далеко на тёмном горизонте. Пугая, где-то рядом внезапно заржали лошади. Я увидела, что их всего две и они, снабжённые только поводьями, привязаны к дереву неподалёку.       — Что из последнего вы помните, мисс Грейнджер?       Я открыла рот, чтобы ответить Люциусу, но не издала ни звука. Мой взгляд вновь был устремлён на оранжевое зарево. Я вспомнила Северуса.       «Да, именно Северус вывел меня из сна… Из моего собственного Кносского дворца. А до этого…»       — Как заснула в доме конюха… Мерлин… Где тогда Малфой?       Люциус посмотрел на жену, и моё сердце подскочило к горлу.       — Что случилось?! Где мы? Что за?!.. — воскликнула я, сжимая грязные ладони в кулаки.       Нарцисса, с трудом сдерживая рыдания, передала фонарь Люциусу. Она ступила ко мне и обняла. Её ладонь легла мне на затылок, и я ответила на объятие, но лишь одной рукой, продолжая смотреть на Люциуса, требуя ответа на свои вопросы.       — На поместье напали, — твёрдо произнёс он. Я нахмурилась, ощущая ладонью, как дрожит спина Нарциссы.       — Зарево, что Вы видите, — его горящие останки.       — Но как? — неверяще прошептала я. Люциус отвел взгляд и, глядя на скрытые во тьме верхушки окружавших нас деревьев, заговорил:       — Поттеру каким-то образом удалось организовать группу, чтобы выступить против нас. Это всё что мне известно. На нас напали, я насчитал не менее пятнадцати колдунов и ведьм. Не знаю, как им удалось преодолеть чары, но поместье загорелось в считанные минуты…       Нарцисса вновь всхлипнула и отстранилась, чтобы взять мои ладони в свои.       — Всё началось в подземельях. Это было пламя, не реагировавшее ни на какие магические средства тушения. Поначалу оно распространялось медленно, что позволило группе войти в поместье и начать прочесывать первый и второй этажи…       Моё дыхание замерло, горло сдавило в тисках.       — Когда они добрались до третьего этажа огонь практически перекрыл им пути отхода. Мы пытались связаться с Министерством, но камины были заблокированы. Аппарация, создание порт-ключа, эльфы… Ничего не сработало. Нам оставалось только дать бой, — голос Люциуса был хриплым. Тем не менее, мужчина высоко держал голову.       — Мы убили почти половину из них, — прошептала Нарцисса. — Домовики вытаскивали их тела из поместья. Многие эльфы гибли, когда пытались сдержать пламя своей магией…       С каждым словом в её голосе становилось всё больше горечи. Меня же начало мелко потряхивать от мысли о том, что в эту минуту Гарри, возможно, уже открыл гоблинский сейф, найденный в ванной комнате, и добрался до Маховиков Времени.       — А Малфой? — спросила я моментально севшим от страха голосом. В пересохшем горле горело, мои ноги были готовы подогнуться в любой момент.       — Мы не знаем, — тяжело вздохнул Люциус. — Он был там, сражался с нами бок о бок, пытался снять блок хотя бы с одного камина, чтобы сообщить о нападении. Нарцисса была рядом с ним на втором этаже, когда рухнул потолок…       — Он оттолкнул меня прочь, и я… Уже не смогла добраться до него… Нарцисса говорила всё тише, но интонации в её голосе кричали. У меня задрожали губы.       — Драко успел сказать нам, что Вы были в его доме. Когда мы бежали через сады, то заметили вдалеке двоих отделившихся от группы. Они намеревались поджечь конюшни. Мы справились, но Вас внутри дома не обнаружили. Те что выжили, бросились за нами в погоню, так что мы едва успели взять себе лошадей. На конюшню им было плевать, они преследовали нас… Думаю, что на мётлах. Мы решили срезать путь через лес. Он — самая древняя защита нашего рода. Кроме того, это естественное укрытие.       Люциус Малфой замолчал.       — Чудо, что мы обнаружили тебя здесь. Ты просто стояла на коленях. Люциус никак не мог до тебя докричаться, и… Ударил, — прошептала Нарцисса, бросая негодующий взгляд на мужа. Я стиснула зубы. Значит, удар принадлежал не Северусу… Впрочем, на Люциуса я не держала зла.       — Они… Ушли?       Нарцисса взглянула на мужа.       — Мы считаем, что да, — тихо ответил Люциус, оборачиваясь к зареву на горизонте. Черты его лица исказились, повинуясь гневу и печали. — Но мы не будем рисковать, проверяя это. Мы не уверены, но, кажется, не поместье было их главной целью.       Я опустила взгляд на темневшую кругом землю.       — Это были наши с вами жизни, мисс Грейнджер… Жизни всех нас.       «Дело не только в наших жизнях… Они приходили за Маховиками».       — Что же нам теперь делать? — спросила я, рискнув взглянуть на Люциуса, который внимательно изучал мою реакцию на его предыдущие слова.       — Углубимся в лес, насколько сможем. Будем блуждать до рассвета, а потом выедем.       Мне удалось медленно кивнуть, только когда Нарцисса сжала мою ладонь. Вскоре я уже сидела позади Люциуса. Его конь — крепкий арабский жеребец — мог нести больше одного всадника. Серая в пятнах лошадка Нарциссы на вид была куда более лёгкой.       Мимо проносились деревья, и я мёртвой хваткой держалась за Люциуса. Фонарь погас, только бледная луна да свет звёзд подсвечивали тропы между огромными белыми стволами древних деревьев.       Не знаю как долго мы ехали. Зарево от догоравшего поместья осталось далеко позади и теперь было едва заметно. Мы остановились у ручья, пробегавшего в глубине леса, наконец набравшись смелости, чтобы передохнуть.       Люциус что-то рассказывал мне о поместье: что оно горело всего дважды — первый раз в четырнадцатом веке, а второй — на его глазах…       — Большая часть обстановки защищена от огня. Только Адское пламя могло уничтожить книги, портреты и наши семейные реликвии, спрятанные в тайниках внутри стен…       Нарцисса сидела рядом с мужем, прямо на камне у самой кромки воды. Женщина спала в объятиях своего супруга, склонив голову ему на плечо. Даже во сне её лицо выглядело тревожным.       Я присела по другую сторону, чтобы пригоршней ледяной воды смыть грязь с рук и лица. А затем, недолго думая, опустила израненные ступни прямиком в ручей. Боль немного притупилась от холода. Тогда я наложила исцеляющее, а следом и согревающее заклинание на свои ноги при помощи палочки из грецкого ореха.       В предрассветной дымке я заметила, что Люциус обратил внимание на мою палочку. Он выразительно приподнял бровь, но ничего не сказал. Впрочем, он обязательно спросит об этом позднее.       «Хорошо, что я не додумалась воспользоваться Бузинной палочкой при нём».       — Вы говорили о том, что это сделал Гарри… Вы видели его?       — Цисси видела. Сказала, что он появился в фойе, но сразу исчез, как только началась схватка.       — Вы узнали кого-нибудь?       Люциус прикрыл глаза и посмотрел на воду.       — Да, некоторых. Я не могу назвать Вам конкретных имён, но очевидно, что все эти люди были… Когда-то так или иначе использованы мной, уничтожены в финансовом плане. Они с радостью восприняли бы новость о том, что нашу семью отдали дементорам, когда только-только закончилась Война. Каюсь, угрозы и вымогательства были большой ошибкой с моей стороны. И я честно трудился над всяческим исправлением последствий в последние годы, но… Я даже представить себе не мог, что эти… «Последствия» сами найдут меня.       Я со вздохом подтянула ноги в то, что осталось от подола моей юбки.       — Думаю, что кое-кто из нападавших, может оказаться участником террористической группировки с далёкого севера. По крайней мере, одно лицо мне показалось знакомым, я уже видел его однажды, в «Пророке».       Я прищурилась, вспоминая как Парвати говорила мне о «террористах». Но мне по-прежнему трудно было вникнуть в то, что происходило за пределами моего маленького мирка…       «Если Гарри каким-то образом удалось собрать последователей… Он всё больше и больше становится похожим на Волан-де-Морта».       Безнадёжность… Вот, что я чувствовала, сидя рядом с мистером и миссис Малфой, прячась в лесу до тех пор, пока не стало достаточно светло, чтобы можно было вернуться на руины их дома. Возможно, Маховики уже были в руках Гарри, а Мантия невидимости стала просто кучей пепла.       И Малфой… Малфой…       «Малфой, которого я поцеловала… Малфой, которого я так сильно желала совсем недавно…»       Он не мог умереть. Я не могла дальше существовать без него.       

