Попытка вернуть дружбу

      Мы устроились в гостиной, мило беседуя на тему прошлой жизни. Наши разговоры иногда переходили в бурные дискуссии и споры, но в основном, все вспоминали о нас. Родители рассказывали о милейших моментах нашего детства: как Рёта наряжал меня в платья и притворялся моим братом, как читал мне сказки, хотя я и сама была способна на это, как мы вместе засыпали и ели — все навязывало грусть, ведь мне это действительно нравилось. Когда Кисе возражал или, наоборот, добавлял что-то к обсуждаемой теме, я старалась пользоваться случаем (притворяясь, что я смотрю на него лишь из-за того, что сейчас он что-то рассказывает) и рассмотреть его подробнее: высокий рост, невероятно приятные черты лица, завораживающая улыбка, длинные светлые ресницы, прикрывающие лучистые глаза желтого цвета. Его поза, в которой он сидит, манера говорить, пленящий взгляд — за эти три года он успел переродиться в неизмеримо привлекательную личность. Или, по крайней мере, я так считаю. Порой, конечно, мои шпионские наблюдения не ускользали от внимания парня, и тогда я сталкивалась лицом к лицу с его очарованием. Взгляд медовых глаз пронзал мое сердце, и от подобного я начинала краснеть, отворачиваясь или прикрывая глаза.       Вскоре все разговоры были направлены в другое русло, затрагивая темы, не интересующие меня вовсе. Все, что оставалось делать — это показывать вид внимательного ученика и смотреть на белоснежную чашку с остатками мятного чая. Периодически скука не позволяла мне легко себя скрывать, и я тихо выдыхала, стараясь не мешать беседе. — Пожалуй, нам с Мисаки ваш разговор пользы не принесет, — Рёта довольно резко начал свою фразу, из-за чего я вздрогнула, очнувшись от полусна. — может, нам не стоит вам мешать?       Руока и Атсуко мельком переглянулись и, смекнув ситуацию, чуть громче нужного сообщили своим мужьям: — Точно, Атсуко! У нас на заднем дворе очень шикарный сад, вам стоит посмотреть! — Правда? Я буду очень рада. — Я вымою посуду, — Рёта, немного поежившись, встал с дивана и начал собирать чашки. Видимо, ему не очень нравится идея выходить на улицу. — Мисаки-чан, помоги, пожалуйста, Кисе. А то как-то невежливо оставлять мальчика одного, — мама с наигранным огорчением обратилась ко мне, невинно хлопая ресницами. Зачем ты это делаешь?.. — Хорошо.       Когда наши родители вышли из помещения, а я смущенная продолжала сидеть на диване, парень уже унес всю посуду и остатки сладкого на кухню. Я поспешила за ним. Легкий свет кухонной люстры отражался в напольной плитке, казалось, что шагаешь по разлитой воде. Я убрала все угощения туда, куда указал мой «начальник», после чего устроилась рядом с ним у раковины. Иногда переглядываясь, мы молча стояли и слушали шум воды и бряканье стеклянной посуды. Безумно хотелось завязать с ним диалог, но я не могла найти подходящей темы, которая будет ему по душе, поэтому продолжала смотреть на него из-под челки. Конечно, я скрывала это небрежно, и, когда я в очередной раз встретилась взглядом с парнем, он произнес: — Хватит уже так на меня смотреть! Ты постоянно на меня глазеешь! Я чувствую себя некомфортно. — П-п-постоянно?! — я начала было отрицать сказанное, но мои мысли унеслись в другую сторону, и оправдание прозвучало еще страннее, чем я хотела. — Да я смотрю на тебя только тогда, когда ты шевелишься! Но ты же посуду моешь! Я не могу на тебя не смотреть, что мне еще делать, если мы не разговариваем?! — Почему нужно обязательно смотреть на меня?! — Блин, не знаю, я просто смущена! — Мы стали разговаривать на повышенных тонах, чего я уж точно не ожидала. — Так не смущайся! Нет никакой необходимости меня стесняться! Я обычный человек! — Кисе-кун, ты абсолютно не похож на того, с кем я дружила три года назад! — с моих губ слетали скрытые комплименты, но, вовремя опомнившись, я запаниковала. — В-в смысле, ты так вырос и теперь правда похож на взрослого мужика! С тобой я чувствую себя какой-то малолеткой, поэтому и смущена! — Я тебе не какой-то дядька-маньяк из-за угла… — Кисе выдохнул, видимо, обидившись на мои слова.       Мы снова замолчали, не имея аргументов и предложений. Лишенная какого-либо чувства комфорта, я бранила себя в мыслях за все только что сказанное. «Взрослый мужик»? Что за бред?! Как я вообще могла такое ляпнуть?!       