Свет во тьме

      Спустя долгое время Себастьян очнулся на мягкой перине, с трудом открыв глаза. Омега не понимал где находится. И через несколько минут брюнет вскочил и начал судорожно оглядываться. Воспоминания нахлынули на него сильным потоком, моментально делая голову чугунной от копошившихся в ней подобно червям мыслей. Он вспомнил про ночь с султаном, о которой ему прожужжали все уши, но не помнил, чтоб хоть раз приближался к покоям повелителя, хотя сильный запах альфы в помещении путал его.       Никак не получалось вспомнить хоть что-то из предыдущих дней, что объясняло бы ему происходящее, и когда омега уже искал взглядом хоть какое-либо одеяние, дверь в его покои бесшумно открылись, являя непрошенного гостя.       Русоволосый омега с ярким румянцем на щеках и опущенным взглядом в пол зашёл в комнату, дожидаясь пока стража закроет двери. Спустя минуту парень, не смотря в сторону омеги, направился к противоположной ему стене, нажимая на что-то в стенах. Когда тонкие пальцы наткнулись на выпуклый квадратный узор, кусок стены подобно маленькой дверце открылся, и омега вытащил из недр тёмного окошка несколько свитков.       Себастьян изумленно следил за всеми действиями Рика, скептически подняв бровь, и раскашлялся, дабы привлечь внимание омеги.       Рик вздрогнул, и свитки полетели на пол, раскручиваясь вокруг него. Омега повернулся и выдохнул. — Зачем меня так пугать?! — обиженно воскликнул Рик, с кряхтением принимаясь заправлять светло-коричневые ткани с рукавов себе на бока, чтобы не наступать на них. — Прежде чем обвинять меня, сперва бы объяснил, что у тебя в руках…       Омега вздохнул, понимая, что придётся исполнять просьбу друга, и сел на мягкие подушки возле ложа Себастьяна.       Протянув омеге свитки, Рик уселся поудобнее. — Это родословная султана и несколько зарубежных историй… — тихо проговорил русоволосый, разворачивая бумагу. — Откуда они у тебя? — изумлённо молвил Себастьян, — я готов руку дать на отсечение, что у тебя нет доступа к ним… — Тихо ты! — шёпотом крикнул Рик, рывком забирая свёртки и быстро укладывая их обратно в тайное углубление в стене. — С тобой я не почитаю… — Зачем ты их вообще взял сюда? — Пока ты болел я присматривал за тобой. А просто смотреть на твоё красивое личико скучно, — протянул Рик, успевая ущипнуть брюнета за щёку. — И я решил… — Украсть кое-что у Султана… я понял, — флегматично хмыкнул брюнет, опускаясь обратно на перину. — Почему сразу украсть? — обиделся парень, — одолжил на некоторое время… — надув щёки, он отвернулся от Себастьяна, и брюнет смог почувствовать непривычный для Рика запах. — А чем ты так вкусно пахнешь? — полюбопытствовал Себастьян, приподнимаясь на локтях и принюхиваясь.       Рик как-то сразу сжался, опуская голову. Когда тот повернулся к нему через плечо, Себастьян увидел яркий румянец, ещё больше расцветший на щеках омеги. — Меня… меня сегодня звал к себе Повелитель…       Себастьян в шоке устремил свой взгляд на друга. Почему-то стало неприятно, что его так быстро заменили. Омежья сущность плакала сейчас глубоко в душе парня, заставляя взгляд потускнеть, а плечи опуститься.       Заметив столь резкие изменения в друге, Рик поспешил ухватиться за плечи брюнета и слегка потрясти. — Ну чего ты… — протянул он, — если ты расстроился, то это лишнее. Султан приходил к тебе чуть ли не каждый вечер, проверяя твоё самочувствие. Просто потребности альфы берут своё, понимаешь?       