Х Х Х

             Выглянуло солнце. День показался мне таким же прекрасным, как и предыдущий, когда мы покинули сень деревьев и выехали на зады конюшни. Но пение птиц, тёплый ветерок и высокое синее небо не могли перебить запах дыма и гари, идущий со стороны поместья.       Мы остановились возле самого крайнего стойла. Я осторожно опустилась на землю, совсем рядом с телами двух незнакомых мужчин. Нарцисса осталась верхом на лошади, лишь немного ослабила верёвку, которую использовала как поводья. Кобыла деловито обнюхала землю вокруг и принялась мирно щипать траву.       Люциус ловко спрыгнул со своего араба и, придерживая поводья, тоже подошёл к телам. Двое мужчин лежали рядом. Под плотными дорожными мантиями на них была обычная неприметная одежда. Но моё внимание привлекли нашивки на подкладке их мантий. Грубые и неумелые стежки изображали белый щит геральдической формы и тёмно-алые буквы на нём.

«W.A.T.C.H.»

      Похоже, что это была аббревиатура какой-то организации, раз уж нашивки были у обоих.       Близлежащему мужчине было примерно столько же лет, сколько и мне. Его лицо не показалось мне знакомым. Второй казался старше, седина уже тронула виски. Но он также не был мне знаком. Судя по их позам, это было Убивающее проклятье. Следы поджога на стенах конюшни, говорили об их попытках превратить в пепел здание справа от меня.       — Узнали кого-нибудь? — спросил Люциус.       Я отрицательно покачала головой.       — Что такое «W.A.T.C.H.»*?       — Я не до конца уверен, но вероятно это «Волшебники (или ведьмы) Против Тирании, Коррупции и…» — Люциус вздохнул. — Чего-то что начинается с буквы «h». Возможно «Высокомерия» или «Властного произвола». Или что-то в этом роде.       Я нахмурилась, вглядываясь в лица незнакомцев.       — Линчеватели? **       — Да. Линчеватели ставшие «террористами». Их атакам подвергаются не только реабилитированные Пожиратели смерти или бывшие коррумпированные чиновники, но и невиновные волшебники. В Глазго случилось подобное нападение…       — Да, я слышала. «W.A.T.C.H.» взяли на себя ответственность за это?       Люциус кивнул и оглянулся в поисках Нарциссы. Её лошадь свободно блуждала в поисках травы, а сама миссис Малфой продолжала наблюдать за нами на расстоянии.       — Нам с Цисси необходимо подняться в дом. Попробуем здешний камин…       — Постойте, — нерешительно произнесла я, при этом протягивая руку в требовательном жесте.       Люциус обернулся и внимательно посмотрел на меня сверху вниз.       — Прежде чем сообщить в Министерство… Нам следует обыскать поместье. Мне нужно найти… — начала я, но умолкла. Взгляд снова упал на трупы.       — Я прекрасно понимаю, что Вы имеете в виду, мисс Грейнджер.       Я нахмурилась и посмотрела на Люциуса, только за тем, чтобы увидеть на его лице подтверждение. Он усмехался… И это потрясало меня.       — Есть кое-что, что стоит сделать в поместье до прибытия Министерства. Необходимо переместить некоторые реликвии…       Его слова, как ни странно, немного снизили градус моих нравственных терзаний. Люциус Малфой определенно не был хранителем какого бы то ни было доверия. Но несмотря на это он был исключительно проницателен.       «Слизеринцы…»       Мистер Малфой вновь взял меня с собой, и мы поехали в сторону поместья. Верхом мы быстро пересекли поле и дендрарий. Лошади остановились прямо у входа на кухню.       В небольшом дворике кипела работа. Несколько эльфов размещали подальше от клумб и грядок тела убитых нападавших. Их было ещё как минимум восемь.       Сама кухня оказалась нетронутой, в отличие от поместья. Здание будто было рассечено пополам. Там где раньше были фойе и центральные комнаты теперь зиял огромный провал. Тонкие струйки дыма тут и там уходили в безоблачное небо. Дальние комнаты в крыльях поместья уцелели. Казалось пламя по какой-то причине ограничилось только центром огромного здания.       Я соскользнула с тёплого лошадиного крупа на траву и подошла к телам. Нарцисса и Люциус остались позади. Хозяин поместья отдавал какие-то указания одному из эльфов, тогда как его жена просто застыла на месте.       Ощущая собственное сердцебиение, я взяла её за руку. Мы вместе двинулись вдоль ряда тел, вглядываясь в мёртвые лица.       — Это Обри Куинн… — тихо сказала Нарцисса, указывая на молодого мужчину лежащего в середине. Каштановые волосы, глаза на изящном лице закрыты. По всему было ясно, что он получил Убивающее проклятье. — Это было давно. В былые времена Люциус угрожал его семье, чтобы те поддержали в суде его ходатайство… Два года назад он отплатил Куиннам. Устроил Обри клерком при судах низшей инстанции. Обри был лордом Куинном, единственным наследником… И не очень дальновидным человеком. Куинны из мелких дворян, разорившихся…       Нарцисса замолчала, и мы двинулись дальше. Она называла ещё имена, которые ни о чём мне не говорили. Однако в конце ряда, одно из трёх тел принадлежало волшебнице… Волшебнице, которую я знала когда-то.       — Это же Чжоу Чанг… — прошептала я, чувствуя как дрожь пробежала по всему телу.       Её некогда прекрасные чёрные волосы были частично уничтожены огнём, правое ухо отсутствовало. Причиной очевидно тоже стал огонь, но все эти повреждения ведьма получила уже после смерти. Картина была такая же как и в предыдущих случаях. Убивающее проклятье.       Я не видела Чжоу много лет, с самой Последней Битвы. Казалось, что она просто решила вести обычную незаметную жизнь после событий Войны. Как и многие другие она исчезла для меня, став лишь воспоминанием. Но я почему-то была уверена, что смерть Седрика и неудача с Гарри ожесточили характер Чжоу. Сложно было вообразить, что могло толкнуть её примкнуть к террористической организации… И это почему-то не шокировало меня, как должно было.       — Её мать ведь до сих пор работает в Министерстве… Мерлин милостивый!.. Но знала ли Лин?       Я только покачала головой. Мне мало что было известно об этой девушке. А в последние годы и того меньше.       На тот момент было десять трупов, всего. И я подумала, может ли это число пополниться за счёт тех, кто ещё оставался лежать среди обгоревших обломков внутри поместья.       Нарцисса и я вернулись к Люциусу. Мужчина стоял опустившись на одно колено, и о чём-то говорил с единственным эльфом, имя которого мне было известно. Это был Сквик.       Заметив нас, Люциус выпрямился и сказал:       — В поместье больше нет тел.       Нарцисса упала в обморок, но я успела подхватить её в миг ставшее безвольным тело. Люциус бросился вперёд и поднял жену на ноги. Мне пришлось отступить, моя поддержка была значительно слабее. Но я успела расслышать, как Нарцисса совсем тихо прошептала сквозь слёзы:       — Драко?..       Я обратила взгляд на Люциуса.       — Эльфы не нашли его…       Надежда… Такая малость, но всё же…       Я почувствовала, как начинают дрожать губы, и прикрыла рот тыльной стороной ладони.       — Мисс Грейнджер. Сквик проводит Вас внутрь. Я последую за вами через несколько минут.       Кивнув, я обратила внимание на щуплого домовика, ждавшего поблизости. Наши взгляды встретились, и тогда я заметила, что эльф буквально вне себя, но не от страха или шока — его переполнял гнев. И гнев этот был направлен не на меня, а на тела волшебников за моей спиной.       — Пусть мисс держит Сквика за руку, — торопливо проговорило существо. Характерные писклявые ноты отсутствовали в его голосе.       Я повторно кивнула и наклонилась, чтобы коснуться длинных пальцев маленькой лапки эльфа. А в следующее мгновение мы с хлопком появились в холле поместья, прямо перед входной дверью.       Я ахнула, судорожно хватая губами воздух в попытке отдышаться. Эльфы перемещались слишком быстро и внезапно для волшебника, из лёгких будто выдавили весь воздух разом. Сам домовик тоже выглядел неважно, и я подумала, осталось ли хоть что-то от прежней магической ауры поместья, с которой как известно домовики были напрямую связаны.       Отпустив лапу Сквика, я выпрямилась и огляделась, не до конца уверенная, что увиденное будет напоминать хоть что-то отдалённо знакомое.       Часть пола исчезла вместе с мраморным покрытием. Очевидно, пол провалился прямиком в подвалы. Сама я никогда не была в подземелье Малфой-мэнора, но в памяти всплывали рассказы Гарри и Рона об их пребывании там.       Из ямы шёл дым, наполненный сильным металлическим запахом оплавленных камней. Предо мной было то, что осталось от парадной лестницы. Деревянные ступени всё ещё доходили до уровня второго этажа, но местами перекрытия отсутствовали вовсе. Подняться без риска было невозможно.       