Когда не поздно(?)

Просперо собирается в дорогу на следующий же день. Наверное, Катакури действительно прав, и он засиделся на конфетном острове, ничего, без него неделю обойдутся. К тому же, явно никто не собирается нападать на Тотленд в ближайшее время, слишком свежи воспоминания об их победе над Дозором, плюс чёрт его знает, кого там младший брат победил. Небольшое путешествие до соседнего архипелага поможет взбодриться, к тому же там можно будет найти некоторые фрукты, которые не растут на Тотленде и имеют несколько специфический вкус, самое то для начинки. Задумавшись на минуту, Просперо решает всё-таки не говорить Катакури, что он собирается на некоторое время покинуть архипелаг. Раньше пришлось бы отчитываться перед мамой, но младший брат ещё официально не стал главным в их семье, поэтому можно не сообщать ему о своём небольшом отпуске. Конечно, Катакури тут же сообщат о том, что он покинул архипелаг, тайно это сделать никак не получалось – Просперо не настолько самоуверен, чтобы в одиночку через океан добираться до соседнего архипелага. Дорога из карамели на воде хороша, но отдыхать иногда тоже придётся, да и этот способ передвижения довольно медленный в сравнении с кораблём. Поэтому пришлось взять небольшой корабль с несколькими членами экипажа. - Куда это ты собрался? Просперо удивлённо обернулся, никак не ожидал он повстречать сегодня Крекера, тот обычно не появляется на острове Конфет. Министр недовольно скривился – и вздумалось же братцу заявиться именно сегодня. - Собираюсь поискать интересные ингредиенты для начинки, - Просперо отвернулся и принялся наблюдать за приготовлениями на корабле. – Раз у меня, наконец, появилась целая уйма свободного времени, то я решил его полностью посвятить оттачиванию своего кулинарного мастерства. Не махать же мне, в самом деле, оружием, как ты, например. - Ну-ну, оттачивай, - хмыкнул Крекер. – Только не забывай, что своими действиями ты можешь здорово разозлить Катакури. Он же носится с тобой, как с писаной торбой, только я не понимаю, на кой чёрт. Мне тоже может влететь за компанию, если он от кого-нибудь узнает, что я тебя просто так отпустил. - Ну вот и передай ему лично, что я вернусь через неделю, - Просперо в один прыжок оказался на палубе и махнул младшему брату рукой. – А пока тебе предоставляется замечательная возможность понаблюдать за тем, как я отплываю. Кстати, ты не просто так отпустил меня, а старался изо всех сил удержать, - он улыбнулся, - только у тебя ничего не вышло. Перорин. - Что? – Крекер хотел рвануть вперёд, но не смог сдвинуться с места. Он опустил взгляд и недовольно вскрикнул: его ноги были скованы карамелью. Надо же так глупо попасться! Он и не думал, что старший брат способен на такую подлянку. – Ну, хорошо, - генерал недовольно прищурился. – Хей! За тобой будет должок, Просперо! Тот рассмеялся в ответ и ещё раз махнул рукой, прощаясь. Всё идёт слишком хорошо, чтобы раньше времени расслабляться, нужно быть готовым ко всему. Особенно к тому, что случится, когда он вернётся обратно. Никем не замеченный корабль вошёл в оживлённую бухту. Довольно небольшой островок кишел, как разворошенный муравейник. Огромное количество торговцев стекалось сюда со всего Нового мира, так что, если сильно захочется, тут можно разыскать всё, что угодно. Несмотря на свой немаленький рост, Просперо легко лавировал в толпе. Команду он оставил на корабле, не желая ещё и следить за тем, чтобы его люди не влипли ни в какие неприятности. А так никто не помешает ему со всей тщательностью подойти к выбору фруктов. Во фруктовом ряду одуряюще пахло – многочисленную запахи смешивались в нечто невообразимое, отчего слегка кружилась голова. Торговцы старались перекричать друг друга, рекламируя свой товар. Спустя несколько часов Просперо подхватил объёмный тюк и направился обратно к бухте. Команда маялась на палубе и оживилась при виде него. - Мы уже отправляемся? – поинтересовался один из матросов. - Да, тут слишком шумно, - Просперо слегка поморщился. – - До следующего острова всего полчаса плыть, так что отдохнём