Каменное сердце

Заменой брату Илари не станет, Ты хоть себе-то, я прошу, не ври. Глотком живого воздуха он станет, Ты за него судьбу благодари. стихи от Barmaglot_Kuroko-thi       Над столом ненадолго повисло тягостное молчание. Все мысли кружили вокруг двух вопросов: что теперь делать и как быть дальше? Астер понимал: Зорина здесь ему не дождаться, да и не его это дело, как живёт семья его врага, но совесть альфы, самой природой сотворённого, чтобы быть защитником, протестовала, когда он размышлял об отъезде. Он как минимум должен был помочь им пережить грядущую зиму, но как? На этот вопрос у него не было ответа. Слишком мало времени и слишком мало денег. Да и захотят ли они принять его помощь…       «Хотя… почему бы нет? — размышлял Астер, поставив на стол пустую чашку. — Тут главное — не спрашивать: они, как и все лорды, гордые, откажутся от помощи. Тут главное — делать всё, что в моих силах, а там… поглядим, что будет. Конечно, проще всего увести их отсюда, но куда? Я и сам бездомный. Восстановить усадьбу до зимы не успею, если бы сразу… А теперь чего уж… Н-да. Дом для меня в деревне найдётся, без крыши над головой хозяина не оставят, но стеснять кого-то своим присутствием, да ещё и чужаков с собой приведя… Нет, это не выход. Можно, конечно, снять на зиму дом в ближайшем городе, но тут опять всё упирается в деньги, где их… Ой, я дура-а-ак! — Астер в сердцах даже прикусил изнутри щеку, обзывая себя последними словами. — Отец же мне показывал тайник в часовне. Даже если усадьбу и разграбили, добравшись до тайника с деньгами в отцовском кабинете, схрон в часовне отыскать никак не могли. Да и деньги в нём не пострадали, под каменным полом золоту ничего не сделается, хоть сто раз всё там подпали. Так. Сюда я больше месяца добирался, но это получился окружной путь, а если напрямик? Сначала вдоль гор на юго-запад, а потом через леса на юг до границы. Если поспешить, недели за три обернуться успею. Только сначала надо тут помочь, чтобы они эти три недели продержаться смогли. Мясо нужно, овощи, крупы, мука, а у меня денег осталось не так много».       — Илари, сходи наверх, посмотри, может, пару морковок отыщешь или ещё чего. — Тихий голос омеги прервал планирование предстоящей операции. — Дикий лук мог остаться у самой стены.       — Хорошо. — Илари живо подхватился, отправляя в рот последние крошки, и Астер встал вместе с ним.       — Я помогу.       Илари удивлённо глянул на него и заколебался, явно сомневаясь в том, что ему может понадобиться помощь, а омега вдруг испуганно вздрогнул и словно впился взглядом в лицо Астера, как будто выискивая там следы чёрных помыслов.       — Конечно, помоги, — между тем совершенно спокойно ответил Фрост, чуть отодвигаясь от стола в своём кресле. — Ничего, что я на «ты»?       — Ничего, — кивнул ему Астер и выбрался из-за стола, пытаясь понять, куда именно наверх им предстоит направиться, поскольку в кухонной пристройке был только один этаж. Оказалось, что наверх им нужно идти в буквальном смысле этого слова, поднимаясь по горной тропе. Когда минут через десять Астер собрался уже спросить, далеко ли им ещё, тропа вильнула, огибая скальный выступ, и они оказались в тупике, на плоской площадке метров в десять в длину и около пяти в ширину, частично покрытой камнями разной величины, из-под которых пробивалась зелень.       — Здесь раньше был наш огород, — переводя дыхание, пояснил Илари. — Ничего особенного, в горах много не вырастить: земли плодородной почти нет, но весной, уже после посадки семян, камнепад и то, что было, уничтожил. Мы с дедушкой Орлисом убрали те камни, что были поменьше, вон на дальнем краю куча лежит, а тяжёлые нам не под силу. Дедушка Фрост тоже помогал, насколько позволяла его больная спина, а утром подняться больше не смог, надорвался. Теперь я сюда хожу, собираю то, что от урожая осталось. Вот смотри, там морковка…       Илари присел у довольно большого плоского камня, из-под которого выглядывала ажурная зелень. Ловко подкопав землю пальцами, Илари действительно извлёк на свет маленькую морковку, победно взмахнув ею в воздухе.       — Если поискать, может, ещё чего найдём. Там подальше брюква была, но именно туда самые тяжёлые камни упали, а вот петрушка почти не пострадала.       Астер окинул взглядом почти погибший огород. Большая часть камней была плоской, так просто их не откатить: тут нужны три-четыре альфы и желательно иметь рычаг из крепкого дерева, а то и металла, ну и кирку неплохо бы, чтобы разбивать камни.       — Теперь я знаю, почему это место называется «Каменное сердце», — пробормотал Астер, задумчиво попинав один из ближайших камней.       — Что? — вскинулся было Илари, а потом улыбнулся, да так, что у Астера невольно перехватило дыхание. Улыбающийся мальчишка был чудо как хорош. Ещё несколько лет, и отбоя от омег ему не будет, нужно только питаться получше и тело развить, а то тощий и мелкий, прямо ребёнок. — А-а, вот ты о чём. Нет, дело не в камнях.       — Э-э… — Астер настолько увлёкся мыслями о более сильном и высоком Илари, что потерял нить разговора. — В смысле?       — В том смысле, что во времена моего прапрапрадеда дома здесь не было и род наш жил внизу у подножья скал. А потом с неба упал огненный шар, и горы содрогнулись. Раньше высоко в горах располагалась цепь небольших плато, где с начала лета до снегопада пасли овец. К счастью, когда огненный шар упал туда, отары уже спустили в низину из-за приближающегося снегопада — в горах же он выпадает намного раньше, — так что никто не пострадал. Утром, когда земля перестала ходить ходуном, прапрапрадед поднялся в горы вместе с рабочими. Верхние плато стали недоступны из-за обрушившихся скал, а нижнее вообще перестало существовать. Вместо него между валунами зияла огромная воронка, в центре которой лежал огромный алый камень, пульсирующий, словно живое сердце. Подойти ближе альфы не смогли: жар от камня не пустил их, — а когда через несколько дней альфа вновь поднялся вверх, к камню снова нельзя было приблизиться, но уже из-за образовавшегося на том месте озера с кристально чистой водой. Через некоторое время вода нашла проход между камнями, стекая вниз тонким водопадом, и прапрапрадед велел построить дом на том месте, где он стоит сейчас, и назвал это место «Каменное сердце». А чашу, которую ты видел под бегущей из того самого озера струёй воды, он создал своими руками.       — Красивая легенда. — Астер задрал голову, глядя на горные вершины.       — Это не легенда. Если хочешь, могу тебя туда сводить: дорожка вверх сохранилась, а к озеру приходят напиться горные козы. Жаль, что дедов боевой арбалет я с трудом могу поднять, иначе было бы у нас мясо.       — Арбалет? — Решение проблемы забрезжило перед глазами. — И болты к нему есть?       — Да с десяток осталось. Ну что, пошли назад?       Астер посмотрел на пару куцых морковок в руке Илари и пучок зелени.       — Подожди ещё немного.       Астер подошёл к группе не слишком больших камней, из-под которых виднелись листочки зелени, поддел ближайший и, поднатужившись, начал его сдвигать в сторону. Илари тут же подскочил к нему, чтобы помочь, но Астер решительно прогнал его, сказав:       — Уйди. Вот подрастёшь, окрепнешь, тогда и будешь камни таскать, а то надорвёшься и никогда не станешь настоящим альфой.       Слова подействовали: Илари отскочил в сторону, странно охнув, и щеки его заалели румянцем. Однако Астеру некогда было обращать внимание на странное поведение парня. Он всё же сдвинул камень в сторону, а потом и ещё один, и ещё. Когда клочок земли освободился, Илари восторженно ахнул:       — Корневой сельдерей! Это же целое богатство!       Пока Илари выкапывал обнаруженные пять клубней сельдерея, Астер тяжело переводил дыхание, любуясь восторженным выражением на лице парня. Оказалось, что доставлять радость другим, пусть и такую пустячную, очень приятно. Астер чувствовал себя сильным, лучше даже сказать, великим, как никогда.       — Теперь можно идти. — Илари встал, сжимая зелёные хвостики пяти клубней сельдерея. Овощ был некрупный, размером не больше кулака Илари, однако для парня находка стоила едва ли не дороже золота.       — Пошли. Покажешь мне арбалет? Поохотиться хочу.       — Хорошо, — покивал Илари, прижав к груди клубни, чтобы не растерять их, и поспешил вниз по уже знакомой тропе.