Солнечный свет струился в заваленное останками былого великолепия фойе сквозь торчащие по бокам обнаженные балки крыши. Блики света отражались в разноцветных осколках витражей, покрывавших то, что осталось от мраморного пола.       Всё это напоминало сюжет передачи на маггловском телевидении про дома пострадавшие от торнадо в Америке. Моему отцу нравилось смотреть такие передачи, до сих пор не могу понять почему. Однако через поместье Малфоев прошёл не смерч. Это был заколдованный огонь.       Я сдвинулась с места. Эльф шёл следом, с опаской наблюдая за мной и скрипящими перекрытиями пола, которые в любой момент могли отправить меня в заполненные дымом подземелья. Я помедлила и создала с помощью палочки из грецкого ореха защиту для своих босых ступней, чтобы не повредить ноги об битое стекло и другой мусор.       Деревянные стены по обоим сторонам полностью выгорели, было видно разрушенные комнаты, вплоть до кабинета Люциуса с одной стороны и большой столовой с другой. Со вторым и третьим этажом всё было практически идентично. Но, прикрыв глаза рукой от слепящего солнца, я увидела, что пламя скорее всего не достигло моих комнат. И искра надежды в моей груди загорелась чуть ярче.       Я перепрыгнула через особенно большую дыру в полу и остановилась у начала лестницы, чтобы посмотреть на завал в коридоре третьего этажа, преградивший путь огню в мои комнаты. Моё внимание вернулось к прожженной ковровой дорожке и деревянным ступеням. Я закусила губу в нерешительности. Но потом мой взгляд упал на площадку между первом и вторым этажом. И прежде, чем успела задуматься о надёжности останков конструкции, я взлетела вверх по ступеням на площадку, где рухнула на колени.       Эльф остался внизу, и я была благодарна ему за невмешательство. Потому что предо мной на неповрежденном участке ковра лежала шкатулка гоблинской работы.       Металлическая поверхность была покрыта запекшейся кровью, в которой угадывались отпечатки человеческих ладоней, кругом витал страшный запах горелой плоти.       Меня била крупная дрожь, взгляд сфокусировался на защёлке. С виду она была на месте…       Трясущейся рукой я лёгким ударом прикоснулась к шкатулке. Понятно было, что следы на поверхности породил не заколдованный огонь. Это была работа гоблинских чар.       Но кроме привычного гула ничего не произошло. Мои пальцы осторожно коснулись защелки, металлический язычок с готовностью поднялся вперёд. Я не могла понять, почему мне шкатулка позволила открыть себя. Очевидно, что тому, кто касался её до меня, это стоило сожженных до костей рук. И всё это было абсолютно неважно.       Я не могла заставить себя открыть шкатулку. Но после глубокого вздоха всё же потянула крышку вверх. Тихо скрипнули петли, я опустила взгляд вниз и зажмурилась со всей силы.       Внутри лежал Маховик времени. Но он был один.       Крик неоправданной надежды разлетелся по разрушенному фойе. Мой взгляд судорожно рыскал кругом, но искомого не находил.       «Держите себя в руках, мисс Грейнджер. Вы привлекаете ненужное внимание…» — послышался шепот Северуса.       Как могла я прислушалась к его словам и посмотрела на оставшийся, «левый» маховик. С виду устройство выглядело целым, но я всё равно извлекла его из корпуса и заметила то, чего раньше никак не могла бы увидеть.       Под Маховиком обнаружилось скрытое углубление, в которое был вставлен серебряный диск с выгравированными по краям изображениями волн и, как ни странно, дельфинов. Лицевая сторона диска была пустой. Я провела на ней подушечкой пальца и металл приятно загудел.       Я имела представление о том, что это такое. Но выводы оставила на потом, когда представится возможность детально изучить диск. Одно можно было сказать с уверенностью: теперь я точно узнаю, когда исчезнувший Маховик будет использован.       — Хвала грёбанному Мерлину, — с шепотом я вернула Маховик и диск на место, и с силой захлопнула шкатулку.       Металл вновь запел под воздействием чар. Язычок защёлки вернулся на место. Куски обгоревшей плоти и запекшейся крови отслаивались до тех пор, пока отпечатки не исчезли полностью. Под моими пальцами осталась только цепочка рун на тёплом металле.       Но я какое-то время продолжала сидеть неподвижно, сжимая шкатулку в руках. Гарри, должно быть, каким-то образом добрался до устройства. Но поскольку он не забрал их оба, я решила, что ему либо помешал пожар в поместье, либо сама шкатулка не дала такой возможности. Я ничего не могла с собой поделать, когда злобная усмешка скривила мои губы. Я ничего не хотела с собой делать. Он забрал один Маховик, но это не помешает мне последовать за ним, если придётся.       — Хорошо быть всезнайкой, — прошипела я, сжимая шкатулку в объятиях.       Когда я двинулась вверх по лестнице, эльф наконец принял решение последовать за мной. Остановившись у остатков лестничной площадки второго этажа я поняла, что дальше путь закрыт. Площадка не выглядела надёжной, да и подходы к коридорам напрочь отсутствовали. Между обоими коридорами и площадкой зиял провал не менее шести метров.       Один из коридоров был заблокирован, потолок обвалился, виднелись части провалившегося коридора третьего этажа. Видимо там Малфой оттолкнул Нарциссу, чтобы спасти её от попадания в ловушку.       — Сквик сделает ноги мисс Грейнджер лёгкими! — пропищал эльф. — Мастер Драко может быть там! — он указал когтистой лапкой в сторону обломков.       Я кивнула, и внезапно почувствовала, что моё тело больше ничего не весит. Только шкатулка в руках тянула вниз… Но не настолько, чтобы упасть.       Оттолкнувшись как следует правой ногой от жалобно скрипнувшей лестницы я взмыла в воздух. Моё тело двигалось по низкой дуге, и через несколько секунд я уже твердо стояла на обгоревшей ковровой дорожке, ведущей в нужный мне коридор.       Мне было интересно, почему Сквик не следует за мной. Я обернулась, чтобы вновь убедиться, что он внимательно наблюдает за моими действиями. Но гораздо важнее поведения эльфа было разобрать завал, преграждавший мне путь в несгоревшую часть поместья.       На сей раз я достала Бузинную палочку, не опасаясь, что Люциус каким-то образом увидит её или эльф расскажет ему об этом. Я подошла к обломкам и взглянула вверх. Как я и предполагала, через дыру в потолке виднелся коридор третьего этажа.       Уверенным движением палочки я сотворила заклинание. Нетронутые доски и обгоревшие обломки начали разлетаться по разным сторонам коридора. Пока древесина и лоскуты ковра кружили перед моим лицом, я готовилась при необходимости произнести исцеляющие заклятья… Мало ли.       Однако последние обломки были перемещены, но ни под, ни за ними никого не было. Я замерла на мгновение, а потом бросилась вперёд.       — Малфой!       Но сколько бы я ни кричала, нетронутые комнаты были пусты. Не было даже следов того, что кто-то был в них во время пожара.       Я сотворила Homenum revelio и всё так же ничего не обнаружила. Вероятно, Малфою каким-то образом удалось покинуть поместье. Заклинание действовало на живых, но и тел в пределах видимости не было.       Я вернулась к обгоревшему входу в коридор, где за широким провалом ждал Сквик.       — Его здесь нет, — тихо произнесла я, окидывая взором разоренное фойе.       — Здесь мастера Драко нет, — скрипучим голосом повторил эльф. — На территории…       Я сжала челюсти.       — Мы проверим. Но мне надо подняться в свои комнаты, Сквик.       — Сквик понимает, — ответил эльф, снова взмахнул лапками и моё тело вновь обрело невесомость.       Я решительно вздохнула, глядя на свою цель — провал в потолке, ведущий в коридор третьего этажа —, и крепче прижала шкатулку к груди. Уже в прыжке я почувствовала, что инерция моего тела сильнее, чем была в прошлый раз. Я не сводила глаз с места, куда собиралась приземлиться, но с приближением потолка понимала, что этого не будет.       Тогда я решительно забросила шкатулку на третий этаж и, вздрогнув от звука её падения, достала Бузинную палочку. Заклинание придало моему телу ускорение, но я немного не рассчитала. С присущей мне «ловкостью» я несколько раз перекувыркнулась в воздухе, прокатилась по полу коридора и приземлилась в шаге от свинцовой шкатулки.       — Госпожа? — окликнул обеспокоенный эльфийский голос.       Я шагнула к краю коридора, чтобы Сквик увидел меня. В его больших глазах было заметно беспокойство.       — Я в порядке. Возвращайся к своему хозяину, расскажи, что его сына нет в поместье.       