и пополним запасы воды там. Уже завтра придётся плыть обратно, с попутным течением они добрались до архипелага за два дня, обратный путь может занять на день больше времени. Конечно, отсутствие Просперо ещё сутки погоды не делает, но он уже сказал Крекеру, что вернётся через неделю. Катакури об этом знает, и лучше не злить его ещё больше, а то мало ли, какой маленький диктатор в нём может проснуться. У детей Большой Мамочки порой могут шарики за ролики зайти, и если у Катакури там что-нибудь заклинит, то все вокруг могут серьёзно пострадать, и Просперо в первую очередь. Но чего не ожидал Просперо, так это встретить команду Соломенной Шляпы на острове, где они остались на ночь. Точнее, ему попалась только часть команды, её слабое звено. Странный олень шарил по кустам недалеко от места, где Просперо опустился отдохнуть и подумать ни о чём. Удобная лавочка, стоящая почти на самом краю обрыва, - идеальное уединённое место, если бы только кто-то не шуршал совсем рядом. Конфетный министр из хороших побуждений выждал ровно несколько минут и язвительно поинтересовался: - Ты что-то потерял? Оленёнок подпрыгнул, казалось, вместе с кустом, в котором он копошился и огромными глазами уставился на расположившемся на скамейке Просперо. - Ч-что ты тут делаешь? - Отдыхаю. Разве не видно? Всё ещё дрожа всем телом, оленёнок отвернулся и попытался уйти, но последующая фраза Просперо заставила его замереть от удивления: - Ладно, можешь остаться, ты мне не слишком сильно мешаешь. Ты ведь что-то ищешь? Вот и продолжай искать, только не шурши так сильно. Будь здесь остальные дети Большой Мамочки, то у них тоже бы отвисла челюсть от подобных слов старшего брата. Пусть Просперо и не был маньяком, убивающим всех непонравившихся ему направо и налево, но он всё же был нетерпим ко многим вещам и был довольно скор на расправу. Просперо и сам бы удивился своему миролюбивому настроению в этот вечер, если бы имел привычку по многу раз воспроизводить в голове произошедшие накануне события. Но сейчас перед ним стоял его бывший враг, такой же слабый и не заслуживающий пристального внимания со стороны старшего сына семьи Шарлотта. У Просперо даже промелькнула в голове мысль о том, что никогда не поздно построить новую линию взаимоотношений с бывшим противником, тем более который объявлял войну только Шарлотте Линлин, а не её сыновьям. Но он лишь недовольно дёрнул подбородком, списав всё на странный секундный порыв. Оленёнок всё же предпочёл быстро убраться восвояси. Просперо это принял как само собой разумеющееся. Всё считали членов семьи Шарлотта монстрами и опасались находиться с ними рядом продолжительное время. Конфетный министр предпочёл тут же выкинуть из головы встречу с одним из членов команды Соломенной Шляпы. Его больше волновала встреча с предположительно разъярённым Катакури. Возможно, даже придётся оправдываться перед младшим братом, но это в крайнем случае, если не будет другого выхода. А так можно просто бросить пару фраз, пообещать сделать какую-нибудь особенную сладость и несколько дней как можно реже попадаться на глаза, последнее было выполнить легче всего. Ранним утром корабль отчаливает от острова и берёт курс на Тотленд, и так же ранним утром причаливает к острову конфет. У Просперо готово с десяток фраз, которые можно сказать брату при встрече, но все они отчего-то забываются, когда руки в перчатках ощутимо сжимают его шею в кольцо. Катакури, как и обычно, смотрит на него сверху вниз, и его красные глаза кажутся темнее обычного. Раньше Просперо как-то не задумывался о том, что от гнева взгляд действительно темнеет, просто слышал об этом, но на практике проверять не приходилась, не до того было. Например, когда мама впадала в режим берсеркера, то он задумывался только о том, как бы умудриться уйти от её гнева, и просто боялся смотреть ей в глаза. - Какого дьявола ты куда-то смотался? – нет, Катакури не говорит, он самым натуральным образом рычит, и Просперо уверен, что не будь поблизости людей, то брат бы снял шарф и для большей внушительности приподнял верхнюю