***

      Из овощей, вяленого мяса, пары горстей крупы и зелени Орлис умудрился сварить такой вкусный суп, что Астер готов был и язык проглотить. И только понимание того, что семье Шер еда была нужна не меньше, чем ему, удержало альфу от просьбы о добавке.       — Почему местные мужчины не помогли вам очистить огород? — начал разговор Астер, когда тарелки опустели.       — Некому помогать, — тяжело вздохнул Фрост. — Зорин увёл почти всех мужчин из обеих наших деревень, когда война началась. Остались только старики, дети и женщины. Им и так туго приходилось, а сейчас, когда подписан мирный договор, из двух десятков мужчин вернулись только двое, и те покалечены войной.       — За это вы и отлучили Зорина от рода? — Фрост помрачнел после вопроса Астера. — Простите, если лезу не в своё дело. Если не хотите — не отвечайте. Я понимаю, что это не самая приятная тема для вас.       — Нет, дело не в людях, хотя это и стало одной из причин обнищания рода и того бедственного положения, в которое мы попали. Всё намного… сложнее и в то же время проще. Зорин, когда уходил на войну, украл все деньги рода, а когда отец Илари попытался его задержать… — Альфа некоторое время помолчал, тогда как Орлис, горестно вздыхая, поспешно встал, собирая со стола посуду. — В общем, с тех пор у нас нет сыновей, а Илари — наша единственная отрада в этой жизни.       — Обворовал род? Родителей и племянника, да ещё и на брата руку поднял? — Астер был в шоке: в его понимании альфа не мог поступить подобным образом. — Что же он за альфа после этого? Я бы…       Возмущение, клокочущее в груди Астера, готово было вырваться наружу, когда он натолкнулся на пронзительно-внимательный взгляд Фроста. И тут же его словно холодной водой обдало. А сам-то он далеко ли от того же Зорина ушёл? Да, своих родных он не убивал и не обворовывал, но он, движимый жаждой мести, бросил посёлок с людьми, зависящими от него как от хозяина родового имения. Да и в этот дом он пришёл вовсе не благотворительностью заниматься: он же собирался убить этих людей, отомстив за смерть своих родных. И сразу же лицо полыхнуло краской стыда. Не ему осуждать кого-то — у самого «рыльце в пушку».       — Илари говорил, что у вас есть арбалет, — прокашлявшись, сменил тему Астер.       — Есть, как не быть. На охоту собрался? Дело хорошее. Раньше я хоть на кроликов ловушки ставил, а теперь вот обезножен. — Альфа стукнул себя по ногам, яростно сверкая глазами. Ему было тяжело признавать себя калекой, не способным поддержать род. — Илари, ты знаешь, где он лежит, отдай.