Домовик поклонился и, торопливо спустившись с лестницы, скрылся из виду. Это было странно, я не понимала почему он не аппарировал из поместья, как до этого перенёс меня сюда. И почему перемещение внутрь дома было почти болезненным для нас обоих. Вероятно, дело было в анти-аппарационных чарах, которыми, по словам Люциуса, нападавшие заблокировали поместье. Похоже, они являлись препятствием даже для эльфов.       Я отбросила эти мысли и шагнула к шкатулке, чтобы вновь открыть её и убедиться, что бросок не повредил устройство внутри. Но шкатулка надёжно защищала своё содержимое. А заодно и мой единственный шанс остановить Гарри.       В основном третий этаж пострадал от задымления. За распахнутой дверью моей комнаты я увидела, что некогда белые стены теперь сплошь покрытые копотью, до самого потолка. Никаких прочих последствий пожара не было. Но и сказать, что обстановка никак не изменилась, было нельзя.       Кровать, матрас и тумбочки были перевёрнуты, шкаф опрокинут, кругом валялись вещи. А ванная… Была завалена осколками зелёного мрамора, часть из которых разбросало по спальне. Очевидно было, что комнату обыскивали.       Я тяжело вздохнула. Нападавшим откуда-то было известно, какая именно комната им нужна. В моей голове успело оформиться крошечное подозрение на этот счёт, прежде, чем я вернула своё внимание разрушениям. Взгляд скользнул по куче тряпья, сваленной за дверью, и с моих губ сорвался крик.       Похоже, что его не заметили, когда ворвались сюда и распахнули дверь, за которой вещь оказалась скрыта. Я опустилась на колени, схватила старенький плащ, и, отложив шкатулку, уткнулась в потёртую кожу, пряча слёзы. Чтобы уже через секунду запустить руку в бездонный карман, в котором…       Мантия Невидимости.       — Слава Мерлину!. — выдохнула я. Его никто не заметил, никто не знал, что в нём может быть скрыта Мантия. Так или иначе, несмотря на потерю одного из Маховиков, удача не покинула меня окончательно.       — Мяу?..       Я застыла на месте, когда приглушенный крик достиг моего слуха. Но уже через мгновение отбросила плащ прочь, и принялась лихорадочно осматриваться, пока не заметила под разорванным в клочья матрасом красноватый отблеск кошачьих глаз.       — О, Мерлин!.. — выдохнула я и, спотыкаясь, бросилась к перевернутой кровати. Я вручную отбросила часть матраса и обнаружила там Малфоя-кота. Он лежал на боку неподвижно и при моём приближении из его глотки вырвался ещё один жалобный крик.       Я провела кончиком Бузинной палочки вдоль серебристой тушки. Единственная травма, которую он получил, — это перелом задней левой лапы. Я даже не пыталась понять, каким образом фамильяр оказался в моей комнате во время нападения, а не в подземельях или в кабинете хозяина поместья, где он любил гулять в последние дни.       Он кричал, пока я лечила косточки в его лапе, а в моих глазах стояли слёзы вины. Я совсем забыла о нём… Но какое же счастье было видеть его живым и практически невредимым!       Едва действие заклинания прекратилось, я прижала Малфоя к груди, и стала яростно гладить его, воркуя над серой макушкой. Кот насквозь пропах дымом, и вел себя очень скованно. Сердце его билось так быстро, что я вновь забеспокоилась.       — Бедный мой… Мой бедный малыш… — шептала я ему на ухо, нежно прижимая к себе, как самую большую драгоценность мира.       Мои руки и голос похоже немного успокоили зверька, и он тихонько замурлыкал, обнюхивая моё лицо.       — Мне так жаль, мой маленький… — всхлипнула я, потирая серое кошачье ухо. — Давай, сейчас заберём тебя отсюда…       Я усадила Малфоя на перевёрнутый матрас, затем подняла плащ и шкатулку. Старая потёртая кожа привычно легла на плечи, гоблинская работа с Маховиком внутри отправилась в бездонный карман к Мантии. Там же я обнаружила старый помятый рюкзак, который немедленно извлекла и увеличила с помощью заклятья. Повинуясь Бузинной палочке разбросанная и сваленная под шкафом одежда плавным потоком устремилась в рюкзак. Когда блузки, юбки, штаны, носки, нижнее бельё и обувь «упаковались», я вновь уменьшила рюкзак и спрятала его обратно в карман.       Наконец, настала очередь фамильяра. Карман, в котором некогда путешествовал кот, всё ещё без проблем вмещал его. Любопытная узкая мордочка с интересом наблюдала из своего нового-старого пристанища, как мы покидали комнату.       Я коснулась пальцами тёплой кошачьей макушки, когда мы подошли к краю пола. Не знаю, кого я пыталась успокоить этим.       Вздохнув, я зачаровала свои ноги и убрала Бузинную палочку. Небольшой прыжок в нижний коридор, и вот, мягко оттолкнувшись, я уже пересекла пропасть, ведущую к тому, что осталось от парадной лестницы. У самого её подножия нас ждал лорд Малфой.       — Вижу, Вы нашли своего адского зверя.       Без привычной брезгливости слова Люциуса прозвучали необычно. Я проследила за его взглядом. Кот с интересом вертел мордочкой, в поисках источника звука. Карман вибрировал от довольного урчания.       — У него была раздавлена лапа. Но теперь, кажется, всё в порядке.       Мистер Малфой пристально посмотрел на меня.       — Сквик передал мне, что в особняке Драко нет.       Я кивнула, подтверждая слова эльфа.       — Найдите обувь, мисс Грейнджер. Вам придётся обыскать прилегающую территорию. Нарцисса не здорова… Она сейчас отдыхает в кухне. Я же отправлюсь к камину. Необходимо оповестить Министерство…       — Понимаю. Я быстро.       Губы Люциуса скривились.       — Так приступайте, мисс Грейнджер.       

Х Х Х

             Фамильяр остался в кухне, сидеть на коленях у Нарциссы. Это помогало женщине отвлечься от царящего кругом хаоса. К слову, кухню ночное происшествие миновало полностью. Всё здесь было таким же, как за день до этого. Нарцисса заметила мой взгляд, и тихо сказала, что это второй пожар в поместье, и во второй раз кухня осталась нетронутой.       — Так что это самая старая часть дома…       Её лицо было полно печали и усталости. Очевидно, Нарцисса полностью осознавала, что происходит, и страдала ещё больше от понимания, что ничем не может помочь делу.       Поэтому я оставила миссис Малфой на кухне, а сама обула легкие туфли, которые нашла возле двери, ведущей в сад. Сперва я немного смутилась, решив, что это должно быть обувь Нарциссы, но ещё одной прогулки босиком мои ноги просто не вынесли бы.       На моё сообщение о том, что я собираюсь осмотреть другие сады, Нарцисса улыбнулась… Вернее, сделала попытку улыбнуться.       — Гермиона, милая… Будь, пожалуйста, осторожна… — тихо сказала она. Я почувствовала, что сейчас снова захнычу, поэтому сделала решительный шаг за дверь.       Конечно, часть меня с радостью бы осталась на кухне в компании Нарциссы и Малфоя-кота. Все мы, включая Люциуса, были потрясены произошедшим. На поместье Малфоев был совершён организованный налёт, а я лишилась одного из Маховиков времени.       Однако, что-то подсказывало мне, что где-то там был волшебник, которому эта ночь причинила не меньший ущерб. Если не больший.       Поэтому, преодолевая усталость, я побежала по мощенной дорожке через сады, оглядываясь по возможности. Путь мой лежал к лабиринту живой изгороди.       На всякий случай я вооружилась ореховой палочкой. Малфоя не было в особняке, и это вселяло надежду. Но не было никакой гарантии, что вместо Драко, я не встречу здесь кого-нибудь из W.A.T.C.H. В таком случае, палочка действительно пригодилась бы мне. Я не хотела повторять своей давней ошибки с Гарри, и готова была убить или взять в плен любого из W.A.T.C.H. Если они, конечно, всё ещё были на территории.       Единственное место, которое приходило на ум — да и вообще, о котором я знала — был японский сад в центре лабиринта.       «Ещё вчера мы с Нарциссой пили там чай… Она рассказывала, что Малфою нравится это место…»       Ноги сводило судорогой, кружилась голова. Я не знала дороги к центру, но всё равно продолжала бежать. В том месте, которое я отметила для себя как «примерно на половине пути к центру», я внезапно наткнулась на два тела, лежащие посреди дорожки.       Я едва успела притормозить. Сбитое дыхание прервалось — в первые секунды меня охватила паника.       Прямо поперёк дорожки лежал мужчина. Правда, верхняя часть его тела «отдыхала» отдельно от нижней, чуть в стороне. Я зажала рот рукой, когда взгляд устремился к поврежденным внутренностям посреди кровавых лент кишок.       Его просто разрубили пополам.       Одежда была всё та же — мантия с нашивкой. Искажённое агонией лицо не было мне знакомо.       Старательно игнорируя рвотные позывы, я поспешно перепрыгнула через ноги, преграждавшие путь, и посмотрела на второе тело… Это была женщина.       Мягкие ветви живой изгороди приветливо встретили моё согнутое пополам тело. После открывшейся картины уже невозможно было удерживать рвоту внутри.       