губу, демонстрируя клыки. - Ну, ты же сам говорил, что я, кроме своего острова, нигде не бываю, - конфетный министр понимает, что играет с огнём, но на ум больше ничего не лезет, и поэтому, когда руки сжимаются сильнее, он решает больше ничего не говорить. Кажется, ещё никогда вечно спокойный Катакури не был в подобной ярости. Кажется, что он просто убьёт на месте и не будет даже выслушивать оправдания. Именно, что кажется. По крайней мере, Просперо старается себя в этом убедить и попытаться расслабиться, может, если младший почувствует его покорность, то разожмёт хватку, иначе дышать довольно затруднительно. Руки против воли тянутся впиться в ладони брата, это самая естественная реакция, она вбита всем людям с рождения – изо всех сил бороться за свою жизнь. И Просперо приходится делать над собой колоссальное усилие, чтобы просто осторожно погладить костяшки пальцев Катакури сквозь шершавую ткань перчаток. Когда хватка на горле ослабевает, Просперо прерывает зрительный контакт, глаза уже слезятся от того, что он держал их широко распахнутыми. В этот же момент Катакури гладит большими пальцами его шею, а после и вовсе убирает руки. Старший не хочет тешить себя надеждой, что всё закончилось, поэтому подсознательно готовится к любому повороту событий, но отчаянно надеется, что бить его младший не будет. Это ещё страшнее, чем подставлять ему под укусы шею. - Идём, - бросает Катакури и быстрым шагом направляется в сторону дворца. Просперо приходится чуть ли не бежать, чтобы поспеть за ним. Из-за раннего часа на улицах им не попадается ни одного жителя. Это и к лучшему. Старшему не хочется, чтобы кто-то ещё видел его страх. - Ты весь дрожишь, - внезапно спокойно замечает Катакури. Просперо действительно колотит, и он изо всех сил стискивает кулаки, стараясь побороть себя, но у него это плохо получается, совсем не получается. – Неужели замёрз? Морской дьявол, он издевается над ним? Катакури же яснее ясного должно быть понятно, что старший всего лишь боится. Или он хочет поиграть? - Немного, - Просперо выдавливает из себя вымученную улыбку. - Дай руки. - Но… У Просперо протезы, у него чисто физически не могут замёрзнуть руки. Но Катакури сгребает его две ладони с свою одну и слегка сдавливает. «Слегка» в его понимании для Просперо весьма ощутимо, что-то в протезе тихо щёлкнуло, но трещин вроде не пошло. Тут Катакури, не отпуская его рук, резко вздёрнул его наверх. Просперо потрясённо уставился в как раз находящиеся напротив тёмно-красные глаза. Плечи от подобного положения неприятно ныли, висеть само по себе было как-то унизительно, возникало ощущение уязвимости. Мелькнула мысль, что сейчас Катакури открыт для удара и совершенно его не ожидает, но Просперо отмёл её как совершенно бредовую. Неизвестно, что младший брат с ним сделает, когда он пнёт его. - Ты меня очень разозлил, - конфетный генерал легонько встряхнул своего брата, заставив его легонько поморщиться от лёгкой тянущей боли. – Ты же понимаешь, что теперь понесёшь наказание. - Понимаю, - покладисто кивнул Просперо. – И какое? - На самом деле ничего особенного, просто тебе пока будет запрещено покидать конфетный остров, - Катакури свободной рукой огладил его лицо. Прикосновение едва почувствовалось, что очень сильно удивило Просперо, его младший брат сейчас был не в том состоянии, когда рассчитывают силу и не причиняют боли, а наоборот, ласкают. Наказание на самом деле было чрезмерно мягким, конфетного министра даже не потеснили с должности, хотя это можно было обусловить тем, что никто из его братьев и сестёр не мог столь мастерски готовить карамель и сладости из неё. Сейчас главное было, чтобы Катакури окончательно успокоился и отпустил его руки. Говорить о том, что ему сейчас больно, не было смысла. Брат, конечно, весьма чутко относился к нему, но до этого он ещё никогда на него не злился. Просперо глубоко вздохнул и подался вперёд для того, чтобы потереться щекой о ладонь Катакури. Тот поражённо на него уставился, а после тихо хмыкнул, опустил старшего брата на землю и обнял. Просперо довольно зажмурился.