***

      Утром на рассвете Астер, зевая, покинул дом и направился по едва видимой тропинке в горы. Её ещё накануне ему показал Илари, утверждая, что именно по этой тропе он через три-четыре часа доберётся до озера. Спал он этой ночью плохо, и дело вовсе не в том, что лечь пришлось на полу, рядом с семейством Шер, просто сны снились какие-то странные, неправильные, но слишком яркие. Альфа и омега легли по бокам от внука, а Астер, не желая смущать их, устроился за Фростом, закутавшись в свой плащ, а вместо матраца использовал одеяло из скатки. И всё равно ночью ему снился Илари. Он словно убегал от альфы, смеясь, а тот гнался за ним, гнался и не мог догнать. Это было более чем странно, учитывая, что извращенцем он никогда не был и запасть на малолетнего альфу, пусть и такого привлекательного, не мог.       Астер не привык ходить по горам, а потому его путь растянулся на добрых пять часов. У озера, поражавшего своей красотой, Астер оказался незадолго до полудня. Пронзительно-синяя гладь, обрамлённая горами, словно картина рамой, слегка волновалась под редкими порывами лёгкого ветра. Осмотревшись, Астер пошёл вдоль берега, тщательно выбирая путь (очень уж не хотелось сломать ногу, прыгая по камням), одновременно разглядывая горы в поисках удобного спуска к воде.       Наконец после часа поисков он увидал искомое. Тропинка была достаточно пологой, ленивой змеёй извивалась между валунами, при этом на некоторых камнях виднелись клочки серой шерсти. Именно здесь горные козы спускались к воде, отираясь боками о камни, значит, рядом и нужно устроить засаду. Тщательно обследовав тропу, Астер нашёл удобное место немного выше на скале. Там он и устроился, убедившись в том, что ветер дует в его сторону, следовательно, козы не смогут учуять охотника. Достав кусочек вяленого мяса, Астер приготовился ждать столько, сколько понадобится, неспешно жуя и утоляя жажду из фляги.       Время до вечера текло долго, но альфе не впервой было поджидать дичь сутки напролет, и он дождался. На вечерней заре к воде пришли шесть диких коз. Стадо возглавлял крупный белоснежный вожак с длинными витыми рогами. За ним следовали три самочки с маленькими рожками и такой же белой шерстью, как у козла. Возле одной из козочек бежал полугодовалый серенький козлёнок, чья шерсть позволяла ему оставаться незамеченным на фоне камней, а замыкал это шествие молодой самец, чьи рога не были и вполовину такими роскошными, как у вожака, а шерсть имела сероватый оттенок. Если бы не борода, Астер принял бы его за ещё одну козу. Пропустив стадо к воде, Астер решил, что добычей станет именно он. Взведя арбалет, альфа приготовился ждать их возвращения.       Козла удалось снять одним выстрелом. Болт попал точно под лопатку. Козел скакнул в сторону и вверх, пытаясь убежать от смерти, но она уже схватила свою добычу за рога. Остальное семейство резво умчалось в горы, тревожно взмекивая, но Астеру не было до них никакого дела. Пока солнце окончательно не село, он собрал сушняк у озера и развёл костёр на более-менее пригодной площадке, собираясь скоротать там время до утра, поскольку тащиться в темноте по горам, тем более незнакомым, мог только самоубийца.       Илари в эту ночь ему не снился, зато сон несколько раз прерывался далёким рыком снежных котов, вышедших на охоту. К огню хищники не подходили, но Астер на всякий случай взвёл арбалет и положил рядом с собой нож. Мало ли что.       Утром он отправился обратно, предварительно освежевав тушу и оставив не пригодные в еду части туши для круживших над головой стервятников, отнеся их подальше от воды. Подумав, он прихватил шкуру, решив, что она не помешает, да и мясо было удобнее нести завернув в неё. В деревне наверняка найдётся тот, кто сможет обработать шкуру, а она всё же теплее старой овчины, которую используют Илари и его родные. Жаль только, что шкура одна, из такой ни покрывало не сделаешь, ни куртку не сошьёшь, — мала.       — Ну ничего, успею ещё и шкуры для него собрать, и… Стоп! — Астер остановился, переводя дыхание. — С чего у меня планы что-то дарить Илари? Я что, с ума сошёл?       Немного постояв, Астер разбирался в своих чувствах, пытаясь понять себя, а потом решил, что Илари просто заменяет ему погибшего брата, отсюда и желание позаботиться о парне.       — Да, именно поэтому. Именно.