Я сплюнула и тяжело задышала. Перед глазами стоял образ женского лица, вернее того, что от него осталось. Вероятно, когда-то у неё были светлые волосы и карие глаза. Но поскольку половина её черепа была снесена, сказать наверняка я не могла.       Когда желчь в моём теле иссякла, я утёрлась тыльной стороной ладони и наложила на себя очищающее заклятье. Потом, не дав себе как следует приглядеться, я превратила детали одежды нападавших в два тонких белых одеяла. У меня не было никакого желания вновь видеть этих людей. Последнее, что я заметила, прежде чем продолжить свой путь, это кровавые следы на мелких белых камешках. Было не трудно догадаться куда они меня приведут.       Больше неожиданных встреч по дороге не было. Я бежала и остановилась, только когда показался центр лабиринта.       Солнечный свет струился из-за пушистого белого облака и подчеркивал безмятежную красоту восточного сада. Картинка казалась ещё более нереальной после всех тех разрушений и смерти, с которыми я столкнулась совсем недавно. Там даже не пахло дымом и гарью, хотя поместье находилось совсем рядом.       «Может быть тут где-то скрыт портал в Шангри-Ла?..***»       Я сделала шаг в сторону центральной беседки и замерла — взявшийся из ниоткуда порыв ветра потревожил серебряную «музыку ветра», едва заметную в тени постройки. Ничего не происходило, и я вновь заставила себя ускориться. Туфли скользили по крупной гальке между двумя прудами, но я, не останавливаясь, перескочила через обе ступеньки прямо на широкий помост.       Стол и стулья остались стоять как стояли вчера, а в гамаке, у дальней стены беседки, лежал человек, который волновал меня сильнее всего на свете.       Кончик палочки Северуса Снейпа то и дело касался деревянного пола, гамак едва заметно покачивался. Сделав пару шагов я увидела, что палочка не зажата в свисающей руке Малфоя — она была к ней чем-то привязана. И я с шипением втянула воздух, поняв почему.       Кости его левой кисти были раздроблены. Осколки выпирали из-под кожи подо всеми возможными углами.       Я быстро обошла гамак, чтобы как следует осмотреть Малфоя. Вся одежда, которую я видела на нём вчера, были опалена и окровавлена, местами порвана. Правый рукав белоснежной рубашки был залит кровью. В почерневших от сажи пальцах правой руки едва держалась тисовая палочка Тома Реддла. Платиновые волосы слиплись в комок от смеси засохшей крови, пепла и чего-то, что выглядело как мозги, но скорее всего принадлежавшие женщине из лабиринта. Лицо тоже было залито кровью, сложно было сказать его ли она была или чья-то ещё. Повязка на глазу, казалось, была тем единственным, что не пострадало.       Бинты на его груди тоже пропитались кровью, рана должно быть открылась снова. Но куда больше беспокоила лужа крови под гамаком, причиной которой, очевидно, было правое бедро Малфоя.       Из его ноги торчал деревянный осколок. Вонзённый с правой стороны, он выходил где-то со внутренней стороны бедра. Кровь уже остановилась, а лужа под гамаком успела изрядно подсохнуть.       «Придётся левитировать его. Занозу надо удалить, но сперва проверить, не прерван ли кровоток в ноге…       Мерлин, почему я в своё время не уделяла достаточного внимания полевой медицине!..»       Дыхание Малфоя было ровным, но он сильно дёрнулся, когда я переместила его с гамака на ближайший стул. Едва левитация прекратилась, его руки упали с подлокотников, а подбородок безвольно упёрся в грудь, как у сломанной куклы.       Первым делом я вытащила тисовую палочку из застывшей хватки чёрных пальцев, и отложила её на стол позади себя. Затем наложила очищающие чары на голову Малфоя, и с облегчением обнаружила, что кровь на лице не была его собственной.       Первой я решила осмотреть занозу в ноге. Встав на колени у его грязных сапог, я ухватилась за изодранную штанину брюк, чтобы используя уже существующий надрыв, порвать ткань выше по ноге. Я вздрогнула, когда ткань поддалась, переживая не задела ли деревянный осколок. Теперь было видно обе раны.       Я прощупала пульс ниже по конечности — он был сильным — и посмотрела на внутреннюю сторону бедра. Засохшая дорожка крови уходила вниз от раны по блендой коже, внутрь высокого сапога для верховой езды. Судя по всему, жизненно важные сосуды задеты не были, но было ещё повреждение тканей…       Я отстранилась и присела на корточки. Возможно было лучше дождаться целителей. Наверняка, в это же время Люциус уже принимал делегацию авроров в поместье…       Поднявшись с глубоким вздохом, я посмотрела на его правую руку, пытаясь понять, отчего весь рукав был залит кровью.       «Хорошо бы, конечно, Малфою прийти в сознание. Он мог бы рассказать сам, что с ним…»       Тогда я встала за спинкой стула, и обратилась к той его руке, где была привязана волшебная палочка. Ладонь и запястье были раздавлены. Я знала это, потому что во время Последней битвы мне доводилось исцелять подобные травмы множество раз.       Прошептав заклинание, я наблюдала, как кости становятся на место и срастаются. Кожа запястья вновь стала ровной, пальцы дернулись, и я тут же отпрянула, услышав над своей головой глубокий, хриплый вдох. Малфой откинул голову назад, он очнулся — левый глаз был широко открыт.       — Малфой! — я поспешила выйти из-за стула.       Мужчина закашлялся, ему нужна была вода. Я превратила какую-то мелочь, найденную в бездонном кармане в чашку, набрала воды. Жизнеспособность правой руки Малфоя была под вопросом, а к левой всё ещё была привязана палочка. Поэтому я поднесла чашку к его губам и, под внимательным взглядом, помогла сделать несколько глотков.       — Грейнджер… — Малфой говорил очень тихо, даже после воды. Отставив посуду к тисовой палочке, я склонилась над ним.       — Ты в порядке… Мне только нужно узнать…       — Мама!.. Отец!.. — внезапно воскликнул он и сделал попытку подняться, но упал обратно, застонав от боли.       Я уперлась руками в подлокотники, пресекая всякое движение, и заговорила:       — С ними всё нормально. Они нашли меня, мы пробыли в лесу до утра. Нарцисса сейчас в кухне с моим котом. А твой отец собирался выйти на связь с Министерством, когда я уходила…       Сказанное мной, похоже, уменьшило беспокойство Малфоя. Но его слегка расфокусированный взгляд всё ещё был устремлён в сторону поместья.       — А эти?..       — Мертвы или ушли. Я насчитала двенадцать трупов.       — Значит восемь сбежали…       Двадцать человек?.. Конечно, я предполагала, что убить меня и Малфоев непростая задача. Но на деле убить Малфоев оказалось ещё сложнее, чем кто-либо мог себе представить.       — Мне нужно знать, какие повреждения ты получил… Рана на груди снова открылась, и я не уверена, что мне следует браться за удаление осколка из твоей ноги… — на последних словах моё дыхание невольно сбилось.       Малфой зажмурился на мгновение, а затем протянул мне левую руку.       — Для начала убери это.       Я молча выполнила его указания. Палочка Северуса легла рядом с тисовой.       — Правая сломана… — он шептал, будучи не в силах говорить громче. — Вправь кость на место, а потом можешь вылечить руку…       Я решительно выпрямилась и шагнула к его правому плечу. Рукав порвался легко, но Малфой резко выдохнул. Ткань повисла, закрывая неповрежденную кисть, и я выдохнула следом за ним.       Из плеча торчала кость, причем со внутренней стороны руки, там где были мышцы.       — Когда потолок упал… Задел руку… А теперь давай, соедини их! — прошипел он, стиснув зубы.       И я вновь сделала так, как он просил.       Крики Малфоя эхом отражались от моего тела. Но я лечила его, игнорируя слёзы на собственном лице. Удивительно, как Малфой не лишился сознания. Я сама была близка к этому.       Когда процесс завершился, он согнул руку и попробовал осторожно поднять её, но внезапно скривился от боли, и потянулся к груди.       Я помогла ему опустить исцелённую конечность, а затем разорвала остатки рубашки и удалила пропитанную кровью повязку. Малфою пришлось опереться на меня и наклониться вперёд, чтобы я смогла убедиться — на спине рана практически зажила.       — Поймал Stupefy… Прямо в грудь… — выплюнул он, склонив голову и хватаясь руками за подлокотники. Я часто и бездумно кивала, помогая ему сесть прямо.       Бузинная палочка вновь вылечила повреждение. Только теперь рана закрылась полностью, на коже не осталось вообще никаких следов. Боль тоже должна была уменьшиться.       — А насчёт твоей ноги, Малфой… Я просто не знаю как… — честно призналась я.       Демонстрируя мне свой аристократический профиль, Малфой хмуро посмотрел на занозу, пронзавшую его ногу.       — Похоже на обшивку первого этажа… Должно быть, напоролся, когда провалился в подземелье…       В сомнении я опустилась на колени и, глядя на его изувеченную ногу, сказала, что артерии не задеты, но я понятия не имею что делать…       — Ну, я вытаскиваю эту херовину, а потом ты произносишь заклинание. Доступное объяснение?       Я вспылила, но сдержалась.       — Ты потерял слишком много крови.       — Похер мне, Грейнджер! Я должен вернуться в поместье своим ходом!       — Но я могу помочь, левитировать тебя…       Он скривился, схватил меня за лацкан плаща, и что было силы потянул на себя.       — Просто сделай, как я сказал… И я смогу отправить тебя в другое укрытие!       Моё лицо замерло в сантиметре от его.       — Что, торопишься избавиться от меня, Малфой? — спросила я шепотом. Он усмехнулся, а потом…       — Если бы не твоё присутствие, мой дом сейчас был бы цел!.. — зло прошипел он. Каждое его слово было наполнено давно позабытым ядом, и сам он, казалось, был переполнен им.       Я вывернулась из хватки и выпрямилась. Мои глаза горели, когда я смотрела на него, отступая прочь, к выходу из беседки. Его бледное лицо исказилось от боли и гнева… Направленного на меня.       — Куда ты собралась, Грейнджер?! — зарычал он, от бессилия впиваясь ладонями в подлокотники.       Игнорируя его вопль, я сильно закачала головой. Мои грязные волосы вперемешку с мелким сором падали на лицо.       — Вылечи себя сам… — прошептала я, наткнувшись спиной на одну из опор беседки. — Я была… Я обуза для тебя и твоих родителей. Мне нужно уйти… Сейчас.       Лицо Малфоя застыло от злости, только брови хмурились всё больше.       — Что, мать твою, ты несешь?! Иди сюда!       — Нет. Я сделала достаточно. Лучше позову кого-нибудь для тебя, — я отвернулась и спустилась по ступенькам на галечную дорожку.       — Вернись немедленно!       Но я продолжала идти, мимо водоёмов к выходу в лабиринт.       — Ты нужна мне, Грейнджер!..       Тропинка, петляющая меж зелёных изгородей, больше не приближалась. Отчаянный призыв Малфоя заставил мои ноги остановиться.       — Грейнджер…       Его голос прозвучал тише. Я обернулась и увидела, что Малфою как-то удалось добраться до перилл беседки. Он перекинулся через них, уменьшая нагрузку на раненную конечность, и смотрел на меня.       Я сделала несколько шагов в обратном направлении, но остановилась у самого начала дорожки.       — Я хочу прояснить один момент, Драко Малфой! — крикнула я. На его лице не отражалось никаких эмоций, кроме боли.       — Обязательно. Только сейчас ты поможешь мне, — произнёс он дрожащими губами.       — Разумеется. Но сначала ты ответишь мне на один вопрос.       На мгновение показалось, что он о чём-то задумался, но тут же согласился:       — Как скажешь…       Голос его звучал ещё слабее. Я поспешила к беседке.       С моей помощью Малфой довольно быстро снова оказался на стуле. Я же вновь опустилась перед ним на колени и вооружилась Бузинной палочкой.       — С каких это пор… — проговорила я, крепко ухватив левой рукой основание занозы. — Драко Малфоя… — я приготовилась тянуть, после своего небольшого похода Малфой был уже слишком слаб для этого. — Начали волновать вопросы этики?..       Я дёрнула изо всех сил. Малфой закричал и рванулся назад так, что деревянные подлокотники затрещали.       Неповрежденный осколок вышел на удивление легко. Простое дезинфицирующее заклятье очистило рану и удалило из неё всё постороннее, что могло остаться от занозы.       Отбросив на пол окровавленный кусок дерева, я принялась залечивать рану, заодно призывая бинты, чтобы закрыть её. Полностью залечить её уже не было никакой возможности. На мои плечи словно навалилась неподъёмная тяжесть. Сказывалась простая усталость и то, что я вложила в исцеление Малфоя слишком много собственных магических сил.       Мышцы и мелкие сосуды были восстановлены. Но для того, чтобы дождаться естественного или магического заживления верхних слоёв тканей, необходимо было перевязать ногу.       — Ты не ответил на мой вопрос, Малфой… — шёпотом сказала я, призывая чистые марлевые повязки из кончика Бузинной палочки. Прямо как была, стоя на коленях, я аккуратно и тщательно стала бинтовать его ногу, покачиваясь от усталости. С каждым движением мои веки становились всё тяжелее.       — Этика, говоришь?.. — тихо спросил он.       Я кивнула и разорвала края повязки, чтобы зафиксировать бинт, но… Его руки вдруг остановили мои. У меня не было сил поднять голову.       — Ты спрашиваешь из-за того, что я сказал вчера?       Я промычала и это было нечто похожее на согласие, глаза закрывались. Где-то надо мной послышался вздох. Малфой отодвинул мои руки, чтобы завязать бинт самостоятельно. Я упёрлась лбом в его левое колено, тыльными сторонами ладоней ощущая тёплое дерево беседки. Мои руки опустились.       — Меня не этика волнует, Грейнджер, и не ведомственные предписания.       — Что тогда?.. — выговорила я, теряя вместе со словами последние крохи энергии.       Горячая ладонь легла поверх моей головы, и я услышала, как Драко фыркнул, подавляя смешок. Наверное, веточки и листва, застрявшие в моих волосах, позабавили его. Но потом послышался глубокий вздох и скрип спинки стула. Похоже, что боль наконец-то перестала мучать его и Малфой начал немного расслабляться.       — Я уже говорил тебе об этом раньше. Я нехороший человек… А ты хорошая женщина. Слишком хорошая для меня.       Я ничего не ответила на это, потому что голос Малфоя был уже едва различим. Меня поглотила тяжёлая тьма, где на сей раз не было никаких снов, в которых я могла бы затеряться…       Не знаю сколько по времени длилась эта передышка. Наверное, я проспала всего с десяток минут. Когда Малфой разбудил меня, я увидела двух людей, стоящих у подножия беседки. Одним из них был Кингсли Шеклболт, вторым же… Чарли Уизли?       Шея здорово затекла. Я поспешно потянулась и поднялась на ноги, когда мужчины шагнули в беседку.       — Чарли?.. Ты откуда здесь? — удивленно спросила я, стараясь как можно незаметнее проверить, надёжно ли скрыты мои палочки в рукаве рубашки.       Он был таким же, каким я его помнила: рыжие волосы, сапфировые глаза, румянец и веснушки на лице. Широкоплечий мужчина с сильными руками… Он был одет в какую-то непривычную глазу форму из драконьей шкуры, которая больше напоминала бронижилет, и тёмно-зелёную мантию.       — Так вызвали, вот и пришёл. Ты не ранена, Гермиона?       Я покачала головой, старательно подавляя зевоту. Ответ Чарли был мне не совсем понятен. Кингсли тепло улыбнулся мне и направился к Малфою.       — Полагаю, Вы уже были в поместье? — спросил тот, когда Кингсли подошёл, глядя на раненную ногу Драко.       — Уильямсон и остальные сейчас там… Флинт осматривает тела в лабиринте, — сказал Кингсли, кивая своей лысой головой. Очевидно, состояние Малфоя он нашёл удовлетворительным.       Малфой приподнялся и нерешительно опёрся на правую ногу. Он посмотрел на меня, улыбнувшись одним уголком рта, и подобрал свои волшебные палочки со стола, чтобы убрать их в разные карманы брюк.       — Почему ты не скрываешься с остальной семьёй? — спросила я Чарли.       — Скрываюсь? Ну, знаешь ли…       Малфой внезапно с шипением втянул воздух, отчего Чарли умолк. Я нахмурилась, глядя на Малфоя, который, казалось, пытался убить Уизли одним взглядом       — Грейнджер, сейчас не время… — прорычал Малфой. Я вздохнула, пытаясь избавиться от лавины мыслей, связанных с увиденным.       — Мы пришли за вами, — объявил Кингсли. Его командный голос снял повисшее в воздухе напряжение. — Уильямсон сейчас принимает показания у твоих родителей, Малфой. Нам требуется заявление от тебя… И от тебя Гермиона. Когда будешь готова.       Малфой, хромая, прошёл к лестнице мимо меня и Чарли. За ним последовал Кингсли, а потом и Чарли. Но я по-прежнему стояла в тени беседки, совершенно сбитая с толку. Кажется, мир вокруг снова полностью изменился менее чем за двадцать четыре часа.       Я сдвинулась с места за секунду до того, как трое мужчин совсем скрылись из виду. Тело двигалось с неохотой, болезненные спазмы поднимались внутри моего живота всякий раз, когда я совершала усилие, чтобы переставлять ноги.       Малфой уверенно хромал по тропе лабиринта, на ходу что-то говорил Чарли. Судя по сердитому тону его бормотания, это было что-то не очень приятное. Кингсли, заметив мои слабые попытки двигаться, остановился, чтобы поравняться со мной.       Мы дошли до того места, где ранее я нашла обезображенные тела двух волшебников. Флинт и ведьма с коротко стриженными светлыми волосами подготавливали останки для перемещения в поместье. Когда мы проходили мимо, Флинт кивнул мне. Я кивнула в ответ, стараясь не смотреть на оставленные мной следы у живой изгороди.       