По всей кухне разносился шум воды, но руки Кисе опирались на саму раковину, не прикасаясь к грязной посуде. Он смотрел на бегущую из-под крана воду, обдумывая слова. Наконец, он повернулся ко мне, протянув ладонь: — Дай руку. Я послушно протянула кисть, умещая пальцы на его ладони. Рёта осторожно приподнес руку к своим губам, слегка целуя пальцы. Подобное ошеломило меня, по коже прошлись мурашки, щеки начали гореть. Я хотела отдернуть руку, но сама себя сдерживала, продолжая сжимать ладонь Кисе. — Прости, это просто дружеский жест, — ощутив мое смятение и скованность, юноша решил оправдать свои действия, но так же продолжил прикасаться к моим рукам. — Я. очень рад, что мы снова встретились…       Касаясь пальцами его щек, я чувствовала, как они слегка дрожали от движений, когда он говорит. Отпустив меня, он продолжил: -…Хотя, я правда мало что помню из нашего детства. И даже не помню, как нам пришлось расстаться… Мне кажется, что все это время я неосознанно ждал нашей встречи.       От его слов в груди потяжелело, я невольно выдохнула. Мои щеки заалели сильнее, и я хотела что-либо сказать, но не смогла подобрать слова. Что я должна ответить? Почему он это сказал? Я тихо шепчу, направляя взгляд в пол: — Спасибо, твои слова меня осчастливили. — Значит, ты тоже меня ждала? — Кисе взглянул на меня, смущенный то ли своими действиями, то ли моими словами.       Входная дверь распахнулась, и в дом кто-то зашел, оповещая всех о своем прибытии. — Я дома! — я услышала женский голос, показавшийся мне очень мелодичным и приятным. — С возвращением! — Кисе сразу же отозвался, выходя в коридор, чтобы встретить девушку. Я вернулась в гостиную, куда через пять минут зашла обладательница этого голоса. На вид она была студенткой университета, элегантно одетая и накрашенная, с приятными чертами лица. Осмотрев меня, она обратилась к парню. — Кто эта очаровашка? — ее слова мне очень польстили, и я, довольная комплиментом, осмотрела свой наряд, убедившись, что она говорит это искренне. — Мисаки Андо, — юноша представил меня, и я слегка поклонилась. — ее семья часто нас навещала в детстве.       Девушка подошла ко мне, приблизившись к моему лицу. — Так это Мисаки-чан? — ее лицо озарила улыбка. — Помнишь меня? Я Фуока! Я за тобой часто в детстве присматривала. — Моя сестра, — дополнил Кисе. — и нянька по совместительству.       Их оповещение меня осенило, и в чертах лицах, которые я не признавала до этого момента, я увидела свою одну из первых подруг. — Фуока-чан??? — я произнесла ее имя, растянув гласные, от чего мой голос показался странным, и я прикрыла рот руками. Фуока обняла меня, хлопая по спине в качестве ободрения. — Надо же, не ожидала увидеть тебя здесь! — Семья Андо переезжает в наш район, — Кисе вмешался в наш диалог, который в данный момент вела только она. — Э?! Правда?! — я кивнула в знак согласия. — Да, я сама не ожидала.       Вскоре с заднего двора вернулись мамы, попутно обнимая сестру Рёты и обсуждая ее вместе со всеми. Арэта остался на улице с моим отцом, курящим человеком, привычку которого я безумно ненавидела. Около шести часов мы начали собираться домой, неохотно отрываясь от дивана. — Кстати… — на лице мамы опять сверкнула злобная улыбка. — Рёта-кун, ты ведь ходишь в старшую школу Кайджо? — Да, второй год обучения… — парень кивнул в ответ. — Тогда, пожалуйста, позаботься о Мисаки-чан! — ее невинный взгляд заставил почувствовать себя какой-то жертвой неудачного розыгрыша. — Мисаки-чан тоже пошла в Кайджо, посчитав ее самым нормальным вариантом. Немного подумав, я тоже поклонилась: — Пожалуйста, позаботься обо мне.       Попрощавшись со всеми членами семьи, мы покинули их уютный дом. Как единственный сын семьи, Кисе провожал нас взглядом на крыльце.       Когда мы вернулись домой, я, обессиленная, упала на еще неразобранный футон, попутно снимая вещи. В голове прокрутился весь вечер, воспоминания ударили в голову, и ко мне вернулась истерика. «Значит, ты тоже меня ждала?» — я так и не ответила на вопрос, который заставил меня думать все оставшиеся часы, что я сидела в гостях. Тогда я машинально хотела сказать «Нет», скрыв свое смущение, но ответа он не потребовал. Я хотела нагло соврать не только ему, но и себе. Все это время, несмотря на то, что я сама отрицала связь с Кисе, считала его потерянным кусочком пазла наших отношений, не задумываясь об этом осознанно, я подсознательно хотела увидеть его снова. Даже если моя любовь к нему давно прошла, то привязанность не пройдет никогда. «Я тоже неосознанно ждала тебя.» — прошептала я самой себе.       Думая обо всем этом, я заплакала, не понимая, от чего именно мне хочется грустить. Я крепко обнимала одеяло и вытирала слезы, но они сами продолжали бежать по щекам, как бы я себя не уговаривала. Приняв душ перед сном и укутавшись двумя пледами, несмотря на хорошее отопление, я очень быстро уснула, проспав 10 часов.