Жизнь под потолком

Наверное, несмотря на то, что люди совершенно разные, у всех среднестатистических обывателей есть одна общая черта - они все с нетерпением ждут зарплату. Подходил к концу первый месяц моей работы. Не могу сказать, что оклад был космически большим или маленьким, но этого вполне хватало на жизнь - оплату счетов, заправку и хорошую еду. Несколько дней назад состоялось окончание учебного года, но школа после этого не пустовала. На один летний месяц были оставлены те, кто успевал хуже всего, имел дисциплинарные взыскания или посещал один из школьных кружков. Погода уже неделю стояла отличная: каждый день было солнечно и тепло, ветер же отгонял надоедливых насекомых. В школе стало тише, но концентрация зла в лице самых отмороженных подростков давала о себе знать. Иногда я видел здесь Конора - он сдавал долги по учебе. Нестабильно посещала исправительные занятия Стефани. Меня сильно напрягало, когда она, проходя мимо, скользила мне ладонью по брюкам, или нарочно врезалась в меня. Я чувствовал, что играл с огнем, но уже не мог остановиться. Почти каждый раз я подвозил ее до дома - новенького особняка на широкой улице чуть ближе к окраине города. С каждым разом она все теснее прижималась ко мне, сидя у меня за спиной. Я даже купил на местном рынке старенький, но довольно сносный шлем, и Стефани хранила его в своем школьном шкафчике. Очередной рабочий день окончен, и мы со Стефани отправились на парковку. Я всегда очень нервничал, когда пересекал вместе с ней расстояние от школы до парковки, так как директор мог заметить это, и надо думать, мне бы здорово влетело за это. Однако Стефани, кажется, совсем не переживала ни за свое, ни за мое положение. Подойдя к мотоциклу, моя спутница стала натягивать шлем, а я заметил под рулем сложенный вчетверо лист бумаги. Тот содрогался от дуновения ветра, но замер, когда я взял его в руки и развернул. Это был рисунок. Потрясающей красоты рисунок, на котором в мельчайших деталях был изображен мой мотоцикл! В углу рисунка красовался небольшой, но аккуратный автограф художника в виде инициалов, сплетенных в замысловатый узор: Х.Т. Я вспомнил девчонку, которая сидела с альбомом перед парковкой несколько недель назад, и которая таким странным образом исчезла прямо у меня из-под носа. - Что это? - спросила Стефани и взяла рисунок. - Не знаю, наверное, очередная поклонница, - усмехнулся я. Кажется, Стефани это сильно задело, и скривив лицо, она вернула мне рисунок, нарочно слегка смяв его по краям. Я спрятал его в карман и сел за руль, Стефани заняла привычное положение за мной. Мы как обычно покатались по главным улицам, а потом я отвез ее домой. Стефани как и всегда отблагодарила меня поцелуем в щеку и пошла домой, а я отправился восвояси. Дома я достал из кармана рисунок, и бережно разгладив его, поместил в одну из старых рамок, что пылились в кладовке на втором этаже, и повесил его на стену. Мне снова захотелось его рассмотреть. Было видно, что это не просто срисовка. Точные линии говорили о том, что художник хорошо разбирается в технике. Х.Т... Имя начинается на "Х", а фамилия на "Т". Ее анкета и характеристика наверняка есть в обмене на рабочем компьютере в школе. Надо сказать, иногда на обеде от скуки я заходил в обмен между рабочими компьютерами, где в папках были социальные паспорта учеников и случайным образом рассматривал характеристику каждого. Надо сказать, в школе был довольно приличный контингент, но встречались и настоящие отморозки. Например, Том Вудс. Я часто видел его в школе, и почти каждый раз он кого-нибудь задирал или даже пытался спровоцировать потасовку, но рядом всегда оказывался бдительный персонал школы. Он так же был известен тем, что употреблял разную гадость в школьном туалете и мастерски подсаживал на это восьмиклассников, на чем неплохо поднялся. Так же мне удалось найти дело Конора: я читал его с удовольствием. Конору Томпсону семнадцать полных лет. Он живет с матерью и неплохо учится, однако характеристика говорила о его потрясающей воображение лени. Так же он посещал литературный кружок мистера Фарвелла - преподавателя английского языка, литературы и философии. Из рассказов Конора я понял, что он ходит туда не столько за знаниями, сколько за новой художественной литературой, предложенной учителем. В общем, характеристика не сильно отличалась от моих представлений об этом парне. Я так же дал себе обещание поискать социальный паспорт девчонки-художницы. И, конечно, я читал характеристику на Стефани. Как вы думаете, что там было написано? Развязная девушка с плохой успеваемостью? Отнюдь. Только хорошее. Но это не потому что мое впечатление о ней было ошибочным, и на самом деле она была примерной девушкой. Объяснение довольно простое - ее фамилия и фамилия ее же отца красовалась в чеках с денежными переводами на счет школы. Да, богатые Джефферсоны были главными спонсорами школы, и это было довольно закономерно. Щедрый отец готов был заплатить немалые деньги, лишь бы единственную дочь не выперли из школы за выходки, на которые он систематически закрывал глаза. Думаю, у Стефани Джефферсон хватит ума, чтобы скрыть от отца свой роман со школьным юристом.