Брюнет кивнул и принялся слушать рассказы Рика. Уже два дня безрезультатно ищут того, кто отравил наложника повелителя. Гарем ходит ходуном, а зачинщика сего безобразия так и не могут найти. — Видит бог, это сделал Алоис… — прошипел Рик, скрещивая руки на груди. — С чего ты… ну так-то у него есть причины, — задумался Себастьян. — А я о чём! — воскликнул омега. — Ему выгоднее, если не будет других претендентов… — Может, сказать об этом повелителю? — неуверенно предложил омега. — Бесполезно, — Рик медленно жевал кусочки фруктов, что недавно принесла прислуга болеющему. — Он фаворит Султана, ему всё сойдёт с рук… но я слышал, что с тех пор, как ты вошёл в новый гарем, Повелитель не заходит к нему…       Рик довольно усмехнулся, когда бледные щёки парня стали румянее. — Я не хочу больше об этом говорить, — молвил брюнет, тоже принимаясь за фрукты. Спустя минуту он уже сидел в позе лотоса, слушая сплетни гарема.       Рик рассказал, что половину из дворцовых омег сейчас готовят к помолвкам, так как они уже вышли из нужного гарему возраста. Себастьян долго поражался тому, что их мнение в этом вопросе не учитывается, и отдать их могут за каких-то толстых и некрасивых бет. — Это всё нужно для привлечения новых союзников, чтобы в случае нехватки денег было у кого их взять… — Откуда ты всё это знаешь? — изумлённо поднял брови Себастьян.       Рик хихикнул и указал в сторону потайной дверцы с секретными бумагами.       В это мгновение дверь в покои Себастьяна открылись, и на пороге показалась иссиня-чёрная голова повелителя. Рик затаил дыхание и быстро поднялся, опуская голову вниз. Брюнет же решил не вставать, пользуясь позицией больного. — Добрый вечер, Повелитель, — молвил Рик тонким голоском, приседая в поклоне и слегка краснея.       Сиэль на это только кивнул, не отрывая взгляда от Себастьяна, что напряжённо смотрел в ответ. — Оставь нас, — мягко приказал Султан, и через несколько секунд дверь за Риком закрылась.       Эти пять минут, что они смотрели друг на друга, были самыми длинными в жизни Себастьяна. Султан не сводил с него взгляда даже тогда, когда начал приближаться, и спустя несколько секунд альфа уже сидел рядом с ним, так же напряжённо всматриваясь в глаза. — Как ты себя чувствуешь? — омега задрожал от этого голоса, но, чтобы не показывать этого, прикрыл глаза и лёг обратно на спину.       Сиэль хмыкнул на такую наглость при общении с ним, но ничего не сказал. — Нормально, — буркнул брюнет, отворачиваясь к стене.       Непонятное чувство обиды затопило омегу, не позволяя обращать внимание на нужные вещи. — Не боишься поворачиваться ко мне спиной? — ехидно протянул Фантомхайв, поглаживая брюнета по плечу. Такое поведение раззадоривало его. — Нет, почему я должен вас бояться? — пробормотал Себастьян и пораженно охнул, когда его перевернули на спину и прижали к матрасу не только телом, но и взглядом. — Знаешь, я бы мог наказать тебя за такое поведение, но сегодня я добрый, поэтому можешь отблагодарить меня, — нагло усмехнулся альфа, когда на бледных щеках появился слабый румянец. — К-как? — Ммм… даже не знаю, — промурлыкал Сиэль, — для начала можно поцеловать вот сюда, — он показал себе на щёку и хихикнул, когда омега выгнул бровь, — ну же, не заставляй меня приказывать, — прошептал Фантомхайв.       Себастьян приподнялся на локтях и неуверенно и быстро чмокнул парня в щёку, укладываясь обратно. Сиэль громче рассмеялся и поудобнее сел рядом с омегой, осматривая его. — Сейчас всё нормально? — более серьёзно спросил альфа, и под этим оценивающим взглядом Себастьян поёжился. — Всё хорошо, — пробурчал брюнет, замолкая, когда горячие губы коснулись его лба. — Жар спал, это очень хорошо, — тихо молвил Султан, — значит надо будет приказать организовать купальню.       