Когда же мы, наконец, добрались до кухни поместья, я едва не упала в обморок. Кингсли быстро усадил меня рядом с Нарциссой в нашем с ней любимом углу. Женщина тут же обняла меня и притянула поближе к себе. Так нам обеим было легче сохранять вертикальное положение.       Помещение было переполнено. Вокруг сновали люди и эльфы. Все о чём-то разговаривали, но в общем шуме сложно было уловить о чём конкретно шла речь. Люциус разговаривал с Уильямсоном в дальнем конце кухни, время от времени они поглядывали на нас с Нарциссой. Присутствовали и другие авроры. Одни появлялись из двери, ведущей в сгоревшее поместье, других можно было увидеть на улице через маленькое окошко, осматривающими тела. Спустя какое-то время я заметила, что Флинт и ведьма-полицейский доставили во двор тела из лабиринта. Двое других офицеров, которых я не знала, доставили тела, найденные нами у конюшни.       Малфой стоял возле одной из конторок. На его лице одна злая гримаса не успевала сменять другую. Он о чём-то разговаривал с Аластором Грюмом и Чарли Уизли, и время от времени поглядывал на меня.       Я склонила голову к покрытому сажей плечу Нарциссы. Мой фамильяр свернулся клубком на её коленях, а сама женщина кажется задремала, прислонившись щекой к моей макушке. Уверена, в тот момент мы двое представляли из себя достаточно странную картину для окружающих. Грязные, измученные, жмущиеся друг к другу, словно мать и дочь… Но никто, похоже, не возражал. Только время от времени смотрели озабоченно или с сочувствием.       После всех пережитых событий того дня, я наконец смогла закрыть глаза и провалиться в сон, успокоенная тёплыми объятиями Нарциссы. А когда небо в маленьком кухонном окошке стало нежно-розовым от света закатного солнца нас разбудил тихий голос Люциуса Малфоя. Он говорил о том, что мы собираемся покинуть поместье.       — Куда? — спросила я, потирая глаза. Когда зрение и сознание сфокусировались я поняла, что авроры и полицейские всё ещё снуют по кухне, а все рабочие поверхности и столы завалены пергаментами, картами и бутылками из-под сливочного пива.       — Шеклболт заберёт Нарциссу в дальнюю усадьбу**** на другом конце наших владений. Это безопасное место, скрытое в долине. Я отправлюсь туда позже. Что касается Вас, мисс Грейнджер… Чарли Уизли проводит Вас обратно в дом над конюшней.       Я нахмурилась, и продолжала смотреть на Люциуса, присевшего рядом с женой. Заметив моё замешательство и лёгкую дезориентацию после сна, мистер Малфой продолжил:       — Мой сын рассказал мне о Вашем намерении отправиться в другое убежище… Так вот, знайте, что он этого не допустит. Он останется с Вами там, дом будет защищён дополнительными чарами. Драко всё Вам объяснит, как только доберётесь туда и устроитесь…       — Идём, любовь моя, — прошептал Люциус Нарциссе, нежно касаясь её щеки. — Прошло немало времени с тех пор, как мы были там в последний раз… Лик***** уже на месте, готовит её к нашему прибытию.       Нарцисса вздохнула и поднялась. Мой фамильяр нырнул под стол. Она приняла руку мужа, но мою руку не выпустила.       — Где же Драко? — тихо спросила она. — Разве он не придёт за Гермионой?       — Чарли Уизли проводит её, моя дорогая, — интонации и черты лица Люциуса заметно смягчились, стоило ему заговорить с Нарциссой. Но когда он вновь обратился ко мне, то никакой перемены не произошло:       — Спасибо Вам, мисс Грейнджер. За то, что позаботились о Драко…       Я молча кивнула, и Люциус повёл сонную Нарциссу ко двери во двор. Мой кот последовал за ними, и миссис Малфой наклонилась, чтобы подобрать его на руки. Я не возражала. Зверёк помогал ей отвлечься. Да и сама я была слишком потеряна, чтобы уделять ему должное внимание. На прощание Нарцисса обернулась ко мне с улыбкой и почти беззвучно произнесла «спасибо».       Я наблюдала со своего места, как Малфои шествовали через сад, утопавший в нежном закатном свете, пока навстречу им не подошёл Кингсли. Мужчина взял Нарциссу под руку, и вскоре они уже скрылись из виду, миновав одну из живых изгородей. Мистер Малфой, не глядя в сторону кухни, о чём-то заговорил с Флинтом, который делал записи, стоя рядом с телами нападавших.       — Гермиона?       Я посмотрела наверх и только тогда заметила, что перед столом в закутке стоял Чарли Уизли и внимательно на меня смотрел.       — Похоже, тебе не помешает как следует выспаться.       Улыбка на его лице согревала, подобно ласковым солнечным лучам.       — Похоже на то… — пробормотала я в ответ.       — Значит, идём на конюшню… Только сперва расскажи как туда добраться, — пошутил Чарли, пока я выбиралась из-за стола.       — Я покажу. Только если расскажешь мне, почему ты здесь, Чарли.       Не обращая внимания на дрогнувшую улыбку на его лице, я взяла Чарли за руку и направилась к двери, подальше от переполненной звуками и людьми кухни.       — Это можно, Гермиона.       Мы пошли по мощённой дорожке. Я бросила последний взгляд на тела мертвых волшебников и Люциуса, который кивнул мне. Я кивнула в ответ.       Когда мы пересекли изгородь и оказались в вишнёвом саду, Чарли заговорил.       — Слышала когда-нибудь о маггловском Интерполе? — медленно шагая, спросил он.       — Да.       — Организация, к которой я принадлежу — что-то вроде этого. Конкретно моё подразделение называется «Всадники на драконах», забавное совпадение. Ещё со времен Войны, даже незадолго до ее начала… Мы начали заниматься отслеживанием международных террористических организаций волшебников. Некоторые из них имели прямые связи с Волан-де-Мортом за пределами Британии, другие начали следовать его примеру. А некоторые выступали против… Но как группы линчевателей.       — Как «W.A.T.C.H.».       — Точно.       Я перевела дыхание.       — Так вот почему ты здесь.       — Именно.       Чарли вдруг утратил всякую веселость, он выглядел серьёзным и сосредоточенным. Его ярко-рыжая шевелюра отливала кровавым багрянцем в свете закатного солнца.       — Поэтому ты не скрываешься с остальными?       Он кивнул.       — Рон был бы здесь раньше всех… Если бы Гарри не нацелился на него. И если бы Джордж был жив.       Я почувствовала напряжение в его голосе, когда прозвучали два последних имени. Похоже, дело тут было не только в скорби, но и в жажде отмщения. Однако, Чарли Уизли был сильным человеком не только физически. Он укрощал собственные эмоции не хуже драконов.       Мы особо не были знакомы раньше. Чарли часто бывал в разъездах, а когда возвращался в Британию, обычно уделял внимание своей семье.       Но этот человек определённо нравился мне, я испытывала к нему доверие, и была благодарна ему за то, что он рядом.       С этими мыслями я шла через дендрарий.       — Как у тебя дела с Малфоем?       Я замедлила шаг, убрав руку из его руки. Мужчина обернулся, вопросительно глядя на меня.       — Чарли, я… Пока не хочу говорить о Малфое. Меня интересует кое-что другое.       Чарли выдохнул и перевёл взгляд на мощенную дорожку.       — Кажется, я уже знаю, что именно…       Я коротко ухмыльнулась, но тут же вновь стала серьёзной.       — Так значит… Гарри и «W.A.T.C.H.»?       — Ну, да…       Чарли убрал руки в карманы своих жутко дорогих штанов из драконьей шкуры.       — Если так посмотреть… Тебе настолько трудно представить, что кто-то захотел сплотиться вокруг Гарри?       — Но он же убивал невинных людей, Чарли! Он безумен…       — Много кто так не считает, знаешь ли. За пределами Британии его всё ещё помнят, как Мальчика-который-выжил… Который одержал победу над Волан-де-Мортом. Даже у нас в стране некоторые продолжают слепо обожать его, потому что он победил условное «зло» в их представлении… Фанатики, экстремисты и ещё Мерлин знает кто, использовали образ Гарри ещё до того, как он поступил в Хогвартс. Что говорить о нынешнем времени. Сейчас, когда Министерство реформируется и происходит смена эпохи, отчаявшиеся люди готовы поверить во всё, что угодно.       А Гарри… Он всегда был умным малым. Даже если он рехнулся, он знает как манипулировать людьми, чтобы добиться желаемой цели. В данном случае это было поместье Малфоев. И похоже, что ему помог кто-то из своих. Это меня беспокоит больше всего.       Уильямсон и Малфой держали меня в курсе всех событий, связанных с Гарри. И из того, что я видел… Это было ожидаемо. Ему нужна была только группа, чтобы организовать нападение. И «W.A.T.C.H.» — идеально подошли.       Я вздохнула, нащупав рукой в бездонном кармане Мантию-невидимку.       — Нарцисса узнала некоторых из них. Я тоже кое-кого узнала… Нашу бывшую однокурсницу, Чжоу Чанг. Но кем были все остальные?       Чарли подошёл ближе и снова взял меня за руку. Я отпустила Мантию и достала руку из кармана, чтобы ощутить сухое тепло его ладони.       — Шведские, болгарские, румынские и русские колдуны и волшебницы… Все находились в тесных связях с британскими магами. У всех был мотив — ненависть к Малфоям. Не трудно догадаться, что именно это Гарри использовал, чтобы заманить их принять участие.       Я кивнула и продолжила идти молча, потому как не могла рассказать Чарли об ещё одной причине нападения на поместье.       Мы подошли к выходу с приусадебной территории. Вдали мерцали тёплым светом окна дома над конюшней.       — Позволь поинтересоваться ещё раз… Как у тебя дела с Малфоем? — спросил Чарли, когда мы вышли на тропинку вдоль каменной ограды.       — Не знаю, — честно ответила я, глядя на то место, где Малфой не так давно нашёл меня в грязи с растянутой лодыжкой.       — Знаешь, Гермиона… Он неплохой парень. Знаю, после всего что было между нашими семьями, это звучит немного странно, но… Я действительно так считаю, — тихо сказал Чарли. Я повернулась в его сторону.       — На что это ты намекаешь, Чарли Уизли? — спросила я с толикой веселья в голосе. Чарли фыркнул.       — Ты воспринимаешь его несколько иначе, чем я. Не слушай его, когда он будет убеждать тебя в том, какой он ужасный человек… Это вовсе не так. Он непробиваемый, как шкура дракона, и знает энциклопедию разных проклятий, но на деле… Всё не так уж плохо. Поверь мне, я знаю о чём говорю. Я пил с ним несколько раз…       Чарли усмехнулся своим воспоминаниям, в то время как у меня начали гореть щеки. Я тоже помнила каким бывает Малфой, когда выпьет.       — Единственная его Слабость — то что он слишком сконцентрирован на своей работе. То есть, я тоже, конечно, люблю свою работу… Даже при том, что теперь приходится иметь дело с несколько иными «драконами», мне она по-прежнему нравится. Путешествую, знакомлюсь с разными людьми, познаю мир… Но я всегда возвращаюсь домой. У меня есть отличная девчонка, живёт в Кардиффе. И отец с матерью… Я всегда навещаю их. Короче, у меня есть жизнь не связанная со «Всадниками на драконах».       Я улыбнулась. То, что у Чарли была «девчонка», я слышала впервые. Но кем бы она ни была, это должно быть самая счастливая ведьма на свете.       — Жизнь Малфоя — это его работа… Поэтому я и спросил как у вас дела, Гермиона.       Мы пересекли очередную изгородь.       — Я… Я правда не знаю, Чарли. Но он не причинял мне вреда, если ты об этом. Давно не называет меня грязнокровкой. И мы можем поболтать за чашечкой кофе… Наверное, можно считать, что нормально?       Он вновь усмехнулся, когда мы подошли к конюшне.       — Можно. Он защитит тебя, Гермиона… Будь это его работой или чем-то большим. Это всё, что я хотел сказать по этому поводу, — голос Чарли становился всё тише, в то время как Малфой хромал к нам из тени строения. Он кивнул моему спутнику:       — Уизли.       — Малфой… Мне велели передать тебе, что двое заклинателей прибудут позже, в качестве дополнительной охраны…       — В этом нет необходимости. Достаточно будет активировать чары после того, как ты уйдёшь. Можешь передать это Грюму по возвращению… — хрипло сказал Малфой. Его взгляд скользнул по нашим с Чарли сплетённым рукам, и остановился на моём лице.       Чарли вздохнул и, пожав мою ладонь, отпустил её.       — Ладно, Малфой. Но не жди, что старина Ал будет особо любезен с тобой после такого.       — А он когда-то был? — хитро ухмыльнулся Малфой.       Чарли, в своём репертуаре, хохотнул и от души хлопнул меня по плечу, едва не сбив с ног.       — Присмотришь за ней?       — Я бы сказал, что буду смотреть в оба глаза, Уизли, но сам понимаешь…       Чарли попрощался со мной, быстро обняв, что было в порядке вещей для всех Уизли, и умчался трусцой по тропинке ведущей в поместье. Я смотрела ему вслед, даже когда рыжая макушка скрылась из виду. Его откровенность и доброта оставили внутри меня ощущение тепла и счастья…       — Тебе бы в ванную, Грейнджер. Я чувствую запах даже отсюда, — произнес голос за моей спиной, знакомо растягивая гласные. Я обернулась.       Сам Малфой, очевидно, был только что оттуда. Его волосы были растрепанными и влажными, и от старой одежды не осталось и следа. На нём была какая-то синяя выцветшая футболка и пара рваных джинсов, с дырами на коленях и вокруг карманов. Они делали его похожим на подростка… Если бы не повязка на глазу, волшебные палочки, одна из которых помещалась в кобуре на предплечье, и не странного вида сапоги, до того старые, что казалось вот-вот начнут «просить есть», Малфоя можно было бы принять за обычного маггловского парня… Красивого маггловского парня.       Ну, а я… Я выглядела по сравнению с ним, как средневековая девка только что вылезшая из свинарника.       После его слов я вздохнула и направилась в конюшню.       — Я знаю отличное средство для решения этой проблемы! — крикнула я, поднимаясь по ступенькам. Сбросив туфли у входа, я заметила свои лёгкие тапочки. Они стояли там же, где я оставила их до этого. Под скамейкой.       Я хотела уже снять плащ, но остановилась у передних окон, чтобы посмотреть, как Малфой отходит от конюшни на расстояние с палочкой Северуса в руке. Похоже, он воспринял мои слова буквально. К тому же ему необходимо было активировать чары.       Наконец, я вошла в ванную и бросила плащ у двери. Вытащила палочки из кобуры, отцепила её и положила всё на край раковины. Без каких либо церемоний я сорвала с себя одежду, понимая, что её скорее всего придётся уничтожить. Но всё это было отложено на потом.       Мне казалось, что прошло всего мгновение и одновременно сотня лет, когда я, наконец, опустилась в горячую воду. Шалфей и цитрус прогнали запахи крови, дыма, рвоты и смерти.       Ванную пришлось наполнять дважды, чтобы как следует промыть волосы. В какой-то момент я поняла, что жалею, что они вновь такие длинные. * — «W.A.T.C.H.» Что же это такое? По прямому значению глагола «watch» — от англ. «смотреть», название организации можно перевести как «Д.О.З.О.Р.». Однако, в таком случае теряется вся суть аббревиатуры, которую далее по тексту раскрывает Люциус Малфой. Поэтому обозначение останется в таком виде. Кроме того, как существительное слово переводится от англ. — «часы», что вероятно является очередной отсылкой ко времени, маховикам и т.п. ** линчеватели — от Суд Ли́нча (линчева́ние, англ. lynching, the Lynch law) — убийство человека путём повешения, подозреваемого в преступлении или нарушении общественных обычаев, без суда и следствия, обычно уличной толпой. Это было довольно распространённой практикой в США, где она и зародилась примерно в ХIX веке. Применялся в основном к чернокожему населению на юге страны (85% случаев), вплоть до «уравнивания» негров в правах с белыми в середине ХХ века. Подобная статистика напрямую связана с событиями Гражданской войны в США. Великая и Всезнающая пишет, что последний случай приключился ажно в 1981 году. *** — Шангри-Ла — вымышленная страна, из романа писателя-фантаста Джеймса Хилтона «Потерянный горизонт». Прототипом, как считается, стала не менее вымышленная Шамбала — мифический край, затерянный где-то в Тибете. **** — the bothy — хижина, лачуга (от англ.) Это, пожалуй, самая интересная ссылка на данный момент за всё время перевода. Дело в том, что данным словом в английском языке обозначается целый ряд строений. Их объединяет между собой расположение, что называется «на природе». Самым точным аналогом по смыслу в русском языке, будет, пожалуй, «дача». Но коль уж мы имеем дело в аристократами, то пусть будет загородная усадьба) А вообще, the bothy — это ещё и 1) лесные хижины, которыми пользуются любители дикой охоты, туризма и походов. Эти хижины «общественные», захотел — пришёл, захотел — ушёл. 2) Дома прислуги в лесопарковых владениях богачей. В королевских садах Британии, например, тоже есть свой the bothy, где живут садовники или лесники. 3) Своего рода «общежития» для рабочих, и не только садовников. Также есть примеры проживания в таких домах рыбаков и горняков. Однако, если кто-то из рабочих-мужчин хотел завести себе семью, то ему приходилось покинуть the bothy (ага, хата-то не резиновая!) Так что значений, как видите, очень много) ***** — от англ. Leak — утечка, течь. Если со Сквиком всё понятно, и автор даже даёт нам пояснение его имени, то здесь — даже боюсь себе представить за что так назвали домовика))) Я бы назвала её Текучкой, но уж больно двусмысленно это звучит.