И тут Себастьян вспомнил, что действительно давно не мылся и слегка покраснел. Он не привык показываться людям в таком виде…       Через несколько минут служанка уже уходила исполнять приказ, пока двое парней начали незамысловатый разговор, плавно перетёкший в интересующую альфу тему. — Неужели ты успел завести здесь врагов? Ты тут всего ничего… — чуть удивлённо проговорил Фантомхайв. — П-просто… Не всех устраивала моя кандидатура в ваш новый гарем… — смущённо сказал омега. — И ты можешь назвать имя? — выгнув бровь, проговорил Сиэль, внутренне напрягаясь. — Самым недовольным был Алоис, у него были причины так поступить, я считаю.       Альфа вытянулся, а его взгляд потяжелел. Повторяется, снова…       Он резко встал и к нему тут же подошёл один из слуг. Через минуту к ним в покои пришла Ханна, почтительно поклонившись и выслушав Султана. — Повелитель, Алоис отдыхает в своих покоях. Мне позвать его сегодня к вам? — равнодушно произнесла она и ещё больше разозлила Сиэля. — Не стоит, я просто интересовался. Можешь быть свободна, — после тихого хлопка в двери, альфа накинул кафтан, и его тут же окликнули. — П-повелитель, — нервно дёрнувшись, произнёс Себастьян, — это всего лишь моё предположение. Я думаю, не стоит всерьёз воспринимать его, — омега правильно истолковал взгляд альфы и ещё больше напрягся. — Не переживай, — Фантомхайв напоследок снова поцеловал омегу в лоб и устало улыбнулся. — Я быстро разберусь с этим. Сегодня прикажу накрыть ужин в твоих покоях, дождись меня… — и он послал напоследок улыбку, от которой сердце омеги ёкнуло. Он тоже улыбнулся, забывая, что Султан не обязан беспрекословно выполнять данное ему обещание…

***

      Блондин сидел на красных жестковатых подушках, взволнованно теребя широкие рукава многочисленных одежд. Его мысли путались с такой скоростью, которой позавидовал бы любой стражник дворца. Но тревожные думы разорвал резкий визг двери. Стража у дверей громко объявила Повелителя, и Алоис тут же встал, с надеждой смотря на альфу. Он решил навестить его! Значит, больше не злится! — Мой господин! — радостно молвил омега, делая маленький шаг в сторону Сиэля, не сразу отмечая противоположную по эмоциям ауру падишаха, — вы всё-таки пришли ко мне! Бог услышал мои молитвы! — на глаза даже навернулись слёзы, но как только омега почувствовал неладное, это уже были слёзы напряжения. — Я думал, что мы это уже проходили, Алоис, — тоном, пробирающим до костей, проговорил альфа, не делая шаги к омеге. — Ч-что случилось, Повелитель? Что я снова сделал не так? — жалобно протянул блондин, уже предчувствуя неприятности. — Не изображай непонимание. Ненавижу, когда мне врут прямо в лицо, — Султан в плотную приблизился к блондину, и тот сжался, опуская глаза и тихо гремя несколькими золотыми браслетами на запястьях. — Ты думаешь, что если ты мой фаворит, то я позволю тебе травить моих наложников? — практически прорычал Фантомхайв, сжимая кулаки. — Я не забыл своё обещание, которое дал тебе в тот раз. Видимо ты решил пользоваться моей добродушностью сполна…       Альфа замолчал, когда услышал громкий всхлип, плавно перетёкший в тихий вой. Плечи омеги содрогались от беззвучных рыданий, на пол капали блестящие в свете свечей слезы, и альфа с трудом подавил в себе желание успокоить партнёра. — Простите, мой Господин, простите, — омега не выдержал и упал на колени, опираясь о ковёр руками и снова гремя браслетами, — если это поможет мне добиться вашего милосердия, я сознаюсь даже в том, чего не делал, — блондин замолчал, пытаясь совладать с эмоциями. — Я так устал быть вдалеке от вас, что пойду на любые жертвы, лишь бы вы простили меня! Моё бедное сердце тоскует по вам! — тут рыдания стали громче.       Судорожно вздохнув, альфа понимал, что больше не может держать себя в руках, и опустился рядом со своим омегой, прижимая к себе. Алоис тут же повис на его шее, сильнее всхлипывая, хватаясь за одежду Султана как за соломинку, наполненную спасительным воздухом на дне реки. — Скажи мне правду, — Султан поднял голову омеги за подбородок, и Алоис подобно кошке примкнул к его руке щекой, быстро кивая и смотря влажными глазами на альфу, — я хочу знать… Ты можешь навредить мне?       Фаворит судорожно отрицательно закивал. — Я не могу себе позволить хоть как-то навредить моему альфе! — быстро выпалил Алоис, не понимая к чему такие вопросы. — Тогда клянись, что не причинишь вреда моей семье, — тихо молвил он. — Клянусь… — Этот дворец — моя семья, Алоис, я не потерплю, чтобы кто-то причинял ей вред… — А я уже не вхожу в вашу семью? — глаза снова наполнились слезами, но альфа успел поцеловать омегу, прекращая толком не начавшуюся истерику. — Ты входишь в неё в первую очередь, — Сиэль улыбнулся, глядя на то, как посветлели глаза омеги. — Побудьте со мной, Повелитель, мы перестали проводить совместные вечера. Мне от этого так грустно… — Алоис тепло улыбнулся, когда альфа поднял его на руки и они вместе сели на красный диванчик с бордовыми подушками.       Блондин уселся парню на колени, спиной к нему и откидываясь на его грудь, ожидая реакции, но Султан лишь притянул его ближе к себе, скрестив руки на животе Алоиса. — С-Сиель, — после долгого молчания молвил омега, закусывая губу. — Ммм… Да? — альфа успел задремать, подзабыв о ещё одном омеге, что дожидался его сейчас. — Давай поговорим с тобой о том случае, мне правда это важно, — Алоис напрягся, затаив дыхание, когда Сиель ссадил его со своих колен рядом с собой на диванчик, но он не спешил никуда уходить, поэтому омега расслабился. — Не скажу, что мне приятна эта тема, но я всё же послушаю что ты мне скажешь…       Омега чуть поёжился. Что-то в интонации альфы ему не понравилось. Но парень решил не испытывать судьбу, поджав под себя ноги и положив ладони на колени. — Мне больно от того, что ты теперь считаешь меня недостойным себя, — тихо начал блондин, — и я бы хотел изменить это. — Омега помолчал некоторое время и с еле слышимым вздохом продолжил, — твой гарем пополняется, появляются более красивые и необычные омеги для тебя, и моя душа трепещет от страха, когда я представляю, что ты забываешь меня и отдаёшь в другой гарем, — блондин сглотнул, склонив голову. — Я всё понимаю, ты не можешь быть вечно моим, но, пожалуйста, позволь остаться с тобой до конца, позволь подарить тебе наследника, позволь мне… — чуть не задохнувшись от подступающих эмоций, парень выдохнул и более спокойно молвил, — позволь мне доказать тебе, что я готов показать всему миру нашу любовь!       Султан немигающим взглядом смотрел на Алоиса и, когда воздуха в лёгких перестало хватать, он осознал, что не дышал всё это время. Грудную клетку обожгло спёртым воздухом, и альфа откинулся на яркие подушки, прикрывая глаза.       Сиэль сжал в своей руке ладонь Алоиса, погладив после этого большим пальцем тыльную сторону руки омеги, и неуверенно улыбнулся, получая такую же улыбку в ответ.       Пододвинувшись ближе к парню, Фантомхайв заключил омегу в свои объятия, ощущая его дрожь, и улыбнулся совершенно по-другому. В этой улыбке были лишь самодовольствие и гордость за своего жениха. — Мой милый, — альфа поцеловал его в лоб, — я сам невольно расчувствовался от твоей речи, и раз уж ты готов на такой ответственный шаг, то я тоже не прочь показать миру плод нашей любви, — скатившись на проникновенный шёпот, Султан впился в пухлые губы поцелуем, сминая их и медленно укладывая омегу на диван. Желание росло, и Падишах даже не задумывался над тем, что можно было перейти к нему в спальню.       Но только он не знал, что в другом крыле дворца, завернувшись в одеяло, с накатывающими слезами на глазах его всё ещё ждал темноволосый наложник, чувствующий себя преданным, но всё ещё питающий надежды о том, что про него не забыли.